Часть 1
18 октября 2020 г., 19:54
Она неслась сломя голову по бесконечным коридорам академии U.A., стараясь не врезаться в редких студентов, спешащих на свои уроки. Тренировка начиналась с минуты на минуту, а опоздания были её вечным проклятием. Эта привычка преследовала её всю жизнь, но на третьем курсе она ощущалась особенно остро, ведь теперь за каждую потерянную минуту приходилось расплачиваться. Особенно когда дело касалось Айзавы-сенсея. Хинако уже знала, чем всё закончится, его усталым, пронизывающим взглядом из-под спутанных волос, тяжёлким вздохом и коротким, но убийственно холодным замечанием. И всё же она бежала, сжимая ремень сумки и надеясь, что сегодня ей повезёт, хотя бы чуть-чуть.
Хинако Танэки обладала причудой иллюзий. Её способность не ограничивалась простым обманом зрения, она психически воздействовала на подсознание человека, тонко вмешиваясь в ход его мыслей. Искажая восприятие, Хинако заставляла противника верить в то, что происходило перед его глазами… и ощущалось собственным телом. И сейчас, мчась по коридорам академии на урок, она рискнула использовать свою причуду. Осторожно, но на грани допустимого, Хинако коснулась сознания Айзавы-сенсея, пытаясь сократить время своей задержки, внушая ему ощущение, что она опоздала совсем ненадолго.
Это было опасно. Воздействовать на учителя, да ещё и на такого, как Айзава, — глупость, за которую можно дорого поплатиться, но выбора у неё не оставалось. Если не успеет сейчас, то потом уже будет поздно.
— Вот же… — она едва не выругалась, но вовремя прикусила язык, заметив проходящих мимо студентов. — Он меня убьёт.
Хинако влетела в раздевалку и почти на бегу начала стягивать с себя школьную форму, заменяя её спортивным костюмом, сшитым специально под неё. Но внезапно резкая боль скрутила живот, она шумно выдохнула и согнулась пополам, на секунду потеряв равновесие. Как некстати. Течка дала о себе знать в самый неподходящий момент. Стиснув зубы, Хинако выпрямилась и быстро достала из сумки подавляющие таблетки. Приняв дозу, она задержала дыхание, прислушиваясь к ощущениям, и надеялась, что их действия хватит хотя бы до конца урока. Сейчас ей было не до слабостей.
— Опоздала, — со вздохом произнёс Айзава-сенсей. — Опять.
— Я… — Хинако запнулась. Она совершенно не ожидала, что он заметит её сквозь толпу учеников, когда она почти бесшумно пристроилась в самом конце строя, стараясь слиться с одноклассниками.
Она уже успела выровнять дыхание, приглушить присутствие своей причуды, убедить себя, что на этот раз всё обойдётся. Но Айзава даже не повернул головы, словно почувствовал её появление ещё до того, как она остановилась. Его усталый взгляд скользнул по группе и безошибочно остановился именно на ней. Ни удивления, ни злости, только привычное разочарование, от которого почему-то становилось хуже, чем от крика.
— После тренировки поговорим, — ровно добавил он.
Хинако сжала губы и молча кивнула. Это было даже страшнее, чем немедленный разнос.
Он почувствовал её ещё до того, как она вышла на поле. Запах был слишком отчётливый, несмотря на попытки приглушить его таблетками. Айзава едва заметно нахмурился, не подавая вида, но внимание уже было потеряно на долю секунды. Этого оказалось достаточно. Когда она шагнула вперёд, аромат ударил в нос: белый чай с мёдом — тёплый, ненавязчивый, но цепкий, остающийся дольше, чем следовало. Он не провоцировал и не отвлекал напрямую, вместо этого сбивал концентрацию, словно подсовывая сомнение: это реальность или ошибка восприятия? И тогда Айзава понял, что девчонка попыталась использовать на нем свою причуду. Достаточно, чтобы он это почувствовал.
— Работаем сегодня в парах, — сказал Шота Айзава, лениво пролистывая список и распределяя учеников. — Быстро и без самодеятельности. Танэки. Будешь с Кацуки Бакуго.
На мгновение на поле повисла тишина. Потом Бакуго хищно ухмыльнулся, хрустнув костяшками пальцев.
— О, повезло тебе, иллюзионистка, — протянул он с явным удовольствием. — Постарайся не откинуться сразу.
