Найди меня

12 января 2015 года, понедельник. Токио, Сибуя. Пожилой японец придерживая рукой очки сосредоточено смотрит на фотографию. Смотрит внимательно. Затем переводит взгляд на Ивана. - Так что Вы ищете, молодой человек? - Я буду очень признателен, если Вы поможете мне. Мне бы хотелось найти станцию метро, изображённую на этом фото, - Иван старательно подбирал слова, стараясь соблюсти все необходимые приличия при обращении к незнакомому человеку. Прежде ему не доводилось разговаривать по-японски ни с кем, кроме своих сокурсников. - Мне важно хоть что-нибудь узнать об этом месте. - Видимо Вы в Токио впервые, да? И к тому же совсем недавно. Помочь Вам будет совсем несложно. Это вокзал Синдзюку. Самое людное место в мире - ещё бы, если учесть, что именно на Синдзюку каждый токиец бывает хотя бы раз за день. Половина всего Токио одновременно едет в Синдзюку, а другая половина пытается оттуда уехать. Только это не метро - это линия Яномото. Кольцевая. Схема похожа на глаз змеи. Легко найти. Я помог Вам? - служащий вежливо вернул Ивану фотографию. - Конечно, огромное спасибо. - Но Вы не возражаете, если я спрошу Вас о том, что Вы хотите там найти? - Нисколько не против - мне бы хотелось узнать что-нибудь об одном человеке, запечатлённом на этом фото, - Иван приложил палец к личику юной девушки в школьной форме. - Вы не представляете себе, как это важно для меня. Японец вновь надел очки, и достаточно долго всматривался в лицо девушки: - А в этом я вряд ли смогу Вам помочь. На станции Вы узнаете и того меньше. Вы напрасно потеряете время. На что Вы рассчитываете? Судя по тому, что на фото видны вагоны поезда 205-й серии, можно понять, что фотографии не меньше 10 лет. Такие поезда давно сняты с линии. А хорошие, скажу я Вам, были поезда. Неужели Вы и вправду собирались спрашивать там всех подряд об этой девочке? Иван смутился. Честно говоря он собирался поступить именно так. Разумнее всего было бы дать объявление. Он пытался искать через интернет, но никаких результатов это не дало. Только на этом фото была какая-то привязка к местности, и потому Иван уцепился за неё, рассчитывая, что это станет первым шагом в его поисках. - Понимаю, как это глупо будет выглядеть со стороны, однако разве у меня есть выбор? У меня нет ни малейшего представления с чего начать. - Я не спрашиваю, зачем Вы ищите эту девушку, и это не моё дело - но послушайте мой совет. Вместо того, чтобы пытаться найти в Синдзюку кого-нибудь, кто мог видеть девушку с фотографии, Вы могли бы облегчить свои поиски, и найти школу, в которой она училась. У многих школ своя форма, а на этой девушке форма совершенно точно не стандартная, - японец вежливо улыбнулся в ответ на благодарности Ивана, и достав регистрационную книгу спросил. - Так Вы будете снимать номер в нашей гостинице? 28 марта 2002 года, четверг. Москва, микрорайон Капотня. Будильник-радиоприёмник заголосил во всё электронное горло. Радиоведущий, или как их там называют, нелепым голосом вопил о том, что на сайте аукциона eBay выставлен на продажу прототип еще не выпущенной игровой приставки Sony Playstation3 неким неизвестным под псевдонимом "blitzco". Мол, устройство является секретным прототипом приставки, которая распространяется только среди сотрудников компании Sony для тестирования и имеет процессор с частотой 110 гигагерц. Приставка якобы поддерживает DVD, CD-R/RW-диски, новый стандарт цифрового видео DSDI. Вместе с приставкой поставляются несколько игр, "пока находящихся в стадии разработки", такие как GTA5, Final Fantasy XII и Metal Gear Solid 4. "Гы... О-о-очень смешно", - безрадостно подумал Ваня. Очень было надо ради такого просыпаться. Надо бы настроить на другую радиостанцию. Подушка полетела в сторону будильника, направленная верной рукой точно в цель. Плоская коробка осталась на месте, и лишь лежащая теперь на будильнике подушка лишь слегка приглушала нелепые шутки вопящего во всё горло ведущего. И кто только решил, что надо вопить в прямом эфире? По утрам честных людей пугают, гады! Вообще Ваня немного кривил душой, так как сам он проснулся немного раньше, и пребывал в состоянии приятной полудрёмы, когда осознание неминуемого и близкого пробуждения вселяет чуство горького разочарования, которое портит нам последние минуты сна. Это адское орудие ментальной пытки - будильник с радиоприёмником - подарила ему бабушка. Это же надо было так любимому внучку удружить! Прежний его будильник, звонкая металлическая шайба на ножках, был ему куда более приятен - он по крайней мере замолкал, получив подушкой по циферблату. Однако циферблат в конце концов не выдержал ежедневных полётов сначала под потолок, а потом в тёмный угол комнаты, и приказал долго жить. Какой был хороший будильник... Нынешний сатанёнок, произведённый где-то в Японии, намертво прицепился к столешнице, и отключить его можно было только после того, как встанешь, неуверенно протопаешь промаргиваясь после сна к столу, и со злостью ткнёшь ему в кнопку, в самое табло. У Вани уже выработался настоящий условный рефлекс на этот будильник - во сколько бы он не лёг, он просыпался ровно за пять минут до того момента, как будильник начинал зажигать с "Сумасшедшим утром!!!" на радио "На максимуме"!!! Боже мой - умереть не встать... Нет ничего более ужасного, чем пробуждение под эти звуки. Настоящий шок. Потому организм и выкручивается. Ваня не выспался. Тому были тысячи причин. Но самая главная причина заключалась в том, что завтра... Стоп - уже сегодня!!! Итоговая контрольная по алгебре. Он всё таки смог уснуть после длительного беспокойного ворочанья во сне - он просто был не готов к контрольной. Он честно и старательно сидел за учебниками до двух часов ночи - одна только загвоздочка. Он за них взялся только ближе к полуночи, стараясь "надышаться перед смертью"... Ничего дельного из этого не вышло. Неделя была такой удачной на всяческие увеселения, что у него просто не было никакой возможности отвлекаться на такие мелочи, как учёба. И если с невыполнением домашней работы ему фартило - его поймали всего разок, то контрольная - это серьёзно. Было неприятно осознавать, что на самом деле единственной причиной того, что над его головой повис практически неминуемый "неуд" - его собственная безответственность. Ему уже было 14 лет, и значение слово "ответственность" понемногу начинало проясняться в его сознании. Ему доверяли - вместо прежнего тотального контроля со стороны родителей теперь его просто спрашивали: "Уроки сделал?" Разочарование, которое может постигнуть родителей, расстраивало его куда больше, чем возможное наказание. Чёрт - если бы можно было открутить стрелки часа хотя бы на 24 часа назад, то он поступил бы совершенно по другому, однако это не случится. Остаётся надеяться только на форс-мажор... Или можно этот форс-мажор устроить. Мрачный как грозовая туча Ваня поплёлся в ванную. Мама уже проснулась, и готовила завтрак. Вот она свои обязательства перед ним исполняет исправно, промелькнуло в голове. Да, сам себя не утешишь - никто не утешит. - Сынок, ты уже встал? Давай скорее - не копайся, а то снова бежать придётся. Иди умывайся, я уже накрываю, - послышался мамин голос с кухни. Ваня раскрутил на полную кран с холодной водой, и опустил голову под ледяные струи. Череп словно захрустел под ледяной струёй. "Скорее бы день кончился уже. Всё равно как! Пусть он уже кончится, и всё!" - размышлял он, и даже закрыл глаза. Когда он их открыл, то никаких пространственно-временных искажений не случилось. Было очевидно, что это не сработает. Тогда может сработает классика? - Ма-а-ам... - измученно-печальная интонация получилась лучше не придумать. Мама эту интонацию уловила. - Что случилось? - она выглянула из кухни в коридор. Ваня так же высунул влажную голову из ванной комнаты, и между их торчащими из-за дверных проёмов головами завязалась беседа. - Мам, я чтот себя не очень хорошо чувствую, - нотки печали наполнились протяжным скорбным стоном муки. Добавляя в каждое слово ещё и немного уныния, он продолжил. - Голова раскалывается, и спина болит. Может я на физкультуре простыл - мы на улице занимались... - Правда? А температуры случаем нет? - мама вышла в коридор. По строгим нотам её голоса он понял – «не прокатит». Но он уже покатился вниз по наклонной, и останавливаться не мог. - Может быть. Не знаю. Надо померять. Я может пойду прилягу, и смеряю температуру? - Ваня с надеждой