Красавица и Чудовище

- Добро пожаловать домой, мой сладкий лукум! Мехмед стоял подле Лале, смотря на девушку сверху вниз. «Какая же она красивая, словно ангел, сошедший ко мне с небес!». Но на самом деле Лале была пленницей в клетке с самым настоящим монстром из своих кошмаров. Девушка боялась султана, но не хотела этого показывать. Она не хотела казаться слабой девочкой, которую можно обидеть. - Не подходи ко мне! - прошипела Лале, когда Мехмед сократил расстояние между ними. - Снова начинаешь свою игру? Не надоело? - он присел напротив девушки, чтобы поравняться с ней взглядами. Шоколадные глаза смотрели на него с отвращением и ненавистью, но все же с долей страха. - Не трогай меня! - девушка сбросила с себя ладонь мужчины, по-хозяйски разместившуюся на ее колене. - Черт с тобой! - фыркнул Мехмед, резко поднимаясь. - Мы еще успеем поговорить, а пока есть дела поважнее. Султан скрылся за дверью, оставляя Лале наедине с собой. Девушка не долго думала — поднявшись, она исследовала всю комнату в поисках хоть какого-то оружия. Мехмед вернется, может, уже сегодня или завтра — это было понятно. Нужен был козырь для следующей встречи. Как ни странно, Мехмед не заглядывал к ней несколько дней. Лале с замиранием сердца наблюдала за открывающейся дверью своей "темницы", но каждый раз видела или слуг, или верных султану бостанджи. Это затишье перед бурей не отпускало ее — тревога росла с каждой проведенной здесь минутой все сильнее. Султан объявился спустя долгую неделю, когда Лале искала пути для отступления или же борьбы. Мужчина ворвался в ее спальню разъяренным зверем. Двери захлопнулись за его спиной, а следом щелкнул замок. В принципе, она всегда была закрыта. Лале инстинктивно попятилась в противоположную от Мехмеда сторону. - Добрый вечер, кузина! - проговорил он, едва подбирая правильные слова. - Думаю, настала пора поговорить по душам. Мехмед присел на край широкой кровати, застланной золотистой простыней и похлопал рукой по мягкой ткани рядом с собой. Лале не решалась сделать шаг в его сторону, но недобрый огонек в его взгляде заставил ее передумать. - Твой дорогой Влад разбил мою армию! - прошипел он, смотря прямо ей в глаза. - А чего ты ждал? - набравшись смелости, ответила девушка. - Он разобьет и тебя! - Ох, милая Лале, ты такая наивная! - мужчина вдруг засмеялся, но уже через минуту стал серьезным. - Кем он стал? Что за тварь поселилась в его замке и носит его имя? - Лале молчала, гордо смотря прямо в глаза своего захватчику. - Молчишь! Это развяжет тебе язык. Мехмед опрокинул девушку на спину, удобно устроился на ее бедрах, удерживая их, а одной рукой завел ее руки над головой. Мужчина наклонился к ней слишком близко, встречаясь с яростным взглядом. Грудь тяжело вздымалась, манила все его внимание на себя. - Сейчас я очень зол, кузина! Я хочу получить ответы! Даже если ты мне их не дашь, я получу тебя! - он хищно улыбнулся и прильнул к сомкнутым девичьим губам. Лале усердно завертелась под ним, словно уж на сковородке, но тем самым больше распалила желание мужчины. На поцелуй она не ответила и не собиралась, как и молить о пощаде — разве это в ее правилах? Мехмед спустился поцелуями ниже, на молочную шейку, где еще красовались едва заметные следы Влада. Султан на минуту отвернулся от нее, тяжело дыша. - Ты, ты… Шлюха! - хлесткая пощечина оглушила девушку, выбивая непрошеные слезы. - Ублюдок! - выплюнула она. На долю секунды ей удалось вернуть контроль своему телу. Лале отпихнула Мехмеда так сильно, что он слетел с кровати, что-то недовольно пробурчав. Девушка побежала к столу, где стояла большая ваза. - Не подходи ко мне! - фарфоровая вещица уже была в ее руках, угрожающе поднятых. - Кидай ее в меня! Или хочешь, чтобы я подошел ближе, и ты меня оглушишь? Этому тебя научил твой любовник? Чему еще он тебя научил? - Мехмед приближался к ней, словно охотник к загнанной жертве. Лале бросила в него вазой и резко кинулась к открытому окну. Прыгать высоко, опасно, но ей не впервой! В первый раз же она выжила, может, Аллах пощадит и в этот раз! Девушка уже перелазила через перила, как сильные руки сомкнулись на ее талии. Мехмед поднял ее, словно пушинку. Лале пыталась брыкаться, сбежать, оттолкнуть его, кусалась, но все