Любить так прекрасно

Ночной Сеул прекрасен – озаренный миллиардами огней, состоящих из ярко освященных улиц, подсветкой небоскребов и фонтанов, ярких вывесок магазинов, ресторанов и кофейн. Этот свет озарял улицы мегаполиса как днем. И это меня успокаивало. Но все было по-другому там, куда не проникал ночной свет города; там, за улочками, освященными неоновой рекламой; там, где тени были чернее и гуще; там, где рождался ужас... «Суён, перестань думать об этом! – приказала я себе. – Сейчас ты едешь в машине по самой освященной улице города, и для страхов нет причин.» Только не сегодня, только не в этот вечер! Я боялась темноты, и как можно реже, вечерами, старалась покидать свою светлую, всегда освещаемую квартирку. Приступы паники случались редко, и мне успешно удавалось с ними справляться, пока. Такси остановилось перед небольшим зданием, где располагался ресторан, и я с опаской вдохнула ночной воздух. Спокойнее всего, все же, было днем. Все мои страхи стали отступать перед дружелюбным, тепло-желтоватым светом окон ресторана. Чем ближе я подходила к дверям, тем сильнее стучало мое сердце в ожидании скорой встречи. Никогда не забуду тот день, когда он предложил мне поработать над дизайном этого помещения. Несколько месяцев пролетели незаметно, и вот, сегодня уже его открытие. Это время было самым счастливым в моей жизни, потому что я была рядом с ним. Оправив складки черного платья до колен, волнительно провела пальцами по волосам, глубоко вздохнула и толкнула дверь. Волнение тут же прошло, когда я увидела его счастливую улыбку. – Здравствуй, – легкое объятие и почти невесомое прикосновение губами моей щеки. Кибом, как всегда, был очень учтив. – Как ты добралась? – Немного пришлось постоять в пробке, но ничего страшного. Я не опоздала? – осмотрелась по сторонам. В ресторане уже было немало посетителей, и еще приходили гости. – Нет, ты очень даже вовремя. Пойдем, я покажу тебе все, – взял он меня под руку, и мы направились по залу ресторана. – Тебе удалось! Впрочем, я и не сомневалась в твоих способностях, – кивнула я, обведя взглядом помещение. – Это прекрасное место! Дизайн ресторана в стиле "лофт" завораживал. Взгляды гостей пробегали по убранству зала, и в них читались удивление и восторг. Помещение мы разделили на несколько зон: бар, обеденная зона, банкетный зал и маленькие столики у окна. Сиденьями с одной стороны служил подоконник, утопающий в подушках, а с другой – стульчики с тонкими, коваными прутиками спинок. – Не без твоей помощи! И это тебе надо говорить спасибо, помогла разработать дизайн, – нежно погладил меня по руке Ки. – Перестань, мы об этом уже говорили. Я всего лишь помогла с дизайном, а все остальное – это полностью твоя заслуга. Мне было очень приятно работать над этим проектом, – стараясь скрыть смущение, отвела взгляд в сторону. Мы остановились возле бара, и Кибом протянул мне фужер с шампанским. – Спасибо Суён! Если бы не ты… – прикрыл он глаза. – Я и не знаю, как тебя благодарить, – чокнулись мы бокалами. – Ки, мне кажется, что так и должно быть, мы же друзья, – сказала я с болью в сердце, отпивая глоток игристого. – Ты единственная, кто меня понимает, – нежно обнял меня. От чего сердце бешено застучало. Испугавшись, что Ки почувствует мое волнение, отстранилась и спросила: – А тебе не пора к гостям? – робко улыбнулась и обвила взглядом приглашенных. – Я не могу оставить тебя одну. Ты – мой самый важный гость! – улыбнулся он той самой очаровательной улыбкой, от которой хотелось порхать. Но я знала, что он относился ко мне как к старому другу, а не как к девушке, и это было больно принимать. – Другие гости тоже заслуживают твоего внимания, – бросила беглый взгляд на собравшихся в зале гостей, которых было, кстати, немало. – Ки, а здесь шикарно! – раздался рядом с нами голос, от чего я вздрогнула и огорчилась – наше уединение было нарушено. Обернувшись, увидела, что