Новый Поттер

Как только Гермиона вышла из гостиной Гриффиндора, она сразу же, как ей и сказал Снейп, направилась за профессором МакГонагалл. Она не знала, где та сейчас находится, но надеялась, что она в учительской. Через несколько минут девушка подошла к двери и негромко постучалась. Но ей никто не открыл. Тогда она попыталась войти, но дверь не поддалась. Значит, там никого нет. Тогда Гермиона решила пойти к директору. Она подумала, что от того, что она отдаст эту записку директору, ничего кардинально не изменится. Она быстро направилась в сторону кабинета Дамблдора. Через минуту она уже подходила к нужному месту. Шла она, смотря себе под ноги, поэтому не заметила человека впереди и врезалась в него. — Ой, простите, пожалуйста… — быстро извинилась она и подняла голову. — Профессор МакГонагалл? — удивлённо произнесла она. — Да, мисс Грейнджер. Куда вы так спешите, что не смотрите по сторонам? — немного недовольно спросила та. Её настроение было плохое. И конечно же это из-за того, что случилось с Альбусом. — Профессор, мне надо вам кое-что передать. Вот, — девушка протянула маленький клочок бумаги. — Что это? — удивилась Минерва. — Эту записку срочно просил передать вам профессор Снейп, — сказала Гермиона. — Что ж, в таком случае, благодарю вас, мисс Грейнджер, — произнесла та и взяла в руку бумажку. — Если я прочту ее позже, ничего? — спросила Минерва. Она сейчас немного занята, и как раз по просьбе Снейпа. — Нет! — тут же воскликнула Грейнджер. Она помнила какой нервный был зельевар, поэтому в этой записке, скорее всего, что-то важное. — Откройте её прямо сейчас, прошу. Она очень важная, — попросила она. — Ну, что-ж, ладно, — вздохнула та и развернула маленький листочек. Она развернула его и начала читать. И по мере её прочтения каждого нового слова, её глаза расширялись все больше и больше. Она недоуменно смотрела в листок. Мерлин… все очень плохо. — Так. Мисс Грейнджер, никому не рассказывайте об этой записке, поняли? — быстро сказала она и, достав палочку, сожгла записку. Гермиона согласно закивала головой и обеспокоенно спросила: — Профессор, что там? — У нас проблемы. Очень большие проблемы, — мрачно ответила та. — Идите за мной. Быстро, — сказала она и направилась в сторону башни Гриффиндора. Гермиона направилась за ней, не совсем понимая, что произошло, но она решила узнать об этом чуть позже. Когда они пришли обратно в гостиную, Снейпа, конечно же, уже не было. Как и Гарри. Но зато Рон так и остался сидеть на диванчике. — Мистер Уизли, когда ушел профессор Снейп? — спросила Минерва, как только увидела парня. — Не знаю, совсем недавно. Сразу после ухода Гермионы, — не очень уверенно ответил Уизли, встав с дивана. — Понятно, — сказала МакГонагалл, задумавшись. Через минуту напряжённого молчания она посмотрела на подростков и выглядела при этом так, будто разрывалась между чем-то. Она думала о том, говорить ли этим двум о том, что случилось, или все же не стоит. — Значит так, слушайте меня внимательно, — все-таки произнесла она, смотря на вопросительные лица Гермионы и Рона. — Мистер Поттер скорее всего уже в Малфой-мэноре, — сказала она и увидела недоуменные взгляды. — Но почему? Он же ушёл с профессором Снейпом и… — начала Гермиона, но тут же остановилась на середине предложения, нахмурившись. — Подождите. Это Снейп его туда отвёл? — догадалась она. — Профессор Снейп, мисс Грейнджер, — исправила её Минерва. — Но да, вы совершенно правы, — подтвердила она догадку девушки. Гермиона гневно посмотрела на неё и уже хотела что-то сказать на этот счет, как МакГонагалл её опередила. — Не стоит делать поспешных выводов, — её голос прозвучал довольно-таки строго. — Профессор Снейп, был вынужден это сделать, — сказала она. — Но почему? — снова спросила та, не понимая его действий. Он что, хочет сдать Гарри Тёмному Лорду, чтобы тот победил в войне? Неужели она так сильно ошибалась