смотрел на маму. Он же такой честный - ему можно верить. И нужно его спасти - оставить сегодня дома! Эх... - Ага, смеряешь - прижмёшься к батарее! Я и так знаю, какая там температура в трубах - а ну подойди сюда! - Ваня безропотно подчинился. Как можно устоять против этих металлических ноток в мамином голосе? Это чревато. Мама строго и порывисто приложила ладонь к его лбу. - Нет у тебя никакой температуры! Чего ты тут юлишь? - Это я голову холодной водой намочил! Мне жарко было. А так наверное температура! - Ваня бился с превосходящими силами, но не сдавался. - Так и быть - посиди на стуле с градусником, на кухне. Поглядим, чего там у тебя болит. И выключи в конце концов воду! Сейчас Волга обмелеет! - это был приговор. Никакой температуры у него не было, и что самое неприятно - и он, и мама об этом знали. Однако она не обвиняла его в обмане. Пока. Пока мерзкий электронный градусник (опять Япония виновата - чем были плохи старые добрые ртутники?) не пропищит, возвещая - 36,6. - Как я и думала. И чего ты вдруг притворятся стал? Судя по симптомам - ты просто не подготовился к сегодняшней контрольной работе, да? - Конечно я подготовился! Просто мне показалось, что мне нехорошо. Теперь и правда я чувствую себя лучше! - поспешил оправдаться Ваня. - Поживём - увидим. А теперь иди умывайся, а то опять опоздаешь! Через четверть часа Ваня в полном школьном обмундировании дожёвывал оладья с изюмом. Пожалуй эти оладья - последнее светлое пятно в сегодняшнем дне. В дальнейшем будут только сгущаться тучи. Вяло попрощавшись с мамой, он нехотя переступил порог. Итак, первый шаг сделан. О где же ты, желанный форс-мажор? Почему бы инопланетянам не напасть на Землю сегодня? Тогда бы проблем с контрольной точно бы не было! Войдя в потрёпанный и разрисованный лифт, Ваня нажал на кнопку первого этажа, затем встал на одну ногу, и высоко подпрыгнул. Лифт недоумённо крякнул, содрогнулся всем своим проржавевшим нутром, и остановился. Сердце Вани в надежде забилось, но затем задребезжали открывающиеся двери, и он увидел, что лифт исправно выпускает его двумя этажами ниже. Даже лифт не может застрять тогда, когда это действительно так нужно! Март уже разменивался с апрелем, а ни солнца, ни тепла в помине не было. Снег с обочин и газонов никуда не делся, и лежал серыми ледяными наслоениями между абы как припаркованными машинами. Между колесами машин и мини-ледниками слежавшегося снега стояли глубокие лужи с ледяной крошкой и радужными разводами бензина на поверхности. Идти по тротуару не было ни малейшей возможности, разве только перепрыгивая с машины на машину. Лавирование между сухими участками асфальта, и прыжки через лужи злили Ваню ещё больше. Вот ведь погода! И машин гады понаставили! Жизнь вообще никуда не годится. Кругом не весна, а сплошной авитаминоз! В проходе между домами уже виднелся небольшой сквер, за которым начиналось футбольное поле его школы. За этим полем, собственно, и находилась школа. Боже мой, ну почему всё так плохо. В черепе словно плескалась вода - в ней плавали льдинки мыслей, но утопающий, в этом море безнадёжности, мозг ни мог уцепиться ни за одну из них, тут же соскальзывая. Сосредоточиться Ваня не мог, и только ожидание краха осознавалось им как некая связь с реальным миром. В остальном он действовал на автомате - ноги сами несли его. Вдруг высоко в небе появилась тёмная точка. Ваня сосредоточено уставился на неё - точка быстро увеличивалась в размерах. Через несколько секунд точка превратилась в шарик с косточку от вишни размером, и продолжал увеличиваться. Шарик пылал, и словно вращался во всех направлениях сразу. Немногочисленные прохожие подобно Ване стояли задрав головы в небо, и следили за метаморфозами шарика. Вот один из них не выдержал, затем ещё и ещё - люди стали паниковать, и разбегаться кто куда. Ваня же словно остолбенел. Шар на бешенной скорости летел в его направлении, и от него не убежать, и это было понятно. - Кометы! Астероиды! - понял наконец Ваня, и упал на земли. Оглушительный грохот раздался со стороны школы. Земля содрогнулась. Волна горячего воздуха обдала распластавшегося Ваню, и приподняв над землёй отбросила к стене дома. Вот это да!.. И как только его не убило? Повсюду вопили сигнализации машин. Раздавались крики людей. Заорала сирена пожарной машины. Над сквером поднимались струи дыма. Часть деревьев была сломана. Ваня ускоряя шаг бросился в сторону школы. Перепрыгивая через поломанные стволы деревьев он бежал к школе... Картина, представшая перед его глазами, была словно взята из голливудского блокбастера - широкая, с шоссе, борозда пропахала футбольное поле, не оставив от него и следа. Грандиозная глыба правильной сферической формы лежала среди обломков школы. Ваня кинулся к ... к условному входу в школу - неужели все, кто был в ней погибли? И тут он заметил, что как и он к школе бегут другие его одноклассники и ребята, которых он видел в школе, но не был знаком. Странно, что он не побежал домой. Вдруг от сферы отделилась часть обшивки - обшивки?!!! Из образовавшегося проёма выпрыгнуло нечто слегка напоминающее человека. Ваня не успел разглядеть. Затем из проёма стали выпрыгивать всё новые и новые существа. В руках они держали предметы, подозрительно напоминающие оружие. "Бластеры!" - осенило Ваню. Он упал плашмя, и из-за обломка школьной стены стал наблюдать за происходящим. Существа быстро стали рассосредотачиваться на местности, а от сферы стали отделяться всё новые и новые фрагменты. Из сферы стали выпрыгивать странные шагающие танки. Множество людей зачаровано смотрели на происходящее, не двигаясь с места. Наступила невероятная тишина, которую вспорол одинокий выстрел. Один из зевак упал как подкошенный. Люди запаниковали, а существа начали беспорядочную стрельбу по людям. Люди стали разбегаться кто куда, но Ваня не решался подняться на ноги - кругом трассировали энергетические заряды и лучи лазеров. Вдруг пришелец прошёл мимо его укрытия, и остановился спиной к Ване, прицельно стреляя в кого-то вдали. "Лучшей возможности уже может и не быть" - он вскочил на ноги, и взмахнув подхваченным кирпичом со всей силы опустил его на голову существа. Раздался неприятный хруст - пришелец опустился на колени, и завалился на бок. Из его рук вывалился блестящий бластер. Ваню уже заметили, и он в прыжке схватил оружие. Перекатившись через себя, он спрятался за обломками. Энерго-заряды взрывались о его укрытие, и вдруг плечо обожгло огнём. "Зацепили, гады!" - понял Ваня. Высунувшись из укрытия, Ваня надавил на единственную кнопку на рукояти оружия. Что удивительно - не последовало никакой отдачи. Выстрел был произведён наугад, но достиг цели - обезглавленный враг широко раскинув руки завалился на спину. Ваня зажал кнопку, и заряды стали вырываться непрерывно, очередью. Ваня поливал противника, нисколько не задумываясь о боезапасе, понемногу отступая к домам. Так как больше никто не оказывал пришельцам сопротивления, то весь огонь противника сосредоточился на нём. Однако выстрелы не достигали цели, зато он напротив хорошо проредил противников, явно не ожидавших такого развития событий - пришельцы стали осторожничать, и старались передвигаться от укрытия к укрытию. Внезапно Ваня услышал автоматные очереди. Подняв глаза к небу, он увидел десантников в синих беретах, на лету стрелявших по прячущимся пришельцам. Вот один, другой обвисают в стропах - подлые инопланетяне переключились на ВДВ-шников. Большинство же всё-таки благополучно приземлились, и стали занимать позиции вокруг школы. Простой, земной "Калашников" прекрасно справлялся с инопланетными интервентами! Один из десантников приветственно откозырял Ване, и с криком "ура!" бросился в атаку. Ваня, немного передохнувший, понял, что надо поддержать своих, и тоже закричал "ура!". С бластером наперевес побежал к упавшему кораблю, стреляя на бегу. Вдруг бластер дал осечку, затем другую, а потом и вовсе перестал стрелять... "Разрядился", - чертыхнулся Ваня, и бросил ставшую бесполезной железку. Стоя посреди дымящихся развалин и тел инопланетян, Ваня озирал поле боя. - Это инопланетное вторжение! - прокричал сержант ВДВ, прижимаясь к стене. - Что нам делать? В небе появлялись всё новые и новые шарики... - Драться! - спокойно сказал Ваня, и вытащил из кармана лазерный меч. - Похоже, что сегодня контрольная по алгебре отменяется!.. В этот самый момент, когда Ваня мысленно уже занёс гудящий