Связь судьбы

      Тобирама начал замечать, что брат уже неделю после завтрака уходит из поселения, не приходя на тренировки. Отец спрашивал куда девается этот непослушный Хаширама, но младший не знал ответ. Так прошёл месяц, каждый день Хаши уходил утром из селения, а приходил вечером, весь весёлый и уставший. Тора пытался допрашивать брата сам, но тот лишь отмахивался рукой и плюхался на футон без сил.       Конечно младшему было обидно, что внимание старшего кто-то забрал себе, оставив бедного Тобираму одного, и он днями на пролёт проводил на тренировочной площадке, хоть как-то пытаясь себя отвлечь. Он уже начал подозревать, что Хаши бегает к какой-то девчонке, но в его десять лет это было не позволительно. Тору это так достало, что однажды он решил проследить на братом.

***

      Встав как обычно, они вместе пошли умываться. Хоть младшему и было восемь, это никак не мешало им, стесняться всё равно не кого и не чего. О себе и друг друге они уже давно всё знали, когда Тобираме было семь, а Хашираме девять, старший начал проявлять интерес к своему телу и телу младшего. Сенджу младший тоже не отставал от брата. В течении нескольких месяц они вдоль и поперек изучили все наглядно, ну где-то и трогали, смотря на реакцию, но далеко это никуда не заходило. Сейчас они об этом редко вспоминают, давненько это было, да и по детскому интересу. Так как спали они до сих пор вместе, иногда брат обнимал его за талию, но Торе это нравилось. Он думал, что обычное проявление братской любви, если бы они знали, что это такое на самом деле значит...       Зайдя в большую столовую, сев на свои места и поздаровавшись с отцом, они приступили к завтраку. Хаширама уплетал свою порцию с неимоверной скоростью, а Торе осталось только поспевать. После старший быстро встал из-за стола и побежал в комнату, у младшего брата появилось время доесть. Хаши мигом вылетел из дома, а Тора под предлогом немного прогулять ринулся за ним. Чакру он свою хорошо скрывал в отличии от брата. Да и сенсером был превосходным. Выйдя за пределы деревни, Хаширама побежал к реке. Тобирама удивился, если уж и встречаются с девушкой, то точно не на реке, слишком палевно.       Вскоре Хаширама вышел на берег реки, а Тобирама спрятался в кусты, из которых было удобно наблюдать. Брат взял камень и пустил по речке блинчиком. Камушек пересёк водную гладь и упал на тот берег, с характерным звуком. Между деревьев показалась чья-то тень, а вскоре оттуда вышел мальчик, возрастом Хаши. У него были темные волосы, как цвет вороньего крыла, вместо глаз были две большие бездны, в которых нехотя можно было утонуть. Светлая кожа и усталый взгляд. Одет он был в темно-синию юкату, перевязанную поясом на талии. Светлые, короткие хакама и сандалии как у брата. Тобирама невольно залюбовался мальчиком, уж больно красивым он был и не выглядел дурачком, как его собственный брат, но внешность всё же насторожила. Буцума рассказывал, что у враждебного клана Учих, есть наследник по имени Мадара и описание уж больно совпадало. – Хей Мадара. Привет! - голос старшего вывел младшего Сенджу из раздумий. У Торы чуть челюсть не отвалилась, когда он услышал имя нового знакомого брата. Мадара... это был Мадара! Мальчик из враждебного клана! Клана Учих!       Кулаки непроизвольно сжались. Неужели Хаширама променял его, на какого-то Мадару?! Ком поступал к горлу, а на глазах разворачивались слёзы. Было больно и обидно. Других двоих братьев забрала война и они с Хаши единственные кто остались в живых. Вот совсем недавно похоронили Итаму. Братья очень горевали по нему, неделю ходили с поникнутыми головами. Младший решил не распускать слёзы раньше времени, а просто продолжил за ними наблюдать. – Привет Хаши! - видно было, что при своём угрюмом виде, Учиха радовался их новой встречи. Тобирама никак не мог отлепить взгляд от будущего главы Учих. Тот так и приковывал своей внешностью, младший за пару минут признал себе, что внешность у Мадары привлекательная.       Черные полоски бровей, прямой нос, пухленькие, розоватые губки, которые хотелось поцеловать и почувствовать их на вкус. Тобирама пару раз видел как это делают взрослые и выглядело вполне просто. У Дары были тоненькие запястья и совсем небольшие кисти рук, с очень красивыми пальцами.       Сначала старшие покидали камушки, потом решили подраться. Выйграл Хаширама, за что Тора гордился. Мадара так мило злился, что их незваный зритель улыбнулся. Он так умело хохлился, что разом напоминал отца, когда дети были правы. Пару раз в спарринге Сенджу видел его бёдра и ягодицы, ну совсем как у девочки. Округденькие, сочные, аппетитные... Захотелось их потрогать, какие они на ощупь?       