Долгий путь домой

Год все же миновал. Хотя, по ощущениям Луз прошло по меньшей мере пол вечности. Когда время путешествия бессмертной подруги стало подходить к концу, Носеду все чаще посещали тревожные и противоречивые мысли. Она всеми силами направляла внимание на учебу, освоение новых технологий, выкладывалась на студенческих исследованиях и презентациях, но даже этого оказалось недостаточно. Одинокими ночами девушка вспоминала, как Эмити лежала рядом, какой нежной оказалась ее кожа, и как она смеялась, когда Луз щекотала ей живот. Иногда доминиканка жалела, что раскисла за прощальным ужином и еще долго плакала после отъезда путешественницы. Самое неприятное во всей ситуации было полное отсутствие гарантии того, что Эмити вообще вернется. Шатенку начали одолевать сомнения, а не выдумала ли ее подруга всю эту странную историю, просто чтобы поиздеваться над ней? Нет! Умная, внимательная и рассудительная Блайт никогда бы так не поступила. Странствующая чудачка вернулась так же внезапно, как и уехала. Однажды доминиканка просто возвращалась домой после подработки и наткнулась на нее под парадным. Та сидела на лавочке, а увидев Носеду просто спросила: — Хей, Луз, есть лопата? Доминиканка застыла на месте. Она хотела расцеловать Эмити, обнять до хруста костей и крепко врезать за то, что не пожелала пользоваться телефоном все это время. Но вместо этого студентка вяло пожала плечами. — У деда со второго этажа найдется. Девушки одолжили орудие, по словам путешественницы, чтобы посадить цветы, и отправились в просторный старый парк. Блайт заверила, что озелененная местность была обустроена здесь еще в позапрошлом веке и практически не изменилась. Только деревья выросли. Под одним из таких старых кленов чудачка начала копать яму. Луз все это время озадачено следила за ее действиями. Из-за странной атмосферы и смазанного приветствия появилось ощущение, что все это время Эмити не в лесах Амазонии бродила, а вышла за картошкой фри. Или за пиццей. Без сомнений, Луз успела проголодаться во время этого абсурдного приключения. Блайт положила в яму несколько маленьких стеклянных бутылочек и ловко закопала. После чего Носеда бесцеремонно потащила девушку в закусочную возле дома. Официантка записала заказ и настороженно посмотрела на грязную лопату, прислоненную к краю стола. Эмити не обратила на это никакого внимания и сосредоточено произнесла: — Нам нужно полететь во Францию. Чем раньше, тем лучше. Луз весело хмыкнула, игриво облокотившись подбородком на ладонь. — Ты со мной так флиртуешь? Хочешь, я оценю твои булочки? И кофе утром в постель? — она загадочно похлопала ресницами. — Нет, я назначила там встречу на завтра. Мы должны поторопиться, тебе тоже будет интересно. — коротко ответила Блайт и приступила к принесенному ей салату. Носеда смутилась из-за несвоевременного флирта и того, что путешественница звучала очень отстраненно и почти по-деловому. Доминиканка с досадой принялась уминать картофель, вкладывая все неприятные эмоции в пережевывание. Когда девушки зашли в квартиру, Эмити подошла к шатенке сзади и бережно обняла, приложившись лбом к плечу. — Можешь принести мне кофе в постель во Франции. — прошептала бессмертная. — А сейчас лучше поспешить. Кто знает, куда их понесет потом. — Кого "их"? — удивилась Носеда, проводя рукой по отросшим локонам девушки. — Узнаешь. По прилете, Эмити первым делом поймала такси. Она же оплачивала билеты в аэропорту, когда Луз пыталась подсчитать свои финансовые сбережения. На вопрос, где Блайт откопала столько денег, та лишь неопределенно пожала плечами. За долгое время существования, видимо, и не такому колдовству научиться