Сквозь темноту

      Встречать Чонгука с вокала уже стало привычкой. Тэхён как всегда стоит возле его кабинета и терпеливо ждет, с минуты на минуту урок закончится.       Голос у Чонгука самый красивый, из всех что он слышал. Его нежное звучание услада для ушей. Каждая строчка пробирает прямо в душу. Он наверно никогда не устанет слушать его. Все же без наверное. Если закрыть глаза сразу вспоминает лицо Чонгука. И причем не как-нибудь, а в профиль. Может, потому, что он всегда ходил или сидел сбоку?       Тэхён считал каждую редкую улыбку, его внимание привлекали золотистые отблески лучей солнца на его коже и прядах волос. На его лице — природы краски. Ему нравится смотреть на него, нравится его касатся. С тех пор как он увидел Чонгука, ни один человек не бредил так сильно его кровь. Когда он смотрит в глаза Чонгуку видит только собственное влюблённое выражение лица.       Дверь открывается, учитель помогает Чону выйти. Он подбегает, кланяется учителю, и хватает парня за руку.       —Привет, Чонгук-и. —Счастливо говорит парень.       —Привет. Вот скажи, ты не устал за мной ходить, а? — Как всегда бубнит Чон.       —Нет, Гуки, я никогда не устану. Прогуляемся парком?       —У меня нет выбора. —Просто солгашается. Все равно сам он домой не дойдет.       Тэхён радостно обнимает Чона, и тащит за собой. Они идут по давно изученной бетонной дорожке до их скамейки в тишине.       —Думаю нам нужно поговорить. — Первым разрушает тишину Тэхён.       —О чем? — Безразлично говорит Гук.       — О нас, Чонгук. Я не знаю что между нами происходит, кто мы друг другу? Почему ты так холоден ко мне? —Слова отдают глубокой печалью, Тэхён сжимает руками колени.       —Загляни внутрь моих глаз- все равно ничего не увидишь. Мне известно только одно: там темнота. Настолько, что даже трудно представить. И все там наполнено мраком — густым, впитавшим в себя все виды мраков этого мира. — Чонгук питался говорить медленно, подыскивая нужные слова. —Ты совершенно меня не знаешь.       —Пожалуй, ты прав — я действительно еще плохо знаю тебя. Я, конечно, не дурак, но чтобы понять некоторые вещи, требуется время. Было бы у меня это время, я бы смог в тебе разобратся. И понимал бы тебя лучше всех в этом мире.       —Как ты можешь меня понять, если я сам себя не понимаю.— Грустно вздыхает Чон.       —Расскажы мне что-то о себе. Вместе мы сможем понять кто мы и что собой представляем.       —За чем тебе это, Тэхён? У меня в жизни ничего не изменится, а ты уже видишь цвета. Зачем ты мучаешь меня?..       —Потому что я вижу цвета только в твоих глазах! Как ты не понимаешь? — отчаянно кричит Тэ.— Я не хочу никого другого, мне нужен ты, Чонгук. —Тэ хватает его за руку и крепко сжимает. —Дай мне шанс, прошу…       По коже растекается тепло, рука Тэхёна так хорошо его греет, сил соррится нет. Чон вспоминает слова Сокджина, его наставления, и впервые в жизни решает открыть свою душу. Он молчит еще несколько минут, собирается с мыслями. Если бы Тэхён хотел его просто использовать, разве бы он столько времени тратил на уговоры и встречи с ним. Да и Чонгук как то уже привык к нему, ему нравится его глубокий бархатный голос, то как Ким нежно держит его за руку. Чону льстит его внимание и забота. Возможно это звучит глупо, но он действительно уже кажется родным. Когда Тэ отвлекает его разговорами ни о чем, или просто может молчать, когда это нужно, понимает его настроение, даже любимые Кимовы касания уже не кажутся чем-то бесмысленным. Когда он с Тэхёном черные черви не терзают душу.       Чонгук чувствует себя самым ужасным человеком во Вселенной.       Досчитав до десяти, чтобы успокоится он начинает говорить:       —Я почти не помню свое счастливое детство, маму и папу, все мои теплые, радостные воспоминания со временем неумолимо стираются. Я забыл уже многое. Но, извлекая то, что я помню, они очень меня любили. В любом случае больше у меня этого ничего нет. В своем сердце я храню несовершенные воспоминания, которые частично пропали совсем и улетучиваются дальше с каждой минутой. — голос дрожит, Чонгук начинает нервно перебирать пальцы Тэхёна, а тот просто молчит и ждет.       —Когда мне было 10 лет, мы с семьей хотели провести выходные за городом. Помню мама долго собирала нам вещи, наготовила вкусностей. Мы ехали на своей машыне, весело пели песни, мне было так хорошо… — Слеза течет по щеке, Тэхён осторожно стирает ее своей ладонью.       —А потом я помню только боль и темноту.— Грудь тяжело подрагивает, дышать трудно, воспоминания того дня молниями прожыгают тело, старая рана начинает кровоточить.       Тэхён без раздумий сгребает Чонгука в обятия, стирает слезы парня, и плачет сам. Ему невыносимо больно видеть его слезы.       —Тише..тише Гуки. Я с тобой. Ты не один. — Шепчет Чону, невесомо целуя в макушку, поглажывая по спине.       —Папа…он не справился с управлением и машыну занесло. Мама повторяла «Чонгуки, сынок я люблю тебя» А потом помню сильний удар.       Чонгук старается успокоится, сглатывает комок в горле, неосознано жмется ближе к Тэхёну, сжимая в руках его свитер.       —Когда я проснулся, то ничего не увидел, голова взрывалась от боли, все тело как будто пропитанно болью, казалось, что все кости перекрутили в мясорубке. На глазах тугая повязка, во рту пустиня. Мне стало очень страшно, я питался поднятся, но каждое движение словно током билось. Чужые руки аккуратно коснулись моих плечей. Это был Намджун-хён — мой врач. —Вспоминая хёна улыбка появлается на измученном лице.       —Вы очень близки с ним, правда? — спрашивает Тэ.       —Да, он стал для меня врачом, другом и папой. После аварии я остался сиротой, которому прямая дорога была в приют, где сотни, таких же детей, лишенных семьи. Но Намджун- хён забрал меня к себе. Он и Сокджин-хён стали для меня семьей. Я им очень благодарен. И я до сих пор не понимаю как они меня выдерживают. Я ужасный человек, Тэ. Я не могу ничего с этим сделать. Понимаешь? Как бы я не хотел изменится, быть добрее, открытся миру и просто не думать обо всем я не могу. Этот страх с детства, темнота, панические атаки и сны, они убивают меня. Мне временами кажется, что я просто псих. Псих которому не место среди таких людей как они.       —Ты не псих, Чонгук-и. Тебе просто страшно, ты многое пережил в раннем возрасте. Такую боль не все способны выдержать. Но я понимаю тебя, я принимаю тебя таким. Твой образ порождает в моей душе восторженый трепет и заставляет мою кровь бежать быстрее по венам, а сердце колотится в радостном делирии, потому что близость с тобой для меня — сама жизнь. Я люблю тебя. Я люблю все твои плохие стороны, люблю твои страхи. Я готов всегда быть с тобой, готов бороться с каждым твоим демоном. Ты самое ценное, что есть у меня. Не отталкивай меня, пожалуйста. Этим ты делаешь мне очень больно. Позволь мне просто любить тебя.       Тэхён шумно вздыхает, крепче сжимает Чонгука и плачет навзрыд, отпускает всю боль, душа кричит от боли и от облегчения. Он сказал. Наконец-то решился. Теперь все зависит только от Чона.