Хинако медленно выдохнула и подняла взгляд. Внутри всё неприятно сжалось от боли, от усталости, от осознания, что сегодня судьба явно решила над ней поиздеваться. Именно сегодня. Именно с ним. Айзава скользнул по ним коротким взглядом.
— Бакуго, — холодно добавил он. — Контроль.
— Тц, — фыркнул тот, не переставая улыбаться.
Хинако сделала шаг вперёд, чувствуя, как концентрация даётся всё тяжелее. Пара была подобрана идеально… если целью было испытать её на прочность. В паре с Бакуго стоило быть предельно осторожной. Без синяков и царапин из этого боя она точно не выйдет. Танэки бросила на него короткий взгляд, и всё стало ясно без слов. В его алых глазах читалось, чтобы пощады она не ждала. Когда подошла их очередь, поле словно сузилось до двоих. Они вышли с противоположных сторон, медленно сближаясь, каждый ожидая сигнала.
— Начали, — раздался ровный голос Айзавы-сенсея.
Бакуго агрессивно рванул первым. Правая рука взметнулась вперёд, Танэки ушла влево в последний момент, когда кулак пролетел в каких-то сантиметрах от её лица, воздух обжёг щёку. Быстро. Слишком быстро. Она заставила себя сосредоточиться, несмотря на боль и сбившееся дыхание. Иллюзия легла тонко, почти незаметно ощущением. Бакуго резко остановился, будто наткнулся на невидимую стену.
— Чё за… — процедил он, застыв на месте.
Хинако рванула вперёд, обходя его сбоку, стараясь зайти за спину. Ей нужно было всего мгновение, чтобы обездвижить и сбить равновесие, уложив на землю. Но когда она поравнялась с ним, воздух рядом дрогнул. Лёгкий порыв ветра выдал её присутствие.
— Нашел, — оскалился Бакуго. Он ударил наотмашь, не глядя. Удар пришёлся в грудь, выбив воздух из лёгких. Хинако отлетела назад и рухнула на землю, иллюзия рассыпалась, словно стекло. — Тц. Слабо, — бросил он, снова переходя в наступление.
Она едва успела перекатиться, уходя от следующего удара. Земля больно царапала кожу, дыхание сбивалось всё сильнее. Ещё один рывок, и она снова на ногах, тут же падая под очередным взрывным толчком. Хинако держалась, уклонялась и поднималась, снова падая. Колени саднило, на ладонях выступила кровь, но и Бакуго был не без следов — царапины, сбитые костяшки, тяжёлое дыхание.
— Бесишь! — рявкнул он.
Последний рывок оказался решающим. Бакуго сбил её с ног и прижал к земле, навалившись сверху. Его ладонь упёрлась ей в грудь, давление было таким, что дыхание на секунду совсем пропало.
— Всё, — процедил он сквозь зубы. — Конец.
Хинако смотрела в небо, жадно ловя воздух, и только сейчас позволила себе расслабиться. Она продержалась дольше, чем ожидала. Гораздо дольше.
— Достаточно, — Айзава шагнул вперёд, останавливая бой. — Урок на сегодня окончен.
Так как они были последней парой, остальные ученики начали понемногу расходиться, переговариваясь и бросая последние взгляды на поле. Шум постепенно стихал. Бакуго не спешил подниматься, он всё ещё прижимал Хинако к земле, но давление ослабло. Его взгляд стал другим более настороженным. Он едва заметно наклонился, словно прислушиваясь… или принюхиваясь. Хинако затаила дыхание. Чёрт. Действие таблеток явно ослабевало, и он слишком хорошо это чувствовал. Запах, который она пыталась подавить, всё равно прорвался.
— Всё в порядке? — тихо спросила она, боясь даже пошевелиться.
Кацуки резко отстранился, словно только сейчас осознал, в каком положении оказался. Он откашлялся и отвернул голову в сторону, делая вид, что ничего не заметил.
— Да, — коротко бросил он. — Нормально.
Несколько секунд он стоял, сжав кулаки, затем всё же протянул ей руку. Хинако не стала колебаться, ухватившись за неё и поднялась на ноги, чуть пошатнувшись.
— Спасибо, — произнесла она тихо.
Бакуго фыркнул и отвёл взгляд.
— Не за что, — буркнул он. — В следующий раз… будь осторожнее.
Он развернулся и ушёл первым, оставив после себя странное, тяжёлое молчание.
