Часть 1
15 ноября 2020 г., 19:35
1991
Гарри Поттер скучающе перелистывает очередную книгу про великих волшебников, в поисках хотя бы намека на имя Николаса Фламеля. Прошло более полутора месяца в поисках разгадки о загадочном Фламеле, но троица ни на шаг не продвинулись. Энергичная Гермиона настояла на продолжении штудировании (и если надо будет, то абсолютно всех) книг в библиотеке. Чем, собственно, Гарри и Рон сейчас заняты. Гарри просматривает страницы, не особо вдумываясь в текст, а так, скорее для виду. И возможно из-за такого отношения он уже десять раз пропустил и имя и фамилию, но как-то не задумался об этом. Слишком уж выматывающий день был сегодня, так ещё и Рон куда-то испарился в глубине громадной библиотеке Хогвартса. Мысль о том, что Уизли мог просто напросто заблудится между стеллажами очень веселит Гарри, и тот коротко усмехнувшись, возвращает взгляд обратно на страницы книги. Пока его внимание не привлекает фигура стоящая неподалеку. Гарри приподнимает голову и косится в правую сторону. Там стоит Малфой. Драко Малфой вредный мальчишка, который свято убежден в своей особенности, и исключительности, главным образом, потому что он сын самого Люциуса Малфоя, а значит аристократ, а значит лучше простых обывателей. Мальчишка перебирает книги (выдвигает за корешок, кидает взгляд на обложку книги, и задвигает обратно), и таким хитрым образом приближается к Гарри все ближе. Но Поттер не обращает на это никакого внимания, будучи вполне уверенным, что Драко хоть и заноза, но без причины трогать не будет, а значит избежит прослушивая тупых малфоевских колкостей. Драко вытягивает рандомную книгу, бросает взгляд на Поттера, выжидает две секунды, выдыхает, и разворачивается к нему. Малфой показательно кладет книгу на стол напротив Гарри, заставив поднять на себя голову, и спрашивает: — Ты один? Его голос привычно надменен, а в разговорах с Поттером градус показателя собственной важности поднимается на пару отметок выше. И Гарри отвечает как обычно. Просто, но неотрывно смотря в светлые серебристые глаза собеседника. — С Роном. Драко отворачивает голову, шипит ругательства под нос, и оборачивается к нему обратно. — Здесь занято? — глазами он указывает на место напротив. — Нет. Малфой прямо перед Гарри, открывает книгу, и делает важный вид. Поттер непонимающе смотрит в лицо Драко, слегка пожимает плечами и опускает взгляд в свою книгу тоже. Драко неожиданно прерывает молчание: — Что читаешь? Одной рукой Поттер придерживает открытые страницы, другой прикрывает книгу, чтобы посмотреть на обложку. — История магов. А ты? — Да так, — отмахивается Драко, — по зельеварению. Гарри кивает, отвечает «понятно», и перелистывает страницу. Малфой немного ёрзает на стуле, потерев страницу между большим и указательным пальцем, то и дело бросая на Поттера взгляды. — Гарри… И когда Драко наконец собирается, чтобы начать полноценный разговор из-за стеллажей выходит Рон, неся в руках энциклопедию, которая была больше его раза в два, а то и в три. Малфой всего на секунду замирает с открытым ртом. А потом резко встаёт, и стремительно направляется на выход из библиотеки, оставляя Поттера в полном недоумении. — Что он хотел? — спрашивает Рон, смотря на секунду назад закрывшеюся дверь. — Я не знаю, — пожимает плечами Гарри Поттер. Потом в своих мыслях он вернётся к этому событию ещё несколько раз, и забудет. А для Драко это станет причиной тяжкой недосказанности, которую он пронесет с собой через все школьные года.1992
Гарри пролетает под трибуны — Драко за ним. Со своей скоростной метлой у слизеринца явное преимущество, и он не оставляет Поттера без насмешки: — Тебе меня никогда не догнать, Поттер. Но Гарри всего через минуту доказывает противоположное — опережает Драко и становится ближе к снитчу. И Драко восхищён. Нет, он поражен (в самом плохом смысле!), потрясен наглости этого Поттера. Подавить в себе это чёртово восхищение самым различным умениям этого мальчика, при всем желании и приложенных стараниях не получается. И Малфой даёт себе разрешение всего на одну короткую секунду заглядеться на спину летящего Поттера, ловко маневрирующего между деревянными балками. Всего на секунду, и вот он снова ускоряется, но вылетает из-под трибун совсем неудачно, ударяется и падает с метлы. Его охватывает ужасная боль в теле, но даже она не столь сильна, сколько душевная. «Чертов Гарри Поттер!» — мысленно озлобленно ругается Драко, хотя зол он только на себя. И отец сидящий на трибунах, точно видел позор своего сына. Сына, который не хотел, но опять подвёл.***
Из лечебного корпуса Драко с его ушибом выгоняют довольно скоро. Основная толпа сгрудилась около койки Поттера, которому не посчастливилось быть объектом помощи Профессора Златоуста. Малфоя это даже порадовало. Он ухмыляется, отпускает своим тупоголовым дружкам пару шуток на эту тему, и все неотрывно смотрит на мальчика-который-выжил. Спросить какого это, иметь часть тела без кости, которая выглядит словно желе, захотелось сразу же, как только кисть Поттера выгнулась назад после заклинания Златоуста. Но на это Драко решается только после ужина. И опять от Гарри одни беды — Малфой не смог нормально поесть, терзаемый сомнениями идти, или не идти к этому треклятому Поттеру, и вообще как там он, началось это больное восстановление кости, или ещё нет? Драко все же решается. Посреди ужина, чтобы за ним не увязались Крэбб и Гойл, (они то точно ужин не бросят. Пусть хоть начнется Армагеддон, но от дополнительной порции их не оторвать). Испытывая волнения и думая о правильности своих действий до больничного корпуса он доходит очень быстро. И так как он уже на пороге, глупо будет отступать, поэтому Драко уверенно заходит внутрь. Больше в палате никого не было. Услышав шаги, Гарри тут же опускает книгу, и увидев Драко очень