световой клинок над головой, кто-то со всей силы приложил ему по затылку, возвращая к реальности. - Эй, Ван-Ван, ты вообще где витаешь? - на него практически в упор смотрел Ден, Денис, его лучший друг. - Я полчаса до тебя докричаться не могу! Не проснулся ещё, что ли? - Больно же, - вяло огрызнулся Ваня, и наигранно замахнулся в ответ. - Не выспался я... Да и вообще... - Что ещё за "вообще"? Сто пудов ты к контрольной не готов! Я прав? - положив руку на плечо Вани, Ден пристроился рядом. - Не то, чтобы не готов... Я учил, просто эта алгебра - полная бредятина. Вообще не понимаю. Ничего в голове не держится, - Ваня скорчил обиженную гримасу. Ден слушал оправдания Вани с видом "ну-ну-конечно-я-тебе-верю-но-зная-твой характер-я-не-ошибусь-если-предположу-что-ты-всю-ночь-резался-в-стрелялки-и-только-ближе-к-утру-вспомнил-что-в-реальном-мире-есть-время", но вслух сказал только: - А я готов... Ваня насупился - они уже почти дошли до школы, и до уроков было достаточно времени. Денис лучезарно улыбался, ослепляя проходивших девочек своей уверенностью и статью. Конечно - ему легко говорить. Денис вон какой! Красавчик, его любят девчонки. Уверен в себе. Учится на пятёрки, да ещё спортсмен - каратист! Ване же бог таких преимуществ при рождении не выделил, а потому каждый день для него как день на фронте - за каждый глоток воздуха надо бороться. Эх... Проще говоря - надо было просто посидеть за учебниками, как это сделал Денис. И тут его осенило! Во-первых - Денис готов. Во-вторых - он отличник. В третьих - они лучшие друзья. Вывод - Ден просто обязан дать ему списать! Идеа-а-ально - странно, что он сразу об этом не подумал! - Слушай, Ден - садись сегодня со мной за одну парту? - Внимательно слушаю тебя. Мне просто интересно - зачем? Я и так с большим трудом пробирался за парту к Юле... Почему я должен лишиться такой радости? - Ден как всегда шутил. - Дашь списать? - в лоб спросил Ваня. - Я думал, что ты хотя бы раз не попросишь меня об этом. Видимо, придётся ждать, когда ты наконец начнёшь учиться. Конечно дам - только сначала решу свой вариант. А вообще контрольная после третьего урока - у тебя уйма времени на подготовку! Большая перемена, и всё такое, - по выражению лица Дениса было понятно, что он не сильно рад перспективе решать ещё один вариант контрольной, но Ваня знал - он не сможет отказать. Денис просто не умел отказывать другу, и Ваня старательно этим пользовался. Ну вот - главная проблема решена. Почти. И хоть чувство тревоги никуда не делось, но теперь стало значительно легче. - Первый урок - литература. Давай не будем опаздывать! - заспешил Ваня. Миновав добродушного охранника Петровича, который при входе проверял наличие сменной обуви, но всё равно пропускал всех, Ваня и Денис направились в раздевалку. Народу было не протолкнуться, посыпались взаимные приветствия. В общем, всё как обычно. Ваня повесил куртку на крючок, и направился к лестнице. Ден почему-то от него отстал. Ваня остановился, и попытался найти его взглядом. Денис стоял около раздевалки, и широко улыбался ему, держа поднятым вверх большой палец. "Это что ещё за ерунда?" - только подумал Ваня, как девичий голос окликнул его по имени. - Доброе утро, - опять поздоровалась девушка. Ваня был с ней не знаком, хотя она уже не первый раз вела себя так, словно они из одного класса. Всё, что Ваня знал о ней, так это то, что она учится в параллельном классе. Ещё она коротышка и рыжая. Тем не менее не смотря на преимущество за счёт роста и нормального цвета волос, Ваня растерялся. Было похоже на то, как кто-то подкравшись со спины со всего маху хлопнул тебя по плечу. - Привет, - промямлил он в ответ, покрываясь испариной и краснея. Хорошо, что на лестнице темно. "Чего это она опять?" - удивился Ваня. Имени девочки он не знал - точнее не помнил. Она уже говорила ему однажды, как её зовут, но Ваня не обратил на это внимание. Да и вообще - он старательно не обращал внимание на девушек. Настолько старательно, что при их виде терял дар речи, и пытался перейти на другую сторону дороги, лишь бы не встречаться с ними взглядом. Эта же просто его преследовала! И чего пристала? Чего ей от него нужно? Ваня старательно пытался принять непринуждённый безразличный вид. Он стоял на проходе, и уже не раз удостоился нелестных эпитетов за то, что мешал стабильному движению. Мысль, что его видят разговаривающим с этой девчонкой добила его - вот так, у всех на виду! Как же глупо он наверное смотрится! Ден всё так же широко улыбался, однако в его улыбке появились какие-то новые, немного злорадные черты. Садист! Не зная, как вести себя, Ваня просто стал подниматься по лестнице. Девочка, немного поотстав, поспешила за ним. - Чего тебе? - буркнул Ваня, стараясь не смотреть на неё. - Просто поздоровалась. У вас тоже контрольная? - пыталась поддержать беседу девушка. - Ага. Она сегодня у всех, - безразлично бросил он в ответ. - А мы уже на первом уроке будем писать. Не повезло. - Тогда тебе на третий этаж, - они дошли до кабинета литературы, и Ваня уже просто не мог смотреть себе под ноги, как при ходьбе, а потому старательно изучал трещины на потолке, главное - не встретиться глазами! Да когда же она отстанет??? - Ну ладно тогда. Я пойду. Ещё увидимся, - расстроилась девушка. - Ага, может быть, - кинул ей вслед Ваня. Теперь, когда он смотрел ей в спину, былое расположение духа вернулось к нему. Смотреть в спину - это совсем не тоже самое, что в лицо. Смотреть в спину девушкам у него получается просто отлично! Однако он совсем не испытывал облегчения. Наоборот - ему стало даже жаль, что рыжая ушла. Светлое длинное платье не по сезону и не по размеру, и собранные в хвостик над ухом рыжие волосы - всё это смотрелось на удивление трогательно. В смущённых чувствах Ваня уселся на своё место, бросаясь по пути приветствиями. И чего эта рыжая от него хочет?!! Рядом плюхнулся Денис. Имел он вид весьма самодовольный, на лице играла хищная улыбка: - А она ничего, миленькая. Маленькая. Можно в кармане носить - "карманная девочка"! Я был бы не против её в кармане прятать! - Денис толкнул Ваню локтем. - Чё за бред ты несёшь?! - покраснел Ваня. - Я про Дашу. Рыженькую. Ты ей определенно нравишься. - Скажешь тоже. Чепуха, - закрыл свои чакры Ваня. И вдруг спохватился. - Ты думаешь, что я ей нравлюсь? - Есть только один способ узнать... И вообще - ты мне теперь должен будешь! И не потому, что я за тебы контрольную напишу. Юлька вон сегодня в мини пришла. А я тебя, барана, пасти должен. - Ваня посмотрел в сторону Юли. С ней рядом уселась её подруга, но вид Юли был безрадостный. Едва уловимым движением руки она забросила прядь за ушко. Денис смотрел как зачарованный. - Ну ё-моё. Она и ушки проколола! Ден сник на стуле. Ему только что испортили всю малину, но Ваня не чувствовал за собой вины. Подумаешь - ушки. Тут он увидел Юлькину мини-юбку - а ведь сегодня не слишком-то и тепло... Проследовав взглядом до туфелек Ваня впервые начал испытывать угрызения совести - неужели Юля так ... назовём это "нарядилась" ради Дениса? Оторвав через силу взгляд от стройных девичьих ножек, он поднял глаза, и ... встретил самый недружелюбный взгляд в своей жизни. Лазорёвые глаза первой красавицы школы не оставляли никаких сомнений относительно того, ради кого Юля в такой холод нацепила мини. Ване стало не по себе. Рядом Денис зашевелился: - Ну блин. Я же ей всё объяснил! И чего она злится! Мне же отсюда даже удобнее её разглядывать. Но когда я ей это сказал, она ещё больше разозлилась! - Слушай, - Ване было страшно неуютно под испепеляющим взглядом Юли, - до алгебры ещё два урока. Я сам посижу, почитаю учебник... - А ведь ты прав, - уже даже не глядя на Ваню на ходу сказал Ден, и схватив в охапку все свои вещи, он на виду всего класса прошёл к Юлиной парте. Обрушив бесцеремонно свои вещи на столешницу, Ден стал громко возмущаться тем, что кто-то занял его место. Мол, нельзя на минутку отойти, и вообще с Юлькой сидит именно он. "Я бы так не смог", - подумал Ваня. Теперь уже точно все будут считать их парочкой, особенно если учесть вмиг изменившееся настроение Юли, которая благосклонно принимала знаки внимания и восхищения от столь же преобразившегося Дениса. Парочка... * * * Нет, этого просто не может быть. Такое просто не могло случиться! Ваня в панике листал учебник. КАК ОН МОГ! Второй урок уже закончился, а Ваня за эти минуты даже не удосужился полистать алгебру. Денис