насчёт зельевара?.. — Можно я вам пока что не буду говорить причину? Вот если мистер Снейп… То есть, когда мистер Снейп вернется вместе с мистером Поттером, вот тогда и спросите у него об этом сами, — твёрдо сказала профессор. Девушка недовольно посмотрела на неё, но промолчала. — Нам надо срочно придумать, как их вытащить из Малфой-мэнора. Я бы и сама что-нибудь обязательно придумала, но мне кажется, что втроём мы справимся быстрее, — сказала Минерва. Она, на самом деле, очень переживала и за Поттера, и за Снейпа. Все-таки они с Северусом знакомы уже очень давно, она знает его лучше, чем кто-либо, и ей бы не хотелось терять ещё и его, помимо Альбуса. — Ладно, и что мы должны делать? — немного растерянно спросила Гермиона. Рон тоже вопросительно посмотрел на женщину. Профессор задумалась, но Гермиона тут же сказала. — Профессор МакГонагалл, у меня есть идея… — медленно протянула она. — Да? И какая же? — заинтересованно и удивлённо одновременно, спросила женщина. — Гарри, перед тем как пришёл мистер Снейп, сказал нам, что нужно срочно уничтожить ещё один крестраж Тёмного Лорда. — Какой крестраж? — тут же напряглась Минерва. Она знала, что ребята знают про крестражи, и вроде бы это не смертельно, но когда дело доходит до их уничтожения, ей всегда страшно за них, потому что это не какие-нибудь игрушки, которые можно сломать за пять секунд, а очень тёмные и сильные предметы, которые уничтожить не так-то просто. — Диадема Кандиды Когтевран. Я знаю, что она находится в Выручай-комнате, — рассказала она. — Так вот, мне кажется, что если мы её уничтожим, то… Тёмный Лорд, возможно, отвлечется от Гарри и профессора Снейпа и пойдёт искать того, кто уничтожил его очередной крестраж, — немного неуверенно в конце произнесла она. Гермиона была уверена в том, что Воландеморт пойдёт искать того, кто уничтожил крестраж на тридцать процентов, потому что у Лорда в плену сам Поттер, да ещё и Снейп в подарок, и тогда какой смысл идти искать кого-то, если все, кто ему нужны, у него уже есть? — Это неплохая мысль, мисс Грейнджер. Но какова вероятность того, что это отвлечет его? — спросила МакГонагалл. — Не знаю, мне кажется, что небольшая, но все равно попытаться стоит… — сказала Гермиона. — Вы правы. Если честно, я не знаю, что делать. Это совершенно неожиданная ситуация… — призналась женщина. Ей было немного стыдно за то, что она не знает, что нужно делать в данной ситуации. Но план Грейнджер и правда был неплох и мог сработать. Поэтому она просто молилась, чтобы это произошло, иначе придется придумывать что-то другое, а на это совсем нет времени. Гермиона на это лишь пожала плечами, как-бы говоря, что ничего страшного в этом нет. — Но её же надо ещё найти, а в Выручай-комнате горы хлама! — неожиданно подал голос Рон, все это время молчавший. — И что? — спросила Гермиона, повернувшись и хмуро посмотрев на парня. — Да ничего… Просто, это же долго… — пробормотал тот. — Ну и что? Мы должны найти эту диадему, иначе Гарри и профессор Снейп могут пострадать! Неужели ты не понимаешь? — недоуменно сказала Гермиона. Опять Рон начинает… Иногда этот его неуместный пофигизм её раздражал. Очень раздражал. — Я понимаю, просто… — замялся парень. Ему и правда было лень искать эту вещицу, в этой комнате на самом деле куча всего, и пока они будут искать эту диадему, с Гарри уже могут что-то сделать. Но, несмотря на всю его лень и какую-то безразличность, что ли, от этой мысли Рону стало как-то не по себе. Он не хотел, чтобы Гарри страдал. С ним и так постоянно происходят всякие нехорошие вещи… — Ладно, простите, я не подумал… — сконфуженно пробормотал он. — Я надеюсь, вы разобрались, потому что нам надо торопиться, молодые люди, — произнесла Минерва. — Да, конечно, извините, — Гермиона повернулась обратно к МакГонагалл. —Пойдёмте? — немного нервно сказала она. Ей было очень страшно. И за Гарри со Снейпом, и за