равно оказалась прижата к мягкому матрасу своей кровати. Султан повалился на нее всем телом, удерживая немалым для хрупкой девушки весом. - Нет! Сегодня ты не сбежишь! Я долго ждал тебя, Лале! Пора выполнять супружеский долг! - прохрипел он, вновь заводя ее руки за голову. В руках мужчины блеснул острый клинок, разрезавший ткань ее платья, словно та была сливочным маслом, простоявшим под палящим солнцем не один час. Красивое юное тело влекло его, притягивало магнитом. Мехмед стащил свой ремень и обмотал его вокруг тонких запястий, привязывая девушку к спинке ложа. - Бесподобна! В считанные секунды он избавил себя от одежды, нависая над девушкой. - Кожа такая же бархатная, как я и представлял! Мехмед наклонился к ней за поцелуем, но Лале отвернула голову. Звонкая пощечина пришлась ей на левую щеку. Мужчина схватил ее за подбородок, слегка нажимая на него — так она не могла препятствовать глубокому поцелую. Его язык проник в рот Лале, изучая его. Мужчина ждал ответа, но его не было. Стало вдруг солено. - Что же ты? Все-таки не такая сильная, какой хочешь казаться? Позволь я вытру эти слезы, они тебе не идут, милая супруга! Лале упрямо молчала, лишь злобно смотрела на него. Когда его язык прошелся по ее скуле, девушка вновь дернулась, но крепкие пальцы удержали на месте. Мехмед укусил за мочку ушка и вобрал ее в рот, посасывая. Лале дрожала от отвращения к мужчине, навалившегося на нее и творившего все это. - Прекрати! - она не сдержалась, пришлось сказать. - Тебе не нравится? Наложницы в восторге от того, что я делаю с ними! - он самодовольно улыбнулся и гордо поднял подбородок. - Прошу, хватит! - взмолилась девушка, но Мехмед разозлился еще больше. - С этим плебеем тебе лучше? Нравится, как он тебя целует и берет? - мужчина наклонился к ее ушку и прошептал. - Сегодня ты познаешь настоящего мужчину в постели. Отныне и навсегда только я могу к тебе прикасаться! Он провел ладонью между ее ног, касаясь сокровенного местечка, принадлежащего до этого момента только Владу, не переставая вглядываться в ее наполненные слезами карие глаза, упиваясь моментом и неосознанно стараясь впитать в себя все - ее образ, такой, какой она предстала перед его глазами, такой беззащитной, уязвимой. Ворвавшись в нее до конца, Мехмед притянул Лале себе за бедра, заставляя прогнутся в пояснице. Поймав зубами сосок, он прикусил его, слушая ее вскрики, а потом облизал, не переставая совершать фрикции в быстром и немного жестком темпе, не сильно заботясь о состоянии лежащей под ним девушки. Та, закрыв глаза и сжав губы, лишь дрожала в его руках, а из глаз текли слезы, пропитывая ткань простыни и подушку под ее головой. Кончая, Мехмед прижал Лале к себе, замечая, что его бешеное сердцебиение совпадает с ее, чувствуя, как его орган, выталкивая из себя семенную жидкость в ее нутро, медленно опадает. Мужчина повалился на кровать рядом с Лале, он тяжело дышал и улыбался. Девушка же пыталась принять случившееся, но удавалось из рук вон плохо. Она потянулась за одеялом, прикрывая свою наготу. Лале молча отвернулась от Мехмеда, проглатывая слезы. Мужчина будто этого не замечал, или старательно делал вид, что не замечает. Он прижался к ней, обнимая за талию, словно они любящая друг друга супружеская пара и живут не один год вместе. Лале собрала все силы в кулак и резко вывернулась из его объятий. Девушка что есть силы ударила по напыщенному довольному лицу своим кулачком, четко в челюсть. Мехмед взвыл от боли, сплевывая слюну с прожилками крови. - НЕ СМЕЙ МЕНЯ БОЛЬШЕ ТРОГАТЬ, ЖИВОТНОЕ! - прорычала Лале, закутываясь в покрывало. 3 месяца спустя. Первый месяц Лале пыталась сопротивляться Мехмеду, не раз подвергалась избиению с его стороны, но не ломалась. Она держалась из последних сил, не теряя надежду на то, что Влад ее спасет. Но с каждым днем вера ускользала. Мехмед хорошо подготовился — темные силы не позволяли проникнуть во дворец кому-либо, кроме него. Влад пытался и не раз, как и Аслан, но каждая их попытка заканчивалась неудачей. Второй месяц девушка потеряла интерес к борьбе — она больше была не в состоянии противостоять этому монстру. Каждый день Мехмед был рядом с ней, трогал ее, но уже не бил. Он проявлял к ней нежность, которая девушке была не нужна. Ей