даже оставил ему свои конспекты, но... Но зачем Ване было что-то делать, если это "что-то" за него должен был сделать кто-то другой!!! Вот и случился форс-мажор, но совсем не в его пользу. Когда начался первый урок, Ваня абсолютно искренне достал из рюкзака учебник по алгебре. Он очень любил литературу, но только не сегодня. С литературой у него никогда не было никаких проблем, да и весь класс в эти минуты украдкой готовились к контрольной, а их доброжелательная и понимающая учительница Наталья Петровна делала вид, что не замечает этого, и что-то вещала про Тургенева и его современников. Если бы только в рюкзаке не лежал этот журнал. Ваня и забыл совсем, что на днях купил новый номер "Вокруг света", но пока даже не вскрывал упаковку. "Если я просто посмотрю фотографии - ничего страшного, а потом сразу к алгебре!" Как же он был наивен! Дурак, дурак! Как глупо! Сначала о проглотил заметку об исследовании Амазонки. На это ему потребовалось совсем немного. Перед его взглядом вырисовывались девственные леса, через которые идут нагруженные снаряжением полуголые индейцы. Вслед за ними из зелени выбираются взмокшие, уставшие, но тем не менее одетые по полной выкладке испанские кирасиры. Конкистадоры! Как можно было не прочесть такую статью, особенно если ты увидел красочные иллюстрации? После была статья о Таиланде - собрание совершенно нелепых и иногда пугающих фактах из быта и культуры этой азиатской страны. Под многочисленными фото были интригующие пояснения, но разве можно что-то понять, не прочитав статью полностью. Так прошли полчаса первого урока, и Ваня легкомысленно решил продолжить чтение - до перемены всего-то 15 минут, а уж на втором уроке он точно наверстает. Однако следующая статья была очень большой. "Как не заблудится в лабиринте" - в ней рассказывалось об одном из самых известных метрополитенов в мире - о токийском. Перечислявшиеся цифры и факты , связанные со станциями истории, и "городские легенды" о них - всё это было увлекательно. Когда началась перемена, то Ваня даже не поднялся из-за парты. Прочтя статью, он вернулся к первой её странице, чтобы рассмотреть фотографии получше - другой мир, другие люди, другая одежда. Всё другое. Он особенно любил вглядываться в лица незнакомых людей, представляя себе, кем бы они могли быть, и каково это - быть жителем Мюнхена, Нью-Йорка, Лондона или в данном случае Токио. Тот факт, что повседневную рутину с давкой в общественном транспорте врядли можно назвать экзотикой, ему всё равно всегда хотелось узнать жизнь в других местах именно с такой стороны. На первой же странице статьи он увидел её на фотографии. Снимок запечатлел один из фрагментов повседневной жизни токийского метро, однако не это привлекло внимание Вани. Смутное чувство узнавания промелькнуло в голове. "Кто она? Интересно..." - думал он, вглядываясь в лицо попавшей в кадр девушки. Она сразу же бросалась в глаза, будто именно её портрет стремился сделать фотограф. Казалось, что ни перрон станции, ни вагоны поездов, ни суета переполненного метро не являлись темой снимка. Среди множества людей стояла одинокая девушка. Из множества людей только она смотрела точно в объектив фотоаппарата, словно знала, что её снимают. На фото многочисленные токийцы входили и выходили из вагона. Все они были одеты настолько однообразно во всевозможные оттенки чёрного, что начинало казаться, будто фотография чёрно-белая, и кроме девушки в зелёной школьной форме, в бордовом галстуке бантом и такой же зелёной, как пиджак, юбке-плиссе ниже колен нет ничего реального и "цветного". Абсолютно чёрные волосы ровными прядями лежали на плечах, отчего её изящное, удивлённое лицо казалось фарфорово белым. В руках она держала портфель, стоя вполоборота к фотографу, и наклонив голову, удивлённо, с интересом разглядывала что-то. Ваня долго рассматривал каждую чёрточку, каждый штрих в её одежде. В волосах заколочки - видимо в форме яблочек, зелёного и красного - рассмотреть было очень сложно. Они придерживали длинную прядь на лбу. "Можно подумать, что она смотрит точно на меня" - промелькнуло в голове. Красивая. Милая. Девочка выглядела трогательно-беззащитно среди всех этих спешащих людей, которым не было дела до столь очаровательного создания. Ваня испытывал странное чувство волнения, когда смотрел на фотографию. Кто она, как её зовут, сколько лет - всё это вдруг приобрело для него значение. Ваня внимательно прочитал надпись под фото, долго разглядывал непонятные иероглифы на стенах станции. Почему-то ему показалось важным узнать хоть что-то о месте, изображённом на фото, словно это поможет узнать хоть чуточку больше об этой девушке. Глупо - но какое это может иметь для него значение? Прозвучал звонок, а он всё так и сидел мечтательно глядя в пустоту, представляя себе совершенно уникальную и невероятную жизнь в чужом городе. Там наверняка даже дорога в школу и домой куда веселее и интереснее, чем здесь! А дальше случилось страшное. Он не был свидетелем случившегося, но отголоски трагедии быстро достигли его слуха. Весь класс в полном составе спешно стал перебираться в кабинет математики на третьем этаже. В который раз заплутавший в своих мечтах Ваня как всегда замешкался. Когда он подходил к лестнице, он едва не подпрыгнул от неожиданного воя, переполненного страданием. Вой практически сразу стих, и сменился жалобными всхлипами, которые моментально потонули в начавшемся шуме и гаме. Ваня поспешил к месту происшествия. Увиденная им картина шокировала его - на ступеньках, окружённый сочувствующими и доброжелателями, сидел Денис. Прижав к груди он лелеял свою правую руку. На глаза его наворачивались слёзы, и было очевидно, что он испытывает сильную боль, и только чувство гордости не позволяют ему заплакать. Рядом заламывая руки прыгала Юля, и несколько подружек тянули к ней руки, призывая успокоиться и всячески сочувствуя. Несмотря на то, что Ваня не задавал никаких вопросов, один из свидетелей с жаром начал объяснять ему, что случилось - мол Денис прыгал и скакал вокруг Юльки, и буквально из штанов вылазил, чтобы продемонстрировать ей своё внимание, и произвести впечатление. В финальной части своеобразного ухаживание Ден решил поставить жирный восклицательный знак, съехав по перилам прямо в объятия Юли, ну или как-то так. И именно скоростной спуск завершился трагедией - в самой завершающей стадии Юля решила проявить неприступность, и выставив перед собой руки слегка оттолкнула Дениса. Возможно просто подразнить хотела. Беда в том, что Денис держал равновесие исключительно за счёт честного слова и пятой точки, на которой ехал, а потому кувырком свалился с лестницы, неудачно приземлившись на запястье. Таким образом - перелом, не меньше! Ваню же помимо естественного сочувствия к другу вновь накрыла волна безнадёги. Эгоистичное разочарование постигло его - кто будет решать за него контрольную??? Теперь он сидел за партой, судорожно листая учебник, даже не представляя себе, с чего начать. Дениса увели в медкомнату, а Ване осталось только сломать себе шею и умереть - никаких способов написать контрольную он не видел. Страницы мелькали перед глазами, строки примеров и графические пояснения наползали друг на друга, но смысл, сокрытый в формулах, ускользал от него всё дальше и дальше. Безнадёжно - кого он обманывает? Он не сможет написать контрольную... - Снова привет. Готовишься? - Ваня поднял глаза, и увидел перед собой улыбающуюся Дашу. Она сидела на стуле впереди стоящей парты. - Слушай, не мешай! - огрызнулся он. - Я вообще не готов! Даша на секунду смутилась, но потом вновь обаятельно улыбнулась: - Но ведь там нет ничего сложного! Мы уже написали. Все задачки похожие. - Даша просто излучала позитив. Ваня с удивлением заметил, что совершенно не смущён её присутсвием. - А ты можешь помочь? - Конечно! Я с удовольствием помогу. Осталось минут 20, но этого вполне может хватить, чтобы ты понял основное. Давай объясню, - девушка потянула руку к учебнику. - Э-э-э, ну я в общем-то думал, что ты дашь мне списать! - прямиком спросил Ваня, не отдавая учебник, - Вряд ли мне можно помочь выучить что-то за 20 минут. Может, ты просто скажешь мне ответы? - Мы теряем время. Сами ответы тебе не помогут. Лучше дай я тебе всё объясню - ты наверняка всё знаешь, мы просто освежим в твоей памяти всё то, что объяснял учитель, - Даша спокойно и уверенно забрала книгу из рук Вани, и присела на свободное место рядом