этот крестраж. Всё-таки его и правда ещё найти нужно, а потом ещё и уничтожить… Она очень надеялась, что все получится. — Прошу за мной, — сказала Минерва и направилась к выходу. Ребята, не медля, поспешили за ней. До Выручай-комнаты они добрались не меньше чем за десять минут. Хотя идти было не так уж и мало. Когда они подошли к обычной с виду стене, та сразу же показала свою дверь. Гермиона подошла поближе и попыталась открыть её. Дверь, слава Мерлину, поддалась. Все тут же облегчённо выдохнули, но сделали вид, что не услышали этого. Никто не хотел показывать того, кто как на самом деле переживает. Все старались держаться достойно. Хотя… Рон, в принципе, не очень переживал, но внутри все равно чувствовал что-то. Он же не бездушный, в конце концов. — Стойте! — МакГонагалл схватила за руку Гермиону, которая уже хотела войти, и немного отодвинула её назад. — Если позволите, я пойду первая, — напряжённо сказала она. Не хватало, чтобы ещё и с Грейнджер что-то случилось. Минерва уже сто лет не была в этой комнате, поэтому стоит быть более осторожными. На всякий случай. Девушка кивнула и пропустила профессора вперёд. Та вошла, и ребята снова направились за ней. Когда они втроём зашли и увидели сколько там всякого хлама, то невольно застыли на несколько секунд, оглядывая стены вещей, которые были выше их голов. — Ничего себе… — удивлённо-возмущенно протянул Рон, уже представляя, сколько их ждёт работы. — Это ж сколько мы её будем искать тут… — снова протянул он. — Рон! — прикрикнула Гермиона, повернувшись к нему. — Замолчи! Если не хочешь нам помогать, можешь уйти, тебя здесь никто не держит, — раздраженно произнесла она. — Нет, нет, ты чего, я не уйду… — негромко сказал Рон, опустив взгляд. — Значит помолчи. А лучше помоги, — сказала та и повернулась обратно, к нему спиной. Рон тяжело вздохнул. Кажется, он что-то не то сказал. Опять. Но что он сказал не так? То, что они здесь пробудут Мерлин знает сколько времени? Так это же правда. Почему Гермиона так разозлилась?.. Он ещё раз глубоко вздохнул и направился за женщинами. — Ну что, молодые люди. Думаю, стоит начать искать эту вещицу, потому что времени у нас очень мало, — все также напряжённо говорила Минерва. — Согласна, — тяжело выдохнула Гермиона. Рон предпочёл промолчать от греха подальше, а то опять скажет что-нибудь не то. Через несколько минут в Выручай-комнате велись самые настоящие раскопки, потому что вещей здесь было очень много. Все трое искали необходимую диадему, которую в этом бардаке не так-то просто найти. Но никто не собирался останавливаться, все думали только о том, что прямо сейчас в плену у Лорда находится Поттер, да ещё и Снейп. Поэтому даже мысли о прекращении не было. Время шло, но диадема так и не находилась. Ещё через некоторое время троица уже была заметно раздражена и вымотана, но все равно ни МакГонагалл, ни Грейнджер, ни даже Уизли не останавливались. У них есть цель и стимул — этого достаточно для продолжения. — Профессор! — громко и неожиданно крикнула Гермиона из-за какого-то угла комнаты. — Я нашла! — воскликнула она и пошла к Минерве. Та тут же оторвалась от поисков и взволнованно пошла ей навстречу. — Мисс Грейнджер, вы молодец. Вы очень большая молодец, — сказала она, видя небольшое украшение в руках Гермионы. — И что дальше? — почему-то совсем негромко спросила девушка. У неё было какое-то странное ощущение в животе, то ли страх, то ли предвкушение. — Как и договаривались. Мечом? — подал голос Рон, рассматривая красивую безделушку. Хотя какая это безделушка — это очень опасная и очень важная, в данный момент, вещь. — Какой меч? — тут же спросила Минерва. — Меч Гриффиндора, — пояснила Грейнджер. — Откуда он у вас? Девушка немного замялась. — Мы нашли его в лесу, когда прятались от Пожирателей*, — ответила она. — Ясно, — выдохнула профессор. Она уже ничему не удивлялась, если дело касалось Золотой