Фейерверк

Шурф смотрит, как над замком Рулх разлетаются светящиеся брызги праздничного салюта. И воспоминания переносят его совсем в другое время и место.

***

Тотохатта влетает в его кабинет с огромной охапкой разноцветных ракет. — Шурф, смотри, что у меня есть! Пойдём запускать вместе? И сам при этом сияет и лучится такой радостью, улыбается широко и открыто, что никто не смог бы сдержать ответную улыбку. Никто, кроме Шурфа. Вместо этого он лишь немного наклоняет голову в знак согласия. Глаза Тотохатты разгораются ещё ярче. Тотохатта обожал фейерверки. Смотрел на взрывающиеся огни глазами ребенка, впервые увидевшего настоящее чудо. Хотя, казалось бы, что может удивить того, кто пережил Эпоху Войны за кодекс, когда всевозможные чудеса творились буквально на каждом шагу? Но фейерверки были для Тотохатты чем-то особенным. При любом удобном случае он находил возможность запустить хотя бы пару ракет. Шурф был единственным, кого он когда-либо звал с собой разделить это волшебное зрелище. Они отправляются в одну из заброшенных резиденций ордена, расположенную подальше от шумного и пёстрого центра Ехо. Тотохатте не терпится, он буквально подпрыгивает на месте, пока Шурф аккуратно расставляет ракеты. И наконец небо взрывается разноцветными огнями, осыпая их снопом падающих и тут же гаснущих искр, на смену которым моментально приходят новые. Они стоят так близко, что плечом можно почувствовать едва заметное тепло, исходящее от человека рядом. Пальцы рук едва-едва соприкасаются, словно никак не могут решить, то ли отпрянуть, то ли наконец взять чужую ладонь в свою, согреть вечно холодные пальцы. И почувствовать, как теплеет что-то внутри, возле самого сердца. Тогда Шурф так и не решился переплести их пальцы. Думал, у них ещё много времени впереди.

***

Шурф смотрит на салют над замком Рулх в честь начала нового года. А ровно через девять дней он в сумерках отправляется на окраину Ехо, на пустынную поляну рядом с руинами резиденции одного из орденов. Поджигает фитиль и смотрит, как на небе один за другим распускаются огненные цветы. И пока он неподвижно стоит, молча глядя на осыпающиеся с неба искры, он чувствует, как кончики его пальцев едва заметно теплеют.