с ним. - Я сейчас напишу тебе основные формулы, а затем быстро расскажу, как ими пользоваться. Если повезёт, то нам хватит и 15 минут. Но на пятёрку не рассчитывай. Главное, чтобы ты всё сделал сам! Ваня не стал спорить, и стал слушать. Девушка наклонилась к нему, и быстро, записывая всё на листе бумаги, стала проговаривать вслух так, как понимала материал. Не то, чтобы она рассказывала лучше учителя, но понять её было значительно проще, так как у неё имелась своя собственная система, и она нарисовала маленький план решения основных формул по пунктам. И Ваня вправду увидел, что всё не так уж и сложно, как ему казалось поначалу. Он внимательно слушал, и следил за тонкими маленькими пальцами, указывающими на разъясняемый пункт её собственной системы. Рыжие волосы спадали ей на лицо, и она периодически закидывала из за ушко. Ваня с волнением вдруг увидел, что девочка несомненно хороша собой, и что самое главное - не смотря на то, что исподволь он любовался ею, тем не менее слышал и впитывал все сказанные ею слова. Он вдыхал исходящий от неё запах цветов, и ... И внимательно слушал то, что она говорит. Когда Даша, подвинув ему свой листок с записями, с улыбкой стала из-за парты, он вдруг почувствовал сильнейшее разочарование. И веснушки! Как он мог забыть про её веснушки! - Ну вот, собственно, и всё. В контрольной было только три задания на проверку формул, которые я тебе объяснила, - она просто светилась от радости, - и если ты знаешь общий курс алгебры, то теперь, я очень на это рассчитываю, тебе станет значительно проще справиться. Надеюсь, я тебе помогла! Удачи! Не успел Ваня поблагодарить её, как она буквально со звонком вышла из кабинета. Ваня почувствовал, что его лицо словно пылает, и понял, что страшно покраснел. В руках он держал квадратный нелинованный лист бумаги из блокнота, исписанный мелким аккуратным девичьим подчерком. - Потрясно излагает! Даже я всё понял! - услышал Ваня слова одноклассника за спиной. Это был главный двоечник школы Алан, большую часть своего времени уделяющий дзюдо и боксу. Свои навыки он не стеснялся применять в практической плоскости, а потому пользовался повсеместным уважением, в том числе и среди старшеклассников. Тем не менее он был дружелюбным парнем. - Она из паралельного класса? Супер вообще! - Ты что - всё это время подслушивал?! - взволновано вскрикнул Ваня. - Да не переживай. Она отличная девчонка. Просто сегодня я может быть с первого раза на тройку напишу. И вообще - надо было, чтобы она всем объясняла, нефиг было её монополизировать... - насмешливо произнёс Алан. В класс вошёл учитель, и после приветствия староста начала раздавать варианты с заданием на контрольную. Получив свой лист, Ваня с удивлением обнаружил, что условия ему вполне понятны. В ладони у него лежала смятая бумажка с записями. "Отличная шпаргалка" - промелькнуло в голове, но он тут же вспомнил Дашины слова. Вспомнил как она старалась поделиться с ним и помочь. Возможно она рассчитывает, что он слушал её, а не просто написала ему шпаргалку под благовидным предлогом. Почувствовав угрызения совести, он вдруг бросил шпаргалку на стол Алана, и получив благодарственный тычок в спину, принялся за работу, стараясь вспомнить всё, что ему объясняла Даша, самостоятельно. * * * После восьмого урока сил ни на что не оставалось. От мысли, что сегодня только четверг, а потому завтра опять надо в школу становилось тошно. Дениса увезли в травмпункт, где ему констатировали перелом запястья и наложили гипс - он лично сообщил об этом по телефону самым восторженным тоном, и обещал завтра уже появиться в школе. Напугавшее поначалу всех происшествие вдруг стало обрастать комическими подробностями, и все кому не лень оттачивали остроумие относительно причин травмы Дениса. Юля же после того, как стало ясно, что Денис на неё обиды не держит, от всех этих шуточек ходила счастливая и довольная. Ещё бы - можно сказать состоялась самая красивая пара школы! У Вани аж оскомина была от её самодовольного вида - тоже мне, большое дело! Пришла в короткой юбке, сломала руку ухажёру - смех да и только... Боже мой - завтра пятница! Это хорошо, но почему она не сегодня! Он едва переставлял ноги, спускаясь по лестнице с ведром для воды. Одноклассники уже давно убежали, но Ване всегда требовалось время для того, чтобы собраться с мыслями, оценить итоги дня, и лишь после этого он отправлялся домой. К тому же сегодня дежурство по классу, а так как Ден, его извечный партнёр практически во всём, помочь ему не мог, то уборка классной комнаты целиком и полностью лежала на нём. Внизу, на скамеечке у выхода, он видел Дашу. Она смущённо сидела, смотря себе под ноги и сложив руки на коленях. Выглядела она до умиления трогательно - немного потерянная и смущённая, она явно кого-то ждала. - Спасибо за помощь! Ты убежала раньше, чем я смог что-то сказать, - сказал он, помахав Даше ладонью. - Не за что! - расцвела девушка. Уже одетая в коротенькое пальто, она вскочила со скамейки. - Не за что, я наоборот просто рада тебе удружить. - А я дежурю, как видишь... - Вижу. Скоро пойдёшь домой? - Даша почему-то не смотрела ему в глаза. Ване так было куда легче с ней разговаривать. - А ты чего домой не идёшь? У Вас же сегодня только шесть уроков - ты что, всё это время тут просидела? - Нет, нет, что ты! - покраснев взволновано затараторила она, подкрепляя свои слова взмахом руки. - У меня много дел было, ну и погуляла немного. Хочешь я тебя подожду, и мы пойдём домой вместе? - Хм... Не стоит, ты и так задержалась. Я дежурю один, и потому быстро не управлюсь! - Ваня, что и говорить, не отличался интуицией. - Так я тебе помогу! С удовольствием! Давай, я жду тебя в вашем классе, - сказала Даша, и не дожидаясь его ответа побежала наверх. "Да что с ней такое?" - только и смог подумать Ваня. Ну что ж, помощь никогда не помешает. * * * Уборка проходила в полном молчании. Ваня пытался поначалу отговорить Дашу помогать ему, однако быстро бросил эту затею. Вопреки его ожиданиям, именно Даша, имевшая на редкость смущённый вид, всё время подавленно молчала, сосредоточенно отмывая доску. Ваня же, опять-таки вопреки собственным ожиданиям, всячески старался завязать разговор, но у него ничего не получалось. Даша почему-то стала рассеянной и несколько подавленной. На все вопросы отвечало односложно, или просто игнорировала. Со стороны казалось, что она о чём-то усердно размышляет. "Наверное, нужно просто помолчать" - думал Ваня. Он по крайней мере может ещё лучше её рассмотреть. Сбросив на парту пальто, Даша вновь осталась в своём лёгком длинном платьице. Закатав рукава, она старательно выжимала губку для доски. Иногда она бросала взгляды в Ванину сторону, но нечасто. Даша действительно была миниатюрной девушкой - худенькая и хрупкая, она неожиданно пробуждала в душе какое-то незнакомое чувство. Ване почему-то захотелось стать для неё старшим братом или защищать от хулиганов. К лицу прилила кровь. Странно - наедине с нею он чувствовал себя куда увереннее, и в тоже время Даша напротив сильно смущалась. Хотелось быть рядом с нею большим и сильным. Более того - он именно таким сейчас себя и чувствовал. - Пойдём уже. Я думаю, чище этот кабинет уже не станет. Спасибо тебе ещё раз . Ты выручаешь меня второй раз за день, - Ваня очень старался быть приветливым. - Тебе совершенно необязательно было это делать. Давай уже пойдём по домам. - Хорошо, - покорно согласилась Даша. * * * Уже наверное минуты две они стоят у подъезда. Даша попросила проводить её, и отказать было просто невозможно. Идти по улице с девушкой было на удивление приятно, и теперь казалось глупыми его прежние старательные попытки избегать их. Теперь же у подъезда он стал чувствовать себя неловко - он не раз порывался уйти, но Даша всё время его останавливала. Уже некоторое время она что-то бормотала себе под нос, краснела и заламывала себе руки. - Знаешь, я уже давно хотела тебе сказать, но ты такой ... неприступный. Обещай только, что ты не станешь смеяться надо мной. Ты не представляешь, как мне сложно говорить об этом. Обещаешь не рассмеяться надо мной? - Даша смотрела в землю, и казалось дрожала всем телом. Ваня утвердительно кивнул, но она продолжила, даже не посмотрев на него, и не дождавшись ответа. - Ты мне нравишься. - Спасибо... Ты это о чём? - ляпнул он (О_о). - Ну вот! Ты же обещал не смеяться! - Даша порывисто отвернулась от него, пряча лицо в ладонях (Х_х). Ваня часто-часто замахал ладонями, словно пытаясь затушить огонь: - Что ты, что ты! Ни в коем случае не смеюсь! Ты мне тоже нравишься - просто я не понимаю, чем я мог понравиться тебе! - Нравишься! Нравишься! - повторяла девушка. "У неё же истерика случится" - Ваня не знал, как себя вести. Очень неуверенно он положил ладонь ей на плечо. Даша благодарно уткнулась личиком в его грудь, и затихла. Он должен что-то сделать, но не понимал что, и не знал как. Он никогда прежде не был столь близко к девушке. Это было невероятно приятно. Он невольно приобнял её, и Даша ещё крепче прижалась к нему. Ваня на голову выше её, и сейчас вдыхал запах душистых волос. Ему было очень хорошо! В то же время он не мог сказать о Даше того же, что она сказала ему. Он только сегодня заметил, какая она хорошенькая. Более того - он только сегодня запомнил её имя, до этого совершено не замечал её. Даша подняла на него глаза - они блестели от слёз. Ваня не выдержал её взгляда, и сказал совсем не то, о чём думал: - Даша, ты мне тоже нравишься. Очень... 