троицы. — И где же он? — Подержите, пожалуйста, — попросила Гермиона, и, отдав диадему Минерве, быстро достала палочку. После нужного движения у неё в руках появился тот самый меч, закутанный в какую-то тряпку. — Вот он, профессор, — сказала она и раскутала его. МакГонагалл несколько секунд смотрела на меч и сказала: — Отлично, мисс Грейнджер. Раз у нас есть предполагаемый предмет уничтожения крестража, то, думаю, нужно немедленно приступать к делу, — она немного нервничала, это было слышно по её голосу, но она старалась этого не показывать и не заострять на этом внимания. В принципе, как и ребята. — Да, вы правы, — согласилась девушка. — Положите диадему на пол, пожалуйста. Профессор молча положила вещь на пол и посмотрела на Гермиону. — Дайте мне меч, мисс Грейнджер, — Минерва протянула руку. Гермиона кивнула, отдала его ей и отошла вместе с Роном на несколько шагов назад. МакГонагалл же вздохнула и, смотря на безобидную с виду диадему, приподняла меч и сильно ударила им прямо по середине вещицы, чтобы расколоть её пополам. Но тут же из украшения начал появляться тёмный дым. Минерва, со вмиг расширившимися зрачками, посмотрела в этот дым и на пару секунд застыла, смотря на свои самые сокровенные страхи… Но Гермиона не растерялась и, тут же подойдя к ней, выхватила меч. Она зажмурилась и ещё раз ударила по диадеме со всей силы, окончательно сломав её. Тёмный дым сразу начал растворяться и уже через несколько секунд вокруг ничего не было. МакГонагалл заморгала и немного отстранённо посмотрела на девушку. — Профессор, вы в порядке? — взволнованно спросила Гермиона, смотря на неё. — Да… В полном, — протянула та, сглотнув. — Кажется, мы её уничтожили, — сказал Рон, немного боязливо смотря на диадему. — Да, — согласно кивнула Гермиона и подняла кусочки бывшего украшения. — Уничтожили… *** Снейп с Гарри прибыли в школу, в его покои. Мужчина появился с Поттером на руках посреди гостиной и просто стоял на месте, не шевелясь. В его голове сейчас была абсолютная пустота. И лишь один вопрос: что будет дальше? Он перевел взгляд на парня, который лежал у него на руках с прикрытыми глазами. Снейпу показалось, что тот заснул, но Гарри неожиданно коротко шевельнулся и тут же глухо застонал. — Мммм… Профессор Снейп, прошу, не стойте, сделайте что-нибудь… Пожалуйста… — тихо прошептал он. Ему было очень больно. Во всем теле. Но он старался не показывать того, как ему на самом деле плохо. Гарри не хотел заставлять Снейпа чувствовать себя ещё больше виноватым, чем есть на самом деле. Северус сильно сжал губы, прожигая мальчишку мрачным взглядом, и молча понёс его в свою комнату. Снейп не мог с ним говорить. Слова никак не выходили, потому что горло сжималось от чувства всепоглощающей вины и чувства собственной ничтожности. И если раньше он думал, что просто плохой и недостойный чего-то хорошего человек, то сейчас это чувство заполнило его с головы до ног, забралось в каждую клеточку его тела. И теперь останется там навсегда, потому что то, что он сделал, Северус не простит себе никогда, и уж тем более никогда не забудет. Такое невозможно забыть. Он тяжело выдохнул и аккуратно положил Гарри на кровать. На спину. Но через секунду он понял, что это было не самое удачное решение. — Профес-с-сор… — зашипел Поттер, скривившись в лице. Он сразу приподнял свою нижнюю часть тела, чтобы попа не прикасалась к постели и чтобы на неё не давил его же собственный вес. Гарри перевернулся на живот, громко выдохнув через рот. Снейп выругался про себя за то, что не подумал об этом, но снова промолчал. Он быстро вышел из комнаты и пошёл в лабораторию. Там должны быть необходимые зелья для лечения. Мужчина в несколько шагов оказался там, и, взяв несколько заживляющих и обезболивающих зелий, направился обратно к Поттеру. Тот все так же лежал на животе, непроизвольно сжимая руками простынь, около своей головы. Северус