можно. Путешественницы вышли на небольшой солнечной улочке. На свежем воздухе, под тенью деревьев, спрятался уютный ресторанчик. Эмити подбежала к официанту, произнесла что-то на французском, и тот повел девушек мимо аккуратных кованных столиков в угол террасы. Там разместился стол побольше, и за ним уже сидели две женщины, попивающие ароматный кофе. Блайт снова сказала что-то мужчине, тот кивнул и ушел в сторону кухни. — Я заказала тебе фирменный завтрак со всеми видами джема, что у них есть. Луз широко улыбнулась и в порыве приобняла красотку за плечи. Та неловко застыла, но потом легонько погладила шатенку по голове. Наобнимавшись, они заняли свободные места. Девушкам подали завтрак. Перед Луз поставили кофе, тарелку с круассаном и тремя мисочками варенья. Для Эмити принесли чай и нарезку из фруктов. Носеда намазала хлеб и мысленно вернулась к незнакомкам. Первая напротив одета в темно-красное платье и солнцезащитные очки, а ее длинные волосы были полностью седыми, хоть сама она не выглядела старше сорока. Рядом, ближе к Эмити, разместилась женщина в синем платье и темными волосами. — Не парле франсе... — начала Луз, и светловолосая прыснула со смеху. — Я сама не парле. — ответила та, вытираясь салфеткой. Женщина отложила очки и с грустью посмотрела на доминиканку. — Значит, ты как я? Носеда непонимающе моргнула. Вторая незнакомка воодушевленно сложила руки и посмотрела на Эмити. — Давайте представимся. — гордо произнесла она и показала на себя. — Я, Лилит, бессмертный разум, сохранившийся в перерождениях. Луз закашлялась и отложила круассан на тарелку. Блайт похлопала ее по спине и подвинула чашку с напитком поближе к подруге. — Я, Эмити, тоже бессмертный разум, сохранившийся в перерождениях. — продолжила Блайт. — А вы? — хрипящим голосом спросила Луз у оставшейся. — Ида, человек. Стала бессмертной после общения с "этой". — она кивнула в сторону Лилит. Носеда чуть не облилась, когда пыталась запить першение в горле. — Да? — протянула шатенка. — А как... Что? — Я не в курсе. Так получилось. — коротко ответила собеседница. — Давайте сразу обсудим охотников на ведьм и разбежимся. — предложила Ида, устало облокотившись на руку. — Охотники на ведьм? — скривилась доминиканка и глянула на Блайт. Та лишь пожала плечами. — Да, охотники веками разыскивали таких, как Эмити или я. — встряла Лилит. — Но в итоге оказалось легче выследить их спутников. Например, мою названную сестру. Она просто перестала стареть, даже научилась регенерации, что очень странно. Видимо, как-то повлияло наше долгое пребывание рядом. — Ага, по ее вине меня сожгли на костре, как ведьму. — с досадой сообщила женщина в красном, на что Луз и Эмити напряженно вытаращили глаза. — Пришлось очень долго и болезненно срастаться по кусочкам заново. — Какой жесткач. — прошептала Носеда. — Луз, никогда не попадайся и не умирай. Я не одобряю. — протараторила Блайт. — Можно было избежать конфликта и пережить то время проще, но кто-то отказался со мной разговаривать пять перерождений. — строго произнесла Лилит. — И я все еще зла, между прочим. — недовольно ответила Ида. — Эмити и "вот эту" бесполезно отслеживать, они полностью похожи на людей. А вот их нестареющих спутников... Наверное, нас и не должно было существовать. Бессмертный человек во многом отстает перед сменой поколений, ты понимаешь, девчушка? Эволюция меняет не только человека, но и социальное развитие. Меня вот радует, что больше не нужно носить корсеты, чтобы выйти в город приятно поесть. Хотя, в корсете есть уже и не хочется. Лилит и Эмити дружно вздернули плечами при упоминании удавки для ребер. — А ртутная косметика... — не сбавляла