Мятный рассвет

• Черный силуэт сидел, облокачиваясь на старую кирпичную стену заброшенного здания. Над ним нависала огромная тень, пуская ему прямо на лицо слюни, это было существо, голову которому заменял коровий череп без нижней челюсти и свисающим с гортани ярко-красным языком. — ВО ВСЕМ ВИНОВАТ ТЫ! — орала огромная призрачная фигура, плевавшая в лицо маленькому худощавому, так же как и он давно мертвому парню. Резко в лицо бледному призраку прилетел кулак, удар, удар и еще удар. Он пытался отбиться ногами от насильника, но ничего не получалось, тот был в два раза больше него. — Кого ты из себя строишь? Героя? Храбреца? Спасителя? Блять, ты хочешь чтоб это все закончилось? — белоснежный череп приблизился к лицу страдающего. Пара ударов по ребрам проверили слушает ли он, раздались пара хрипов и затишье. Призрак все это время смотрел на крест рядом с ним, его поставила одна хорошая знакомая. От мысли, что он назвал ее знакомой, ему захотелось смеяться. Хотелось бы вытереть слюни с лица, ответить на удары, но руки, которые и так жили отдельно от тела Феликса, при страхе постоянно отказывали и просто безжизненно падали на землю. Хотелось бы наорать на него в ответ, но ему было слишком страшно. — Прекращай, Генри, я же сказал, что сам ничего не понимаю… Кожаные поводки, намотанные на руках у быка, агрессивно натянулись, как будто на показ. Доберманы на них приблизились к телу хрупкого парня. — ПОЧЕМУ ТЫ МЕНЯ ТАК НАЗЫВАЕШЬ? КАКОЙ, НАХРЕН, ГЕНРИ? Разбитый Феликс лишь растерянно смотрел на коровий череп, понимая, что он ничего не помнит, совершенно ничего. Рука так называемого Генри резко поднялась, намереваясь снова ударить его, но ее остановили. Черное как смоль существо неодобрительно промычало, с легкостью оттаскивая огромное тело. Оно было похоже на ангела, черные и белые пары крыльев взволнованно встрепенулись, перед лицом Феликса появилась книга. Бегло просмотрев разворот, он жалобно взглянул на ангела и покачал головой, там были написаны руны, которых он не понимал. Книга резко захлопнулась и повисла рядом со смоляным призраком, от его тела падали черные и белые частицы, растворяясь у земли. Тот встал, скрестив руки на груди и смотрел на Феликса, слегка наклонив голову. Создание внимательно рассматривает призрака, сохранившего человеческие черты, даже одежду, хоть и потрепанную и грязную. Правда, конечно же есть отличия, его кожа стала белой как лист бумаги, руки окрасились в фиолетовый, а ладони отделились от тела, на них просвечивались вены и сосуды, на внутренней части ладони боязливо моргали два глаза, в его животе была дыра, из которой сочилась кровь и приманивала голубых бабочек, облепивших его. Ох, а датчик на запястье, весь в дребезги, из него сочилась зеленая жидкость, от которой бабочки просто пьянели, такую ходячую закуску они точно не оставят в покое. Сзади него стоял агрессивно настроенный Генри, у него была потертая кожаная куртка и порванная красная футболка, в этих вещах он умер в обоссанном подъезде с одним из его товарищей по рюмке. Казалось Феликс был на его похоронах только пару дней назад, а вот уже прошла пара лет, он сам успел умереть и теперь они, застрявшие между мирами, выясняют отношения, как и раньше, но бык этого не помнит, он не помнит кем был. Датчик Генри был наполовину черным, остальное пространство ало-красным, этим же цветом горели глазницы в черепе и глаза его доберманов. — Мхмхмх, — мычал, размышляя Сора. Его рот был заклеен печатями, он пытался писать, что-то на страницах древней книги, но никто ничего не понимал, для них это были просто непонятные руны. — Зачем вы пришли за мной? — неаккуратно подал голос Феликс. — Ты ключ, во всяком случае, этот так думает — уже более спокойно отвечал палач. — Ты его понимаешь? — Нет, но он неплохо рисует на песке — Избитому парню показалось, будто бы череп усмехнулся. Парень без рук неодобрительно и одновременно вопросительно посмотрел на них, слегка косясь на трех псов, думая, что сейчас их спустят, но, тяжело выдохнув, бык успокоился и расслабился. — Я ему доверяю, он освободил меня от оков моей могилы, в которых ты уже на протяжении долгих лет находишься, но это ненадолго. Если бы ты не рыпался, мы бы закончили быстрее, но тебе лишь бы повыебываться…и, черт возьми, значит мое имя из прошлой жизни Генри? Кем мы были друг другу? — Любовниками, дорогой. — милым голосом сказал Феликс. — АХ ТЫ СУКА, Я ЖЕ СЕРЬЕЗНО — Бык делает шаг к избитому призраку, его тело нагревалось от злости, и все слюни, капающие с языка, начали испаряться. Псы сзади зарычали, как будто отражая эмоции хозяина, но рука ангела, снова его остановила. Закатив глаза, смоляной призрак указывает на небо, на котором появилась первая звезда. Взяв миску с кровью, стоявшую под крестом, он начал рисовать руны на щеках слабого призрака. — Откуда вы взяли кровь? — спросил парень, пытаясь взять под контроль свои руки, пока Сора рисовал. — Тебе знать не положено, лучше сиди смирно и действуй по инструкции. Воздух был пропитан запахом прекрасного осеннего вечера, двое призраков явно торопились, боясь, что их найдут другие, те, которые потеряли себя навсегда, которые разорвут их в клочья, те, которые высосут последнюю энергию из их датчиков. Вот все руны начерчены. Избитый парень, полностью обмякший и растекшийся по стене, смирно ждал, что произойдет, зная, что еще один вопрос и его прибьют. Последняя жидкость из датчика Феликса загорелась ярко-зеленым и поднялась в воздух. Был слышен звук шагов по гравию. — Увидимся в аду.