достал палочку, и взмахнув ею, мальчишка снова оказался без одежды. Гарри почувствовал, что его снова раздели, но сейчас он был уверен… нет, он знал, что Снейп это сделал только лишь для того, чтобы помочь. Никаких сомнений у Гарри уже точно не было. Поэтому он доверился мужчине и просто лежал, почти не шевелясь. Да, он доверял Снейпу, несмотря на все произошедшее. Он уже тогда, когда это все происходило, думал и понимал, что не будет как-то сторониться профессора или бояться его. (Это время уже прошло) Он, наоборот, во время этого… секса понял, что не хочет и не может бояться Снейпа. Гарри хочет ему верить, и он верит. Он это почувствовал, когда целовал его. Это было странно, но приятно. Вообще, ему понравилось целовать Снейпа… «Вот это точно странно. Хотя, странность— это моё второе имя,» — пронеслось у него в голове. Гарри немного судорожно, от напряжения, выдохнул и постарался переключиться на что-нибудь полегче, чем думы о поцелуе с профессором. Но подумать о чем-то другом не очень получилось, потому что он почувствовал внутри заднего прохода какое-то не очень приятное ощущение. Снейп наложил на него очищающее, чтобы внутри и снаружи все было чисто, как положено, а не чёртова кровь. Гарри промолчал, потому что это было неприятно, конечно, но и не так больно чтобы застонать или что-то в этом роде. Затем Северус подозвал к себе флакон с обезболивающим и подошёл поближе к парню. — Поттер, — позвал он того, каким-то немного надломленным голосом. — Мм? — промычал Гарри в простынь. — Выпейте обезболивающее, сейчас же, — нетерпящим возражений тоном произнес зельевар, возвышаясь над кроватью и держа в руках небольшой флакон. Гарри нехотя повернул голову влево и негромко сказал: — Давайте. Снейп наклонился поближе к лицу мальчишки, и, аккуратно открыв тремя пальцами его рот, потихоньку влил зелье. «Я и сам бы мог открыть рот…» — тут же пронеслось у Поттера в голове, но он снова промолчал, совсем незаметно покрываясь румянцем, и просто подчинился зельевару, позволяя все сделать самому. Это было даже как-то приятно… Его положение было, конечно, не самое удобное, но кое-как они все же справились, и как только зелье закончилось, Снейп резко выпрямился и отошёл на шаг назад. Он сильно сжал флакон в руке так, что тот треснул немного, но не разбился. Северус раздражённо поставил его на тумбочку и снова подошёл к кровати. Он подозвал к себе несколько мазей и присел на краешек, рядом с парнем. — Что вы будете делать? — поинтересовался Гарри, почувствовав, как тот сел на кровать. — Не волнуйтесь, Поттер, это всего лишь мазь, — выдавил из себя Снейп, открыл первую баночку и зачерпнул немного вязкой субстанции указательным пальцем, а второй рукой медленно и осторожно раздвинул две половинки ягодиц, смотря на повреждения. Края ануса были, конечно же багровые и кое-где были видны ранки и трещины. — Вам сейчас больно, Поттер? — спросил он, сглотнув вязкую слюну. — Не очень, почти не больно, — глухо ответил тот куда-то в простынь. Снейп молча продолжил начатое. Он потянулся указательным пальцем к сжатому сфинктеру и аккуратно нанёс немного лечебной мази, размазав пару раз по кругу. Гарри зашипел сквозь зубы, но промолчал. Это было достаточно больно. — Терпите, — жёстко сказал зельевар, смазывая края ануса. — Я терплю… Снейп глубоко вздохнул, но ничего не ответил, молча продолжив дело. Он зачерпнул пальцем ещё немного мази, снова поднес его к немного распухшему входу и аккуратно надавил. Его палец на одну фалангу погрузился вовнутрь. — Что вы делаете? — удивился Поттер. — Не бойтесь, Поттер. Я только смажу, — немного сквозь зубы сказал мужчина, снова, и даже ещё больше, ощущая жгучее чувство вины и стыда. Они не отпускали его ни на секунду… Он так и думал, что мальчишка теперь будет его бояться ещё больше. Хотя, по идее, он все эти годы только и делал все для того, чтобы Поттер его боялся. Но сейчас