Рай на двоих

      Как же я был счастлив увидеть, что она жива и здорова! Счастлив просто прикоснуться к ней. Я уже и не думал, что это может когда-нибудь повториться. Думал что она так и останется лежать на моих руках, истекая кровью, в том месте, где было сложно дышать.       Я обнимал ее и боялся отпустить. Казалось, что если я перестану держать ее в своём кольце из рук, то она мигом исчезнет, испарится. Я еще ничего подобного в своей жизни не испытывал. Я думал, что страх — одно из сильнейших чувств. Но как оказалось я был не прав. Гораздо страшнее тогда, когда часть тебя умирает вместе со смертью твоего любимого и близкого человека. Даже сейчас несмотря на то, что все вроде обошлось меня по прежнему не покидали эти ощущения. Может со временем это и пройдёт, но только не сейчас.       Мы уткнулись в то место, которое находилось между шеей и плечом, сжимая друг друга так крепко на что нам хватало сил. И я чувствовал как моя толстовка в том самом месте становилась мокрой от ее слез. Я и сам плакал. И мне не было стыдно. Мне впервые не было стыдно показывать свои слезы. Мое слезы были наполненные горечью и счастьем, если попробовать их на вкус, то они скорее были сладко-солёными. Я не выдержал и обхватил ее лицо обеими руками и стал всматриваться в такое уже знакомое и любимое лицо на свете. Я так внимательно его рассматривал будто видел впервые, я пытался найти хоть какие-нибудь изменения. Но оно было точно таким как я его и запомнил в тот момент, когда мы разделились. Внутри себя я ликовал. Ой, как я ликовал Господи вы даже вообразить себе не сможете! И я начал целовать ее щеки, губы, лоб и даже веки, вдыхая аромат ее волос, словно я какой-то наркоман наконец-то получивший свою заветную дозу. Вики смотрела на меня своими изумительными голубыми глазами и улыбалась такой счастливой улыбкой, которой она еще не одаривала меня. Я старался запечатлеть этот момент в своем сердце, чтобы иногда доставать его во времена отчаяния и грусти. Мы по прежнему стояли на коленях и не замечали ничего и никого вокруг ведь сейчас мы существовали только друг для друга. Наконец я поднял голову вверх и заметил, что солнце стало наконец-то таким как прежде. Оно грело по настоящему грело, а не было искусственным. Мне еще никогда прежде не было приятно жмуриться от солнечных лучей и кожей ловить каждый из них. Мы посмотрели по сторонам и я встал на ноги и помог Вики встать следом за мной. Я взял ее за руку и крепко сжал, переплетая наши с ней пальцы, превращая их в крепкий и надёжный замок. Мы стояли и не знали чего теперь ожидать, стоит ли заговорить самим или стоит смиренно подождать? Тогда чтобы не терять время даром я стал рассматривать, то место в котором мы сейчас находились.       Мы были на арене большой и круглой. Если честно, то это больше было похоже на Колизей, который находится в Риме. Мама рассказывала мне об этом месте и даже описывала, то какие действия там разворачивались, поскольку была очевидцем. Надеюсь нас не заставят сражаться с друг другом, так как я не подниму меч против нее. Пусть лучше моя рука отсохнет или я сам все сделаю лишь бы она вышла отсюда живой и была счастлива даже без меня.       Как я понял на трибунах сидели чувства. За их спинами не было крыльев. Они были похожи что-то между ангелами, демонами и людьми. В середине на самой возвышенности на троне, по моим наблюдениям и ощущениям сидела сама Любовь. Она была прекрасна, а ее тело просто переливалось как алмаз в который попал луч света. Но её туника покрывала только часть тела и те участки, которые были видны, а именно руки и ноги до колен то, там кожа была исполосована тонкими полосками в виде гораздо светлой кожи. При этом её лицо было таким спокойным и умиротворенным, хоть на глазах и была повязка, так как она слепа. Рядом с ней как я понял стояла Смерть. Почему-то я всегда представлял, что смерть