Родиться маглом не приговор

      Прошла неделя со свадьбы четы Нотт. Всё это время никто из обитателей Норы не выходил из дома без необходимости. Они не ожидал нападения от Пожирателей, поэтому меры защиты были максимально усилены.       Артур, Гарри и Рон то пропадали на работе, то занимались своим расследованием в сарае, но постепенно женскую половину дома это начало напрягать, ведь из улик была только маска ПСов — никаких больше следов и зацепок.       Гермиона же была в своих мыслях... Все семь дней она думала о том, правда ли к этому причастен Малфой? Нагнетали слова Рона, который был в этом уверен. Она серьёзно задумалась о словах, которые бросила мужу в конце: «Нет, Малфой, ты больше никогда не увидишь её, убирайся отсюда. Если твоей семье так надо, она не будет носить твою фамилию». Если это был единственный выход, то она готова. На самом деле, давно пора закончить их отношения официально. Видимо, Драко поверил в её слова, и утром её разбудил конверт, который плюхнулся прямо ей на нос.       «Здравствуй. Предлагаю встретиться и всё обсудить. Я не желаю вам зла и никогда не желал, тем более своей дочери. Поэтому жду тебя сегодня в 19 часов в нашем сквере.

Всё ещё твой муж,

Драко Люциус Малфой»

      «Неожиданно. Значит, сегодня всё и решится».       — Герм! — Рон взбежал по лестнице. — Спускайся!       — Уже спокойно умыться нельзя? — с каждым днём её всё больше и больше напрягало отсутствие личного пространства. — Что случилось?       — Ничего, просто пришли Нотты, — Он поприветствовал её своей коронной широкой улыбкой.       — Ты серьёзно? — она старалась не проявлять злости, ведь Рон всегда был таким, но получалось не особо.       — Так, не будем нагнетать, — Тео заключил подругу в объятия. — Малфой, нельзя нервничать. Пойдём, есть идея для тебя, — он пригласил Гермиону на улицу.              — Милый мой, если ты будешь меня называть по фамилии, то в один из прекрасных дней будешь убит тапком, как это делал мой папа с надоедливыми мухами.       — Хорошо, хорошо. У меня есть для тебя предложение.       — Какое? — она напряглась. — Если это опять связано с хорьком, то сразу нет.       — Да про идеи на счёт него я уже давно понял, — он провёл её на полянку. — Но я знаю, что он предложил тебе встретиться.       — Откуда? — «Умная, а иногда тупит, как Уизли», — подумал Тео.       — Не забывай, что он всё ещё мой лучший друг, хотя я не скрываю, что последние два года больше на твоей стороне.       — Вернёмся к предложению, — она не хотела это обсуждать.       — Что, поскорее хочешь уйти?       — Просто прохладно, — Гермиона поёжилась.       — Исправим. — Не зря Тео был воспитан по всем правилам высшего общества: он в ту же секунду снял бомбер и накинул на Гермиону. — Мы с Луной решили отправиться в путешествие и подумали позвать тебя с нами.       — ПодумалИ?       — Да, да, она подумала. Ты же знаешь, моя жена видит всех насквозь, поэтому она считает, что тебе так будет лучше. — Нотт закашлялся. — И правда, зябко. Так, вернёмся! Но я с ней согласен, чисто из соображений безопасности.       — О Салазар, давай хотя бы ты не будешь об этом.       — Я не думаю, что кто-то из приспешников Тёмного Лорда решил действовать, а тем более это не Драко и, не думаю, что Люциус. Поэтому просто подумай. Почему бы не поездить по странам несколько недель? Мы отправляемся завтра.       — Хорошо, — возможно, для Гермионы это была неплохая идея. Хоть она и любила семью Уизли, но в доме становилось тесно. Скоро родит Джинни, и, конечно, не хотелось бросать подругу, но она сможет возвращаться, если будет необходимо. А Рону её переезд пойдёт на пользу: Гермиона замечала, что именно она была той причиной, по которой он перестал обращать внимание на других женщин, хотя оба понимали — вместе они не будут.       День шёл как обычно: парни на работе, Джинни всё не могла определиться, как будет выглядеть будущая детская. Гермиона решила никому не говорить о встрече с Малфоем, поэтому просто договорилась с Молли, чтобы та посидела с детьми под предлогом, что хочет развеяться и пройтись по магазинам. В принципе, женщину не волновало, куда и зачем нужно отправиться, главное — есть возможность понянчиться с малышами.       Время на часах показывало 18:50. Гермиона трансгрессировала раньше — это была старая привычка.       Во-первых, она не любила опаздывать, во-вторых, иногда, оказавшись на месте на пару минут раньше, узнаешь много интересного. Но там никого не было.