была нужна свобода, которой ее так бессовестно лишили. Лале не раз спрашивала — почему именно она? Но ответа никогда не получала. Никогда. Его не было. Просто он так хотел. Но хотел лишь он — не она. Пустота внутри росла с каждым днем, не заполняясь ничем. Лале потеряла всякую надежду на спасение — Мехмед вновь нанес ей смертельный «удар», сказав, что Аслан и Влад погибли в очередной битве. Девушке негде было проверить эту информацию, но султан так уверенно об этом говорил, что трудно было в это не поверить. Именно тогда она поломалась, словно игрушка. Треснула, раскрошилась на миллионы осколков, которые невозможно собрать. Лале перестала есть — не хотелось. Солнце стало для нее врагом — едва она выходила на свет, как сильно болели глаза, а кожу жгло. Единственным спасением был кулон на ее шее, но и его Мехмед сумел отобрать и спрятать подальше от глаз. Краски из мира исчезли, как и желание делать что-либо. Абсолютно на автомате она ложилась в кровать с Мехмедом, позволяла ему делать все, ничего не чувствуя — вообще ничего. В один из дней, когда они гуляли по цветущему саду, Лале упала в обморок. Она в тайне надеялась, что эта темнота заберет ее навсегда, но, к сожалению, уже тем же вечером она проснулась на коленях своего кошмара. - Лале, милая, я так рад! О, Аллах, он услышал мои молитвы! - он говорил это с радостью, но смотрел в пустые глаза. - Я так счастлив! Ты родишь мне чистокровного наследника, чтобы наш род правил этим землями вечно! «Наследник? Рожу? Я беременна? От него?» - впервые за долгое время Лале о чем-то думала и не хотела в это верить. Девушка сильно замотала головой из стороны в сторону, слезы хлынули из глаз. Лале не переставала шептать: «Нет!», пока не отключилась от очередного переутомления. Прохладный ветер слегка касался каштановых прядей, разбросанных по подушке. Лале повернула голову в сторону спящего рядом мужчины, скривилась от боли и отвращения, поняв, что это далеко не ее Влад. Уже пару недель она старательно создавала иллюзию, в которой счастлива с любимым мужчиной, но каждый раз эта сказка превращалась в страшный кошмар, стоило девушке посмотреть на виновника всего этого. Лале не видела других путей стать счастливой. «Умрет он, умру и я! А он мертв!» - думала девушка. Звезды красиво сияли в темно-синем небе, зазывая ее к себе. Босые ступни ног коснулись мягкого ковра из дикой кошки, а руки потянулись в тумбу около кровати за острым кинжалом, припрятанным там со времен новости о беременности. Совершенно бесшумно Лале покинула мягкую постель и направилась на балкон. Прозрачная сорочка вибрировала на открытом воздухе, тело приятно обдавало прохладой. Девушка наблюдала за спящим Эдирном — месте, где она родилась, провела довольно счастливое детство, но в итоге закончила тяжелой судьбой. Клинок был в ее руках, острое лезвие сверкало под светом луны. Одно движение — и долгожданная свобода. Только одно движение отделяло Лале от нее. Мехмед проснулся, не находя супруги рядом. Мужчина вскочил с кровати, но замер на месте. Девушка уже смотрела на него, держа в руках кинжал на уровне своего живота. - Что ты задумала? Немедленно вернись в постель! Я приказываю! - Ты больше не будешь мне приказывать! Я больше не услышу твой поганый голос, не почувствую твои руки на своем теле! Слышишь? Я, наконец, избавлюсь от этого! Избавлюсь от тебя! Мехмед шагнул в сторону Лале. Не желая терять больше не минуты, она вонзила нож в живот, чуть ниже пупка. Острая боль разлилась по всему телу, но принесла облегчение. Девушка провернула кинжал против часовой стрелки внутри себя, радуясь тому, что чувствует это. Чувствует хотя бы что-то. - Ты забрал у меня любимого. Забрал свободу! Уничтожил меня! Теперь я заберу, крх — Лале сплюнула густую кровь, наполнившую ее рот, - заберу все у тебя! Ноги ее больше не держали. Девушка осела на колени перед Мехмедом, оказавшимся подле нее. Она видела неподдельный, дикий ужас в его глазах, неверие всего произошедшего. И от этого становилось так хорошо на душе. Лале знала, что этот ребенок, которого она носила, очень важен для Мехмеда. Он был ненавистен ей, так же как и его отец. И вот, она избавилась от обоих. Девушка в блаженстве закрыла глаза, которые теперь уже никогда не откроет.