похожа на старуху сморщенную как изюм с острой косой, которая одним взмахом срубала головы с плеч. Но моему взору открылась совсем другое представление. Это был юноша. Неземной красоты, с такой бледной и тонкой кожей, что почти видны были вены, но с такими тёмными волнистыми волосами, что это делало его столь прекрасным. Но вот только его глаза…глаза были как у старика бледные и безжизненные. Я смотрел дальше, рассматривая всех тех, кто тут собрался. Некоторых я узнавал сразу, а некоторых было и вовсе трудно узнать. Печаль было легко узнать, по ее щекам текли слезы, а плечи были опущены. Гнев было также не трудно распознать, его губы превратились в тонкую полоску, а брови были сдвинуты вместе и казалось что еще немного и он на кого-нибудь накричит или ударит… Я рассматривал их дальше и дальше, всё внимательнее и понял одну закономерность. Чувств так много. Хоть нас и учили в небесной школе делить их на четыре или пять категорий, а потом записывать в подкатегории. Но тут они сидели все в хаотичном порядке. Обида сидела с Оптимизмом. Зависть сидела со Стыдом. Отчаяние сидело с Доверием. И в конце концов Смерть стояла с Любовью. — Подойдите ко мне, — протянула слова Любовь и тут же появилась лестница, которая вела к трону на котором та восседала и рядом с ней как верный спутник стояла Смерть.       Я взглянул на Вики и та мне лишь одобрительно кивнула, я в свою очередь улыбнулся и поднёс ее руку к своим губам, чтобы тут же ее поцеловать. Мы пошли туда куда нас позвали. Я надеялся только на самые хорошие новости, хотя кто-то противный внутри меня тоненьким голоском шептал, что сейчас мы останемся тут на веки, наши сердца сожрут, а души отправят в тот безумный туманный лес. Мы встали в десяти шагах и не смели больше двигаться, кроме того как склонили голову в почтительном поклоне. — Подойдите ближе. Я хочу на вас посмотреть, — я крепче обхватил её руку. — Прошу не бойтесь меня. Я не причиню вам вред.       Я постарался ослабить хватку. Но все также держал ее за руку, не намереваясь отпускать ни на одну секунду. Любовь улыбалась нам тогда, когда Смерть внимательно следил за каждым нашим движением. Наверное, я сейчас также выглядел со стороны. Готовый буквально на все и даже ринуться в бой в случае чего, даже с самой Смертью. Любовь протянула руку вперед и дотронулась сначала до Вики. Она потрогала ее руки, прошлась вверх вдоль ее тела, дотронулась до лица, до волос и снова спустилась по такому же пути. — Ты очень красивая и вкусно пахнешь. В тебе есть тьма и ты знаешь об этом. Но несмотря на это в тебе гораздо больше света, пока ты борешься. Продолжай в том жу духе, Вики Уокер. — Спасибо, — тихо прошептала ангел. — Теперь подойди ближе ко мне ты, мой отважный воин, — она шире улыбнулась, что уголки моих губ сами поползли вверх, но я тут же одёрнул себя и принял серьёзное выражение лица. Она дотрагивалась до меня в том же порядке, что только что делала с Вики. Ее прикосновения были тёплыми и приятными, а кожа была немного шероховатой из-за шрамов, но они совсем не портили впечатление. — Ты сильный и смелый, а отваги тебе не занимать. Ты так много лет жил во мраке, не давая чувствам проникнуть в тебя, пока не появилась эта девушка. И сейчас в тебе живет почти каждый из нас. Я рада снова с тобой подружиться, Дино. — И я, — сказал я и сделал шаг назад.       