удивляется — Малфой? Драко ничего не отвечает, подходит к Поттеру ближе. И чем меньше расстояние становится между ними, тем сильнее тревога охватывает его — ведь он даже не придумал предлог зачем пришел. — А ты кого ожидал увидеть? — Кого угодно, но только не тебя, — Поттер поправляет очки. Драко хмыкает, присаживаясь на стул стоящий подле койки. — Как рука? — Нормально. Зелье ещё не начало действовать, — Гарри слегка пожимает плечами, взглянув на свою перевязанную руку, и снова поднимает глаза на Драко, — ты что-то хотел? Нужные слова пришли сами собой, и очень даже неплохие. — Хотел сказать, что на удивление, ты достойный игрок, Поттер. Выражение лица Гарри показывает удивление, а потом он улыбается, да так тепло, что у Малфоя от такой улыбки ком в горле встает. И стало мерзко в какой-то степени, в первую очередь от себя, но сейчас мальчик ещё не понимает этого. — Спасибо, Драко. Ты тоже. — Не обольщайся. Я сделаю тебя в следующий раз, — Драко улыбается, поднимаясь со стула. Гарри думает, что у Драко странная улыбка. Она в его стиле надменная, и в целом как-то необычно видеть у него позитивные эмоции, но вместе с тем, глаза у Малфоя по-настоящему светились добротой.***
А потом Гарри оказывается змееустом. И Драко просто выворачивает от того насколько идеален Поттер, и насколько не идеален он сам. И конечно же Гарри единолично спасет весь мир, и он со своей шайкой из грязнокровки и нищего в центре внимания. Драко думает, что он бы пустил на Гарри сотни змей, только бы послушать как он говорит с ними. Исключительно в общеобразовательных целях, конечно.1993
Гарри Поттер и Драко Малфой словно небо и земля: такие разные, но такие близкие друг к другу, что иной раз кажется не будь одного, второй просто напросто не смог бы существовать. Да даже сейчас, на первом ужине открывающего первый семестр в Хогвартсе, они сидят за разными столами, но точно параллельно друг другу. Прошло три года с первой встречи. С того самого дня, когда Поттер вполне мог попасть на Слизерин, вполне мог оставить нищенку Рона и принять рукопожатие Малфоя. Драко, вот уже три года, часто задумывается о том, что было бы, если бы он поменял свое решение. Из них бы получился исключительный дуэт, они же прекрасная парочка, идеально дополняют друг друга, будто две части одного целого. Но этого не произошло, и в новом учебном году, они снова как на ножах. В этом году Дамблдор взял несколько новых педагогов. Один из которых высокий, косматый, неуклюжий Хагрид. Таких людей, отец причисляет ко второму сорту, а значит у Драко точно такое же мнение. Поэтому к предмету он сразу отнёсся с пренебрежением, и напускным дымом жестоких насмешек. Первый урок проходит в запретном лесу, куда толпой двигаются все факультеты одного курса. А все для того, чтобы посмотреть на удивительное создание гиппогрифа Клювокрыла. Это громадное существо, выглядит очень величественно, и вместе с тем опасно, поэтому все ученики тут же отходят на шаг назад, когда профессор Хагрид предлагает кому-нибудь попробовать подойти к Клювокрылу. Этим кем-нибудь в очередной раз становится Гарри-такой-особенный-Поттер. И мало того, что он выполняет задание, обоюдно кланяется с гиппогрифом, так ещё Хагрид разрешает сесть на него. И снова у Гарри все получается. Он такой молодец, что аж тошно. Драко выбрасывать огрызок яблока кому-то под ноги, и решает, что ничем не хуже Поттера. Он способен приручить себе птицу без всяких унизительных обхождений, поклонов и прочей мишуры. Существо само должно склонятся перед Малфоем. Видимо, именно такие мысли были у Драко, когда он решает пристать к гиппогрифу. Но гиппогриф, существо требующее к себе колоссального уважения, самоуверенность Малфоя не оценят, и как только Драко стал лезть к нему, то тут же получает по заслугам.***
Малфой трус, в этом вся троица в который раз убеждается находясь на холме. Драко не держит рот на замке, и из него все сыпятся, и сыпятся оскорбления, пока Гермиона не наставляет палочку на шею Драко, а тот так вжимает голову в гранит, будто наконечник это игла со смертельным ядом. А потом, вслед за ранее раненой рукой, Малфой получает в нос, и стыдно убегает, под смех троицы. Драко проходит по пустому второму этажу, то и дело дотрагиваясь до носа, пытаясь понять, поганая грязнокровка разбила его или нет. — Ты такой трус, Малфой. Тебе же самому тошно от этого, так ведь? — Твоего мнения никто не спрашивал, Поттер, — Драко останавливается. Не оборачиваясь, он сразу узнает голос Гарри. Малфой хмурится, поворачиваясь к нему. — Без отца, сам свои проблемы решить не можешь? — Гарри отходит от стены подойдя ближе к Драко. — У меня хотя бы он есть, — Малфой смотрит точно в глаза оппоненту, чтобы видеть как его это задело. «Пожалуйста, прости меня ” — мысленно вторит Драко, и его взгляд смягчается. Но зато не смягчается пронзительный взгляд Гарри. — Лучше вообще не иметь, чем такого. Гарри думает, что Драко на него набросится. И небезосновательно: за секунду Малфой меняется в лице, губы складываются в тонкую линию, а глаза будто наливаются кровью. Гарри уверен, сейчас применит заклинание, попробует удушить, разобьет очки. Но этого не происходит. Тот только пихает, да и то, не так сильно, как может, и начинает отходить назад. — Заткнись, Поттер.1994
