Злодейский дар героя

       Сегодняшний день точно не предвещал ничего хорошего. Находясь ещё в своём сне, Мия начала чувствовать запах спирта. Аромат был едким и обжигающим, зуд прошёлся по всей слизистой. Еле как открыв опухшие веки, она увидела перед собой мужчину в белом халате, своих подруг и тётю Морико. Глаза Айзавы следили за ваткой, которой водили около носа. — Она очнулась, — устало вздохнул доктор, снимая маску с лица и улыбаясь своей широкой и доброй улыбкой. Эта мужская улыбка заставила улыбнуться саму девушку. Приподняв голову, Мия увидела в дверном проёме ребят из соседней комнаты. Лицо девушки помрачнело. — А что, собственно говоря, произошло? — тихо пробубнила девушка, после чего резко схватилась за шею. Её голосовые связки были порваны и жутко побаливали, когда она пыталась произнести одно единственное слово. Само горло было сухим, слюны не хватало, чтобы обмочить горло. Она попыталась встать, чтобы элементарно выпить стакан воды, но её тут же положил врач обратно: — Чш, тебе пока нельзя вставать. А что с тобой произошло, расскажут твои сожители. Парни, можете заходить.        В комнату зашли Изуку, Шото и Кацуки. По их лицу можно было понять, что они явно чем-то встревожены. Мия повернула голову к ним и встретилась со спокойным Бакуго. Ей нравилось именно такое его состояние, когда он не ругается и не взрывает все подряд в приступе гнева. Сам парень лишь один раз посмотрел в заспанные бледно-голубые глаза и отвёл взгляд в сторону. Кацуки не любил находиться в таких ситуациях, когда человеку плохо и больно, но он ничем не может помочь. — Мия, — резко сказала Яойрозу. Девушка повернула голову к Момо. Ненавижу, когда на меня смотрят такими жалостливыми глазами, думала Айзава. — Ты сильно кричала во сне… — Мы пытались тебя разбудить, но все попытки были тщетны… — добавила Очако, посмотрев на парней. — Было слышно даже в нашей комнате, — произнёс Тодороки. — Кричала ты долго, и мы решили посмотреть, что происходит в вашей комнате, — продолжил Мидория, подойдя к Очако. — Когда мы зашли, ты сильно плакала и срывала голос в криках. К тому же, ты смогла разорвать подушку и матрас, — завершил рассказ Кацуки, наблюдая, что происходит за окном. Но Момо под конец добавила: — Мы рассказали Морико Такаге и сходили до врача. Откачивали тебя довольно долго.        Айзава пыталась переваривать в голове изложенную одноклассниками информацию, но пока выходило вяло. Спина сильно болело, в принципе, как и все тело. Она повернулась на другой бок, но почувствовала, как что-то неестественное мешало положить голову более прямо. — Чёрт, она заметила… — шёпотом произнесла Очако, всматриваясь на голову подруги.        Мия незамедлительно вскочила с кровати, не обращая на затекшие конечности. Растолкав парней в разные стороны, она присела на колени возле зеркала. В своём отражении она увидела девушку в короткой ночной пижаме, с длинными прямыми волосами пепельно-голубого оттенка, бледно-голубые глаза, раньше которые были янтарными, с длинными ногтями, а что заставило удивиться больше, так это маленькие ярко-синие рожки, запутанный прядями волос.        Врач вывел парней из комнаты, ибо не годно наблюдать за полуголым девичьим телом. К ней подошли Момо и Очако. Глазами полными любви, она смотрела на свое прекрасное отражение. — Она выглядит… Живой и энергичной. Не знаю, заставить соблюдать постельный режим или же с её здоровьем все хорошо и она без проблем сможет работать в академии? Мисс Такаге, как вы думаете? — спросил доктор, улыбаясь все той же доброй улыбкой. — Она справится. Мия сильная девочка, — уверенно ответила директриса, позже добавила: — Пусть она сегодня хотя бы просто присутствует на занятиях.        Женщина и врач незаметно покинули комнату девушек. В коридоре продолжали стоять невозмутимые парни, которые сразу же подошли к взрослым, как только те вышли из спальни девчонок. — Ну, как она? Не бьётся в истерике? — спросил Мидория. — Можете сами посмотреть, — подмигнул врач. Он и директриса вышли из дома, а Изуку сразу же постучался в соседнюю комнату. К ребятам подбежала Мия, радостно подпрыгивая. — Вы только взгляните какие у меня милые рожки! — Коза, — неосознанно ляпнул Бакуго, дотронувшись до маленьких рожек девушки. Айзава попыталась ему ответить, но голос пропал, остался лишь один невнятный шёпот. Тогда девушка привстала на носочки и наклонилась к уху блондина, щекоча своим тёплым дыханием. Кацуки замешкался, ожидая дальнейших действий. Он прошептала: — Раз я коза, то я тебя сейчас забодаю!        Мия напрыгнула на парня, тем самым повалив его на пол. Она села на него верхом и прижимала со всей силы коленями его руки. Девушка прислонила свои рожки к шее Бакуго, немного углубляя в неё. Блондин вновь почувствовал горячий воздух на коже. Он не мог ничего поделать с ней. Как она это делает? Как она смогла усыпить бдительность и поставить меня в ступор? Столько вопросов в голове, но вряд-ли бы он смог найти ответы попутно ненавидят. Кажется, он на мгновение перестал дышать, видя идеальный изгиб талии девушки.        Открыв рты от неожиданного поворота событий, ребята в сторонке наблюдали за этой, довольно милой, картиной. Мия не стала долго ждать отпора от парня, поэтому разочарованно взглянула на Кацуки и встала с парня. И вновь это быстрая смена состояния и эмоций. Хладнокровно взглянув на всех, она улыбнулась невинно: — Ну, ладненько! Мы пошли собираться на занятия.        Айзава ушла к подругам, закрыв за собой дверь. Бакуго незамедлительно встал с пола и отряхнулся. Под раздраженным выражением лица с нахмуренными бровями пряталось лёгкое смущение. Парни ушли к себе в комнату, чтобы одеться в школьную форму.