Смерть положил руку на плечо Любви и та расплылась в блаженной улыбке. И положила свою руку поверх руки ее верного спутника. — Я сильна в вас. Ваша любовь сильна и я верю вам. Вам удалось пройти этот тернистый путь от начала и до конца. Но это не означает, что теперь у вас никогда не возникнут трудностей на пути. Такого не бывает. Я не одна, — она показала рукой на других сидящих на трибуне. — И мои братья и сестра будут испытывать вас на протяжении всей вашей жизни. Вы готовы к этому? — Да, — ответили мы хором. — Уверены? Ладно, — улыбнулась она. — Тогда я могу поздравить вас, потому что вы прошли этот лабиринт, добравшись до конца и доказав свою любовь к друг другу. Хоть моя семья вас знатно потрепала кто-то сильнее, а кто-то меньше. И всё же вы тут. — Благодарю вас, — сказал я и поклонился. — У тебя остались еще какие-то вопросы? — спросил Смерть, обращаясь ко мне, и это было сначала неожиданно услышать его голос. Никогда я не был так близок к смерти как в эту самую минуту. И уж тем более он никогда со мной не заговаривал. Ангел Смерти не в счёт. — Да. Прошу прощения заранее. Но о вас почти нет нигде информации и та, что есть не несёт почти никакой пользы. По сути она пустышка. — Но вам удалось найти нас. — Верно. Но все же почему? Что такого сделали небеса, что чувствам пришлось скрываться? И что таит в себе тот туманный лес? — в конце концов любопытство не порок, хоть и играл я сейчас с огнём. — Что в себе таит туманный лес никто из нас не даст вам ответа. Он уже был когда появился этот лабиринт, который помогает нам всем выжить. Единственное что мы знаем что те, кто не проходят лабиринт, то их души навеки запечатываются в нем и та скитается там не упокоенная. Ничего хуже и не придумаешь. Что касается остальных твоих вопросов. То когда-то еще до появления первых человеческих общин и до первых проявлений ангелов и демонов к власти. Мы все жили дружно хоть и иногда были разногласия, но они быстро и легко решались и заканчивались. Но время шло. А конфликтов становилось всё больше, и с каждым разом они всё были более изощренней. И однажды демоны и ангелы впервые за всю историю небес объединились для того, чтобы запереть нас и держать в золотых клетках как зверей. Конечно каждая из сторон хоть и объединилась, но все равно не переставала спорить и ругаться с друг другом. Впервые тогда каждый из нас испугался. — В книге которую я нашёл совсем ничего об этом не говорится. Скорее все наоборот… — Ангелы и демоны потерпели крах. Не удивительно, что никто из них не захотел ходить в дураках и было легче всего прочего просто стереть правду навсегда. — Почему вы здесь? — наконец подала голос Вики. — Чтобы жить, — ответила ей Любовь и улыбнулась. — Когда все больше назревал конфликт, то мы испугались поскольку тогда и началось невообразимое. И тогда мы взмолились Шепфа и он помог нам бежать. Смерть и Власть придумали это место. А лес уже был. Никто из нас не рискнул спросить об этом Господа. — Раньше мы с лёгкостью даровали то, чего так хотел получить человек или небесное создание. Любовь, смерть, власть и так далее. Теперь чтобы это получить с некой лёгкостью нужно пройти определённый путь. — Каждый в итоге получает то, зачем он пришёл. Вы пришли за тем, чтобы ваша любовь всегда горела ярким пламенем внутри вас, чтобы никто не смог вас разлучить даже сам Шепфа. Но есть к примеру те, кто приходит за Властью и моя сестра дарует ему это с условием что он столкнётся с ней лицом к лицу. — И есть те, кто приходят за смертью, то есть за мной и я дарую ему ее лёгкую и безболезненную. Но и это следует заслужить. На самом деле таких мест много как на небесах, в преисподней, на земле. Кто хочет тот всегда находит. Если мы ответили на все ваши вопросы, то вы можете идти. — И всё? — Что теперь? — я задал вопрос, но так и не отпустил ее руку ни на секунду, только стал поглаживать ладонь большим пальцем, тем самым говоря, что я рядом. — Всё только начинается, — ответила Любовь и улыбнулась. Казалось, что она всегда улыбалась и ее лицо никогда не трогала печаль.       Мы поклонились чувствам, а они в свою очередь склонили голову в ответ. И мы пошли вниз по лестнице.       