Турнир Трёх Волшебников по-настоящему масштабное и великое событие. Три школы сойдутся друг с другом, чтобы увековечить имя ученика-победителя. Но важное условие: в этом могут принимать участие только те ученики, которые уже достигли семнадцати лет. Но у них что не день, то происшествие и вот уже третий год подряд все происшествия связаны с одной фамилией — Поттер. Четырнадцатилетний Гарри Поттер удивительным образом, был выбран магическим кубком. Но решение кубка неоспоримо. И теперь мало того, что Гарри должен принимать участие в опаснейших испытаниях, так ещё он подвергся издевкам со стороны всех факультетов. Драко смотрит на всё это (в проведенном по линейке смысле) с высока,: с отличного ракурса дерева. Наблюдать за тем, как Поттера называют «вонючкой», и загараживают путь все кому не лень, приносит особенно сильное удовольствие. Но это удовольствие (как и все, что связано с Поттером) граничит с глубочайшей ненавистью. Драко всей душой верит в то, что ну не мог Поттер бросить свое имя, и наверняка, ну, понимаете, не заслуживает парень такого отношения к себе. Сложись у них несколько другие отношения — возможно, Драко бы и предпринял попытки если уж не защитить Поттера, так заткнуть обидчиков, и будьте уверены, у него бы получилось без проблем (вне сомнений, словесно он бы переплюнул любого, кто кроме «Вонючка», ничего иного выдать не может). Но именно сейчас, как-то совсем не по-малфоевски заступаться за заклятого врага. Поэтому Драко спрыгивает с дерева, и подходит к Гарри, чтобы не терять хватку, и высказаться парочкой колких фраз самому.***
— Эй, Поттер! Гарри узнает голос сразу. Закатывает глаза, но ругается под нос, но все же оборачивается. К нему быстро приблизился Малфой. Странно, но он совершенно один, без своих «друзей» вечно ползующих за ним словно змеиный хвост за змеёй. — Что? — Ты же знаешь про Святочный бал, верно? — Да, а что? — Гарри хмурится. Все это подозрительно, и то что Малфой ходит в одиночку, и то что разговаривает не выделываясь высокомерным тоном, — пригласить меня хочешь? — усмехается Гарри, но шутка получилась не совсем удачная. Или удачная, тут не разберёшь. Драко скривил губы то ли в полуулыбке, то ли в отвращении. — Размечтался, — Малфой очень надеется, что тон его голоса нормальный, как и до идиотской шутки Поттера, из-за которой сердце начало колотиться как ускоренное, — ты танцевать то умеешь? — Ну, не очень, — Гарри ведёт плечами, и на секунду отводит взгляд в сторону. — Это не ответ. Да или нет? — настаивает Драко, заглядывая в изумрудные глаза. — Скорее да, чем нет. Но плохо. — Отлично, тогда научишь меня. — Что? Ещё чего? — хмурится Гарри, отходя в сторону, чтобы пройти мимо, будучи уверенным, что это очередная ни на секунду не смешная шутка. — Я серьезно, Поттер, — Драко двигается вместе с Гарри, и становится напротив, загораживая путь. — Нет. Это какая-то шутка? Иди у своих друзей проси, — Гарри решает закончить, и отпихнув Малфоя в сторону уходит вперёд. Но тот, на удивление, все не сдаётся. — Погоди, — Драко идёт за ним, схватив за руку, — подожди, — Поттер оборачивается, брови нахмурены и ничего кроме неприязни в его взгляде нет. Так стоят и смотрят друг на друга, пока Малфой не решается, — пожалуйста, Поттер, — такие слова можно услышать от Драко, пожалуй, никогда, поэтому у Гарри брови теперь не нахмурены, а взлетели наверх, — если бы я мог попросить у друзей, ты думаешь я бы пошел к тебе? Мне самому не нужно, чтобы об этом кто-то узнал. Всего на полчаса. Гарри смотрит на руку Драко, которая медленно опускает его плечо, а потом ему в лицо. Малфой выглядит не так, как обычно. Интуиция подсказывает, что он не врёт, и Поттер решает проверить это. — Хорошо. Завтра, когда все будут на ужине. Только найди место. Встретимся здесь. Драко не обманывает. На следующий день они, как и договаривались, видятся на том же месте, и Малфой, без всякой подлянки со своей стороны действительно ведёт Гарри в комнату, где их никто не заметит. — Нашел себе пару на Святочный бал? — чтобы разбавить молчание, спрашивает Гарри. — Да. Ещё с самого начала, — он смотрит на Поттера боковым зрением, и улыбается, — Пэнси Паркинсон. Гарри Поттер важно кивает головой. Пэнси ни ему, ни его друзьям не нравится, и он вполне уверен, что это взаимно. Но раз это партнерка по танцам Малфоя, то высказывать своё негативное мнение на её счёт, Гарри считает, что не стоит. — Вы хорошо смотритесь вместе. Драко смеётся, открывает дверь, и пропускает в комнату Гарри, а после заходит сам. — Да она просто сохнет по мне. Я мог бы пойти с любой, но мне не хотелось выбирать, и я пригласил ближнюю. Гарри кивает. Драко подходит к нему: — Ну давай. — Ты будешь вести, — Поттер пробует взять Драко за руку. Получилось достаточно неловко, было ощущение, что это все неправильно. Но стоило Поттеру дотронуться до его руки, как Малфой мгновеньем хватается за него. Гарри аж вздрагивает от удивления. До чего у Драко холодные руки. Танцор из Гарри никудышный, и Драко очень скоро ощущает это на себе. После очередной провальной попытки, и запачканных туфель, он останавливает Поттера. — Нет, не так, — Драко перемещает руку Гарри на свое плечо, — поменяемся. — А, ладно, — Поттер сжимает свою руку на его плече, — учишься бальным танцам, Малфой? Драко удивлённо смотрит на Гарри. Воспоминание всплывает само собой и он усмехается. Малфой очень поражен тем, что он помнит. — Ну вообще, — в полтона начинает Драко, будто у стен есть уши, и он рассказывает по меньшей мере страшнейшую тайну, — да. Отец сказал, что я должен уметь все, в том числе и танцевать. И я ходил раньше на танцы. Только никому, Поттер. — Хорошо. Драко делает шаг вперёд, а Гарри неловко отступает назад. — Тогда зачем ты позвал меня? Ты танцуешь намного лучше меня. — Вспомнить, — быстро обговаривается Драко, —Все, заткнись Поттер. А то ты танцуешь просто отвратительно. Сожми руку нормально, и слушай меня. Ты кстати, кого пригласил? — Пока никого, — вздохает Гаррри, расходясь, и вновь сходясь с Драко, не прекращая двигаться, чувствуя, что они оба влились в один неслышный ритм. — Почему? — Драко правда удивлен, но на душе будто стало легче. Он неотрывно смотрит на Гарри. — Все уже нашли себе пару, — Гарри решает промолчать про свою неудачную попытку приглашения Чжоу Чанг. — Будь я девушкой, — он, конечно, обманывает. И парнем, самим собой, он бы ни за что не отказался, — то с большим рвением пошел с тобой на бал. Ты же тот самый Гарри Поттер, и упустить такой шанс потанцевать с тобой у всех на виду. Тем более ты уже даже не наступаешь на ноги, — Драко улыбается, и крепко держа Гарри, прогибает его вниз и наклоняется сам.***
