"Favorite idiot..."

Тяжелые, по видимому дорогие, двери со скрипом открываются и в огромный двухэтажный особняк входят чьи-то насквозь мокрые ноги. С взъерошенных когда-то волос водопадами льётся вода, так же и с одежды. Можно было подумать, что это несчастный попал под ливень, но дела обстоят совершенно не так. Тридцатилетний парень второй раз за жизнь падает с, хрен знает какой высоты, моста. Местами можно было услышать рычание и тихие ругательства Хару Като, такого было имя несчастного парня. Поднявшись наконец на второй этаж, парень свернул направо и открыл первую попавшуюся дверь, громко и дерзко. Комната, в которую он попал, легко могла побороться в красоте и качестве интерьера, с целым пятизвездочным отелем. Огромная кровать из красного дерева прекрасно дополняла белый пол из дорогостоящей плитки, а картины в золотой оправе (и естественно балкон, который мог не заметить лишь слепой) прекрасно подчеркивали огромный размер данной комнаты. – Камбэ! Тебе, когда-нибудь говорили, что ты мразь?!... – крикнул зло пепельноволосый, сняв с себя насквозь мокрый пиджак и резко швыряя его на пол. Вместе с ветром, с балкона слышится легкий смех и скрип дорогих ботинок английского производства, которые так сильно ненавидел Хару. Ещё мгновение и на свет ночника выходит невысокая фигура Дайске Камбэ. – Ты говорил и не раз... Я даже теперь не считаю это оскорблением... Это скорее похвала. – произнес мягким голосом Дайске, присев на край кровати. – Ты мне помочь не мог? У меня скоро падения с моста мозг будет воспринимать, как хобби, ей Богу... – Като присел на другой край кровати и еле слышно вздохнул. – Нельзя же быть настолько мразотной личностью... Ах, точно! Я забыл, передо мной же сам Дайске Камбэ! Миллиардер привстал и легким движением, обогнув кровать, оказался перед злым Като. Присев на носочки он заглянул парню в глаза и снова улыбнулся. – Слушай, ты сам просил проверить прочность твоего нового костюма... – произнес спокойным голосом брюнет, аккуратно растягивая пуговицы белой рубашки пепельноволосого, – Ну так вот: не единой царапинки, ни единой трещины. Чем ты недоволен? – Недоволен тем, что на мне испытания проводят, словно я лабораторная мышь... Нельзя было провести эти ваши испытания в лабораториях?!... – Глупый, мы с такими вещами работаем только в полевых условиях. – томно произнёс Дайске, наконец-то расстегнув ненавистную рубашку и скинув её на пол. – К тому же... Мы с Сузуэ были уверены, что ты не пострадаешь... на процентов 50! – Охренеть конечно! – вздохнул Хару и с улыбкой продолжил. – Напомни: зачем я поехал с тобой в Англию и живу с тобой под одной крышей? – Нуууу... – Миллиардер приложил свой пальчик к подбородку, делая вид, что изнурительно думает над вопросом напарника. – Предположу, что ты влюбился в меня и теперь мечтаешь о моём теле каждую ночь, а я как благородный и скромный напарник предложил тебе свою... помощь. – Ну ты и подонок, Камбэ! Хотя, знаешь... – Хару хищно улыбнулся улыбнулся, и схватив Камбэ за руку повалил того на кровать, прижимая к себе всем телом, – В кое-чём ты прав... Маска "стервозности" мгновенно стерлась с лица Дайске. Щечки, по непонятным причинам, порозовели и миллионер молча взглянул на Като озадаченным взглядом, ожидая наконец услышать продолжения фразы. – Я действительно тебя... люблю! – полушепотом произнес Хару, поцеловав напарника в лоб, – а твоё тело тем более... – Твоя быстрая смена настроения меня восхищает и пугает каждый раз, Като. Неужели ты меня так быстро простил? – Не совсем... мстить я начну завтра. А сегодня ты... – Хару аккуратно коснулся лица Дайске, и томно произнес. – ... просто побудешь снизу, альфа-самец!