Синева

***

Всё будет хорошо. Но должно ли быть у андроида всё хорошо? Да кто знает… Снова расследование, ничего необычного, конечно, если не считать убийство девианта человеком, то да — ничего необычного. — Модель x300, время отключения 14.28, дата отключения пятнадцатое октября, — Коннор знал, что Лейтенант полностью проигнорирует эту информацию, но по протоколу он должен был её озвучить. Старый пол снова скрипнул под ногами андроида, когда он поднялся с корточек. За окном, которое в этом здании было разбито, виднелось солнце, лениво уходящее в закат. Что ж, системные сбои, красными строками сыплющиеся на Коннора, стали для него привычностью в последнее время. Он снова отвёл стеклянный взгляд от разбитого окна и посмотрел на Хэнка. Он уже отходил от андроида, но тут повернулся. — Ты идёшь? Или в спящий режим впал? — Да, иду… Теперь пол скрипел сильней, на что Хенк чертыхнулся, жалуясь на лень хозяев. Коннор смог догнать Лейтенанта и теперь он получил возможность нагло пялиться на его лазурно-небесные глаза. И снова системные ошибки, но теперь их так много, что он даже приостановился и пригнулся. — Коннор? Эй, что с тобой?! — Хэнк подбежал к нему и попытался поднять голову андроида руками. Тот в свою очередь отмахнулся, всхлипнул и побежал в неопределённом направлении. Хенк простоял в ступоре секунд двадцать, прежде чем побеждать за непутёвым напарником. Всё же Коннор был быстрее матёрого полицейского и Хенк найти его не смог. В тот же момент Коннор нашёл в рядом заброшенном здании ванную комнату, точнее зеркало в ней… Да, всё так, как он и думал — Ханахаки до недавнего времени считать мифом, болезнь, во время которой лёгкие человека начинают заполняться цветами и он со временем задыхается. Проще говоря, цветочная болезнь, её причина… Коннор высунул язык и поднял с него голубой лепесток Клематиса. «Как тириум»: подумал он. И правда, но вот за одним лепестком он выкашлял следом и бутон. Андроиды не чувствуют боли, но сейчас его горло драло и пекло, точно как тириумный насос, заменяющий андроиду сердце до новых системных сбоев, сжимался, пытаясь гонять тириум быстрее. А за бутоном ещё, и ещё, И ЕЩЁ. Горло уже разрывало новыми бутонами. Всё, что ему оставалось — это жалобно хрипеть, сидя на холодном, старом, давно треснувшем кафеле. Из глаз полились слёзы и это так… Необычно? Да. Огорчающе? Конечно. Умереть от системной ошибки — занятно. Коннор усмехнулся. Ему больше не нужно волноваться о расследовании, не нужно отрицать своё девианство, не нужно думать о том, что… Что любить ненормально… Для андроида. Хах, да, жестоко. Приступ чуть приостановился и ему захотелось…подышать свежим воздухом? От такой мысли Андроид горько засмеялся. — Да вы издеваетесь, да? — произнёс он, заметив вдалеке Хэнка. И ещё один синеватый цветок оказался выкашлян. — КОННОР! — Ну, мать твою… Хэнк почти сразу оказался рядом. Стал что-то кричать и спрашивать, но Коннор его не слышал. В ушах стоял звон, который был громче всего, что происходило снаружи. — Ц-цеты, — «Заметил?»: подумал Коннор. — Хах, з-забавно, да? Андроид умирает от человеческой болезни. Удивительно, да? — Как же?.. Коннор встал на дрожащие ноги и повернулся к Лейтенанту лицом. — Ты ведь знаешь, из-за чего этим заболевают? — с иронией спрашивает Кон. — Да как?.. Коннор отходит всё дальше и дальше, на последок бросая. — Вроде верно просчитал… Что ж, Хэнк, встретимся в следующей жизни? Пока. И прыгает на дорогу. В тот же момент Хэнк слышит звук поворота шин. Огромный, мать твою, грузовик только что вылетает на дорогу. И конечно… Коннора расплющивает огромный вес грузовика. Шины захватывают с собой и тириум, рисуя синие полосы на дороге. Именно в тот момент, улица на окраине города Детройт, услышала самый душераздирающий крик.  — Ханахаки до недавнего времени считать мифом, болезнь, во время которой лёгкие человека начинают заполняться цветами и он со временем задыхается. Проще говоря, цветочная болезнь, её причина… Не взаимная любовь.