Гарри Поттер уже полностью готов. Он поправляет на себе праздничный костюм, и уже собирается пойти по лестнице к гостиной Гриффиндора, как вдруг на его плечо ложится чья-то лёгкая рука. Оборачиваясь, он ожидает увидеть кого угодно: Гермиону, Невилла, сестер Патил, но точно не Драко Малфоя. — Драко? — Гарри удивлённо поднимает брови. Малфой оглядывается, берёт Поттера за запястье, и успевает перескочить на другую лестницу, которая через считанные секунды примыкает к лестничной площадке плохо освещаемого безлюдного коридора. — Помнишь как танцевать? — Драко отходит на шаг назад, чтобы с головы до ног рассмотреть Гарри. В уголке его губ закралась ухмылка. Он думает, что хоть у Поттера снова птичье гнездо на голове, в костюме он выглядит потрясно. — Да. Спасибо тебе за этого, — Гарри непонимающе смотрит на Малфоя, потому что он сохраняет молчание уже больше двадцати секунд, — ты хотел что-то ещё? Драко резко поднимает голову, покачивается от пяток до носков, и говорит, как обычно уверенно, глядя Поттеру прямо в глаза. — Тебе идёт костюм. — Спасибо, тебе тоже. Малфой хмыкает, и подходит к Гарри ближе. Из-за небольшого преимущества в росте, Драко наклоняет голову, чтобы смотреть оппоненту точно в глаза. Поттер слегка хмурится, отступая на шаг назад: — Что? — Ничего, — резко одергивает себя Малфой, быстро отходя от Гарри к окну, — иди первым. Больше не задавая лишних вопросов, Гарри отходит к лестнице, как раз она только что встала. — И да, кстати, — окликает Малфой, поворачивая к нему голову, — удачи на соревнованиях, — успевает сказать Драко, прежде чем лестница начинает двигаться.1996
Как раз в день возвращения в Хогвартс погода стоит отвратительная. Гермиона говорит, что ей наоборот нравится быть в дороге, когда за окном туманно, капли дождя барабанят по стеклу: очень хорошо сосредоточиться и подумать о своем. Рон, вполне справедливо замечает, что «о своем» она думает в любую погоду, в любой день, в любое время. — Это абсолютная неправда, Рон, — хмурится Грейнджер, не сбавляя быстрого темпа, идя вперёд по перрону. Неожиданно со стороны раздается высокий голос Малфоя. И опять этот блевотно-самолюбивый обиженный тон. — Странно, что министерство позволяет тебе разгуливать на свободе, Поттер, — говорит Малфой, приостанавливаясь, чтобы идти на ровне с троицей, — радуйся пока можешь. Наверняка, для тебя в Азкабане уже камеру готовят, — последнее Драко произнес подойдя ближе к Гарри, слегка наклонившись к нему. Но он точно не мог ожидать, что Поттер набросится на него. Его тут же перехватывает Рон, зажимает руки друга сзади, а Малфой стремительно отходит от них, бросая едкое: — Что я говорил? Чокнутый, псих. — Не подходи ко мне, — Гарри кричит в догонку, и вырывает свои руки из оков Рона. — Это же Малфой, — удивленный поведением друга, говорит Рон, — чего ты ждал от него? Гарри сердится, и уходит вперёд. Сердится конечно, не на друзей, а на Драко. Друзья же, абсолютно не осведомлены о прошлогодних обстоятельствах, которые странно легли на отношение Гарри к Малфою. Признаться, где-то в глубине сознания у Поттера зрело семя надежды на то, что этот год будет лучше, в том числе и в плане их взаимоотношений. Но видимо, все зря. И честно сказать, он совсем не понимает Драко. Ну, а в этом году, с Драко все тоже. Понаслушавшись от отца, какой Дамблдор плохой, он был вовсе не против того, что прежнего директора сместила Амбридж. А потом с удовольствием участвует в поимке и выбивании признания из новой подружки Поттера. Жгучая ревность к Чжоу тут не причем, конечно. Так продолжалось почти весь год. И только под конец пятого курса мнение к Поттеру у Драко изменилось. Вернее будет сказать, что он снова предпринимает весомые попытки как можно сильнее обелить (очернить в отрицательном отношении здесь будет не уместно, Малфой был бы просто счастлив, если бы Гарри очернился) Поттера, чтобы наконец избавиться от навязчивого желания незаметно любоваться им. Ведь столько лет прошло, сколько уже можно. Карьера его отца Люциуса рухнула в этот же год. Нападение и провальная попытка похитеть пророчество, как итог — Азкабан. И с одного раза догадайтесь чья этому вина.1997
Летом, когда Драко не видел Гарри, ему становилось легче. Не сказать, что он вообще о нем не думал, вовсе нет. Малфой представлял его рядом с собой, как бы они проводили время вместе, размышлял о том, чем на данный момент занят Поттер. Этим летом таких мыслей было во много раз меньше, а те что появлялись были пропитаны жгучей ненавистью, которая смешалась с жаждой встречи. И Малфой снова и снова возвращается к тем мыслям, что все это не более чем жажда мести за отца. Тот-кого-нельзя-называть вернулся. И теперь его прихвостни разрушают не только мир волшебников, но и мир маглов. Гарри, Рон и Гермиона выходят из кондитерского магазинчика близнецов Уизли, и будто из яркой, наполненной жизнью сказки, попадают в мрачный, холодный немой фильм. Гермиона оглядывается по сторонам, и с горестным вздохом замечает: — Пол переулка закрылось. Они не бояться? — Фред и Джордж считают, что сейчас как никогда людям нужно веселье, — объясняет Рон. — Я думаю, они правы, — вставляет Гарри. Озираясь по пустынным улицам — ком застревает в горле. — Не может быть! — восклицает Гермиона, и друзья сразу же обращают на нее внимание, — мы же все покупали здесь палочки. Гарри дёргает дверь лавки, и она без проблем поддается. Внутри, помимо множества пустых полок и по полу разбросанных незначительных бумаг ничего нет. Рон подходит к окну без стёкол и тут