Поднимаясь на ноги, она краем глаза заметила направленный на Бакуго озлобленный взгляд Айзавы. В нём не было гнева лишь холодное предупреждение. Она не придала этому значения, слишком занятая тем, чтобы привести себя в порядок. Танэки стряхнула с формы грязь и пыль, сделала глубокий вдох и шагнула вперёд. И тут ногу пронзила резкая, странная боль. Она едва заметно поморщилась. Лодыжка неприятно отозвалась, словно внутри что-то сместилось. Подвернула. Осознание пришло мгновенно, но останавливаться она не стала, лишь выровняла шаг и направилась к раздевалкам, стараясь не переносить вес полностью на больную ногу.
Ученица выдохнула лишь тогда, когда осталась одна. Каждый следующий шаг отдавался тупой болью, но она упрямо двигалась вперёд, не позволяя себе замедлиться. Сейчас ей было важно одно, добраться до раздевалок, пока никто больше не заметил, насколько ей на самом деле тяжело.
***
Она не хотела беспокоить учителя из-за какой-то лодыжки. Пустяки, само пройдёт. По крайней мере, она очень на это надеялась. Медленно, стараясь не хромать слишком заметно, она добралась до класса. Классный час обещал быть обычным. По дороге к аудитории к ней присоединилась Очако Урарака, и они пошли вместе, негромко обсуждая прошедшую тренировку: приёмы, ошибки, Бакуго, который, как всегда, «перестарался». За разговором Танэки почти не заметила, как они уже дошли до класса. Хинако старалась сосредоточиться, но боль в ноге время от времени напоминала о себе тупым, тянущим ощущением. Но хуже было другое. Она с запоздалым раздражением поняла, что в спешке так и не приняла подавляющие таблетки. Несколько альф начали оборачиваться, принюхиваться, бросать на неё странные взгляды. Хинако опустила глаза, делая вид, что ничего не замечает, и сжала пальцы под партой. И всё же сильнее всего её напрягал не класс. Время от времени она ловила на себе внимательный взгляд Айзавы-сенсея. Словно он что-то замечал, что-то понимал… и пока молчал. Хинако отвела взгляд и сделала глубокий вдох. Только бы этот день уже закончился. Спасающий звонок разнёсся по классу, и напряжение мгновенно спало. Ученики вскочили с мест, наперебой обсуждая уроки, и почти сразу потянулись к выходу. Хинако не спешила. Медленно сложила учебники в сумку, аккуратно застегнула молнию и только потом поднялась. Нога снова напомнила о себе. Она сделала вид, что всё в порядке, и направилась к двери, стараясь держаться в тени. Она почти вышла из класса, когда чья-то рука мягко, но уверенно перехватила её за запястье. Хинако вздрогнула и обернулась. Перед ней стоял Айзава. Усталый, но сейчас в его взгляде читалось явное беспокойство. — Почему ты не сказала, что у тебя болит нога? — спросил он негромко, но слишком внимательно, чтобы отмахнуться. Она растерялась. — Я… не хотела вас беспокоить, — тихо ответила она, вдруг почувствовав себя нашкодившим ребёнком, которого поймали с поличным. Айзава несколько секунд молча смотрел на неё, словно взвешивая что-то у себя в голове. Затем, не говоря ни слова, сделал шаг ближе и вдруг легко подхватил её на руки. — Эй… — Хинако даже не успела возразить. Он быстро и аккуратно донёс её до ближайшей парты и усадил сверху, убедившись, что она сидит устойчиво. — Давай я перебинтую тебе ногу, — сказал он уже не вопросительно, а так, словно решение было принято окончательно. Хинако замерла, глядя на него снизу вверх, и только теперь осознала, насколько сильно устала за сегодняшний день. — Хорошо… — тихо ответила она, опустив взгляд. Айзава направился к своему столу и, открыв шкафчик, достал бинт и антисептик. Хинако тем временем почувствовала, как тело отзывается на его реакцию. Живот неприятно сжало, а пульсация между ног усилилась, заставив её инстинктивно сжать бёдра и сделать медленный вдох. Она прикусила губу, стараясь взять себя в руки и не выдать себя. Когда Айзава обернулся и подошёл ближе, она невольно напряглась. Он выглядел сосредоточенным, полностью погружённым в задачу. Закатанные рукава, уверенные движения и сильные руки. Он остановился перед ней и опустился на одно колено, чтобы оказаться на уровне