книга в красном переплете

      POV: Пушкин Посиделки на даче Плетнева никогда не приносили мне радость, ибо каждый раз, каждую субботу все шло по единому сценарию. Я, Плетнёв и обычно кто-то третий, в этот раз это был начинающий писатель, речь которого была несвязной и очень раздражала меня, обсуждали прогноз погоды, далее слушали новые поэмы, рассказы каждого из присутствующих и обсуждали их. Так как тут не было личностей, чье творчество заинтересовало б меня я сидел молча, попивая уже остывший чай. Когда мятная жидкость в моей чашке была выпита, я начал пристально разглядывать заварку лежащую на дне посудины. Листья розмокшей мяты напомнили мне зелёные купюры — деньги, которые я благополучно проиграл два года назад. Именно после этого случая, я перестал играть в азартные игры. Это был трудный и депрессивный момент в моей жизни. Тогда я почти не писал свои поэмы. Неожиданно послышался глухой стук в дверь. Этот звук вывел меня из моря воспоминаний в котором я чуть не затонул. Когда дверь распахнулась передо мной постал образ невысокого юноша, по крайней мере я так подумал. Но как только человек вышел из-за тени, я увидел мужчину моего возраста, довольно необычной внешности, которая сразу же заинтересовала меня. К счастью, он сел рядом со мной, поэтому я смог продолжить рассматривать его. Как только мужчина расположился за столом, он представился. — Я — Николай Васильевич Гоголь, для вас просто Николай. — промолвил он хриплым голосом пристально смотря в мои глаза. Его взгляд завораживает меня, ибо в нем полно загадок. Складывается такое ощущение, что ты смотришь в неизведанную темноту, а не в глаза человека. Не могу не сказать про волосы Николая. Они такие шелковистые и ровные, как прозрачные воды стекающие со скалы. Этот мужчина однозначно не был так прост, как кажется на первый взгяд. Поэтому я поставил цель решить все загадки, которые хранит эта особа. Когда Плетнёв попросил прочесть Гоголя его произведение «Вечера на хуторе близ Диканьки» я был очень рад, ибо его творчество должно было помочь мне разгадать тайну этого человека, или хотя бы приблизиться на один шаг к моей цели.

***

Немного вернёмся в прошлое. POV: Гоголь Я минуты три продолжал стоять возле запертой двери, ибо я боялся открыть ее. Мне ранее никогда не приходилось посещать подобные мероприятия, поэтому я очень волновался. Я решил, что пора действовать и начал обратный отсчёт. «Три…» — проговорил я в уме «Два…» — я сказал это уже шепотом. «Один…» — промолвил я все же тихо, но уже с большей уверенностью. Как только из моих уст вылетел последний слог -ин- я рывком распахнул дверь. Как я и ожидал, Плетнёв был не один. Напротив него сидело двое мужчин. Один из них был очень молод и из его уст то и дело вырывались слова, которые выдавали его неграмотность. Хоть он и старательно пытался это скрыть, но его выдало «ихних». Как только это незамысловатое слово было сказано им, мое уважение к нему тут же было исчерпано. После недолгих роздумий я понял, что задержался возле порога. Это было неловко, потому что примерно несколько минут я стоял молча, слушая речь молодого человека. Я решил, что нужно как-то разрядить обстановку и я поприветствовал всех присутствующих. Это было самое неловкое, что я когда-либо делал, ибо я сказал это настолько тихо, что никто даже ухом не повел в мою сторону. После неудачного приветствия я решил наконец то выйти из тени и направился к столу, стоящему по центру веранды. Пока я медленно шел к мужчинам, я заметил, что второй, кучерявый мне жутко напоминает Пушкина. Воспоминания постепенно начали заполнять мой рассудок. И чтобы окончательно не потерять его, я присел. Когда я начал постепенно приходить в себя, я представился. Я говорил свои инициалы весьма громко, чтобы скрыть свою неуверенность. Проговаривая «Гоголь» я постепенно поворачивал голову и тут мой взгляд столкнулся с ним, этим кучерявым чёртом, который приходил ко мне во сне чутли не каждую ночь. Его голубые глаза сводили меня с ума, я вспомнил свой самый одновременно ужасный и прекрасный кошмар — его взгляд.Только спустя время я наконец то осознал, что сижу за одним столом с моим возлюбленным — Пушкиным. Мой прекрасный кошмар находиться ко мне настолько близко, что я могу рассмотреть узоры на его перстне.Это украшение заворожило меня до глубины души, золото извивалось в форме цветка на его пальце и ветка растения заканчивалась на крае ногтя мизинца.Роговая пластина на этом пальце была весьма длинная, что удивило меня. -Кхм… Хорошо, что вы представились, Николай.- басом проговорил Плетнев.- Не могли бы вы презентовать свою первую книгу «Вечера на хуторе близ Диканьки», после прочтения которой у меня осталась только одна емоция — восторг. — Вы мне льстите — краснея промолвил Гоголь, но все же начал читать.-«Это что за невидаль: «Вечера на хуторе близ Диканьки»? Что это за «Вечера»? И швырнул в свет какой-то пасичник! Слава Богу! еще мало ободрали гусей на перья и извели тряпья на бумагу! Еще мало народу, всякого звания и сброду, вымарало пальцы в чернилах! Дернула же охота и пасичника потащиться вслед за другими! Право, печатной бумаги развелось столько, что не придумаешь скоро, что бы такое завернуть в нее»… Когда Гоголь прочитал несколько первых глав Пушкин извиняясь перебил писателя. -А эта книга написана в одном екземпляре? — довольно странный вопрос задал Александр. Я уже испугался, что Пушкин скажет мне сжечь мою первую книгу, спрашивая не много ли мне придется подготовить топлива для нескольких екземпяров, к счастью он был один. Но вдруг мой возлюбленный сказал весьма неожиданную фразу: — Я просто хочу похвалить ваше творчество и если можно забрать эту книгу себе. — Я конечно не против, но у меня всего один екзепляр, я не ожидал, что кому-то будет интересно мое искусство.- промолвил Гоголь в недоумение.- Но я могу дать вам книгу на время, как в библиотеке. — неловко попытался пошутить Николай Васильевич. -Я люблю посещать такие заведение и был бы не прочь, если бы вы излучали енергетику книжного царства — библиотеке. — поддержал шутку Пушкин, немного флиртуя. В этот вечер Пушкин и Гоголь вдоволь насладились друг другом, ибо остальные участники этого действа решили прогуляться в саду, неосознанно оставив мужчин наедине.