Это было место их первого поцелуя.

Всё произошло тем же летом. Драко давно понял, что влюбился в Грейнджер, но признавать этого не хотел. А сама Гермиона не задумывалась о чувствах, её голова была забита проблемами. Она всё размышляла, что будет дальше, что им делать с Гарри, как поступить с родителями.       Это был один из вечеров, когда она пыталась уговорить отца уехать. С мамой обсуждать это было бесполезно: её эмоции каждый раз брали верх, и диалога не получалось. Но в этот раз не сдержался и мистер Грейнджер. Родители не собирались бросать дочь, но и не представляли, на что та готова пойти, чтобы сохранить их жизни. К концу спора мужчина не выдержал и закричал, выплеснув на дочь всё, что копилось в нём несколько месяцев.       Гермиона дала волю эмоциям и расплакалась. В этот момент во дворе послышался хлопок, и она увидела слизеринца. Она думала, он тоже её не поддержит. Гермиона как-то хотела поведать ему свой запасной план, но Малфой сразу дал понять, что не стоит, объяснив это тем, что в любой момент его воспоминания могут просмотреть. Поэтому тема была закрыта.       Она решила уйти из дома, пока он её не заметил, но было поздно. Спустя двадцать минут Малфой нашёл «подругу» в небольшом парке на соседней улице. Она сидела под деревом и плакала. Драко подошёл к ней и аккуратно опустился рядом. Первые пару минут они сидели молча. Он взял её за руку в надежде, что такой поддержки хватит, но она сорвалась. Грейнджер была словно фурия: она кричала, истерила, то толкая его, то что-то кидая.       Драко, который был не особо эмоционален, не знал, что делать. Единственная мысль, пришедшая в голову «белобрысого» (так Гермиона называла парня, когда злилась), — это поцелуй.       И вот будущий лорд Малфой резко поднимается на ноги, хватает её за руки и прижимает к дереву. Несколько секунд он потратил на разглядывание её лица, а потом понял, что ещё чуть-чуть — и осознание происходящего дойдёт до Гермионы. В мгновение он впивается губами в её губы и, кажется, сам только в этот миг осознает, что сделал. Но она ответила, и Драко растаял, а поцелуй перерос в более нежный и чуткий.       Пока Гермиона обходила весь сквер, погружаясь в воспоминания, время перевалило за 19:10. «Странно. Малфой — и опаздывает».       Прошло еще десять минут, и она решила сходить на соседнюю улицу посмотреть, продают ли там ещё её любимое мороженое. Гермиона вернулась в 19:40.       Опоздать на сорок минут чистокровный волшебник не мог — значит, он просто оставил ждать её в одиночестве, не посчитав нужным предупредить.       — Ты сам объявил конец, — Гермиона оставила эти слова заклинанием на том самом дереве. Если он тут всё-таки появится, фраза эхом раздастся по улице.       «Хоть мороженое поела». Не то чтобы она надеялась или хотела что-то получить от этой встречи, но решение было принято. Заберёт детей, уедет путешествовать с семьёй Нотт. Наймет юриста, а дальше — развод. Она больше не будет носить фамилию Малфой, так же как и её дочь.