её ноги. — Покажи, — коротко сказал он, уже разворачивая бинт. Танэки не успела ничего сказать, как он аккуратно снял гольф с повреждённой ноги и осторожно ощупал лодыжку. При прикосновении она невольно вздрогнула, боль отозвалась резким импульсом, заставив стиснуть зубы. — Потерпи, — коротко сказал он, не поднимая взгляда. Хинако молча наблюдала за его действиями. Айзава работал сосредоточенно и аккуратно. Айзава-сенсей обвязал бинтом ногу, фиксируя сустав, не переживая лодыжку. В классе стоял ее запах, и кажется, запах его феромонов. Ее начало слегка мутить, сознание будто плыло, звуки приглушились, а внимание с трудом удерживалось на происходящем, заставляя завязаться узел внизу живота. — Всё, — сказал Айзава, закончив, и поднялся с колен. Он внимательно посмотрел на неё, оценивая состояние. Хинако моргнула, приходя в себя, и только сейчас поняла, что всё это время почти не дышала. — Ты сегодня перегнула, — добавил он уже тише. — И с тренировкой, и с тем, что решила терпеть. Хинако неожиданно тихо выдохнула и чуть застонала, сорвавшийся от резкого смешения запахов, повисших в пустеющем классе. Его запах ощущался отчётливо — холодный и сухой, как ночной воздух и асфальт после дождя. Никакой сладости, никакой показной «альфовости». Он не давил и не притягивал, скорее возвращал к реальности, отрезвляя. Он подошел ближе, ставя руки по бокам от нее и наклонился, чтобы оказаться на уровне ее роста. Его присутствие ощущалось сразу. Холодный и чистый запах без сладости. Она сглотнула, чувствуя, как дыхание становится неровным. — Ты чувствуешь это, — негромко сказал он. Она кивнула, не доверяя голосу. Айзава внимательно посмотрел на неё. В его взгляде было понимание, к которому он, кажется, уже пришёл. — Мы связаны, — тише продолжил он, делая паузу и давая ей возможность отступить… но Хинако не отступила. — Ты моя омега. Её пальцы сжались на краю стола. Её накрыло внезапно, как будто кто-то сдёрнул плотную пелену с глаз. Хинако резко осознала: как она могла не видеть этого раньше? Все мелочи, которые годами казались случайными, вдруг выстроились в чёткую, пугающе логичную линию. Его присутствие, которое всегда ощущалось спокойствием. Его взгляд был слишком внимательный, чтобы быть равнодушным. То, как рядом с ним мир становился тише и устойчивее, словно находил правильное положение. Её альфа был рядом всё это время, практически у неё под носом. Хинако тихо усмехнулась самой себе, качнув головой. Слепая. Она искала ответы в себе, в других, в обстоятельствах, где угодно, только не там, где они были с самого начала. А он просто был рядом. Ждал, пока она сама увидит. — И если ты скажешь «нет», я приму это. Теперь это казалось до смешного очевидным. Она подняла на него взгляд, и впервые поняла, что это чувство не свалилось на неё внезапно. Оно просто долго ждало, пока она наконец позволит себе его заметить. — А если «да»? — почти шёпотом. Его рука медленно поднялась и легла ей на щёку. Большой палец едва заметно провёл по коже, успокаивающим движением. Хинако вздрогнула не от неожиданности, а от узнавания. И сама потянулась к этому прикосновению, прижалась щекой к его ладони, почти по-кошачьи, ища большей ласки. Айзава тихо выдохнул, не убирая руки. Она не стала ждать, пальцы сжались на ткани его кофты, притягивая ближе. Их расстояние сократилось до дыхания. — Я вижу, — тихо сказал он, прежде чем она успела что-то произнести. Хинако не ответила, она просто поднялась на ноги и коснулась его губ своими. — Ты так… вкусно пахнешь, — почти неслышно прошептал он между короткими поцелуями. Его ладонь скользнула к её волосам, пальцы осторожно сомкнулись у затылка, направляя движение. Он наклонился, касаясь губами её шеи лёгким, тёплым прикосновением. Хинако тихо выдохнула и инстинктивно придвинулась ближе. Она прижалась к нему, открывая шею перед ним. Он неожиданно притянул её ближе, подхватывая и усаживая ее на край парты. Она не отстранилась. Мир словно поплыл, растворяясь в ощущении правильности происходящего. Мысли рассыпались, уступая место тихому, глубокому пониманию, что