Безобразные маргаритки

      Он стоит в очереди за водой. Толпа сзади ропщет, что продавец медленно обслуживает людей. Но продавцу всё равно: она спокойно продолжает свою работу.       Над головой собираются тучи. Похоже, прогноз не обманул: на сей раз дождь будет. А зонта он, конечно, с собой не брал.       Он вздохнул и провёл рукой по отросшим волосам. Друзья говорили, что ему так идёт, но он хотел их вновь постричь. Верил, что со сбритыми волосами на пол опадают трудности. Друзьям про это не говорил: засмеют, мол приметы с пустым ведром да кошкой для девушек, а не парней. Так у них говорили, пусть он сам так не считал.       Девушка впереди него стояла терпеливо. Она напомнила ему ту, которая ему когда-то понравилась. Да…понравилась. И на этом, пожалуй, всё и закончилось. Хотя он хотел большего.       Его форма была чёрной, и притягивала солнечный свет. Ему становилось невыносимо жарко, но он терпел, и своей очереди таки дождался.       Воду он купил, и парочку сочников тоже. Надо же чем-то подкрепиться, в перерыве между дежурством на посту. Стоять там не два часа, намного больше. А желудок за пропущенный полдник спасибо не скажет.       Он заказал такси. Сейчас он это мог себе позволить: деньги появились, да и родители стали помогать. Мать уладила вопрос с работой, и денег стало больше. Сперва закупили всё младшему брату, а после начали поддерживать и его. Получать деньги в передаче с едой и бумажными письмами от матери было приятно. Особенно в последние дни сессий, когда было туго с поддержкой и тёплым общением.       Таксист ехал не медленно, но и не гнал. Он смотрел на дорогу с кучей пешеходных переходов, и на каждом светофоре терпеливо облокачивался о сиденье. С пассажиром он не говорил. Так, парой слов перемолвились о погоде, да о девушках шутили. Точнее пошутил таксист, а наш герой послушал несуразицы о том, как барышни просили таксиста отвезти их к танцующим рыбкам, и молча уставился в окно. Да, в пьяном состоянии дельфинарий и не так назовёшь.       Капли дождя забарабанили по стеклу. Снаружи подул сильный ветер: афиши и флаги развевались, ветки деревьев бились друг о друга. Он оставался невозмутим: просто смотрел в окно и всё.       На радио играла песня Монатика «Кружит». Монатик радостно пел о том, как особенно его кружит жизнь; как особенно сегодня звёзды горят, а он не видит их; как особенно сегодня чувства кипят, а он не видит их; как особенно сегодня люди шалят, а он не видит их. Ведь занят его взгляд…       Он услышал шум. Очень громко продудел гудок, заскрипели шины. Он повернул голову и последнее, что увидел — это огромный бампер грузовика. Последнее, что он услышал, это крики и маты таксиста. Последнее, что он понюхал, это смесь дыма и металла рядом. Последнее, что он ощутил — это привкус крови на губах и лице.       Последнее, что он потрогал — это ручка двери, до которой он так и не успел дотянуться.