       В голове опять появился Он. Сердце не выскакивало из груди, не колотилось с бешеной скоростью, но она ждала его. Девушка хорошо запомнила легкое покалывание в груди и чувствовала его периодически. Теперь Его образ ей представлялся совсем другим. Множество шрамов от глубоких ран, которые останутся на всю жизнь, синяки по всему телу… Самое страшное, что она могла себе представить, так это потеря его причуды из-за травмы глаз. И опять Мия накручивала себе плохие мысли. Кажется, сильные переживания о дорогих ей людей стало вредной привычкой. Вредной, потому что страдала она недосыпом, головной болью и депрессией. Как сейчас. Айзава с ребятами вновь решили ехать на поезде. В этот раз их сопровождал Жан. Ей нравилось в нем то, что он не был озабочен ей и не приставал к ней. Но теперь, её сознание поменялось без разрешения хозяйки. Мия думала, что она стала… Развратной, раз придумывала моменты, выходящие из рамок приличия. На кого она кинет свой взор, с тем она в голове и займётся непристойными вещами. И почему-то девушку это совсем не смущало. Ей было только не по себе, когда в голове появлялся Бакуго. Именно он мог сделать так, что снаружи её лицо становилось расслабленным, а воздух казался тяжёлым, чтобы вдохнуть полной грудью.        Одноклассники не могли не заметить ярко-синих рожек девушки. — Можно мне их задеть? — спросила Мина, и её рука потянулась к голове Айзавы. Мия перехватила её руку ещё на полпути. — Погоди. Я не хочу, чтобы к ним кто-то прикасался…        Девушка виновато улыбнулась, показывая ей свои белоснежные зубки. Но Ашидо без стыда и совести прищурилась и всматривалась в её улыбку. — У тебя ещё и клыки!        Мия начала ощупывать зубы языком и, действительно, у неё были острые маленькие клыки. Любыми изменениями с телом девушка любила поделиться с ребятами. Она каждому показала свою новизну. — Что это с ней? — спросил Киришима, наблюдая, как Мия смотрела в глаза Изуку и между их лицами почти не было расстояния. Очако покраснела и сказала Айзаве: — Сядь, пожалуйста… — У неё крыша поехала ночью. У неё и так тупая башка, а сейчас ещё и отмороженная, — выдохнул Кацуки, посмотрев на девушку.        Клыки девушки коснулись её тонкой кожи на кисти руки. Слегка надавив, она почувствовала на языке сладковатый привкус. К ней подбежал Изуку. — Мия, ну что ты опять творишь? — Мидория позвал кондуктора, и тот пришёл с аптечкой. Жан начал перевязывать ей руку. — Как ты смогла прокусить кожу до вены? — спросил молодой человек, когда закончил с рукой Мии. — У меня клыки! Спасибо за помощь, — девушка взяла его лицо в руки и их лбы соприкоснулись. Парень странно посмотрел на Айзаву и ушёл.        Айзава вспомнила про сегодняшний приезд брата. Было интересно узнать, что он скажет о изменениях девушки. Но вдруг он разозлиться? Или же огорчится? В любом случае, он говорил, что кардинальные изменения её тела — это плохо. Он не рассказывал причину. Практически всегда, когда он ей что-то говорил, то не объяснял. Но и девушка была не так сильно заинтересована.