сопротивляться было бессмысленно. Она обняла его, обвивая ногаи его бедра и прижимаясь ближе, пряча лицо у его плеча. Пальцы невольно запутались в его длинных волосах. Айзава выдохнул ей в волосы. — Хинако… — предупреждающе начал он. Она подняла на него взгляд. — Я никуда не уйду, — так же тихо ответила она. Он замер на секунду, словно борясь с собой, затем медленно кивнул и прижался лбом к её лбу. Но лишь через доли секунды, они снова потерялись в поцелуе, забыв обо всем вокруг. Мир сузился до дыхания и тепла, до ощущения, что сейчас важно только это мгновение. Воздуха не хватило первым. Они одновременно отстранились, оставаясь так близко, что дыхание всё ещё смешивалось. Несколько секунд просто смотрели друг на друга. Айзава медленно наклонился, его губы коснулись её шеи. Хинако тихо выдохнула и инстинктивно придвинулась ближе, закрывая глаза. — Нам стоит… — начал он, хрипло, словно борясь с собой. — Я знаю, — она кивнула, не открывая глаз. Хинако не могла остановиться, когда внутри нее горел пожар, а возбуждение мужчины заметно упиралось ей в бедро. Ее рассудок мутнел с каждой секундой проведенной с ним, она просунула руку меж их тел, легонько касаясь возбужденного члена через ткань брюк. Айзава-сенсей хрипло выдохнул. Воздержание от секса с другими женщинами давали знать. Он хотел лишь свою омегу, поэтому он ждал момента, когда можно было признаться. Ее запах вскружил ему голову, поэтому он впился в нее резким поцелуем, по пути нащупывая женскую грудь и расстегивая пуговицы. Он медленно скинул с ее плеч рубашку, проводя нежно рукой по ее позвоночнику, заставляя ее прогнуться в спине к нему на встречу. Айзава нащупал застежку лифчика, ловко освобождая девушка от элемента одежды. Хинако покраснела, щеки заливает румянцем от смущения и жара, который еще не скоро спадет. Она застонала, когда его язык коснулся ее твердых сосков. Танэки сжала волосы на его затылке, когда он нежно кусал, всасывал, а пальцами руки сжимал второй сосок. Она чувствовала, как сердце было готово выпрыгнуть из груди, но жаркое желание между ног вытесняло стеснение и страх. — Я никогда не… — она запнулась на слове, когда мужчина остановился и внимательно посмотрен на нее. — …занималась сексом. На мгновение ей захотелось исчезнуть, просто провалиться сквозь пол, лишь бы не видеть его реакцию. Она уловила удивления в его взгляде, и сердце сжалось, но почти сразу это выражение сменилось другим. Айзава смягчился, увидев, как она напряглась, как инстинктивно отвела взгляд и сжала пальцы, словно готовясь к отказу или насмешке, к чему угодно. — Ты уверенна, что хочешь этого? — он вновь встал во весь рост, убирая выбившуюся прядь волос за ее ушко. — Я установлюсь если ты этого хочешь. Даже если ты просто передумаешь. — Я… — она глубоко вдохнула. Сердце билось быстро. — Я хочу. Просто… мне важно, чтобы ты знал. Он кивнул, чуть улыбаясь краешком рта. Он приподнял ее подбородок пальцами, нежно прикасаясь к губам девушки. Его руки осторожно потянулись к краю ее юбки, поднимая ее до талии. Мужчина отстранился от нее, чтобы увидеть ее реакцию. У Хинако было сбившееся дыхание, чуть розоватые щеки и припухшие губы от его поцелуев. Прежде, он убедился, что она не против, он опустился на колени, протягивая руки к ее бедрам. Тонкая ткань ее белья полетела куда-то в сторону, а она задрожала, когда он нежно прикоснулся губами к внутреннему бедру. Когда Айзава прикоснулся языком к ее лону, она выгнулась и застонала, не специально опустив на его голову ладони и практически прижала его нос к своей промежности. Хинако айкнула, а глаза Айзавы потемнели. — Простите, сенсей, я не специально! — Не прощу, — коротко рыкнул мужчина, припадая ртом к половым губам девушки, пробуя медовый чай её соков. У Хинако, словно от удара, весь воздух вышел из лёгких, и если бы не добротная толщина стен класса, её крик услышали другие ученики. Девушка пальцами сжала черные локоны и громко дышала, плавясь под ласками чувственного языка героя. Мужчина с удовольствием слизывал её влагу, нежно и старательно, по стонам омеги определяя, как ей более