Сломать ≠ сломить.

Как всегда, проснувшись не от унизительных оскорблений, пинков и ударов куда попало, не от воспоминаний обо всех царапинах с ссадинами, а от разрывавшей меня головной боли и каких-то бредовых апокалиптических кошмаров с особо выделенным насилием, жестокостью и убийствами, мне не нужно было ходить к гадалке: я и так знала, что вновь увижу опухшую от передозировки, искаженную от гнева... морду?все еще лицо? с тонким прямым, как мультяшная единица, носом, стеклянными и будто мертвыми глазами. Худой, низкорослый, будто высушенный Дино Эмперор почему-то распространял тяжелый запах трупов и плесени, поэтому отличался от мумии лишь длинными волосами холодного стального оттенка и наглой самодовольной, в общем, требующей хорошей оплеухи, ухмылочкой, обнажавшей острые волчьи клыки. Вместе с останками сновидений, взорвались и оковы связывавших мое сознание стереотипов вроде того, что девушка обязана быть спокойной и покорной рабыней, скрывавшей свои чувства и эмоции ради пожизненного служения представителям мужского пола, поэтому меня затрясло от такой несправедливости, ярости и возникло непреодолимое желание мщения, и, после полного смертельного испуга взгляда куда-то на пинавший меня полночно-синий кед, через пол-минуты остановившегося в районе подбородка, я выпрямилась и вздернула голову так резко и высоко, что раздался оглушительный хруст позвонков, на который я, впрочем, не обратила ни малейшего внимания. Втянув воздух и хотя бы попытавшись недвусмысленно, лаконично и безмолвно отразить в горящих ненавистью глазах вечный лед и безразличный приказ всем срочно отправиться в тартарары, я с нежданной ясностью, возникшей из-за временно отдалившихся мразей, вечно грызущих мозги, поняла: судьба специально смоделировала ситуацию: недоотец пьян, Ака Манто измывается и обрывает жизни другой возрастной группе девушек за пределами особняка. Интуиция, в свою очередь, незамедлительно дала собственной несчастной обладательнице знак. Я выдохнула и смогла посмотреть в глаза мучителю. Император Дракон полез в правый карман словно обожженного и разорванного снизу готического балахона, при беге развевавшегося подобно угольно-черным крыльям летучей мыши, и левой рукой с наперстками- лезвиями, подобными когтям ранее снившегося мне темного дракона, вытащил сигарету, ругнулся и почему-то принялся наполовину задумчиво или ради вымещения злобы и осознания дальнейшего плана действий превращать ее в пепел. Из-за этой необычной давящей тишины появилось впечатление, что отсутствующее у меня время замедляет вечный бег и может остановиться. Я вышла из оцепенения и тени, подкочив к Риоко-Орайя, дернула за брошь- черно-сине-изумрудного огнедышащего динозавра, пожиравшего ослепительно-белого дракона, изредка отливавшего цветами заката: апельсиновым, лимонно-золотым и кроваво-алым. Разумеется, недопапа был в шоке, когда пряжка заманчивой бирюльки разомкнулась и вместе с составлявшей основную часть динокосплея накидкой осталась в моих руках. Я не ожидала от себя такой наглости и чуть не поплатилась за замешательство: Дракс