***

       На всех занятиях Мия просто сидела и слушала учителей. Ей не разрешались ни умственная, ни физическая нагрузка. Она вяло следовало со своим классом. И тут она поняла, что все почти ходят парами или группами, кроме неё. Изуку всегда ходил с Очако и Тенья, иногда и с Шото, и с Тсую; Киришима, Каминари, Мина, Серо пытались ходить вместе с Бакуго; остальные по парам, девочки с девочками, мальчики с мальчиками. Мие лишь оставалось идти одной в конце ребят. Её звал Мидория к ним, но девушке не совсем нравился круг общения, а точнее о чем они разговаривают. Айзава предпочитает весёлую компанию, которую только и ищут приключения на свою пятую точку. Но пока ей и самой не хотелось ни с кем разговаривать. Главное дождаться Шота, а потом жить так, как он скажет. Она уже привыкла к полному опекунству брата и никогда не возражала. Вот и сейчас, когда все идут на завтрак, она сидит в классе за своей партой и рисует в альбоме. Мия теперь будет таскать свой скетчбук везде и всегда, чтобы занять себя в свободное время. К ней подошёл Киришима и Каминари. — Мия, пошли на завтрак. Сколько ещё сидеть собираешься? — спросил Денки, подсаживаясь к Айзава. — Я не хочу, — отвечает им девушка. — Ну, пошли-и-и, — начал трясти её за плечи Эйджиро, сам качаясь на месте. Рука Мии сильно сжала его. К ним подбежала Мина: — Эй, не делай так! — Я не собиралась ломать ему кости, — равнодушно произнесла Айзава и отпустила руку, продолжив работать над рисунком. — Ещё скажите, что я неуравновешанный, — усмехнулся Бакуго, выходя из класса. Айзава, стиснув зубы, тяжело вздохнула. Парень был прав. У неё уже появились наклонности настоящего садиста. Все вышли из класса, оставив девушку одну.        Прошло около десяти минут. В кабинет зашёл парень с бумажным пакетом. Он сел напротив девушки и наблюдал за ней. Его проницательный взгляд начал бесить Мию и, не выдержав, подняла глаза на юношу. Фиолетовые волосы и такого же цвета глаза. Кажется она его видела в классе общего образования. Достав из пакета пончики, он положил их девушке на стол. Мия удивлённо взглянула сначала на пончики, а потом на парня. Его равнодушный взгляд был жёстче, чем у Тодороки. Девушка замешкалась, но взяла сладость в руки. — Спасибо… Но зачем? — Просто так.       Мда, не многословен, думала девушка, откусив маленький кусочек пончика. Она смотрела на парня, взгляд которого был направлен на её альбом. — Мия Айзава.        Девушка представилась, а парень просто взял и ушёл. Забрав бумажный пакет и упаковку от пончиков. Айзава была сильно шокирована таким странным поведением, хотя кто бы говорил…        В кабинет начали приходить её одноклассники. Когда она увидела знакомую зелёную макушку, она встала с места и поплелась к парню. Она прошла мимо Бакуго, но ей так хотелось остановиться возле него и рассказать, что произошло, но будущие его действия были очевидны. Поэтому девушка подошла к Мидории. — Изуку, ко мне парень приходил и принёс пончик, — рассказала Мия, держа в руках пончик, который она единственный раз откусила. Это было похоже на то, как маленький ребёнок рассказывал маме о сегодняшнем дне в детском садике. — А? Эм. Э. Ну… Как он выглядит? — растерялся Деку. — У него фиолетовые волосы. Такие красивые! И глаза у него были такого же цвета. Они тоже были очень красивыми! Да и вообще он сам по себе был красивым! — повторяла девушка слово «красивый» по нескольку раз. — А взгляд у него был такой: «А ля я полумертвый и не могу открыть глаза полностью и сделать живое лицо». — О! Так это Хитоши Шинсо. Но… Мне непонятно, почему он приходил. — Влюбился? — спросила Тсую. — Мы виделись то… Даже не знаю. Всего ничего, — отмахнулась Айзава и села обратно за парту, кушать шоколадный пончик с карамлью внутри.