15 марта 2002 года, пятница. Токио, Сэтагая. Вчера у неё был лучший день в жизни! Нозоми стояла перед зеркалом, старательно расчёсывая прямые длинные пряди чёрных волос. Ей теперь пятнадцать! С самого утра вчерашний день приносил только приятное эмоции. Рано утром, когда она убегала в школу, её остановил отец. Обычно он только желал ей доброго утра, но не в этот день. Отец окликнул её полным именем, очень официально, и вручил очень красивый свёрток: - Сегодня ты стала старше, Сато Нозоми. Очень скоро тебе предстоит принимать важные жизненные решения самостоятельно. Веди себя достойно, чтобы мы с мамой могли тобой гордиться. Поначалу мы хотели вручить твой подарок сегодня вечером. Но передумали. Я думаю тебе будет приятно, если ты сообщишь сегодня нам с мамой приятные новости сразу же. Мы не сомневаемся в тебе, - отец протянул красиво запакованный свёрток. Мама стояла намного позади отца, и с улыбкой смотрела на обоих. Нозоми очень тронули слова папы, особенно о том, что родители не сомневаются в её высоких баллах на экзаменах. Но она совершенно забыла обо всех правилах приличия, когда подарок оказался у неё, и тут же принялась его открывать. Нозоми осторожно, стараясь не повредить разноцветную упаковку, развернула подарок. Это мобильный телефон! Её первый мобильный! Девушка даже не стала скрывать своей радости, с волнением благодаря отца. - Мы с твоей мамой рассчитываем, что ты теперь сможешь ещё чаще радовать нас, чем прежде, - отец был явно растроган. - Я уже внёс в память все необходимые номера - домашний, рабочие, мой личный телефон. И не надейся, что мы с мамой не будем тебе звонить! Нозоми прыгнула отцу на шею, и зарылась ему лицом в грудь. - Спасибо! - громко крикнула она, и тут же кинулась на шею матери. Папа выглядел очень смущённым, но страшно довольным собой, а мама даже прослезилась. Затем, уже в школе, она пробиралась через столпотворение рядом со стендами с результатами экзаменов. Она знала, что наберёт достаточное количество баллов для перехода в приличную старшую школу, но оказалось, что результаты даже выше, чем ожидала. Нозоми тут же позвонила отцу, который на радостях объявил семейный праздник в субботу. Она даже может выбрать в школу Канрин. А потом... Потом случилось самое важное в её жизни событие. На большой перемене, когда она с подругами обедала в парке, к их группе подошёл Аоки Хикару из класса 3-а. Он был популярен среди девушек, и имел репутацию честного и ответсвенного человека - имел хорошую успеваемость, состоял в школьной команде по софтболу, был старостой класса, но не это было главное. Хикару был высок, спортивного телосложения, и модно одевался (насколько об этом могла судить Нозоми, которая лишь однажды встречала его вне школы, но всё равно все девушки утверждали это). Нозоми уже многие месяцы с замиранием сердца думала о нём. В его присутствии сердце переставало биться. Она пыталась как можно чаще попадаться ему на глаза и в то же время старательно избегала его.Они не были хорошо знакомы, и те несколько раз, когда Нозоми доводилось перекинуться парой фраз с ним, Хикару вёл себя очень сдержано, и казался очень неприступным. Месяц назад, на Валентинов день, она приготовила ему шоколад, но так и не смогла решиться подойти и подарить его. Пробравшись в кабинет, она оставила шоколад у него на парте даже не оставив на нём записку. Вот и в этот раз она словно почувствовала его приближение, и увидела, как Хикару неторопливо приближается к группе девушек. В руке он держал свёрток. "Это же белый шоколад!" - поняла Нозоми, и сердце её стало стучаться часто-часто. Для кого же он предназначен? Наконец Хикару заметили все девушки, и стали похихикивая шептаться. Он подошёл и поздоровался - его форменный пиджак был небрежно расстёгнут, а галстук он закинул за спину. Как всегда великолепен и в меру, самую чуточку растрёпан. Девушки едва не выдохнули хором. В глазах загорелись огоньки - кому он подарит шоколад? Ей стало неловко - воздух словно загустел, и стало трудно дышать. Кровь прилила к лицу, и Нозоми глубоко дышала, избегая встречаться глазами с Хикару. Он просто не может выбрать её, ведь она не смогла найти в себе силы, чтобы открыться ему. Страх, что он выбрал кого-то из её подруг поселился где-то в глубине живота, чтобы наполнить её душу разочарованием и отчаянием неразделённой любви, как только станет ясно... Она прикрыла глаза для того, чтобы не видеть, как... - Нозоми-сан, - услышала она, и открыв глаза, увидела перед собой слегка склонившегося к ней Хикару, - прошу - прими это в благодарность от меня... Как же красиво, хорошо всё получилось! Он узнал, что это она оставила ему шоколад. Он всё это время думал о ней! Он просто замечательный! Нозоми вглядывалась в своё отражение, пытаясь обнаружить какой-нибудь изъян во внешнем виде, который пока не удалось исправить. Сегодня у неё большой день. Сегодня она даст ответ Хикару. Экзамены позади, впереди весенние каникулы и старшая школа! 29 марта 2002 года, четверг. Москва, микрорайон Капотня. - Привет! - Даша смущённо потупилась. - Привет! - Ваня смущённо потупился. - Пойдём домой вместе? - маленькая ладошка закинула рыжий локон за ушко. - Э-э-э, давай... - их же увидят вместе! В груди мальчика похолодело. - Ты вчера забыл... Точнее я взяла со стола... Почитать, - Даша протянула свёрнутый журнал. Это были его "Вокруг света". - Он немножко помялся. Прости. - Ничего страшного, - Ваня даже не посмотрел на журнал, и взял его из рук девушки. Так он его и засунул в сумку. Журнал был открыт на странице с фотографией токийского метро. Точнее с фотографией девушки. Ваня тут же забыл о журнале. - Ну что ж. Пошли? - Ваня очертя голову протянул Даше ладонь. - Пошли, - потупилась она, и доверчиво взяла его за кончики пальцев... 18 апреля 2002 года, четверг. Токио, Сэтагая. Нозоми тяжело дыша сидела на скамейке, и жадно пила воду. Тренер старался вести себя спокойно, и только по его напряжённому лицу становилось понятно, насколько трудно ему сдерживать себя, чтобы не перейти на крик. Он что-то пытался донести до них, стараясь объяснить, как перестроить игру. Она его не слушала, да и девчонки из команды похоже тоже пребывали в полной отрешённости. Ей вспомнилось, как перед игрой в классе они с девочками обсуждали план на игру. Капитан их команды Чизу была единственной среди них, кто к матчу относилась всерьёз. Нозоми вспоминала, как крупная толстоногая Чизу, игравшая на позиции вратаря, передвигая на пластиковом планшете фишки давала указания, как нужно себя вести в той или иной игровой ситуации. Нозоми поставили в полузащиту на левом фланге – но не потому, что она имела какие-то навыки, а просто по остаточному принципу. Больше некого было поставить на это место, а у неё была левая игровая нога. К тому же Нозоми достаточно быстро бегала. - Если Юкико окажется с мячом в этом месте, то ты быстро бежишь сюда, - тыкая в планшет и резкими взмахами руки указывая направление передач, Чизу с напряжённым лицом объясняла Нозоми её роль. – А ты, Юкико, пасуешь на Нозоми. Нозоми просто пинай в штрафную Санаде и Куроми, они если что разберутся. Пнула мяч, и сразу возвращайся на свою позицию. Нозоми понимающе кивала, но каждый раз, выходя на поле на тренировке, совершала постоянно одни и те же нелепые рывки по кромке поля, а Юкико никак не могла отдать точный пас. Чизу в бешенстве ругалась на