Вместе

Мэй сконцентрироваться, как учил Такао. Вчера, как только они закончили, он сказал, что проверит усвоенное. Дома. Руки от этой мысли чуть вспотели, на щёки лёг румянец. Совсем недавно она была у него дома, но просто танцевала. Тогда она почувствовала себя настоящей гейшей, которой так мечтала быть. — Уверена, он просто придёт и посмотрит, как я научилась пользоваться своими силами. Девушка расстроенно вздохнула. Только в присутствии Такао у Мэй получалось вызвать иллюзию, и весьма успешно. Особенно, если мужчина помогал, направлял, касаясь рук. Она чуть прикрыла глаза, прогоняя наваждение, и решила заняться уборкой дома для вечера.

***

— Дедушка Чонган, вы куда-то уходите? — спросила за делом Мэй, ловко справляясь со старой метлой. — А что такое? — хитро прищурился тот, отпивая молоко из кружки, ранее налитое девушкой. — Старым только прогулки и в радость. — Хорошо, — постаралась выдать из себя улыбку кицунэ. — Такао — не зверь, не разорвёт тебя на месте. Мэй едва не выронила метлу из рук, неловко наклонившись. Чонган обладал удивительным даром, предугадывая, что у неё на душе. И… что чувствует. — Я знаю, дедушка. — Плохо знаешь, если побаиваешься его. Тебя он никогда не обидит, — хмыкнул тот, откладывая кружку и беря свою трость. — Удачи на занятии, — пожелал пожилой ниндзя, ковыляя к выходу.

***

— Такао, — приветственно поклонилась кицунэ, мельком оглядывая комнату на чистоту. — Мэй, — чуть наклонился учитель, смотря прямо в глаза. — Как твои успехи? — Сносно, — отвела та глаза, боясь, что мужчина прочитает её, как раскрытую книгу. — Но не так как мне бы хотелось. — Всё всегда не так, как нам бы хотелось, — коротко улыбнулся тот, но через миг снова принял строгое выражение лица. — Можешь начинать. Он уверенно прошёл к очагу, усаживаясь к лицу девушки. Её лицо приняло немного растерянный вид, но тут же взяла себя в руки, встав в центр комнаты. — Что именно мне сделать? — Вчера у тебя так и не получилась иллюзия лисы. А это будет очень ценное умение, если поймают, и таким образом ты отвлечёшь врага. — Я понимаю, — пролепетала Мэй, коротко выдохнув. — Сейчас попробую. Такао улыбнулся, задумчиво потерев подбородок. Это ему в ней и нравилось — упорность и надежда. Она не только обычная гейша, пусть и не состоявшаяся, но и просто сильный духом человек. Домашняя девочка… превратилась в независимую женщину. Кицунэ постаралась как можно чётче представить свой облик лисы — небольшая, яркие очи, жемчужная шёрстка. В висках сразу же застучало, что-то мешало ей полностью отдаться чувству. — Нет, — с разочарованием выдавила девушка, сумев сделать только призрачный отблеск себя лисой. — Намного лучше, чем вчера, — резонно заметил учитель. — Хотя бы смогла уловить суть. Тебе не хватает… концентрации. Мэй чуть отпрянула, когда Такао поднялся со своего места, подходя сзади. Спиной она чувствовала гулкие удары его сердца и пепельные волосы, что щекотали её рукав. — Давай вместе, — его перебинтованные руки коснулись девичьих ладоней. — Освободи сознание от всего лишнего, пусть придёт только твой звериный облик. Ей было немного неловко чувствовать лёгкое дыхание мужчины сзади и его руки, но вместе с тем она почувствовала прилив сил. Прикрыла глаза, упорно представляя свой облик. Лиса. Лиса! — Молодец, Мэй, — раздалось над её ухом, чуть задев заколку сбоку. — Открой глазки. Тёмные глаза девушки налились радостью от успеха. Прямо перед ней сидела, поджав лапы, она сама же. — Всё хорошо? Натурально? — поинтересовалась она, с лица которой ещё не сходила улыбка. — Вполне, — ладони несильно сжали её маленькие ладошки, и тут та почувствовала что-то влажное на них. Мэй осторожно развернула ладони учителя и увидела небольшие пятна на бинтах. С испугом она спросила, поворачиваясь к нему: — Что вы сделали? — Поделился крохотной частью своих сил, — пожал тот плечами, будто ничего серьёзного. — Не надо было, — отпустив его руки, кицунэ принялась искать бинты. — Где же они? — В том комоде, в верхней полке. Мэй практически не удивилась, догадываясь, кто делает ему перевязку. Достав чистые бинты из полки, она подошла к мужчине, беря того за ладонь и уводя к очагу. Сам Такао принял сидячее положение, полностью доверяя протеже, даже когда девушка присела на колени, подобрав аккуратно подол платья. — Руки, — дзёнин чуть фыркнул, почему-то сейчас она напомнила ему дотошного Чонгана. Она молча и медленно стягивала бинты, словно хотела запомнить каждую чёрточку на ладони. Мэй вполне спокойно восприняла изрезанные руки, где почти не было места для новых порезов. Что одна, что другая. На них зияла одна свежая и кровоточащая рана. — Тебе не противно? — неожиданно поинтересовался Такао, глядя сверху вниз на кицунэ. — Нет, — нахмурилась та, поднимая на него серьёзный взгляд. — Я успела посмотреть вещи и похуже. И людей… — Люди — отдельный разговор. Но нам ли судить их? Так ли это важно? — Думаю, нет. Каждый сам отвечает за свою жизнь. Пусть они живут своей жизнью, а мы будем жить своей. Мэй показалось, что дзёнин взглянул на неё совершенно по-новому. В строгих глазах плескалось что-то вроде удовлетворения и уважения. — У вас хорошая кожа… несмотря на порезы, — она заметила это случайно, когда стала перебинтовывать одну руку. — Из меня бы вышла хорошая гейша? Девушка удивлённо глянула на Такао, а тут почти юношески улыбался. Она никогда его таким не видела. Не думала, что он может шутить. — Остроумно, — тихо хихикнула Мэй, продолжая перевязку. Дзёнин всё глядел на сосредоточенную протеже, перевязав одну ладонь, приступая к другой. Смотрел не только, как на ученицу, нет, это было всего на миг. — Мэй, — необычно тихий голос главы ниндзя отозвался сверху. Кицунэ подняла голову, встречаясь с его усталой улыбкой. — Ты умница. — Спасибо. Они смотрели на друг друга. Долго. Необычно. Совсем не как учитель и ученица. Мужчина и женщина… — Мэй, — забинтованная рука коснулась её подбородка, чуть притягивая к себе. Девушке пришлось привстать на колени, чтобы оказаться с ним лицом к лицу. Страха не было. Было только безграничное доверие. «Спасибо, дедушка Чонган». — Кадзу упоминал, что ты прекрасно завариваешь чай. Хотел бы попробовать. Сердце Мэй пропустило один удар, забившись в ритм его сердца.