приятно. Когда соков почти не осталось на поверхности, он аккуратно вошёл языком в её щель, и ее пробил один из самых мощных оргазмов в её жизни. От полноты ощущений из её глаз брызнули слёзы, а губы исступленно звали к себе мужчину. — Это было… — ее дыхание было сбивчивым и тяжелым после долгожданной разрядки, но ей хотелось куда большего, чем это. Стеснение ушло куда-то на второй план, когда она спрыгнула на ослабевших ногах с парты, стаскивая излюбленный шарф учителя с шеи, выкидывая его за спину, туда же куда и полетели его очки. Она потянулась к краю кофты, помогая ему избавится от ненужный вещи. Ей открылся прекрасный вид на спортивное крепкое тело, которое было усыпано шрамами. Она невесомо провела пальчиками по виднеющемуся прессу, заставляя его хрипло выдохнуть. — Ты сводишь меня с ума. Неожиданно он подхватил ее за бедра, Хинако вынуждена была обхватить его пояс ногами, а шею руками. Они слились в поцелуе, когда его руки безвольно сжимали ее ягодицы. Он рычал ей на ушко, ставил метки на ее шеи, как изголодавшийся зверь, но, кажется, ей даже нравилось. Она то опрокидывала голову назад, позволяя открыть больше пространства, то сама впивалась в него страстным поцелуем. Айзава посадил ее на парту, вновь пристраиваясь у нее между ног, заставляя ее шире их раздвинуть. Головка члена воткнулась ко входу, медленно скользя внутрь. Хинако нахмурилась, когда почувствовала легкую боль, но резко выдохнула, когда он вошел еще глубже. Он легко и медленно скользил внутри, благодаря смазке, которой было достаточно, чтобы войти. Ему прельщало, что она при каждом его толчке стонала и глубже дышала, ведь ему чертовски нравилось доставлять ей удовольствие. Только от ее виду он готов был кончить себе в штаны, как пубертатный подросток в школе. — Ты же не хочешь, чтобы нас услышали? — усмехнулся он, когда она громче промычала что-то в ответ. Она резко задвигала из в стороны в сторону голову, закрывая лицо рукам. Хинако обхватила его бедра ногами, прижимаясь ближе. Его движения стали более размашистее, а не сдержанные стоны слышалось громче и чаще. Она готова была упасть в обморок от того, насколько ей было хорошо. Она бродила руками по напрягшимся мужским и сильным рукам, быстро целовала его губы, когда он не сдерживался и толчки стали интенсивнее и сильнее. Она чувствовала, что он скоро дойдет до пика, поэтому сжала внутренние мышцы, слыша стон удовлетворения. Айзава сделал последний толчок, резко выходя из девушки и изливаясь ей на бедро. Он уткнулся ей в плечо, тяжело дыша. Казалось, Айзава потерял счёт времени, и вместе с ним привычный контроль над собой. Всё, что он умел держать под замком годами, сейчас трещало по швам. Хинако сводила его с ума не действиями и не словами. Самим фактом своего существования рядом. Тем, как смотрела, как дышала, как доверчиво тянулась к нему, даже не осознавая, насколько сильно это влияло. Он вдруг понял, что думает только о ней. И это пугало куда сильнее любой потери рассудка… потому что отступать он уже не хотел. — Учитель Айзава? — Что? — отозвался он машинально. — Учитель Айзава, с вами все в порядке? Он моргнул. Потом ещё раз. И резко мотнул головой, словно сбрасывая с себя наваждение. Мир вернулся рывком. Перед ним было тренировочное поле. Ученики, выстроившиеся полукругом, смотрели на него с явным беспокойством. Кто-то переглядывался, кто-то шептался. Солнце било в глаза слишком ярко. Айзава выпрямился, чувствуя неприятную тяжесть в висках. — …Продолжаем тренировку, — сказал он после короткой паузы, стараясь, чтобы голос звучал ровно, но внутри что-то холодно сжалось. Он слишком хорошо знал это ощущение. Иллюзия. Айзава скользнул взглядом по ученикам и остановился. Хинако спокойно стояла, болтая с одноклассниками, но на мгновение, всего на долю секунды, их взгляды встретились. И он понял. Вот почему это было так правдоподобно. Вот почему он не заметил сразу. Она не просто показала ему иллюзию, она заставила его поверить. Айзава медленно выдохнул. Он знал, что это опоздание была наименьшей из проблем. Этот разговор… Определённо будет позже.