Тобирама так замечтался, что не заметил как эти двое решили искупаться. – Мадара, сегодня жарко. Может искупаемся? - Хаширама аж засиял от собственного предложения. Тора бы тоже не прочь был искупаться, благо он сидел в тени деревьев. Учиху старшего так сконфузило от такого предложения, что Хаши расмеялся заливистым смехом, а младший хихикнул себе в кулак. – Чего смешного дурень? - Мадара зарядил ему сильный подзотылник. На что второй лишь потёр ушибленное место, но смеяться всё-таки перестал. – Да ладно тебе, Дара. Разве тебе не жарко? – Жарко, но в отличие от тебя, я привык это терпеть. - после такого заявления Хаши лишь почесал затылок и сделал щенячии глазки. - Хорошо, так уж и быть.       Хаширама прям одарил его своей фирменной улыбкой, на что тот лишь закатил глаза, но все таки начал снимать одежду.       В этот момент младший брат Хаши навострил зрение так, что практически видел, что под одеждой. Хаширама быстро избавился от одежды, а вот Учиха явно с этим не торопился. Хотел было Сенджу взяться руками за трусы как послышался пронзительный крик Мадары, будто девушка стеснялась в первую свою ночь с парнем. – Друг, что с тобой? - Сенджу не понял причину этого визга. – ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ?! - орал Мадара. - ТЫ ЧТО ГОЛЫМ СОБРАЛСЯ КУПАТЬСЯ?!? – Да, а что? В одежде же никто не купается. - в его голове не укладывалась мысль, как можно купаться в одежде? С братом, да и совсем впринцепи, купались без одежды. Только делили на группы, мальчики и девочки, чтобы юноши не подсматривал за девушками. Мадара же с детства купался в одежде. Вместе с Изуной и отцом, когда ему было только пять лет, а брату два года, они ходили на озеро, недалеко от поселения и купались. Правда младший Учиха не умел плавать, а так просто плескался в лягушатнике, как Таджима это называл.       Хаширама быстро снял с себя остатки одежды, не стесняйсь этого. Дара прям таки и залился краской. У Сенджу уже в десять лет есть было, что потрогать и посмотреть. Член у него был для возраста достаточно внушительный, с темными, почти чёрными волосками на лобке. Учиха только закрыл лицо руками и смотрел себе по ноги. Хаши надоело ждать, пока его друг продолжит раздеваться и начал помогать ему.       Тобирама так и охнул, когда увидел эти молочные бедра, эти упругие, белые ягодицы. Выглядел он очень соблазнительно. Руки Сенджу уже потянулись к трусам, как Мадара схватил его запястья и посмотрел в карии глаза испуганным взглядом. Хаши не промолвил ни слова и сдернул с него последнию часть одежды. Торе открылся взор на не такой большой член, но очень красивый. Будто сам бог лепил ему мужские достоинства. Темные волоски в паху росли не в разброс, а рядами, как будто ими кто-то командовал. Розовенькая головка выделялась из общей белой цветовой гаммы.       Учиха потом закрыл все руками, стесняясь как девочка. Хаширама только скептически посмотрел на него и пошел в воду. Взор младший переключил на торс Дары. Плоский животик, казавшийся бархатистым, так и хотелось потрогать. Маленькие горошенки, соски, от внезапного холода набухли и были такие розовенькие, что хотелось просто бесконечно ласкать их ртом. Тонкие руки, худощавые плечи, белая шейка, как у куропатки. Мадара был худощавым мальчиком, но это его только красило.       Отойдя от такого шока, Учиха все таки соизволил зайти в воду. В которой уже плавал будущий глава Сенджу. Тобирама смотрел как заколдованный, видел как капельки воды стекали по молочному телу, как ноги обвалакивала водная гладь, это все очень завораживало.       Выйдя из воды оба улеглись на каменный берег. Все мокрые, блестящие и красивые. Смотрев на закат и обсыхая, они болтали о всякой ерунде. Тора понял, что пора возвращаться домой, а то заметят. Последний раз посмотрев на Мадару он развернулся и ушёл.       Всю дорогу обратно, его мысли занимал этот тощий мальчишка. Его образ никак не хотел покидать младшего. Придя домой, он выслушал нотацию отца о том, что нельзя ускальзывать от тренировок, но Тора его не слушал. Он просто пошел к себе в комнату и решил почитать книгу, хоть как-то отвлечься от своих мыслей. Уже пришел Хаширама, но книга так и не читалась. Мадара, Мадара, Мадара. Так хочется его увидеть ещё раз. Рассмотреть в близи, потрогать.       Поужинав, братья пошли спать. Хаши как обычно обнял Тобираму за талию, а тот вместо руки брата представлял худенькую руку Дары. Он сам для себя признал, что ему понравился этот мальчик, а потом провалился в царство сна, где видел того самого мальчика у реки. В животе у Тобирамы бушевали стаи бабочек.