***

       Подошёл конец учебного дня. Главное здание академии начинало пустовать. Большая часть учеников уже ушли, некоторые остались на дополнительные занятия, а класс 1-А только собирался уходить. — А где наша обезумевшая? — спросил Кацуки, обуваясь в уличные ботинки. — Переживаешь? —пошутил Киришима, отчего чуть не получил ожоги от взрывов блондина. — Захлопнись! — Нет, Бакуго все-таки во время спросил. Мии не было с того момента, когда отпросилась с урока, — произнёс Мидория, заглянув в шкафчик девушки, где весело её пальто и портфель. — Её одежда здесь. — Нам нужно её найти, — заявил Иида, нервно размахивая руками. — Я, как староста, ответственен за вас! Мия может быть где угодно. Поэтому разобьемся на пары. Девчонки! Вы должны сходить до вашего дома, проверить. Изуку и Бакуго ищите на территорию Юэй, а остальные обходите все кабинеты.

***

       Бакуго ходил по окрестностям, но так и не нашёл девушку. Как же я её ненавижу, думал Кацуки, дойдя до большого озера. В его глазах отзеркалилась сидящая девушка на берегу. Пыхтя от злости, он дошёл до Мии. Её грустный томный взгляд затушил гнев парня, но он не мог не накричать на неё: — Какого черта, ты здесь делаешь? Очкарик отправил искать тебя, а ты здесь сидишь и тупо рисуешь! Уу, как ты меня заебала со своими странностями…        Неожиданно для себя, он упал на песок рядом с девушкой. Нахмурив брови надув от злобы губы, он смотрел на озеро и за горизонт. Было где-то шесть часов вечера, а солнце начинало потихоньку садится. Кацуки и Мия сидели в тишине. Лицо парня оставалось прежним, но оно расслабился, когда услышал её ломкий встревоженный голос: — Я сильно изменилась? — Как была придурковатая, так и осталась, — язвительно усмехнулся Кацуки, но потом вдруг посерьёзничал: — Да. Ты пиздец, как изменилась. — Но я не хочу быть такой… — Всмысле? У тебя реально крыша поехала, — цокнул Бакуго, всматриваясь в воду. — Я слишком странная. Меня раздражает быстрая смена настроения. И я, действительно, начинаю медленно сходить с ума… — молвила Мия со стеклянными глазами, которые вот-вот должны заплакать. Неожиданный вопрос к Бакуго заставил его замешкаться: — Каччан, ты мне друг?        И снова долгое молчание с двух сторон. Бакуго не мог ответить на её вопрос. Он знал, что их дружба будет болезненной для них обоих. Её глупая, но чертовски милая улыбка заставила Бакуго задуматься. Он, словно, растворился во времени. Все кругом уже было в золотых лучам заката. Озеро сверкало, будто заколдованное. И на берегу сидели два влюблённых идиота. — Мия…        Карандаш выпал из рук девушки, упав на песок. Её губы начали дрожать и этого не мог не заметить Кацуки. Взглянув назад, он увидел ребят и объект её переживаний. Уголки губ предательски поднялись вверх. Он встал, отряхнулся и направился к одноклассникам, оставив Мию одну. Она медленно встала, не заметив, как