Новая история

Когда Мишель Поттер был всего лишь год отроду, она потеряла своих родителей в автомобильной аварии. Так ей сказали её тётя и дядя. Петунья и Вернон Дурсли. Петунья была весьма костлявой женщиной с неприятными чертами лица, на котором было много морщин. Свои тонкие губы она любила красить ярко-розовой помадой, от чего не могло не тошнить Мишель и окружающих. Может быть, в молодости она была красива, но сейчас её внешность отталкивала. Женщина выглядела намного старше своих лет. Вернон Дурсль был мужчиной с лишним весом и противными усами. Когда этот мужчина злился, его лицо багровело до такой степени, будто его в красную краску обмакнули. Мишель всегда им верила и никогда не задумывалась о правдивости их слов. Конечно, в таком возрасте ты не понимаешь своей утраты. Не осознаешь потери. Когда девочка только начала свою жизнь у Дурслей, они старались заботиться о ней. Но это было только лет до пяти или шести. Она просто жила у них без всяких объяснений со стороны родственников. Ей никто не говорил, как она сюда попала, кто её родители. Раньше и не было таких разговоров. Когда Петунья Дурсль пыталась нянчиться с девочкой, та ни разу не назвала её мамой. Вначале это немного обидело женщину, ведь ребёнок, внезапно свалившийся на голову, не знал кто он, не знал своих родителей и даже не пытался принять Петунью за свою мать. Мишель с младенчества понимала, что эта женщина не могла быть её мамой. Лет до четырех Петунья старалась ухаживать за девочкой, а потом резко охладела к ней, залилась безразличием к нежеланному в этой семье ребёнку. Больше не было попыток услышать от, как называла её Петунья, чужой девочки то заветное слово «мама». Отчаянное желание услышать это слово было из-за того, что Дадли в совсем юные годы не называл её мамой, а называл по имени. А молодой маме так хотелось услышать это. Плевать от кого, главное — услышать. Несмотря на всю ненависть к своей дорогой сестрице Лили, Петунья приняла её ребёнка. С одной стороны, а что ещё оставалось делать? Не бросать же младенца на улице! А с другой, в сердце Петуньи что-то сжалось при виде ребёнка с запиской, которая оповестила о смерти семейства Поттеров. Когда девочка подросла, она решила задать вопрос: кто её родители и почему она живёт с родственниками? Мишель надеялась услышать, что родители в разъездах или ещё что-нибудь. Но Вернон и Петунья даже не пытались что-либо соврать, чтобы не травмировать психику маленькой девочки, и безразлично бросили: «Твои родители погибли в автокатастрофе». Это прозвучало так, будто они обсуждали погоду за окном. Мишель было непросто узнать, что родители мертвы, а тем более в таком юном возрасте. Когда Поттер исполнилось семь лет, жизнь у Дурслей начала казаться ей адом. Эти люди наказывали её ни за что. Часто пороли, оставляли без ужина, запирали в чулане под лестницей, в котором она жила долгих одиннадцать лет. Девочке не раз приходила в голову мысль сбежать от Дурслей, но проблема была в том, что ей некуда было идти. «Ты никому не нужна». Дурсли вдалбливали ей это в голову уже много лет. Именно поэтому у девочки была слегка заниженная самооценка. К тому же, её кузен Дадли всегда называл её уродкой, несмотря на то, что все его друзья сходили с ума по Мишель и часто напрашивались в гости. В школе её считали странной, и именно поэтому у неё не было друзей. Странная девочка с ярко-зелёными глазами, чёрными длинными волосами и странным шрамом на лбу в виде молнии часто рассказывала одноклассникам о каких-то непонятных лошадях с крыльями, которых она часто видит, проходя мимо дома её соседки Арабеллы Фиг. Такие рассказы взяли своё. Девочку называли психопаткой. Однажды учительница повела её к школьному психологу, который показывал ей картинки разных клякс и спрашивал, что Мишель там видит. Иногда девочке хотелось закричать на весь мир. Но она знала, что в этом жестоком мире всем глубоко плевать на чужие чувства. Жестокие одноклассники совсем не устраивали девочку. Она считала их тупыми и жалкими. Порой за то, что они говорили о ней, она в отместку делала им какие-нибудь гадости. Это приносило ей большое удовольствие. К тому же, она никогда не попадалась на своих делах. Однажды она подложила одной девочке жуков в её портфель. Не обычных жуков, а тех, что выпускают яд. В школе велось расследование по этому поводу, но обвинили какого-то мальчика и его исключили. Ещё был случай, когда Мишель украла ценный школьный трофей и подложила одному мальчику, который обзывал её ненормальной дурой, у которой «сдохли» родители. Дети порой могут быть очень жестоки. И Мишель иногда тоже становилась такой по отношению к ним. Момент, который изменил