(Не)правильный выбор

      Тихий шум двигателя. Свист ветра, сквозившего через окно, что никак не удавалось закрыть. Скрежет каких-то деталей в капоте. Он не любил, когда ради дела приходится угонять машины. Во-первых, это было воровство. Во-вторых, им всем было далеко до Импалы Дина и все они были… разваливающимися что-ли?       Но были и плюсы. Было что-то родное и уютное в дороге обратно, к бункеру. Будь то Луна, отражающаяся от дороги, или капли дождя, отбивающие свой собственный, никому непонятный ритм по стеклу.       Джек хорошо помнил своё первое дело. Не столько от того, что это было не так уж давно, сколько от того, что в тот день он на какое-то время перестал считать себя монстром. По той же причине он не любит вспоминать второе. В тот день он снова им стал. Он мельком смотрит на Каса, сидящего рядом. Только чтобы убедится, что тот не слышал его мыслей. Ему не нравится когда Джек винит себя в чем либо, даже если вина действительно на нем. А она на нем.       То дело, первое, не было простым, но, как ни парадоксально, все вокруг казалось намного проще.       Он долго не понимал, почему иногда врать хорошо, а иногда — плохо. Долго не понимал почему убийство — зло, хотя именно так Дин и Сэм спасают жизни. Не понимал, что есть вещи, о которых просто лучше не говорить.       А затем понял.       Джек смотрит в окно, на мелькающие за окном деревья и редкие фонари, лишь слегка освещающие дорогу. Он обещал Билли что не станет рассказывать всего, но сейчас, когда вернулась душа, и осознание всего навалилось как огромный снежный ком, что нарастал в ее отсутствие, рассказать хотелось. Выложить все и сразу, подчистую.       Именно сейчас и именно Касу. Потому что Кас не станет рассказывать Сэму и Дину. Потому что Кас выслушает. Ведь Джек не рассказал Винчестерам о его сделке с Пустотой.       И он действительно рассказывает. О том, что нельзя просто взять и убить Бога и Тьму. Нельзя убить двух самых могущественных созданий во вселенной и остаться невредимым.       Он ждал, что Кас поймёт. Поймёт и примет его выбор. Его взрослое решение.       Но Кас не понимает. Джек узнаёт этот взгляд. Он видел такой и у Сэма, и у Дина. Они все так смотрят, когда план, казавшийся идеальным, рушится. Когда приходится искать другой выход. А Джеку впервые совсем не хочется его искать. За эти три года жизни, он не сделал ничего, ради чего стоило бы жить дальше.       Он только разрушал. Убивал. Портил все, к чему прикасался.       Сейчас он очень хорошо это понимает. Он охотник. А охотники убивают чудовищ. Значит, подписав себе этот смертный приговор, он поступает правильно, разве нет?       Джек снова смотрит на Каса. Как тот сжимает руль, и со скрытым напряжением смотрит на дорогу. Даже не читая его мыслей совершенно очевидно, о чем он думает.       Внезапно Джек понимает что Дин и Сэм узнают. Узнают, и точно также ничего не поймут. Не поймут, что он всего лишь исправляет свои ошибки и все то, что натворил.       За эти три года он сделал слишком много плохого.       Кас смотрит на дорогу. Старается сфокусироваться на ней, потому что где-то в глубине что-то шепчет ему что выхода нет. Что-то темное, поглощающее всю надежду и заключая все, на что только натыкается во мрак. Он смотрит на деревья, фонари, мелькающие время от времени знаки, только чтобы не думать о том что может потерять Джека. Снова.       Какой это будет раз? Второй? Нет, третий?       Иногда он ненавидит эту семью. Семью, по определению не способную жить спокойно, не погибая, и не хороня друг друга. Семью, любящую и поддерживающую, но при этом не умеющую быть счастливой.       Иногда он вспоминает время, до знакомства с Винчестерами. Когда все было неправильно и слепо, но зато просто. Когда Ангелы не гибли десятками, когда похороны не были чем-то обыденным, когда не нужно было смотреть на человека и знать, что его скоро не будет рядом.       Он смотрел так на Дина. Смотрел на Сэма. И не один раз, а очень и очень много. Именно поэтому сейчас он смотрит только на дорогу. Он не хочет смотреть на Джека таким взглядом. Полным отчаянья и неверия.       Он всей своей сущностью ненавидел это чувство, когда человек сидящий рядом дорог настолько, что ты осознаешь, что будешь искать любой другой выход до конца. До его конца. А здравый смысл дьявольски шепчет тебе что надо остановится. Прямо здесь, посреди дороги и успокоится. Успокоится, и бросить все. Иного пути нет, так может лучше просто быть рядом?       Самое противное что обе мысли одинаково приятны и отвратительны. Проведя время с Джеком сейчас он будет жалеть что не смог все исправить. А затем, пропустив все и ничего не найдя, будет жалеть что был где-то далеко.       Он закрывает глаза, и считает до трёх. Палец нервно стучит по рулю. Вдох. Выдох. Он спокоен. Для них ходить по лезвию — нормально. Очередной, ничем не примечательный вторник. Все живы и здоровы. Нет, не здоровы. По крайней мере тараканы в голове есть у каждого. Даже у Джека, который толком и пожить не успел.       Они что-нибудь придумают. Найдут способ. Они справились с Амарой однажды. Убили Дьявола и Михаила. Даже чёртову Смерть! После всего этого сдаться — подобно самоубийству.       Он все-таки смотрит на Джека. Тот не замечает, смотрит в окно, задумавшись о чём-то своём, хотя, скорее всего, мысли его немногим отличаются от тех, что атакуют голову Кастиэля. Он смотрит, но не тем взглядом, о котором думал. В этом взгляде нет безнадежности и подавленности. В нем искрится капля веры в то, что все как нибудь сложится. Как всегда складывалось.