Случай, изменивший жизнь

Кричер послушно выполнил задание хозяина. Быстро перенеся пленников в подвал и заперев, что бы не сбежали, он вновь вернулся к Гарри. Смотря на своего хозяина, домовик лишь вздыхал. Он не мог помочь этому волшебнику. Никто не мог помочь, кроме самого Поттера. Гарри же смотрел в никуда. Мысли, что столько дней блуждали в его голове, исчезли. Осталась лишь сильная усталость, с которой надо было что-то делать. Сколько он уже не ел? Не отдыхал? Да, стресс был сильным и усиливался в устрашающей прогрессии. Но если он сейчас не отдохнет, кому от этого будет хорошо? Рону и Джинни. В этом он уверен. Ведь тогда у них была бы возможность сбежать и спасти себя. Даже сейчас он боролся с желанием отпустить их, помочь… И извиниться за то, что он сделал с ними. Но заслуживают ли они этого? Нет. Осматривая комнату, будто бы что-то ища, Гарри решил, что пора ее покинуть. Ничего интересного он уж точно не найдет тут, среди вещей Рона. Но стоило бы поискать что-то в их, Гарри и Джинни, комнате. Было видно, что Джинни в разы умнее своего брата. Отправившись в свою комнате, Поттер остановился на пороге. Он до сих пор не мог поверить в то, что та милая девушка, а следом девушка, в которую он был влюблен… Оказалась мужчиной, который ненавидел его. Любви, которую так отчаянно надеялся получить Гарри, просто не было. Была лишь иллюзия, обман. От этого становилось гадко на душе. Хотелось просто разрыдаться, выплеснуть горечь, что скопилась за все это время. Подойдя к шкафу жены, мужчина открыл створки и не увидел ничего, кроме ее вещей. Может это было глупо? Но, та самая чуйка, что ни разу его раньше не подводила, так и кричала о том, что там могло быть что-то полезное для него. Однако, видимо, в этот раз чуйка все же подвела его. Не зная, что ему сейчас делать, мужчина просто отправился вниз, что бы посоветоваться с Вальбургой. Да и рассказать ей о том, что происходило все же, стоило. Может хоть так он поймет, что его так сильно настораживало во всем происходящем. Все же, ему казалось то, что все выглядело как-то не так. Картинка не скалывалась в одну. Все было слишком… Наивно что ли? Если уж у них был такой продуманный на многие года вперед план, то как они могли так легко попасться. Или как могли допустить такое, что бы они не выпили зелье? Могло ли это быть частью их плана? Гарри уже ничего не понимал. Придя в гостиную, он уселся на кресло, рядом с которым была картина с Вальбургой. Она только заметила своего внука и хотела у него уже спросить, что происходит, но не смогла. Гарри просто уселся перед ней и начал говорить. Он рассказывал все. О результатах проверки, что было после него, что стало с Гермионой и что он сделал с Уизли. Женщина его не перебивала. Молча слушала того, кто всего за сутки испытал такое количество ужасных моментов, что можно было просто диву даваться, как он еще держится и не психует. Да и что ему оставалось делать? Все, что он мог, это невидяще смотреть вперед и говорить. Он долго изливал свою душу, выплескивая все, что держал в себе все это время. Вместе со словами он выпускал и сырую силу, что больше не держал. Она заполняла всю комнату. Удивительно было то, что ничего не разбилось. — А теперь я просто не знаю, что мне делать, — немного осипшим голосом произнес Гарри, резкая падая в кресле и закрывая глаза. — Подготовься к ритуалу. — А? Почему? Гарри непонимающе смотрел на свою бабушку. Он то думал, она скажет, что не надо унывать, что надо отдохнуть и потом, с новыми силами приняться за подготовку. Но что бы так сразу? Неужели эту женщину не беспокоит его состояние. Неужели он зря понадеялся на то, что Вальбурга его любит… — Гарри, тебе надо подготовить все как можно быстрее. Гермиона… Ей с каждой минутой становится все хуже. Не факт, что она доживет до конца недели. — А смогу ли я? Что может быть хуже сомнения в себе? Гарри очень сильно переживал о том, он просто не справится. Ведь он никогда таким не занимался. Он не проводил ни одного ритуала в своей жизни. Хотя, пока он еще учился, Поттер сталкивался с рассказами и подробными инструкциями про ритуалы. Но, когда появилась новая власть в