Моя тень

С тех пор, как мне пришлось покинуть свой родной город, я часто стал посещать парки и скверы нового, чужого мне, городка. Даже спустя четыре года я так и не привык к его видам, запахам и ритму жизни, но продолжал делать то, что умел: заканчивал работу под вечер, и направляясь домой через плохо освещённые улицы, доставал сигарету, садясь на попутные лавочки, чтобы спокойно докурить. Предполагалось, что и этот вечер будет таким же, пока я не понял, что сигарет больше не осталось. Изменять традициям не входило в мой график, и я решился на то, что тогда еще не играло для меня особой роли: попросил желанное у проходящей мимо девушки. Когда я окликнул её достаточно приличным словом "девушка" (заметьте, приличным,-потому как женский пол довольно обидчив на указание "женщина"), она слегка дернулась. Я бы тоже дернулся, если бы меня окликнул мужчина в девять часов вечера, но она оказалась намного смелее меня, отозвавшись. -Извините, если я Вас напугал.-Я встал с лавочки и сделал шаг в её сторону, но не близко, чтобы не спугнуть. Со стороны это выглядело, будто охотник ловит несмышленого зайчика.-Мне нужна сигарета. Вы случайно не курите? -Курю.-Твёрдо ответила моя ночная надежда на удовлетворение пагубной привычки.-Но только лёгкие. Вы не против? -Сейчас-нет. Сошла бы и завороченная в бумагу сушенная листва.-Нервно отшутился я. Она хмыкнула. Незнакомка подошла ко мне совсем близко, но как чуть позже оказалось, ей был нужен не я, а скамейка. Она поставила сумку, долго перебирала содержимое в ней, а потом, чуть слышно вздохнув, достала пачку тонких сигарет. -Последние две...Значит, судьба. Покурим вместе?-Она обронила последнее предложение так, словно предлагала что-то интимное. Не хочу показаться социопатом или, простите, мизантропом, но раньше я всегда курил один. Это был ритуал одиночества, обдумывания, согласия (или же наоборот-несогласия) со своими мыслями. Теперь же я верю в то, что она попыталась залезть в мои мысли, вторгнуться в моё личное пространство. И, о да, я её понимаю, нет ничего болезненнее, чем получить отказ. Поэтому я согласился. Она достала одну себе, последнюю же протянула мне вместе с пачкой, как будто не хотела оставлять следы на том, что я буду позже вдыхать. Я оценил этот жест. Достал спички (и это не дань прошлому, а просто очередная утренняя забывчивость купить зажигалку), дал подкурить сначала даме, (ведь так мы, мужчины, тешим своё самолюбие-помогая девушкам), а потом подкурил сам, предварительно неудачно спалив три серные головки. -Часто Вы здесь гуляете?-протянула она на выдохе. -Каждые будни по вечерам.-Поймал её выход я. -Значит, Вы здесь рядом работаете. И кем, если не секрет? -Перекладываю бумаги сутками с места на место, а под конец месяца сдаю начальнику отчет о проделанной "усердной" работе. Она засмеялась. Так чисто, как будто она не курит. Я и раньше слышал приятный смех, но всегда думал, что это больше наигранность. Нет причин и сейчас не думать так же. -Вы здесь тоже работаете поблизости? -Может быть. Я бы сказала, что я здесь живу, но "работаю"-намного больше подходит к тому, что я делаю дома. -Так Вы домохозяйка? -Можно сказать и так.-Она задержала улыбку с прошлого фальшивого смеха, а когда уловила мой взгляд на ней, перевела глаза в сторону, словно что-то заметила. Я знал, что там ничего нет. Я знал, что она смущается. -Знаете, я... Она перебила меня, стряхнув пепел с окурка, а затем бросив его рядом со своей ногой. -Простите, было приятно с Вами...покурить. Но я должна идти. Пачку оставьте себе. Всего доброго. Девушка ушла также внезапно и быстро, как и появилась в моём поле зрения. Я хотел было выбросить пустую пачку, но случайно встряхнув её, заметил, что она была не пуста. Внутри оставалась ещё одна сигарета.