почему-то ему неприятно от этого понимания. Ладно бы Поттер боялся его как раньше, это ещё ничего, но… То, что парень теперь боится его из-за того, что произошло — это до боли неприятно. И самое главное, что ему было больно где-то в области груди, прямо там, где находится его гнилое и черствое сердце… Снейпу сейчас хотелось провалиться сквозь землю, только чтобы не чувствовать и не осознавать этого. — Хорошо… Спасибо, — прохрипел Гарри, потому что ощущение чего-то постороннего в его и так покалеченном анусе было не очень приятным. А точнее, вообще неприятным. Даже несмотря на то, что это был палец Снейпа… Секундочку. Что? Гарри замер. Ему что, было бы приятно, если бы зельевар засунул ему в зад палец, но только при других обстоятельствах? Мерлин… Вот это уже страннее некуда! Он нервно хмыкнул в кровать так, что Снейп этого не услышал. Что с ним происходит? Какого черта он вообще думает о профессоре в таком ключе? Сначала эти их непонятные гляделки в классе, потом это недоизнасилование, потом поцелуй, теперь палец в заднице… Все это очень непонятно и странно. Но все дело в том, что Гарри это… нравится. Ну, кроме этого больного, в прямом и переносном смысле слова, секса. Он все эти разы, находясь рядом со Снейпом, чувствовал какое-то очень тёплое и приятное ощущение в груди, которое окутывало его, словно одеяло и грело его опустошенную и почти безжизненную душу. Северус как луч света в тёмных и потерявших надежду уголках его души… Поттер хмыкнул от своих мыслей. Снейп больше похож на луч чего-то очень темного, нежели светлого… Но Гарри почему-то кажется, что это не совсем так. Или это только он так думает? Наверное, так и есть, потому что Снейпа ненавидит каждый ученик Хогвартса, кроме слизеринцев, конечно. А может даже и не только ученик… Северус, тем временем, аккуратно и даже нежно водил внутри пальцем, размазывая мазь по кругу. И уже через несколько секунд он осторожно вынул его, встал с кровати и сразу направился в лабораторию, чтобы отнести флаконы. Поттер выдохнул, немного вздрогнув, когда мужчина вытащил палец. — С-спасибо, мистер Снейп, — тихо сказал он. Северус замер на полпути. Он заметил как мальчишка вздрогнул, поэтому сразу хотел удалиться из комнаты, чтобы не смотреть на Поттера и не смущать ни его, ни себя, даже забыв надеть на него одежду. И он никак не ожидал, что тот поблагодарит его. — Что? — тихо выдавил он, не оборачиваясь. Гарри повернул к нему голову и, хоть он и не видит, все равно посмотрел на него. — Я говорю спасибо, профессор… Ваши мази очень действенны… — почему-то прошептал он. — Не называйте меня профессором! — неожиданно резко сказал тот, и в его голосе можно было услышать раздражение перемешанное с болью. — Почему? — удивился Гарри. — Потому что, Поттер… — зашипел тот, повернувшись и подойдя поближе к кровати. —…я вас полчаса назад изнасиловал, черт бы вас побрал! — вот сейчас его голос был точно раздраженным, и даже злым. У Гарри сделалось неопределённое выражение лица. Ну, Снейп, по крайней мере, не смог точно определить, что оно сейчас выражало. Вообще, он не сомневался, что на лице Поттера теперь будет лишь отвращение, презрение и осуждение в его сторону. Всё то, что он и заслужил, по сути. Но Северусу не хотелось видеть всего этого. И он почему-то не видел… Может позже до этого мальчишки наконец дойдет, что вообще произошло? Потому что сейчас тот ведёт себя так, будто Снейп здесь ни при чем и Гарри просто нечаянно поранился в заднем проходе. Это даже смешно… — Но… — начал было Гарри, но тут же замолчал, не зная как правильно выразить свои эмоции и ощущения. Он и сам не до конца разобрался, как он относится к случившемуся, но одно он знал точно — Снейпа он не винит и относится к нему так же, как и раньше. Хотя нет, раньше Гарри ненавидел его, а сейчас он… симпатизирует ему? Возможно так и есть, но он не совсем понимает, почему. Снейп вдруг