Министерстве… Запретили все. Любой ритуал заочно считался темным и за него могли отправить в Азкабан. Да и все имущество сразу же отходит в руки чиновников. Этого никто не понимал, ведь раньше спокойно можно было проводить легкие ритуалы очищения или же ритуалы памяти почивших родственников. Но, буквально пару лет назад, за них начали насажать в Азкабан, а все имущество переходило в руки тех, кто их обнаруживал. Или сдавал. Именно поэтому сейчас никого не обучали тому, как правильно выполнять ритуалы, их нюансам. — Гарри, я тебе помогу всем, чем смогу. Мы постараемся с тобой учесть всё. Но тебе придется убить человека. — Уби…ть? Гарри предполагал, что во время ритуала ему придется сделать что-то такое. Но он думал, что все обойдется просто кровью. Или смертью животного. Но человека? И вновь сомнения разрывали душу мужчины. А сможет ли он? Просто убить человека ради того, что бы потом они могли жить сами. А сможет ли он потом жить с этим грузом на душе? С другой стороны, он ведь смог убить Воландеморта. Но он считался врагом всех и каждого. Но все равно, после того случая Гарри не мог никак простить себе того, что он убил живое существо. Да, он творил всякое ужасное. Убивал, пытал, насиловал. Однако, как никрути, он был живым. — Да. Тебе придется. После этих слов, Вальбурга начала рассказывать то, что знала сама. А после они вместе прочитали книгу, что дали ему гоблины. Там описывались несколько ритуалов. Темных, жестоких. Кровавых. И среди них находился и тот, который был нужен Поттерам. Все придется делать Гарри, как самому дееспособному участнику. Хотя, как говорилось в книге, все должен делать старший из участников, если участие в ритуале принимали несколько человек. Но из-за того, что Гермиона не могла пошевелиться, все взваливалось на плечи мужчины. — У тебя есть прекрасные жертвы. Их не жалко. И теперь они очень даже пригодятся. — Кстати, бабушка, а что вы знаете о «Mutare Ipsum»? — Неужели кто-то решил испробовать эту гадость? — на лице женщины появилась брезгливое выражение лица, — Это зелье изменяет внешность человека навсегда. В отличие от Оборотного зелья, вернуться в свой прежний вид, выпивший зелье, уже никогда не сможет. Он навсегда останется в другом теле. Тело будет подвергаться возрастным изменениям, но никто не сможет распознать в девушке бывшего когда-то мужчину. Все проверки будут говорить, что это мужчина. Но внешний вид… Он будет ровно противоположным. Гарри путался. Он никак не мог поверить в такое объяснение. То есть, кто-то заставляет выпить такое зелье и путать всех. И как Молли могла поступить так со своим сыном. Сыном который потом стал дочерью. Может Джинни когда и сам дал на то согласие, не понимая того, что это будет безвозвратно… А теперь просто свыкся с этим. Сможет ли он исправить это? Даже когда вернется в прошлое, успеет ли? — А в каком возрасте это возможно сделать? — Ну, самое раннее это в 5-6 лет, — Вальбурга пыталась вспомнить те случаи, когда это зелье использовали. Да, такое бывало, но после того, как такие травмированные дети сходили с ума и причиняли вред всем окружающим и себе, это зелье запретили. — Его действие точно невозвратно? — Точно, Гарри. Оно меняет всю структуру тела человека. Оставляя неизменным кровь. Из-за этого, во время проверки крови может возникнуть проблема у этого человека. — Джинни… Она это Он. — Оу, Уизли все же пошли на это. — В каком смысле? — Гарри, в одно время, в кругах аристократов ходил один слушок. Что у Уизли ожидается очередной мальчик. И Молли, когда узнала об этом, стала искать способы поменять пол ребенка. Уж не знаю, как у нее получилось заполучить это зелье, но она, видимо, все же смогла исполнить свое желание. Мужчина сидел и пытался прийти в себя. Такую новость было тяжело принять. Хоть он вчера узнал о том, что у него жена на самом деле мужчина по имени Джинанни, но принять это он никак не мог. И только он хотел продолжить разговор, как перед ним появился чей-то патронус. Он заговорил голосом врача из Мунго, который присматривал за Гермионой. Стоило лишь прозвучать первым словам, как Гарри вскочил с кресла. — Мистер Поттер, миссис Уизли стало хуже. Ожидаем вас.