Биение Сердец

             — Фе-енри-и-ис-с!.. — пьяно проорал Гаррет, кинувшись к любимому на шею.       — Скажи спасибо, что физически я силён, — с нотками недовольства крякнул Фенрис, держа повисшего на нём парня.       — Пашсиба! — икнул Гаррет и уставился на него вселенски верно-влюблёнными глазищами. — Всё-таки, какой же ты у меня красивый! Сколько ни смотрю, всё мало! Я ребятам о тебе столько всего рассказываю! Но только хорошее! И никаких подробностей интима! — Гаррет, дёрнувшись, сжал кулак, точно воевать с кем-то собрался, ещё и запнулся, когда матерящийся про себя Фенрис тащил его по лестнице. Еле удержал.       — Зачем обо мне вообще что-то рассказывать? — с тяжким вздохом спросил Фенрис.       — О тебе не умолчать! — с нотками фанатизма выдохнул Гаррет, обдавая любимого вонью алкоголя. Знатный же потом будет перегарище. — Я даже с друзьями поругался немного!       — Зачем? — Фенрис завёл любимого в комнату, а тот снова чуть обоих не уронил, запнувшись о родную ногу.       — Они не верят, что ты настолько потрясающий! — Гаррет воинственно сжал кулаки, а Фенрис на это закатил глаза.       Само собой, эльфу было приятно внимание его человека. Даже когда оно казалось излишним или не совсем уместным. А неуместным оно было в компании друзей, где Фенриса не было. Зачем расхваливать его перед кем-то, кто его даже не видел, а может быть и не знает вовсе? Стало даже немного страшно: что возлюбленный мог наболтать там, в пьяном-то угаре? Да всё что угодно! Фенрису даже стало стыдно: а ну как сболтнул что-то об их полных страсти ночах? Захотелось дать Хоуку по башке. Вот завтра, когда его будет мучить похмелье, можно кастрюлю надеть и как дать железякой посильнее.       Бормоча себе под нос, что его эльф самый эльфячий в мире, Гаррет попытался поцеловать Фенриса, но тот лишь опрокинул его на кровать. Вот только Гаррет предпринял попытку подняться, чтобы схватить любимого и утянуть к себе под бок. Вместе-то спать куда уютнее! А этот любимый только смотрел с видом «как ж ты меня достал».       Покачав головой, Фенрис принялся раздевать Хоука. Не заставлять же его спать в одежде. С ботинками и носками было очень легко и просто. А стоило взяться за пояс штанов и немного дёрнуть, как Хоук всхрапнул. Громко так. Точно дракон зарычал. Фенрис со страху чуть не вырвал сердце у него из груди. Уже даже замахнулся. А ну как демон вылезет?       Похлопав себя по груди, чтобы успокоиться, Фенрис всё же вытащил ремень и снова вздрогнул от тихо заскулившего пса — попал по нему.       — Ой, Страж, прости, пожалуйста! — откинув ремень в общую кучу, Фенрис присел на колени перед псом, поглаживая его по голове. А тот фырчит, типа «обидел, давай нежулькай!». Фенрис и не против, всё-таки была у него слабость к собакам. — Ну-ну, — посмеиваясь, Фенрис нагнулся, давая Стражу с удовольствием облизать своё лицо. Мстя!       Довольный собой Страж запрыгнул на кровать, с расстояния обнюхал голову хозяина и, фыркнув, развернулся задницей, начав его закапывать. Фенрис еле сдержался, чтобы не захохотать в голос. Согнал пса, и тот тут же присел рядышком, с интересом наблюдая, как любимый эльф стаскивает с храпящего хозяина одежду. Сняв штаны вместе с трусами, Фенрис на мгновение замер, таращась в пах. Кашлянув и заметно зардевшись, он прикрыл Хоука краем одеяла и взялся за рубашку.       А Гаррет всё что-то бормотал. Обычно во сне он не разговаривал, но видимо выпивка как-то на это влияла. А если учесть, что пил он редко, то неудивительно, что его понесло. К тому же, если там присутствовали те друзья, о которых мнение Фенриса было не особо положительным, то определённо споили Хоука специально.       Тяжко вздохнув, Фенрис перетащил полностью голого Хоука на подушки, нормально уложив и прикрыв одеялом. Теперь оставалось дождаться утра…