к нам легкой уверенной походкой подошел стильно одетый молодой человек. Черные брюки и светло серый пиджак с черными лацканами идеально подчеркивали подтянутую фигуру. Волосы зачесаны набок, одна рука была в кармане брюк, другой он поправлял бабочку. Весь его вид выражал очарование и шарм. Легкая улыбка скользнула по лицу, а черные глаза заискрились, но, в ту же секунду, этот блеск исчез под опущенными веками, и в его взгляде появилось строгость и серьезность. Не смотря на внешнюю напыщенность, мне он почему-то показался интересным, и я стала с любопытством наблюдать за ними. Друзья пожали руки и обнялись: – Поздравляю с открытием, – похлопал парень Ки по спине. – Спасибо, хён! Но я не один работал над этим проектом. Дизайн, кстати, принадлежит Суён, – Ки ласково посмотрел на меня. – Познакомьтесь, – обернулся он к другу. Я встретилась с его дружелюбным, но в то же время пронзительным взглядом, которого испугалась и опустила глаза. Он улыбнулся мне божественной улыбкой и протянул руку: – Ким Джонхён, – представился он, по-прежнему пристально смотря на меня. Уверено и с безразличием вложила руку в протянутую ладонь, и тут же ее нежно сжали, обдав теплотой. – Чон Суён, – чуть склонила голову в приветствии и поспешила вытянуть руку, но мне показалось, что ее чуть придержали. Ки окликнул кто-то из гостей, и он в ответ помахал им. – Тебе пора к друзьям, не переживай за меня, – поспешила заверить его, не смея больше задерживать. – Ну, хорошо. Джонхён, присмотри за ней! Поухаживай и не оставляй одну, она сегодня главный гость, без нее это место не было бы таким замечательным, – попросил он друга, похлопав его по плечу. – Я позабочусь о ней, будь спокоен, – как-то серьезно сказал он в ответ. Ки, напоследок, одарил меня нежным взглядом и затерялся в компании гостей. Вздохнув от сожаления, взглянула на Джонхёна и встретилась с его любопытным, изучающим взглядом, от чего стало жутко неловко и захотелось сбежать. Но подобное поведение было не для меня. Тем более, обещала Ки, что останусь. «Просто не стоит обращать на него внимания», – решила я, и опять уставилась на бокал в руках. – Ты замечательный дизайнер! Это место действительно шикарно, – кивнул он в одобрении. – Спасибо, – кротко сказала я, обдумывая как бы избавиться от этого парня, но, почему-то, мне показались такие мысли бесполезными. Странное чувство тревоги лишь усиливало мое решение покинуть это место. Я пробежалась глазами по залу, выискивая Кибома, как островок для своего спасения. – Вы, наверное, давно знакомы? – спросил Джонхён, перехватив мой взгляд. Он тоже стал наблюдать за компанией людей, среди которых был Кибом, и когда тот посмотрел в нашу сторону, помахал ему рукой, на что Ки махнул в ответ. – Несколько лет. Познакомились на вечеринке общих друзей, – непонятно зачем я стала рассказывать о нас и, поймав себя на этой мысли, замолчала. Повисла небольшая пауза, а дальше последовал вопрос, который поверг меня в шок. – Вы встречаетесь? – спросил он, внимательно посмотрев на меня, наблюдая за моей реакцией. Бросив негодующий взгляд на Джонхёна и, четко проговаривая каждое слово, ответила: – Вам не кажется, что бестактно задавать подобные вопросы незнакомым людям? – отпила я глоток напитка, стараясь не смотреть на собеседника. – Теперь мы уже знакомы, – спокойно ответил он, слегка откинувшись спиной на стойку бара, – а с Кибомом дружим уже много лет. Мы как братья, поэтому я считаю, что имею полное право задавать подобные вопросы. – И после небольшой паузы добавил, – как старший брат. – Даже если и так, то вопросы личного характера неуместны, – улыбнулась уголком губ, оценив его остроумие. – А он уже перешел в разряд личных? – с легкой ноткой иронии спросил парень, немного склонившись ко мне. – У меня нет желания разговаривать на подобные темы, – интуитивно я отстранилась и поставила фужер на стол. Я проигрывала его остроумию