них через всё поле, стоя во вратарской, тренер качал головой, а немногочисленные зрители перекидывались ехидными смешками по поводу игры школьной команды. Но Нозоми не переживала нисколько, ведь футбольный кружок она выбрала только потому, что тренировки у них были самыми простыми, к тому же просто попинать мяч после школы было весело. Немаловажно было и то, что Хикару, который теперь официально был её молодым человеком, играл за софтбольную команду, и не смотря на то, что в средней школе Нозоми посещала музыкальный кружок, она решила не отставать от Хикару. О таких играх, как сегодня, она ничего не подозревала. Когда неделю назад им показали турнирную сетку соревнований муниципального округа, в котором принимали участия четыре старшие школы, она не придала этому никакого значения. Тренер же наоборот – когда увидел, то сильно расстроился. Их первыми соперниками должны были стать девушки из школы Уминамори со спортивным уклоном. Серьёзная команда – в её составе играли две старшеклассницы-бельгийки, которые по словам тренера уже обеспечили своей игрой себе место в местном университете. Одна из сестёр стояла на воротах, а вторая была их основным форвардом. Обе они были очень большие – рослые и русоволосые, они на целую голову были выше хрупкой Нозоми. Всю неделю тренер устраивал длительные тренировки после школы – шептались, что с тренером команды-противника у него личные счёты. Постепенно команда проникалась серьёзностью предстоящего фестиваля. Оказывается на кону ни много ни мало стояла честь школы Канрин, и личная репутация их достопочтенного сенсея. Все вдруг очень захотели победить. Даже Нозоми. На тренировках, подбадриваемые сенсеем, девочки старательно отрабатывали пасы, стандартные положения и пытались соблюдать позиции на поле. Последнее давалось очень сложно, и только Чизу всегда стояла в штрафной. Все остальные же увидев мяч старательно бежали вперёд, пиная скачущий мячик, и регулярно били по воротам. Расстановка на поле была классическая – 4-4-2, хотя никто толком её не соблюдал. В общем - было весело! Игра пошла совсем не так, как планировалось. Розыгрыш мяча достался их команде, а установка на игру была соблюдалась ровно двадцать секунд после того, как судья дала свисток о начале матча. Санада по своему обыкновению решительно устремилась вперёд, нисколько не сомневаясь в том, что ей, как это не раз случалось на тренировках, удастся прорваться к воротам. Девчонки из Уминамори моментально отобрали мяч, и расставившись по полю со знанием дела устроили ловкую перепасовку в центре поля. Увидев, как мимо неё бежит рослая бельгийка, Нозоми совершенно проигнорировала её – та была без мяча. Сработал инстинкт «пинателя мяча» - разозлённые потерей мяча, девушки тут же гурьбой кинулись его отбирать, напрочь забыв о командной тактике, и не слушая тренера, который громко давал советы. Первый мяч залетел в их ворота от ноги той самой бельгийки – ловко держась перед последней защитницы их команды, она получила длинный пас из центра поля. За мячом всей гурьбой бежали ученицы Кинаморо – мяч довольно неспешно скакал к бельгийке, которая устремилась к нему на встречу. Нозоми поначалу старательно соблюдавшуюся свою позицию, поддалась желанию завладеть мячом, и кинулась через всё поле ему вдогонку. В это время и был забит гол – вся их команда находилась в центре поля, наблюдая как бельгийка беспрепятственно наносит удар по воротам и забивает гол. Только когда соперницы радовались забитому голу Нозоми почувствовала настоящий азарт. Ей было обидно – ведь она вначале так правильно бегала вдоль бровки без мяча. Вот если бы она была в защите! В глубине души зарождалась спортивная злость и желание наказать зазнаек. Однако второй гол не заставил себя ждать – как только разыграли мяч, они всей командой ринулись в штрафную гостей. Чизу что-то в ярости кричала им вслед, но её никто не слышал. Лишь Юкико почему-то осталась в центральном круге. Первые несколько секунд казалось, что такая тактика принесёт результат – их было много, и поначалу девушки успешно разыграли квадрат, несколько раз отдавая точные пасы поперёк поля. Все одновременно требовали паса, но бельгийка-форвард просто выставив ногу перехватила мяч. Стремительно миновав стоящую в центре Юкико она поравнялась с Нозоми, которая неуклюже старалась помешать ей нанести удар. Бельгийка что-то зло крикнула ей в лицо, и Нозоми инстинктивно испуганно отпрянула от неё, открывая путь к воротам. Форвард соперниц с линии штрафной лупанула по воротам. Чизу с обидой пнула штангу, ничего не сумев сделать с сильным ударом. Оставшиеся до перерыва двадцать пять минут девушки из её команды перешли на схему в десять защитников. Школа Уминамори безраздельно властвовала над полем – и только чудо и собственная самоуверенность соперниц не позволили довести счёт до десяти голов. Били из любых положений, спокойно перепасовываясь. Канрин не сдавалась, хотя в её действиях и появилась некотрая отрешённость. Нозоми не слушала преподавателя. Обиднее всего было то, что второй гол стал результатом её трусости. Выслушивая заслуженные упрёки подруг, она была готова сгореть со стыда – она даже не попыталась помешать! Она испугалась! Обводя глазами игровое поле, она увидела на зрительских местах Хикару и ребят из софтбольной команды. Они пришли их поддержать сразу же после своей игры. Нозоми покраснела: «Неужели он видел, как я испугалась? Только бы он не видел, как мы плохо играли!» Перерыв подошёл к концу, и девушки снова высыпали на поле. Нозоми было вдвойне тяжелее – теперь она словно чувствовала затылком взгляды зрителей, и что хуже всего – его взгляд. - Канрин – вперёд! Канрин не сдаваться! – послышалось с трибун. Хикару стоял на трибуне, и вместе с ещё одним парнем растягивал белую простыни, на которой было написано «Канрин вперёд! Банзай!». К ним присоединились ещё голоса. «Ну к чему это всё? Теперь будет ещё тяжелее!» - думала Нозоми. Веры в победу у неё не было. Как только в центре поля по свистку судьи соперницы разыграли мяч, все девочки из её команды столпились вокруг своей штрафной. Уминамори же в свою очередь не делали ничего сверхъестественного – они просто начали спокойный позиционный розыгрыш мяча, практически не обращая внимания на неуклюжие попытки отбора. Внезапно Юкико сделав рывок между двух соперниц, прервала разрежающий пас, и побежала вперёд через центр поля. «Если кто-то будет прорываться с мячом через центр, ты должна сместиться по флангу в сторону левой штанги» - всплыло в мозгу Нозоми предматчевая установка Чизу, и она с места рванула в сторону чужой штрафной. Бежала она не оглядываясь, держа перед глазами только точку на поле, где она должна оказаться. Словно мяч уже там. За ней поспешили две полузащитницы, но они не могли поспеть за скоростной Нозоми – что-что, а бегать без мяча она хорошо умела. Её подгоняли крики болельщиков из школы. Добежав до выбранной точки, она оглянулась, и увидела, что немного наискосок от неё в направлении ворот скачет мячик. Навстречу ему бежит вратарь. Юкико, лёжа на поле, с выражением безнадёжности на лице провожает взглядом мяч. Две защитницы уже догнали остановившуюся Нозоми, и пытались оттеснить её от ворот. Всё это она увидела буквально за доли секунды. - Бей! Бей! – неслось с трибун. Сенсей прыгал на линии, размахивая руками и с совершенно диким выражением на лице. Тяжело дыша, Нозоми рванулась между двумя защитницами, пытаясь протиснуться к мячу, но не смогла даже сдвинуть упёртых девочек. Свисток судьи молчал. Нозоми в отчаянии выставила ногу между соперницами, и - о чудо! - мячик стукнулся о её ступню. Подскочив, он разминулся с руками вратаря, которая уже в мыслях держала мяч в руках. Ощутимый тычок локтем под дых бросил Нозоми на землю. Упав на землю, она не видела, что произошло, но поняла, что в игре что-то изменилось… Бельгийка-форвард со злым лицом подошла к бельгийке-вратарю, и зло толкнув её в лоб, не останавливаясь накинулась на двух сконфуженных защитниц. Она громко и зло кричала на них, отчего между ними случилась небольшая потасовка. Нозоми не смотрела, чем там всё закончится. Понять, что случилось ей удалось не сразу. Она забила гол. ГОЛ! ОНА! Нозоми просто не понимала – как так получилось, что она забила гол! Совсем не так, как на тренировке. - Нозоми-сама! Нозоми-сама! – надрывались болельщики. И вдруг она услышала голос Харуко: - Сато! Сато! Банзай! – Харуко стоял на