же подзывает друзей. — Смотрите. Драко со своей мамочкой, как-то подозрительно оглядываются по сторонам. Троица наблюдает за тем, как Драко Малфой поворачивает голову в разные стороны, и спешно направляется вправо. Друзья решают последовать за ним. После случившегося с Люциусом Малфоем, единственное что точно известно, так это то, что ничего хорошего от остального семейства Малфоев ожидать не стоит. Они идут за ними вплоть до «Горбин и Бэркес», пока за Малфоем младшим на закрывается дверь. Выбранное место следовало бы ожидать, эта лавка широко известна тем, что занимается скупкой и продажей сильных магических вещей, в основном связанных с темной магией. Друзья предпринимают попытку понаблюдать с высока, но практически сразу же, почувствовав, что кто-то следит, существо похожее на гоблина (Гермиона мельком видела его изображение на расклеиных объявлениях «в розыске») зашторивает окно. Но они успевают заметить большое скопление Пожирателей, и платиновую макушку Драко Малфоя, который крутился около какого-то шкафа.***
— Кто все эти люди? И что Драко делал с этим странным шкафом? — спрашивает Гарри Поттер, уже по прямому пути в Хогвартс. — Прекрати, Гарри. — Да как вы не понимаете, это был обряд посвящения, — голос Поттера взбудоражен, он говорит, как человек, который глаголит истинную правду, но в которую никто не хочет верит, или отностся до крайности скиптически, — он один из них. — Из кого? — не понимает Рон. Гермиона поворачивается к рыжему другу, и со скептицизмом по отношению к теории Гарри, объясняет что тот имеет ввиду: — Гарри считает, что Драко Малфой теперь пожиратель смерти. — Ты спятил? — Уизли удивлённо поднимает брови, — зачем тому, сам знаешь кому, этот хорек? — По твоему они с мамашкой решили интерьер дома обновить, и выбирали мебель? — Хотел купить…что нибудь зловещее, — предполагает Рон. — Его отец пожиратель смерти. Яблоко от яблони, — Гарри указывает на Грейнджер, — Гермиона сама своими глазами видела. — Я же сказала, я не знаю, что я видела, — тут же протестом вмешивается Грейнджер. Гарри с мольбой смотрит на них, но друзья более ничего не сказали, оставаясь при своем мнении. — Пойду прогуляюсь, — встаёт Поттер, и прихватив с собой мантию невидимку, выходит из вагона. Гарри проходит до нужного вагона, и неподалеку останавливается в тени, но так, чтобы чертов Драко Малфой был в поле зрения. Он замечает, что на Драко черный костюм, а под ним черная рубашка. Как давно он сменил прежний зловещий стиль на мега-зловещий? В этом образе Драко выглядит ещё выше, и ещё худее чем есть. Он напоминает, персонажа из какого-то мультика, который Гарри отрывками видел в детстве. «Это же Драко, что ты от него ожидал?» «Какое тебе дело до Малфоя?» Любит вторить Рон, когда Гарри так или иначе упоминает Драко. А ведь и не объяснишь, что самое прямое. До прибытия, Гарри под воздействием заклинания проводит на полке для вещей, прямо над Малфоем. Поттер замирает, притаивается, навострив уши. Драко не дурак, конечно прямо не скажет: «Смотри мир, я пожиратель смерти! Да, я горжусь этим». Он упоминает об этом хоть и косвенно, но предельно понятно. — Я бы скорее сбросился с башни, чем ещё проучился здесь два года, — с отвращением говорит Малфой о Хогвартсе. — Что ты имеешь ввиду? — в непонимании спрашивает Пэнси. — Через год, вряд-ли мне надо будет тратить время на учебу, — объясняет Драко, что вызывает смех у Блейза, который сидит напротив парня, — веселишься, Блейз? Посмотрим, кто будет смеяться последним. Сердцебиение Поттера учащается. Одно дело, когда ты в чём-то уверен, но оно не подтверждено, другое, когда это подтверждается от первого лица, хоть и иными словами. Да, такой высокий, худой, в этом своем полностью черном костюме, Малфой напоминает типичного киношного Жнеца. Но Гарри знает, что Драко неплохой. По крайней мере был неплохим. (когда? да хоть тогда, когда они танцевали вместе. им же было так легко и весело друг с другом. после этого события Поттер пересмотрел свой взгляд на Драко, и стал думать о нем непозволительно много. или, вернее о том, что он может натворить) — Разве мамочка не говорила тебе, что подслушивать не вежливо, Поттер? Драко произносит заклинания, и Поттер падает с полки на пол. Все вышли из вагона, Драко единственный задержался. — Ах, да, — Малфой убирает с Гарри мантию невидимку, — она померла, когда ты ещё слюни вытирать не научился. Он смотрит на него сверху, и пелена злости и обиды за отца и собственные чувства блокирует ему сознание. Драко выплескивает всю свою злость через физическое насилие — со всей силы ударяет ногой в нос. Он уходит из вагона, но после акта агрессии легче не становится. Надеется, что это конец. Гарри уедет, не попадет в Хогвартс, и***
Когда Драко Малфой видит Кэти Белл, мандраж завладевает всем его телом. Он знает, что не один. Знает, что на одной стороне с очень (если не самыми) сильными магами. Но совесть острыми как иглы зубами впивается в душу и разрывает на куски. Драко не может стерпеть это, он выбегает оттуда и скорее направляется в уединённое место. До уборной он доходит словно в забытие. Галстук затянут не сильно, но по ощущениям шею сдавливает массивная удавка, а вся остальная одежда схоже рыцарской броне тяжела, и засунута в тиски, которые постепенно все сильнее сжимаются. Он поспешно снимает с себя жилет, ослабляет галстук, пальцы скользят с плоских пуговиц, но ему удается расстегнуть первые две, что были прям под горлом. Драко сжимает края раковины и смотрит в собственные голубые глаза такие чистые и светлые, точная противоположность его мрачной и темной души, и сейчас его темная сущность как раз готова проявиться во всей красе. Но он не уверен, что готов к этому. Нет, он совсем уверен, что не готов. Нельзя показывать свои эмоции, держать чувства в себе — вторил отец, прямым