резко открылся для него с другой стороны, сразу после того, как он потерял зрение в этом чёртовом вагоне… — Что «но», Поттер? Не можете придумать фразочку побольнее? — ехидно протянул Снейп, хотя на самом деле внутри разгорался пожар от переизбытка чувств. Он заслужил эти слова, но… Только не от чертового Поттера… — Нет, нет… Я… Я хотел сказать, что… — снова медленно начал Гарри. — Что не виню вас. Профессор, — негромко сказал он, повернувшись на бок. У него уже не так сильно жгло сзади, как до этого, поэтому он смог аккуратно перевернуться. Снейп уставился на него, не веря своим ушам. — Что? — выдохнул он. — Я не виню вас, — уверенно повторил Гарри. — Да что вы говорите! — ехидно прошипел тот, почему-то разозлившись. — А вас не смущает, что я вас трахал, черт подери?! Насильно, причем! — внезапно закричал он прямо в лицо Гарри. Он зло и громко дышал через нос, ненавидя себя ещё больше. Сейчас, после того, как он сказал это вслух, по ушам резануло так, что стало больно не только в груди, но и во всем теле. Снейп прожигал в нем дыру, не понимая, чего добивается этот несносный мальчишка. Повисло напряжённое молчание. Снейп смотрел на Поттера. Гарри тоже повернул к нему голову, смотря на него не глазами, а… так называемой душой. — Профессор, но… Вы же не специально сделали это, — медленно протянул Гарри. — И что? Думаете, это отменяет мою вину перед вами? — недоуменно спросил тот. — Тогда вы ещё больший глупец, чем я думал… — Я имел ввиду, что вы такая же жертва, как и я. И поэтому я не хочу, чтобы вы чувствовали себя виноватым, — хмуро сказал Поттер. У Снейпа пролегла складка между бровей от удивления. — Что?.. Вы спятили, Поттер… — протянул он. — Я не спятил, профессор… — грустно хмыкнул Гарри. — Я просто знаю, что вы бы никогда так не поступили. Даже со мной, — глубоко выдохнул он. — Я и правда не хочу вас винить в том, что произошло. Это же не от вас зависело, в конце концов… — он секунду помолчал. — Но, как я понял, вы сами себя считаете виноватым… Почему? — задал он вопрос, чуть нахмурив брови. Он очень хотел услышать ответ. Снейп чуть ли не с открытым ртом стоял и вглядывался в это, внезапно ставшее умным, лицо. — Поттер, вы идиот? — это был скорее риторический вопрос. — Сколько раз вы задавали мне этот вопрос? — хмыкнул парень. — Достаточно, чтобы понять, что вы точно идиот, — жёстко сказал Снейп. — Что за глупый вопрос вы мне задали? Почему я считаю себя виноватым в том, что случилось? Это самый глупейший вопрос, который я когда-либо слышал… Вы переплюнули даже Уизли, — мрачно и чётко говорил он, выпрямившись и отвернувшись от кровати. Гарри промолчал, ожидая, что тот скажет дальше. Снейп тоже молчал, но все же через некоторое время продолжил: — Вы хотите знать, почему я виноват? Да потому, глупый мальчишка, что я вас изнасиловал. Вы понимаете значение этого слова? Это значит, что я вас принудил к половому акту, заставил против воли… Это самое ужасное, что можно было сделать с ещё таким ребёнком, как вы… Знайте, Поттер, что я себе этого никогда не прощу и вам не советую, — зло говорил он сквозь зубы. Но злился он только на себя. — Это отвратительно, черт возьми! — неожиданно громко крикнул он в стену, к которой был повернут. — Я должен был что-нибудь придумать, чтобы не допустить этого! А я не смог и ничего не сделал из-за этих чёртовых Малфоев, из-за этого мерзкого Лорда, черт бы его побрал! — орал он, тем самым, выплескивая все свои эмоции и чувства наружу. Но тут он резко замолчал и громко выдохнул, тяжело дыша и опустив голову. Поттер, нахмуренный, лежал на кровати и слушал профессора. — Я отвратителен, Поттер… То, что я сделал... Это просто недопустимо, — тихо сказал Снейп, прикрыв глаза. — Меня должны отправить за это в Азкабан, — уже спокойнее говорил он. — Нет! — тут же воскликнул Гарри. — Никто никого отправлять никуда не будет, профессор. Я этого не допущу, я