скамейке широко расставив ноги, растянув над головой плакат белого цвета. Приглядевшись, Нозоми поняла, что это вывернутая спортивную куртка, с изнанки которой чёрным маркером было написано её имя… Она улыбнулась... Она бы так не смогла... Какой он замечательный! * * * Основное время матча закончилось со счётом 3-2. Сато забила ещё один гол – сравняв счёт в игре при счёте 1-2 в пользу Уминамори. Она опять прорвалась рысью по флангу, уже никого и ничего не боясь. Вовсю толкаясь локтями, она влетела в штрафную и подставила голову под навешенный Санадой с дальней штанги мяч. Мяч с глухим звуком шлёпнулся ей точно в лицо, и срикошетил в ворота. Нозоми тут же схватила мячик, и счастливая, с расквашенным носом понеслась к центру поля. Никогда прежде ей не доводилось испытывать таких ярких эмоций. Она была невероятно счастлива. Окрылена. Девчонки из Уминамори вместо того, чтобы играть, стали ссориться между собой, и вопреки призывам своего тренера открыто выясняли между собой отношения. Теперь казалось, что вся школа знает её имя – девушки из команды обнимали её, хвалили, а тренер, позвавший её к себе, с довольной улыбкой заклеил ей пластырем ссадину на переносице. Её переполняла гордость. Проверив всё ли в порядке с её носом, и остановив кровь, сенсей предложил заменить её, но Нозоми испытывала невероятный внутренний подъём и отказалась уходить с поля, и под скандирование собственного имени бодро вернулась на своё место на поле. Уже через пару минут после возобновления игры она перехватила отчаянный длинный пас через всё поле, и сместившись в центр попыталась прорваться к воротам между двух защитниц, но нарвалась на жёсткую подножку. Судья тут же назначила пенальти, который уверено реализовала Санада. Канрин повели в счёте. После этого сенсей даже не стал слушать никаких отговорок, и усадил Нозоми рядом с собой, накрыв её своей курткой. Окончание игры она смотрела на скамеечке, потягивая минеральную воду. Когда по истечении 30 минут второго тайма судья дала свисток, означавший окончание матча команда всей гурьбой кинулась к Нозоми. Она была героем. Она впервые в жизни стала лучшей в чём-то и просто наслаждалась моментом. А взгляды Харуко, которые она мимолётом ловила на себе, согревали её, наполняли уверенностью, отчего по телу бежала приятная дрожь, как от нежного прикосновения. Вокруг неё была целая куча народу – девушки ликовали так, словно уже выиграли финальный матч соревнования, но Нозоми думала только о том, чтобы оказаться рядом с Харуко, увидеть его, услышать, что он ей скажет, поделиться с ним своей радостью и частичкой удачи. Наконец Нозоми отпустили, и она бросилась в сторону, где ещё несколько мгновений назад сидели ребята из софтбольной команды. Их там уже не было. - А у них ещё одна игра, - сказала незнакомая девушка. – Если хочешь поболеть за них, то не переживай, игра только-только началась. Когда она подошла к сетке софтбольного поля, то услышала, как её зовут по имени. Оглядевшись она увидела незнакомого молодого человека, который махал ей рукой, сидя на газоне. - Это тебе. Харуко думал, что тебе может быть холодно. Он тебя ждал, но не хотел мешать праздновать. Ты просто молодец! Садись – будем вместе поддерживать наших ребят, – он похлопал по траве рядом с собой, и протянул ей куртку Харуко. Девушка покраснела. Это была светлая ветровка, совсем новая. Та самая, которую Харуко использовал как плакат. Чернила маркера глубоко впиталась в ткань, и местами выступила с наружной стороны куртки. Он её испортил! Ради неё! Нозоми покраснела ещё больше, и усевшись на траву с трепетом накинула курточку себе на плечи. Какой же он всё-таки заботливый! Харуко… Она нашла его на игровой площадке влюблённым взглядом. Харуко. Ей захотелось крикнуть ему, дать знать, что она здесь, рядом, что она пришла ради него, но только было она открыла рот, как слова застряли в горле. От смущения, что все на неё смотрят, что все подумают, что она и Харуко … вместе. Что всем станет ясно… Она так и не смогла. 09 июня 2002 года, воскресение. Москва, Манежная площадь По толпе пролетел стон. На большом экране крутили замедленный повтор забитого гола. Комментатор разочарованным тоном сообщил имя автора гола: «Вот так, после не самой опасной передачи с фланга на 52-й минуте матча Дзюньити Инамото открывает счёт в сегодняшней встрече». Затем камера выхватила трибуну стадиона в Йокогаме с болельщиками сборной Японии, которые бурно отмечали гол. Картинка вызвала негодование собравшихся на площади болельщиков – на головы игроков российской сборной посыпались проклятия. Над головой Ивана пролетела в направлении экрана пластиковая бутылка из-под газировки. - Проклятые самураи… - констатировал Сан Саныч. – Да и наши молодцы. Столько моментов запороли. В момент взятия ворот в душе Ивана всё словно упало. Он никогда не был яростным болельщиком, но всеобщее разочарование накрыло и его. Ваня недовольно засвистел, присоединяя свой голос к общему хору. Сегодня Сан Саныч, их учитель физкультуры, собрал всех ребят из школьной команды по футболу, которые не разъехались из Москвы на каникулы. Сан Саныч очень серьёзно отнёсся к участию российской сборной в чемпионате по футболу, и подумал, что такой поход будет хорошим способом увлечь учеников футболом. Сан Саныч, школьный учитель по физкультуре, старательно собирал ребят несколько раз в неделю на тренировки, и планировал принять участие в окружном школьном чемпионате. Ваня не испытывал особого интереса к футболу, но не смог отказаться, когда Денис позвал его на секцию. Придя же на первое занятие, он не пожалел. Команду с восемью полевыми игроками собрали из ребят разных возрастов, благодаря чему Ваня познакомился с несколькими старшеклассниками, в обычное время с которыми он общаться избегал – он никогда раньше не заговаривал со старшеклассниками первым то ли от неуверенности, то ли из уважения к их старшинству. Занятия проходили весело, и после тренировок они часто «для укрепления командного духа» устраивали вечерние посиделки у костра на берегу Москва-реки. Сан Саныч, имевший склонность к музицированию, распевал под гитару песни своей молодости под смешки ребят, и как не удивительно первоначальная скованность, присутствовавшая в поведении Вани на первых порах, сошла на нет. Даша уехала в деревню на лето, и хотя вместе они проводили очень много времени, на людях они вели себя так, словно между ними не было ничего. И он, и Даша бывали очень смущены, когда кто-нибудь из учащихся намекал на то, что между ними есть что-то большее, чем дружба. Ваня на удивление болезненно поначалу переживал её отсутствие, однако футбол помог ему отвлечься от одиночества, и он с огромным удовольствием посещал тренировки. Просмотр и обсуждение матчей на Чемпионате мира в Корее и Японии так же стали частью их совместного времяпрепровождения. Тренер, обложившись тетрадями, где он записывал порядок тренировок и разрабатывал собственные тактики, сидел с ребятами перед телевизором, и во время повторов указывал им на увиденные им ошибки или удачные решения игроков в стандартных положениях. Когда же стало известно, что на Манежной площади состоится трансляция игры сборной России со сборной Японии, то никто не стал возражать против поездки в центр. Ваня предвкушал весёлое времяпрепровождение с новыми друзьями, а Сан Саныч объявил, что после игры все вместе отправятся в пиццерию обсуждать матч, обещав купить самую большую пиццу, какая только есть. Матч близился к окончанию, и стоны разочарования постепенно переходили в стройный гул неудовольствия. 10 июня 2002 года, пятница. Токио, Сэтагая. О беспорядках в Москве Нозоми узнала только на утро. Ночью она толком не спала - праздновала. На улицах было полно ликующих людей, и Нозоми с Харуко гуляли всю ночь. Сидя утром за завтраком и зевая, она вполуха слушала новости. - Бедный ребёнок! - услышала она слова матери. По телевизору показывали кадры с места событий. На носилках лежал мальчик примерно её возраста. Когда его проносили мимо камеры он взглянул в объектив. Глубокая ссадина пересекала его лоб, а сам он смотрелся очень суровым и сосредоточенным. - Ему очень больно. Но он старается это скрыть, - мама продолжила мыть посуду. Она работала медсестрой в детской больнице, и имея очень мягкий характер сочувствовала всем на свете. - Вот до чего твой футбол доводит! А ты девочка - зачем только ты бросила музыкальный кружок? Нозоми не ответила.