текстом уча носить холодную отстранненую маску. И Драко носит, не снимая с самого детства, но к сожалению, даже за столь продолжительный период маска мало- и равно- душия не смогла стать частью его. Малфой плачет от того что не готов, и от того что недостаточно силен, чтобы сдержать себя. — Я знаю, это ты, Малфой, — раздается громкий голос Поттера, прямо за спиной, — ты её проклял да? Малфой оборачивается. Прямо напротив него стоит этот напыщенный в каждой бочке затычка Поттер. Нерешительность и сожаление теснит злость. Опять этот чертов Гарри Поттер, всегда нужно везде влезть! Драко бьёт первым, но Поттер в долгу не остаётся. Напряжение между Гарри Поттером и Драко Малфоем накаляется до предела. Магическое сражение, дуэль, но Малфой не совсем понимает, что он делает. Он зол, все его нутро полно душевных смятений, а он даже не может побыть сам с собой наедине, чтобы хотя бы попытаться разобраться. Поттер сильнее, но помимо этого, Драко неосознанно поддается. Тормозит, в голове появляются слова, которые не успевают сорваться с языка, прежде чем Гарри произносит: — Сектумсемпра! Малфоя отбрасывает на середину комнаты. Это заклинание, Гарри произнес скорее импульсивно, совсем не отдавая себе отчёт о том какой силой оно обладает. Поттер опускает палочку, и на ватных ногах решается подойти. Драко лежит посреди туалета плаксы Миртл весь истекая кровью, его тело непроизвольно дрожит.***
Услышав, как кто-то проходит в гостиную, Гермиона, а за ней и Рон, резко оборачиваются. Гарри падает рядом с диваном, на котором сидят друзья и не сказав даже слов приветствия, открывает книгу и погружается в нее. Гермиона и Рон переглядываются. Уизли пожимает плечами, Грейнджер закатывает глаза. Тишина между ними держится долго, пока через пару переглядываний с Роном, девушка не решает заговорить первой. — Ну, ты увидел куда ходит Малфой? — склонив на бок голову, спрашивает Гермиона, — ты задумчивей чем обычно. Будто все ещё находясь в мире своих мыслей, Гарри медленно поднимает пустые глаза с книги на подругу. Фокусируя взгляд на обеспокоенной Гермионе, Поттер слегка встряхивает головой, часто моргает, и отвечает. — Я просто устал. Пойду полежу, — он поднимается с пола гостиной Гриффиндора, и все так же задумчив, уходит в свою комнату.***
Профессорка Макгонагалл заканчивает рассказывать теоретическую часть, которая теперь хоть и меньше, чем в предыдущие года, но по содержанию намного усложнилась. Минерва Макгонагалл начинает опрос учащихся, и как обычно выше всех рука Гермионы. Рон, как обычно, на ухо Гарри шепчет непонимания и удивление вечной готовности общей подруги, но Поттер, как не слушал профессорку, так не слушает и друга, снова витая в своих мыслях. — Мистер Поттер, — из раздумий Гарри вырывает резкий голос Макгонагалл, которая становится прямо над учеником, — неужели мистер Малфой интересней, чем научиться превращать книгу в птицу? — Извините, — отвечает Гарри, убрав руку, которая служила ему опорой для головы. После слов Миневры по классу прошёлся смешок, и до ушей Поттера долетают придурковатые шутки одноклассников, но он не обращает на это никакого внимания. Полная рассредоточенность сопроводила его и до учительского стола, посреди которого лежала большая книга для тренировок волшебных умений. Гарри поднимает глаза на Драко, встречаясь с ним взглядами. Теперь взгляд Малфоя был пытлив и внимателен, нежели вначале урока — отстранён и задумчив.***
Этот учебный год для Драко Малфоя пронесся намного быстрее, чем предыдущие, хотя в иной раз казалось что время тянется вечность. Но пришел тот страшный час, когда он так уверенно поднимается к директору Дамблдору, и так неуверенно направляет на него свою палочку. — Добрый вечер, Драко, — в голосе профессора сохраняется баланс — мягкости, но звучности. От этого руки начинают трестись сильней, — что привело тебя сюда сегодня, в этот дивный вечер? — Кто ещё здесь? С кем вы говорили? — старается сохранить твердость и уверенность голоса, но получается из рук вон плохо. Будут свидетели или нет, его волновало не сильно, скорее то, что свидетель или свидетельница вполне могут стать ещё одним или одной жертвой. — Я говорил сам с собой. Знаешь, иногда это бывает полезно. Ты ведь не сомневаешься в себе? Драко и без метких фраз знает, что директор всегда видел его насквозь. И наверняка, всегда знал, какой будет исход их жизней. — Ты ведь не убийца. — Откуда Вам это знать? Я много чего совершил, — у него такое чувство, будто маленький человечек сидит в лёгких и откачивает воздух. Грудь сдавило от волнения, и ни слова невозможно произнести, не отдышавшись после. — Например, заколдовал Кэти Белл, чтобы она принесла мне проклятое ожерелье? Или подменил бутылку медовухи на отравленную? Извини, Драко, но эти доводы слишком неубедительны, чтобы ими похвалиться. — Он верит мне. Он меня выбрал! — восклицает Драко, доказывая скорее себе, чем ком либо ещё, и для пущей убедительности задирает рукав. На внутренней части предплечья левой руки красуется видная, так называемая черная метка пожирателей смерти. Дамблдор смотрит на это с разочарованием, но удивления в его глазах нет, он признает, что это было ожидаемо. Профессор разводит руки: — Тогда я облегчу тебе задачу. Быстрым заклятием, Малфой выбивает из рук профессора палочку, но нужды в этом никакой не было, он даже не планировал противиться. — Неплохо. Совсем неплохо, — со стороны входа на послышались приближающееся шаги. На секунду Дамблдор оборачивается в ту сторону, — ты не один. С тобой друзья, — он вновь смотрит на Малфоя, — но как? — Исчезательный шкаф в выручай комнате Я починил его! — Драко, я уже встречал мальчика, который сделал неправильный выбор. Позволь мне помочь тебе. — Да не нужна мне ваша помощь, — рука начинает трястись точно при сильной лихорадке, и палочку он сжимает