буду все отрицать, если вам хватит ума рассказать об этом кому-либо, — твёрдо сказал он. Снейп повернулся к нему. — Но почему, Поттер? — как-то обречённо спросил мужчина. — Почему вы это делаете? — Что делаю? Вы о чем? — недоуменно спросил Гарри. — О том, что вы пытаетесь делать вид, что все хорошо, а на самом деле боитесь меня… — голос Снейпа звучал достаточно уверенно. Но от этих слов становилось больно. Прямо в сердце. — Что? Нет, профессор это совсем не так! Вы абсолютно не правы! — возразил парень. — С чего вы вообще взяли, что я вас боюсь? — Это логично. К тому же, я заметил, что вы дергались, когда я к вам прикасался. Впрочем, это тоже естественно… — сквозь зубы сказал он. — Вы не правы, мистер Снейп, — Гарри покачал головой. — Да, я вздрогнул пару раз, но лишь потому, что мне было неприятно и даже больно. Но это ни в коем случае не от ваших прикосновений. Прошу, поверьте мне. Если бы я вас боялся, уже давно бы устроил истерику. Об этом вы не подумали? — серьёзно говорил он. Снейп молча смотрел на мальчишку и не мог понять, чего тот добивается. — Чего вы добиваетесь, Поттер? — медленно спросил он. — Чтобы вы перестали винить себя больше, чем это необходимо. Да, вы… Занялись со мной сексом… — медленно произнёс Гарри. — Но это лишь потому, что вас заставили. Как вы не поймёте? Вы виноваты в этой ситуации меньше, чем кто-либо. Я бы тоже мог быть осторожнее и внимательнее, чтобы не попасться. Я, можно сказать, вообще добровольно с вами пошёл, не считая сонных чар, конечно, — говорил он, пытаясь помочь Снейпу перестать винить себя и дать понять, что он — Гарри — относится к нему совершенно не так, как тот думает. — Я просто хочу, чтобы вы поняли, что я не считаю вас насильником или каким-то ужасным человеком после этого. Я отношусь к вам совершенно нормально. Даже намного лучше, чем было до этого… — тихо добавил Поттер. Ему сейчас снова вспомнился их поцелуй. В тот момент ему было хорошо. Это самое подходящее слово. Да, он попросил его поцеловать, чтобы заглушить боль, но когда зельевар прикоснулся к его губам, он как будто улетел. Вокруг все замерло и были только эти странно-приятные губы, а боль отошла на второй план. После этого, то есть сейчас, он подумал о том, что ему бы хотелось ещё раз поцеловать профессора, но только ради эксперимента! Хотя… где-то глубоко внутри он понимал, что это все не просто так. И желание поцеловать кого-то просто так не появляется. А уж тем более такого человека, как Снейп. Северус все так же, не отрываясь, смотрел на Гарри. То, что тот сейчас сказал было очень неожиданно. Он был уверен, что совершил самый ужасный поступок в своей жизни, но по словам этого несносного мальчишки получается, что… — То есть, вы считаете, что я не виноват? — спросил он, после недолгого молчания. — Ну… Можно сказать и так, — немного вымученно хмыкнул Поттер. Снейп ещё какое-то время смотрел на лицо Гарри, думая насчёт всего услышанного, и позорно (он так считал) понимая, что ему хочется верить этому мальчишке… Очень хочется. Он прикрыл глаза, но когда открыл их и снова посмотрел на парня, тут же немного нахмурился, потому что он только сейчас заметил и понял, что тот все это время лежал перед ним абсолютно голый. И Поттер даже ничего не сказал по этому поводу. Как и он, в принципе… Но самое главное, что сам Поттер, похоже, не обратил на это никакого внимания и просто свободно лежал перед ним — Северусом — голый. После всего, что произошло. «Значит ли это, что мальчишка не лукавит насчёт своих мыслей по поводу моей невиновности?..» — пронеслось у него в голове. Этот факт плотно засел у него в голове, рождая внутри медленно, но уверенно, расцветающую… надежду… Ведь, как говорится, «Надежда умирает последней»? Снейп никогда и не думал, что его это когда-либо коснется. Надежда — это совершенно не его чувство. Но, похоже, в данной ситуации только надежда и остаётся. Так?