и проницательности. Возможно, для кого-то такое поведение было приятным, но мне он показался жутко надоедливым и бесцеремонным. И опять я искала по залу свое спасение и молчала. Говорить мне с ним больше не хотелось. – Судя по тому, как ты смотришь на него и улыбаешься – он тебе нравится, – сделал он вывод, задумчиво смотря куда-то в сторону, словно проговаривал свои мысли вслух. И как он мог это понять? Озадаченно взглянула на него, но он, по-прежнему, смотрел в пустоту, глазами полными печали и грусти. – Вы просто хорошие друзья, – продолжал он размышлять. – И тебя он не воспринимает как девушку, – подпер он голову рукой и перевел сочувствующий взгляд на меня. – Ты, наверное, не знаешь, но приоткрою тайну, – почти шепотом сказал он, – у него уже есть девушка, только он это очень хорошо скрывает, – моргнул он в подтверждении. Его слова гулким эхом звучали в моей голове, превращаясь в жуткую боль, которая сковала сердце, словно в тиски. Секунды превратились в вечность, слова, как и воздух, застряли в горле, и я лишь беспомощно моргала глазами. В глазах Джонхёна отразился испуг, и он резко, выпрямившись, схватил меня за руку: – С тобой все в порядке? Прости, я не хотел! – затараторил он, чуть ли не подпрыгивая возле меня. Наконец-то, я свободно вздохнула и, резко выдернув свою руку из его руки, с презрением посмотрела на него: – Мне пора, – прохрипела я и поспешила покинуть ресторан. Надеюсь, Кобом не заметит моего отсутствия, позвоню позже и извинюсь. Как я могла так отреагировать? Своим поведением подтвердила все его слова. Сжала виски пальцами, пытаясь унять внезапно появившуюся боль. Стараясь быстрее успокоиться, полной грудью вдыхала прохладный ночной воздух, а в голове все еще звучали его слова. Действительно, на что я надеялась? Ки ни разу не давал повода, и помочь ему согласилась, чтобы хоть иногда видеть его, но никогда не позволяла проявлять свои чувства. Где-то в душе догадывалась, что у него кто-то есть, но услышать это от незнакомого человека было неожиданно и неприятно. Боль немного стала отступать, и я направилась к остановке, выискивая взглядом такси, которое тут же остановилось возле меня. Усевшись на сиденье, потянулась за дверью, намереваясь закрыть за собой, но ее придержали, и в салон заглянул Джонхён. На его лице отразился испуг, и тоном, не принимающим возражений, сказал: – Я поеду с тобой, – уселся он рядом, напирая телом, заставив меня пододвинуться. – Как ты себя чувствуешь? – заботливо спросил он. – Что ты себе позволяешь!? – почти закричала я, задохнувшись от возмущения. Больше терпеть его присутствие я не могла. – Еду домой. Нам, кстати, в одном направлении, – спокойно ответил он, кивнув на дорогу. – Откуда ты это знаешь? – уставилась я на него. – Я этого не знаю, просто предположил, а ты подтвердила. Ты плохо выглядишь, – обеспокоено всматривался он в мое лицо. – Ах, ты! – негодовала я. – Давай, выметайся отсюда! – он был мне неприятен, да еще и ехать в одном такси было выше моих сил. – Первое, мы в движении. Это опасно, я могу сломать ногу, или еще хуже меня собьет машина, – скинул он палец руки, ведя подсчет. – А второе, – разогнулся второй палец, – ты не водитель и ему решать, кого везти, а кого нет. Всё же, как твое самочувствие? – нежно спросил он, посматривая на меня. «Боже! Как же он переигрывает, – думала я, ошарашенно глядя на него. – Суён, что с тобой происходит? Почему ты сидишь с открытым ртом и ничего не можешь ему возразить? Куда делось твое остроумие и холодный расчет?» Такое со мной было впервые. Почему-то, я не знала, что ему ответить и промолчала, отвернувшись к окну, продолжила теребить в руках клатч. – Вот мы и приехали, – сказал Джонхён, когда машина остановилась. – Прости меня, я не хотел тебя обидеть. Не знаю, что со мной происходит, – он потер переносицу и глубоко вздохнул. – Прости, – сказал он с печалью в голосе и исчез во мраке ночи.