так сильно, как может, — разве не понятно? Я должен это сделать. А иначе, он убьет меня. «Меня, мою мать, моего отца» — мысленно проговаривает Малфой, царапая на извилинах своего мозга «либо ты, либо тебя и всех твоих». Он не убийца, но тот кого нельзя называть, и глазом не моргнет, расправившись со всей его семьёй. Те, кто попал в Хогвартс благодаря шкафу, присоединяются к ним. — Темный лорд приказал. Это должен сделать мальчишка. Ну же, Драко, — каждое слово Беллатриса произносит звонкой интонацией, — давай! Ему хочется разрыдаться от беспомощности. На глазах собираются слезы. Трясущийся всем телом, и рукой в частности, направляет свою палочку на директора Альбуса Дамблдора. Как его губы дрожат, в невозможности произнести самое страшное заклание. — Нет, — холодный голос профессора Снегг, и Драко отходит в сторону, более не стоит напротив Дамблдора, пропустив Снегга хладнокровно расправится с директором.***
Драко падает перед лежащим Поттером на колени, крепко взяв его за руки. Это приводит Гарри в чувство, но изначально он не понимает, что происходит, и только когда до него доходит кто перед ним, то сразу вырывает руки. — Поттер! — злиться Малфой, оглядываясь назад. — Нет! Катись к черту, Малфой, — Гарри вырывает свои руки, но не поднимается. Тело болит, он ещё не пришел в себя после ударов Северуса. — Идиот, я хочу помочь тебе встать, — Драко не бросает попытки поймать руки Гарри, но тот настойчиво не поддается. — Мне не нужна твоя помощь, — Гарри хмуро, с отблеском ненависти в глазах смотрит на сидящего напротив Малфоя, чей мотив помогать сейчас решительно не понятен. — Как знаешь, — Драко поднимается на ноги, и в последний раз решает попробовать протянуть Поттеру руку помощи. Но тот даже не дрогнул, — болван, — шепчет себе под нос Малфой, уходя от него.1998
От слова дом веет уютом, теплом, заботой, безопасностью. До всего этого темного безумия, Драко бы не совсем согласился с выше приведенным определением, но точно бы сказал, что да, дом — это безопасность и материнская забота. Но сейчас, когда он сидит с Пожирателями Смерти за одним столом, а во главе сам Волан-де-морт, ничего кроме тупого волнения, борьбы с желанием убраться отсюда он не ощущает. Этот самый стол находится в поместье Малфоев, который с недавних пор стал штаб-квартирой Тёмного Лорда. Драко сидит в трапезной собственного дома, между отцом и матерью, но не чувствует ни капли ни тепла, ни безопасности. Напротив, он никогда не ощущал себя в большей опасности, чем сейчас. И прямо над некогда обеденным столом умирает жестокой смертью преподавательница маггловедения в Хогвартсе. После освобождения отца из Азкабана, их положение среди Пожирателей Смерти стало ниже, чем доход семейки Уизли, что сказалось и на отношении остальных к Малфоям. Но как бы там ни было, отец остается свято предан Тёмному Лорду, и не смеет даже заговорить без разрешения того, а когда говорить все же требуется, тон пропитан учтивостью и страхом. Но Драко не трогают ни на собраниях, ни просто по какому-либо поручениям. Он просто там есть, осведомленный обо всех событиях. Ему это, конечно, не надо, ведь это слишком большая медаль для его тонкой шеи. Одна из сторон — собственная выгода, но он вряд-ли доведет до ума, как её извлечь. Другая — хранение в своей блондинистой голове столько информации, делает его опасным потенциальным предателем. Но речь не об этом. Как я уже сказала ранее, обычно Драко не трогают, разве что отец, и то, по сравнению с глобальность идеи, отвлекает он по мелочи. Пока пресловутая, тупая, неосторожная шайка с Поттером во главе не умудрилась попасться в лапы егерей Тёмного Лорда. Первым кого видит Драко это Гермиона и Рон. Подсознательно надеется, что Поттер не с ними, а иначе прости, прощай, привет, мальчик-который-выжил. И частично, он оказывается прав. Его ставят перед парнем с полностью изуродованным лицом, будто бы тот точно перед тем как быть пойманным сражался с гигантскими осами, и удача явно не на него стороне. Этот парень конечно же Поттер, и будь другая ситуация, Малфой младший не упустил возможности акцентировать внимание на его внешности. Да даже в такой ситуации, он забывает где и с кем находится, и при первом взгляде в мыслях пролетают колкости, а тонкие губы тронула издевательская ухмылка. Которая, впрочем, не продержалась на его губах и секунды. По левую сторону от него родители, по правую вся егеря и дружки Поттера, а перед ним его тётка Беллатриса и сам Поттер. Драко стоит как вкопанный, что явно не нравится его отцу. — Я… я не уверен. Недовольный ответом, Люциус подходит к сыну, и Малфой младший ощущает сильный запах алкоголя от отца, но совсем не обращает на это внимание. Холодная ладонь хватает его за шею сзади, цепкие пальцы сжимаются, наглядно иллюстрируя, что будет, если тот солжет. — Драко, — он быстро оборачивается назад, чувствуя на себе прикованные взгляды остальных, — подумай хорошенько, сынок. Послушай, если мы передадим Поттера в руки Тёмного Лорда, то нам все простят. Все будем так, как должно быть. Егерь вступается и обозначает свою значимость, и острое зрение, напомнив, что без него они бы тут не собрались. Люциус раздражается, но его отводит в сторону Нарцисса, оставив Драко одного. — Не стесняйся, милый. Иди-ка сюда, — подзывает Беллатриса. Драко знает: главная задача, подтвердить, что перед ним Поттер. — Присядь, — продолжает женщина, и Драко опускается к Поттеру, — если это не тот кто мы думаем, и мы вызовем Тёмного Лорда, он убьет нас всех. Мы должны знать наверняка. Драко смотрит на заплывшие лицо, и сомнений нет — перед ним Гарри. — Что у него с лицом? — негромко спрашивает Малфой младший, и его тут же подхватывает Беллатриса, называя череду предположений. Драко дотрагивается до чужих волос, убирает со лба. Внимательно смотрит на одну сторону, и видит искаженную белую полосу затянувшегося шрама, на секунду заглядывает в глаза, и переводит руку на другую сторону, проведя пальцами по чужому лбу, убирает руку. — Нет. Не он, — с напускной твёрдостью в голосе заключает Драко, поднимаясь. — Ты уверен? — с плохо скрытым недовольством выступает Люциус. Драко кивает. Отдано распоряжение поместить всю троицу в темницу.***
