Real Me или Я разожгу в тебе пламя

Китаяма и Тамамори заходят в небольшое помещение, которое снаружи совсем непримечательно. Однако именно здесь фотографировали как и японских знаменитостей, так и корейских. Ребят сразу же встречает фотограф и начинает им торопливо объяснять нюансы предстоящего мероприятия. Потом их провожают к визажистам-стилистам, а фотограф и парочка его помощников делают последние штрихи, чтобы съемочная площадка выглядела нужным образом. *** - Ты хоть что-то понял? – лениво спросил Китаяма, переодеваясь. - Только то, что мы снимаемся для подросткового журнала «Seventeen», - бросил через плечо Юта. Мицу хотел сказать что-то еще, но дверь гримерной резко открылась, а потом вошел Тайске. Губы поджаты, взгляд мрачный. Ничего не говоря, он бросил на диван спортивную сумку и начал снимать с себя повседневную одежду. - Эээ... доброе утро? – неуверенно произнес Тамамори. - Доброе, - ответил натянутой улыбкой Фуджигая. - Это и ко мне относится, надеюсь? – шутливо бросил Китаяма. - И даже больше. Но кое-кто ведет себя, как сноб, - хмыкнул Тайпи. - Ты меня в чем-то обвиняешь? – нахмурился лидер. Тайске сделал вид, что не слышал этого. Юта растерянно посмотрел на товарищей по группе. *** Примерно через двадцать минут на съемочной площадке показалась троица. Тамамори нарядили в клетчатую рубашку и темные джинсы, добавив к этому мелких браслетов на правое запястье. Мицу подобрали красную рубашку и рваные джинсы, а Фуджигае – темно-синий пиджак с загнутыми рукавами, под которым виднелась белая майка и, конечно же, джинсы. - Отлично выглядите, проходите! – одобрительно кивнул фотограф и махнул рукой в сторону площадки. Главным элементом площадки был бархатный диван, перед ним стоял маленький прозрачный столик, а на нем - два высоких стакана с апельсиновым соком. Юта хотел было сесть на диван, но мужчина отрицательно помотал головой. - Пока вы переодевались и были у визажистов, мы тут кое-что обсудили и решили немного поменять сценарий, - загадочно улыбнулся фотограф. - Что вы имеете в виду, Ямада-сан? - удивленно спросил Мицу. - Вы же знаете о популярности... хм... ФуджиКиты? - почесал затылок мужчина. Глаза Тайпи хитро блеснули, и он быстро посмотрел на лидера группы, который, к слову, застыл в недоумении. - Значит, я должен встать позади них? - нарушил паузу Тамамори. - Верно. Фуджигая, Китаяма, пожалуйста, сядьте на диван, - попросил фотограф. После этого Ямада-сан отошел, чтобы настроить камеру. Юта быстро занял свое место и улыбнулся одногруппникам. Мол, присоединяйтесь. Тайпи положил руку на плечо Хиромицу и провел ей вниз, по рубашке. - Давай постараемся и сделаем горячие снимки? - тихо спросил он. - Какие снимки? - нервно дернулся лидер. - Но ведь фанатам это нравится, - спокойно пояснил Тайске. - Я бы не хотел переходить границу и.. - изогнутые брови практически соединились на переносице. - Смотрите, они уже о чем-то секретничают, - вернул в реальность мужской голос. - Еще успеется. А сейчас давайте работать! Тайске удовлетворенно улыбнулся, наблюдая за тем, как его напарник с порозовевшим лицом шагает к несчастному дивану. *** Вскоре. - Ближе! Нет, еще чуть-чуть! - командовал Ямада-сан. Фуджигая вальяжно перекинул руку через спинку дивана и дотронулся кончиками пальцев до локтя Китаямы. Лидер слегка напрягся. - Уже лучше! Следующие десять минут ребята позировали, изредка меняя положение. Тайпи и Юта увлеклись процессом, даже Мицу смирился с недвусмысленными переглядываниями и тесным положением. Но потом фотограф неожиданно сказал: - А теперь возьмите в руки стаканы с соком. Тамамори, я хотел бы от вас искренней улыбки и озорства в глазах. Фуджигая, Китаяма, вы должны делать вид, что пьете из одного стакана, и вам это очень нравится. Хиромицу только сейчас заметил, что стакана два, что в принципе немного нелогично для трех человек. Более того - во втором стакане стояло две трубочки вместо одной. - Неужели... мы должны... - пробормотал он. - Китаяма-кун, за твое здоровье! - тем временем подмигнул Тайске, взяв в руку стакан. - Кампа-а-ай! - подхватил веселье Юта, наклонившись вперед и легонько стукнув своим стаканом о другой. Фотограф посмеялся и начал щелкать камерой. Мицу ответственно подходил к обязанностям Джоннинсов, поэтому зажал губами трубочку и поднял недовольный взгляд на одногруппника. А Фуджигае только этого и надо было. Тайпи вообще забавляли обиженные и возмущенные рожицы Хиромицу, ведь тогда его губки надувались и были по-настоящему сексуальными. Главное, чтобы кулаки Китаямы не начали чесаться. Вот тогда уже будет не до веселья и не до созерцания прекрасного. Тайске прекрасно знал об этом, ведь их лидер не относился к числу сдержанных людей и не брезговал бить, когда считал это нужным. Фуджигае «повезло» только однажды - когда их группа еще не дебютировала. Вот такой вот был нрав у Мицу. Тайпи и сам был не робкого десятка, но он предпочитал сначала думать, а уже потом действовать. А Хиромицу... считал иначе, судя по всему. - С соком закончили! Тамамори, благодарю за работу! Можете быть свободны! - И вам спасибо за работу, Ямада-сан, - вежливо поклонился брюнет и ушел в раздевалку. - Давайте сделаем еще несколько снимков, только поменяйтесь местами, - попросил мужчина. Теперь Китаяма сидел слева, а Фуджигая - справа. Тайпи видел недовольное лицо Ямады-сана и понимал, что снимки получаются скучными. И он решил спасти положение. Карие глаза исследовали загорелую шею и кусочек груди Мицу (три верхние пуговицы его рубашки были расстегнуты). А затем большая ладонь Тайске скользнула под ткань, быстро прошлась по грудной клетке и вернулась к шее. Фотограф стал оживленно щелкать камерой. Значит, задумка удалась. В погоне за хорошими снимками и попыткой вкусить желанное, Фуджигая не заметил, как рука Китаямы сильно сжимается в кулак, как белеют костяшки его пальцев, а красивое лицо едва сохраняет остатки самообладания.