Пока спускались, то в голове не было никаких мыслей. Казалось, что на мгновение это надоедливое жужжание разом затихло, а тело наоборот наполнилось той самой гармонией, про которую так часто говорили тибетские монахи. На последок я обернулся и крепче сжал руку ангела. Решив для себя, что не желаю ни с кем делиться, где находится это место. Пусть оно таким и остаётся чертовски ужасающим и пугающим, но в тоже время дарующее внутренний покой. Преодолевая последние пару ступеней, я шел с полной уверенностью в своем сердце, что теперь никто и ничто нас не разлучит. Что в этой, в той и в последующих жизнях я все равно ее найду и буду рядом. Как только нога коснулась песка арены, так сразу в лицо ударил белый свет. Настолько яркий, что пришлось закрыть глаза и прикрыть их рукой. Но прошло не больше пары секунд как свет стал стихать и можно было снова открыть глаза. Мы стояли на том самом месте откуда распрощались словно и не уходили отсюда вовсе. Всё было точно таким же как я его запомнил. Вот например странный столп на котором гласила та самая табличка с надписью, которая подвергла нас в лёгкий шок. Но которой не удалось нас запугать. В воздухе стоял точно такой же запах и наконец-то не было этого чертового тумана, который стелился по земле. Думаю причина в нём то, что я видел в лабиринте. Он видать выделяет какие-то особые вещества, вызывая у людей галлюцинации. Другого объяснения у меня не было. Я посмотрел на небо и вдохнул в легкие свежий воздух, проталкивая его, полностью удовлетворённый своей жизнью. — Ауч! — воскликнула Вики и одёрнула руку, хватаясь за запястье.       Я в ответ тоже воскликнул, так как почувствовал как кожа на запястье левой руки начала гореть адским пламенем. Словно ее коснулось раскаленным металлом, а мне забыли предложить вколоть обезболивающее или дать палку, чтобы я зажал ее между зубов. Я сразу же задрал вверх рукав толстовки. И в правом углу на запястье стал виднеться тот самый символ, который был выбит на столпе перед тем, как разделиться. Символ того как будто солнце и луна в форме полумесяца обнимали друг друга. Это было похоже на небольшое тату, но только без чернил и ярких красок, скорее больше похоже на шрам. Определённо это было похоже на шрам. — У тебя тоже такое? — Вики подошла и показала руку. — Да. — Как думаешь это навсегда? — Думаю, что да. Это видать как символ или доказательство того, что мы прошли лабиринт и свободны от любого вмешательства в наши отношения. — Всегда хотела себе маленькую татуировку. Но ни разу не задумывалась о шрамирование. — Надеюсь ты пошутила? — Нет, — усмехнулась она. — Когда-нибудь я сделаю татуировку и ты меня не остановишь. — Я согласен только на совместную. — Только не это. Это же моветон и как-то попсово. — Мы еще поговорим об этом, — но по ее взгляду я видел, что разговаривать на эту тему бесполезно, так как она все уже решила. — А сейчас я хотел бы тебя поздравить, что мы это сделали, мы прошли этот лабиринт, остались живы и не менее важно ещё то, что наши души с нами же и остались. — Нет. — Нет? — крайне удивился я. — Я что-то не знаю? — Теперь они переплелись с друг другом. — Ох, Вики, — прошептал я и обнял ее так крепко, но так чтобы не сделать больно, хотя я мог и крепче сжать ее в объятиях. Я немного отстранился и провёл большим пальцем по ее щеке, смахивая слезу, которая пыталась скатиться вниз и упасть в траву. Посмотрела на другую щеку и поцеловал, смахивая слезу уже губами. — Не стоит плакать. — Я просто счастлива. Правда счастлива, что всё закончилось именно так. — И я, — прошептал я в губы.       И поцеловал. Осторожно и нежно, касаясь таких тёплых, пухлых, но безмерно любимых губ. Мой поцелуй был сначала немного неуверенным, но с каждым разом он становился нетерпеливым и голодным. Я целовал так будто она была моим проклятием и одновременно моим спасением. А может быть так оно и было, а я совсем этому и не возражал. — Люблю тебя любить, Вики Уокер… — шептал я.       Она сказала, что наши души переплелись в этот самый момент. Но правда была в том, что я отдал ей свою уже очень давно вместе со своим сердцем.