обороты Ида. — А как вам ядовитые краски для платьев? Я однажды обрадовалась, когда решила, что уже час мой настал и я скоро умру, как все нормальные. Но нет, это мое любимое платье с радиоактивным зеленым красителем. И я его все равно носила, не пропадать же красоте. Как все завидовали... А особо несносным приставалам я давала его потрогать. — довольно хмыкнула Ида, предаваясь воспоминаниям. — Я просто рада, что современные химики придумали безопасную краску для волос. — вдруг добавила Эмити. — У меня ведь нет регенерации, а скрываться на видном месте гораздо веселее. Особенно, когда люди опасаются смотреть на тебя из-за вызывающего внешнего вида. Компания поговорила еще немного, обсуждая нелюбимые исторические периоды, странные законы и правила прошлых столетий. А Луз оставалось увлеченно слушать и задавать вопросы. Перед тем, как разойтись, она обменялась с Идой электронной почтой. На случай, если возникнут вопросы. А по словам светловолосой, они точно возникнут, рано или поздно. — Это чудо, что мы встретились. — сказала Лилит на прощание. Остальное время Эмити с Носедой прогуливались улочками, молча обдумывая полученную информацию. Чтобы как-то перейти от атмосферы «нас сожгут охотники» до «кофе в постель», Луз решила, что самое время сбавить напряжение с мозга и перенести его на челюсти. Она купила два стаканчика ванильного мороженного, и предложила съесть их в тени парка. Девушки нашли свободную лавочку и хмуро на нее плюхнулись. — Значит, у нас тут ситуация Дедпула и Вижена? — отозвалась Луз. Блайт прищурилась в недоумении. — Эм... Зомбимен и Всемогущий? Хотя, это больше про его силу... — перефразировала Носеда. — Понятнее не стало. По совершенно потерянному взгляду собеседницы Луз поняла, что движется в провальном направлении. И решила начать заново. — Я знаю, что вся эта ситуация с охотниками и нестареющими спутниками оказалась... ну очень внезапной. Но мы даже не знаем, как это работает. Может, я и не стану такой как Ида. Никаких гарантий нет. Хотя, я была бы не против провести с тобой вечность. — Ты не знаешь, о чем говоришь. — перебила девушку Эмити. — Вечность это не прогулка в летнем парке. Это... — она начала так хаотично размахивать руками, что из оставшегося вафельного рожка чуть не расплескалось подтаявшее мороженное. Луз взяла паникершу за руку и облизнула с ее кисти пару сладких капель. Это быстро переключило Блайт на другой лад, и она смущенно покраснела. — Повторяй за мной, — спокойно скомандовала Носеда. — "Мы справимся с этим вместе". Давай! Эмити протяжно вздохнула и неуверенно произнесла: — Мы справимся с этим вместе. — Вот, другое дело. А теперь мы проведем незабываемое свидание по-французски. — выдала Луз, резко подорвалась на ноги и потянула девушку за руку. Они отправились на импровизированную экскурсию. Несмотря на то, что с самого возвращения Эмити держалась отстраненно и немного одичало, она приложила много усилий, чтобы Носеда насладилась этим днем. Блайт старалась больше улыбаться, краснела, но держалась за руки, и не упустила возможности рассказать о давних историях, которые происходили с ней в этом городке пару столетий назад. Путешественницы наткнулись на музей бабочек, и Луз восторженно вздыхала, когда Эмити сказала, что видела многих в дикой природе. В такие моменты доминиканка задумывалась о том, что с радостью составила бы возлюбленной компанию в насыщенных странствиях. Но девушка решила не произносить этого вслух, чтобы не спугнуть попутчицу. В особо располагавший момент, когда они стояли на мосту, Луз полезла целоваться, но Блайт с ужасом ее отпихнула. Затем, через пару минут осознания, она облегченно