— Ты решил продолжить обучение? — раздается голос Гарри Поттера за спиной. Драко оборачивается, и видя что тот подходит, отодвигается в сторону, чтобы он мог сесть рядом. Война закончилась. Мальчик-который-выжил остался жив во второй раз. Волан-де-морт убит, теперь окончательно. А Драко, с отцовско-своими убеждениями проиграл. Точно проиграл, хоть Малфои и предали Тёмного Лорда, когда стало ясно, что победа на стороне всего Хогвартса и Поттера в частности, это не исключает многолетнего гнёта под праведностью тёмных убеждений. Но были два особенно важных для него момента в битве и Драко постоянно прокручивает их в голове. Первое: когда между остаться у Хогвартса и уйти к родителям, он выбрал второе (но именно решения это позволило им с семьёй спокойно уйти с поля битвы). Второе: прежде чем уйти, он не оставил Поттера, казалось бы, главного врага безоружным, осмелившись отдать ему свою палочку. И именно этим, Малфой младший очень гордится. — Я не знаю. Меня все ненавидят. — Да тебя и до этого не сильно жаловали, — с тихим смешком говорит Гарри, присаживаясь рядом. Драко переводит на него взгляд, усмехнувшись, слегка покачав головой. — Верно. Но ты понял, о чем я. — Да, — выдыхает Гарри, несколько секунд смотря на Драко, но потом опустив взгляд. Им точно есть что сказать друг другу, но никто не решится. Молчание затягивается, и Гарри пугается, что если прямо сейчас они не поговорят, то не смогут это сделать никогда больше. — Спасибо тебе за то что не сдал меня Волан-де-морту тогда, — он начинает, поднимая взгляд на Малфоя снова, — и за палочку. Я бы умер, если бы не ты. Драко удивлённо уставился на него. Это шутка такая, или Поттер и впрямь настолько добрый, всепрощающий придурок? —Я тоже, — вспоминает Малфой, — это меньшее, что я мог для тебя сделать. — Извини, за то что тогда чуть не прикончил тебя. — Мы оба знаем, что я бы в любом случае не умер, — спокойно говорит Драко, но как бы не была натренирована малфоевская выдержка в тоне, Гарри улавливает, что нотки недовольства так и звучали в его голосе, — о Мерлин, о чем ты? Это я должен просить у тебя прощения. Я буквально был с магами, одна из главных целей которых твоя смерть. Уголки губ Гарри дрогнули в улыбке. Он накрывает ладонь Драко своей, заглядывая ему в глаза: — Я прощаю тебя. — Да что с тобой не так, Поттер? — взрывается Малфой. Вопрос риторический. Драко вздыхает, прикрыв веки, сжав руку Гарри. Он чувствует неудовлетворение, ему хочется, чтобы Гарри злился на него, сердито смотрел, объявил байкот в конце концов, говорил «я не знаю, что тебе нужно сделать, чтобы заслужить прощения» — и это действительно было бы по-справедливости. С другой стороны, он начинает осознавать, что сам Гарри Поттер не сердится, напротив, сам предлагает поговорить, сам за что-то извиняется, и во всех смыслах, сам протягивает руку дружбы. Он открывает глаза, сталкиваясь с пронзительным взглядом напротив. — Давай попробуем… — начинает Гарри, но Драко тут же перебивает его, крепче сжав руку. — Мерлин, Поттер, дай мне хоть слово сказать, я же все-таки не немой. — Хорошо, говори, — терпеливо соглашается, не отводя взгляда. — Давай попробуем заново начать, знакомство, или… что захочешь, — он выдыхает на последнем слоге, опуская взгляд на их руки. — Я бы не хотел забывать то, как ты учил меня танцевать. Малфой резко поднимает голову. На его лице застыло глубокое удивление, он поражен тем, что Гарри помнит. — Я бы тоже. — Тогда можем начать с этого. Драко кивает, уголки губ дрогнули в улыбке. Они молчат совсем недолго, в голове Драко укладывается мысль о том что Гарри Поттер на самом деле помнит, и кажется, судьба даёт ему второй шанс на искупление всех грехов. И теперь Малфой младший точно не оплошает. Никак нельзя. — Слышишь это? — Малфой слегка наклоняется вперёд, прислушиваясь. Гарри сначала ничего не понимает, это видно по его выражению лица, а потом на его губах появляется широкая улыбка: — А! Кому-то внизу весело. С этажа ниже доносится еле слышная мелодия. Впрочем, если прислушаться, то что-то расслышать реально. Поттер даже начинает качать головой в такт. Драко поднимается с места и заложив одну руку за спину, он протягивает ладонь второй. — Примирительный танец? — Гарри с улыбкой принимает его приглашение, становясь напротив. — Называй как хочешь, — отмахивается Драко, кладя другую ладонь на его талию, — помнишь как надо? — Давно не практиковался, но ты хороший учитель, поэтому я все помню. — Отлично. Тогда на левую сторону, — Драко отступает туда, куда сказал, а вот Гарри точно в противоположную, — Поттер, это правая. — Извини, — он тихо усмехается, теперь ступая туда, куда надо. Танцор из Гарри, конечно, тот ещё, но не во всем же ему отличаться. Малфой хоть и не мог не бросить пару тройку вредных замечаний, но теперь это воспринималось по-другому. Да и в целом, едких комментариев и смешков с обеих сторон было достаточно, все-таки они не претендуют на первое место в конкурсе лучших танцоров вальса. Но стоит отметить, что Драко просто отлично ведет. Танцуют до тех пор, пока музыку становится вовсе не слышно. Гарри отпускает Драко, все ещё посмеивается, и отходит в сторону, чтобы подобрать свою куртку, которую в процессе для удобства снял. — Тогда до встречи, Драко, — улыбается Гарри, обернувшись к нему. Но Малфой не даёт уйти. — Подожди, — пара шагов, и Поттер оказывается хоть и в холодных, но крепких объятьях. Гарри обнимает в ответ.