упал альбом с её колен. Она не стала отряхиваться, чтобы не выдать свои трясущиеся руки. Айзава повернулась. Она не ошиблась. Этот хриплый голос наполненный братской любовью она смогла бы узнать из миллиарда голосов. С силой сдерживая слезы, она подошла к Шота. Его вид пугал девушку. Голова была полностью забинтована, были лишь отверстия для глаз, носа и рта. Как и ожидалось, на руках были шрамы, которые вряд-ли заживут, а если и заживут, то не скоро. От него пахло больницей и чистой одеждой. Она тихонько обняла Шота, обвивая своими холодными руками его тёплую шею. Он часто служил что-то вроде грелки. — Я успел соскучиться…        Эти слова были точкой невозврата. Сила, которая так усердно сдерживала слезы, испарилась. Сердце разрывалось, она задыхалась. Ей хотелось крепче обнять брата, но не хотела делать ему больней. Мия уткнулась в плечо мужчины, громко всхлипывая. — Давайте оставим их наедине. Им есть, что рассказать друг другу, — шёпотом произнесла директриса, явившаяся из ниоткуда. — Как вы?.. — спросил Мидория. — Ваше хождения по всем кабинетам заставили меня проследить за вами.        Все кругом уже было в золотых лучам заката. Озеро сверкало, будто заколдованное. И на берегу сидели брат и сестра, безумно любивших друг друга.

***

       Дверь дома тихо открылась. Мия пришла в общежитие только ночью, ближе к десяти часам. Её опухшие и заплаканные глаза полностью не открывались, из-за чего она неуклюже поднималась по лестнице. Айзава не хотела снова переживать разлуку с братом, даже только на одну ночь. Она бы хотела спать в одной кровати вместе с братом, наплевав на все эти обычные стандарты и принципы, но её отговорила тётя Морико. Точнее, она использовала свою причуду на племяннице. Её способность — контроль разума, но не как у Шинсо. Морико Такаге могла стереть из памяти человека какие-то воспоминания, или же наоборот, легко уверить о чем-то. Так было и с Мией. Женщина сказала, что с Шота будет все хорошо и опасность ему не угрожает. Но у любой причуды есть свой побочный эффект. После применения причуды Морико, девушка туго соображала и была, грубо говоря, вялым овощем.        Поднявшись на второй этаж, она увидела у стены сонного Бакуго, но как только он увидел девушку, он бодро встал и подошёл к ней. Мия немного шатаясь, устремила свой взгляд полной надежды и любви на блондина. — Ты у меня спросила, друг ли я тебе? — Кацуки замолчал, посмотрев на эти выразительные глазки, где в полумраке с лунным светом он увидел себя. — Да… Я твой друг.        Слез у девушек не хватало на второе трогательное событие, поэтому она просто крепко обняла Бакуго, но с искренним счастьем. Не уже ли, такие простые слова, могут сделать человека таким счастливым,думал Кацуки, пытаясь отодвинуть от себя Мию. Девушка в последний раз улыбнулась и отправилось в скою комнату, кинув напоследок: — Спокойной ночи, Каччан…