вздохнула и поцеловала девушку сама. Чудачка объяснила, что по старой памяти испугалась, что их посадят за однополые отношения. Вечером Эмити повела спутницу в любимое кафе. Правда, в последний раз она была там лет сорок назад. Но пожилой официант заверил, что шеф-повар все тот же, а приемник его сын. Столик украсили тарелки с изысканными закусками, а рядом переливались в закатном свете два бокала вина. — Я пыталась тебе позвонить, но телефонные будки в большинстве стран уже снесли. — каялась путешественница. — Думала написать письмо, но у меня не было постоянного обратного адреса для тебя, а ты точно захотела бы ответить. — Ох, этот год дался мне очень тяжело. Я верила, что ты вернешься, но больше так не пропадай. — строго пригрозила пальцем доминиканка. Внезапно к ним подошел пожилой мужчина в поварской униформе. Он эмоционально заговорил на французском, а Эмити отрицательно махала головой. В речи мужчины мелькнуло имя Эмира, и он достал черно-белую фотографию. На ней, судя по всему, был он сам, только молодой, а рядом стояла незнакомка очень похожая на Блайт, но с модной для того времени прической. Мужчина поклонился и ушел. После чего девушкам налили еще по бокалу вина за счет заведения. — Это что сейчас было? Он тебя узнал? — расспрашивала Носеда. — Нет. — Махнула рукой бессмертная. — Он спросил, не моя ли бабушка на фото. Луз немного подумала и не удержалась от легкого допроса. — Так, как это все происходит? Твои переходы? — Если коротко, когда приходит время сменить тело, у меня начинается лихорадка, после которой возникает тотальная амнезия. Видимо, какое-то время я живу как обычный человек. Инстинкт берет свое, и... у меня появляется новая оболочка. А предыдущая отмирает, как скорлупа. — У тебя очень красивая скорлупа. — ответила Носеда, восхищенно глядя на бессмертную. — Так и задумано, чтобы дурачить невинных попутчиков и попутчиц. — хитро протянула Блайт и нежно поцеловала девушку. Они отправились в отель. После долгих поцелуев, Эмити отошла в душ. Быстро заскучавшая Луз решила составить ей компанию. Чтобы намылить спинку, разумеется. Но от кое-чего другого она бы тоже не отказалась. Маленькая пенная вечеринка перешла в обнимания и поглаживания. Но привкус мыла девушкам быстро надоел, и они перебрались в кровать. Путешественницы лежали, глядя друг на друга, и немного глупо улыбались. Носеда приподнялась на локте и начала медленно гладить возлюбленную по волосам, перебирая прядку за прядкой. — Знаешь, — тихо произнесла Луз, — я часто вспоминала, как мы тогда провели ночь вместе после переезда. — Вот так? — игриво произнесла Блайт и закинула на девушку ногу. Носеда усмехнулась. — Да. И какая ты милая и нежная... — мечтательно продолжила шатенка, поглаживая придавившее ее бедро. Эмити придвинулась ближе и начала расцеловывать Луз лицо. На Этот раз доминиканка точно знала, как она хотела бы показать любимой свои чувства, и смело перевернула девушку на спину. Утром Носеда проснулась в одиночестве. Она подошла к окну, чтобы раздвинуть шторы и обнаружила на подоконнике записку. [ Дорогая Луз, Я осознала, что очень привязалась к тебе. Иногда у меня возникала мысль, что я была бы рада такой спутнице для вечного скитания по земле. Но моя сильная любовь к тебе говорит, что я не могу так поступить. Я не смею делать из тебя монстра, на которого могут начать охоту одержимые люди. Я буду помнить тебя, Луз Носеда, даже не сомневайся. С любовью, навеки твоя, Эмити. ] Доминиканка перечитала письмо несколько раз, и настоятельно решила, что обязательно отыщет возлюбленную, во что бы то не стало. Но она не знала, что на Блайт открыл охоту и кое-кто пострашнее.