всю жизнь Мишель Поттер, произошёл в её День Рождения. Ночь 31 июля. Дурсли тогда на время переехали в какой-то загородный дом. На самом деле, до загородного дома была ещё и убогая гостинца. А произошло это из-за многочисленных писем на имя Мишель Поттер, которые приходили день за днём, а потом и вовсе завалили весь дом, а после чего и гостиницу. Из всех писем, что летели из камина, окон и дверей, Мишель не смогла поймать ни одного. Каждый день её мучили два вопроса. Что скрывают от неё Дурсли? И что написано в тех письмах? А ведь так хотелось узнать. Во-первых, власть брали любопытство и нетерпеливость Мишель, которыми она отличалась. А во-вторых, это был своего рода запретный плод, который Дурсли не позволяли ей вкусить. Когда Дурсли видели сотый сон, Мишель не спала, а рисовала торт на пыльном полу холодного загородного дома. Её день рождения всегда проходил ужасно. Но это даже устраивало её. Когда она задула нарисованные свечи, в дверь очень громко постучали, тем самым разбудив обитателей дома, а потом и вовсе сломали эту дверь. В дом зашёл огромный человек с длинной косматой бородой. Он был похож на великана, и весь его вид устрашал. Мужчина представился. Его звали Рубеус Хагрид, и он оказался очень добродушным. Он подарил Мишель торт, поздравил с одиннадцатилетнем и вручил письмо. Содержание письма поразило девочку до глубины души. Дорогая Мисс Поттер. Мы рады проинформировать Вас, что Вам предоставлено место в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс». Пожалуйста, ознакомьтесь с приложенным к данному письму списком необходимых книг и предметов. Занятия начинаются 1 сентября. Ждем Вашу сову не позднее 31 июля. Искренне Ваша, Минерва МакГонагалл, заместитель директора. Потом Хагрид рассказал ей о магии и о настоящей смерти её родителей. Некий Тёмный волшебник пожелал их смерти, а спастись удалось лишь ей. Дурсли всё знали и молчали. Сейчас она была так зла на них, как никогда не злилась в жизни. Много лет ей твердили про какую-то катастрофу. Услышанное совсем не хотело укладываться в голове Мишель, а вопрос Хагрида вообще поставил её в тупик. Он спросил, пойдёт ли она с ним. Остаться с ненавистными Дурслями или пойти с Хагридом? Выбор очевиден! Накинув куртку на плечи, девочка последовала за Хагридом, не желая ни секунды оставаться в этом подобии дома. Хотелось разреветься и кричать. Разреветься из-за родителей. Мишель часто плакала по ним ночами, часто перед сном желала им спокойной ночи, надеясь, что туда, на небеса, доходят ее пожелания. Она часто молила их вернуться, говорила, что скучает и как плохо ей с Дурслями, всегда возмущалась: почему они её оставили? Но ответов так и не последовало, и десятилетняя девочка усомнилась в небесах и в Боге, который якобы жил там и присматривал за смертными, помогал им, оберегал. Если Бог такой хороший, почему он забрал моих родителей?! — этот вопрос не давал покоя маленькой девочке. Кричать хотелось из-за второй внезапно обрушившейся на неё новости. Она волшебница. В-о-л-ш-е-б-н-и-ц-а! Боже мой! Это же нереально! Магия, в которую всегда верила маленькая девочка, оказалось не выдумкой, а реальностью. Она оказалась её будущим. Через пару часов они уже ходили по какому-то Косому переулку. Хагрид сказал, что это что-то вроде рынка, только для волшебников, и что здесь можно купить всё необходимое для школы и даже больше. Первым делом они отправились в банк под названием Гринготтс. Сердце Мишель съёжилось, когда она увидела гоблинов. Они выглядели так недружелюбно, хоть и были вежливыми. А когда Хагрид назвал её имя, почти все гоблины удивились и начали перешёптываться. Это показалось девочке более, чем странным. И к тому же, это было грубо с их стороны. Мишель узнала, что у неё в этом банке имеется целое состояние «Галлеонов». Денег волшебников. В банке Хагрид вёл себя как-то подозрительно: шептался с одним из гоблинов о каком-то поручении, а после того, как они проследовали в хранилище, Хагрид быстро забрал оттуда какую-то маленькую вещицу, на которую выделили огромнейшее хранилище, которое по размеру было даже больше, чем гостиная Дурслей. Выйдя из банка, они пошли в магазин одежды для волшебника. Модные мантии показались Мишель очень смешными. Она уже представила себя, разгуливающей в такой мантии с высоко поднятой головой и гордым видом. Воображая это всё, хотелось засмеяться. Тихо хихикая, она услышала капризы какого-то мальчика, примеряющего мантию. Лицо его она не заметила, её взору предстали лишь белокурые прилизанные волосы. Хагрид оставил девочку, по причине каких-то неотложных дел, и указал ей направление в магазин Оливандера. Тот самый Оливандер продавал волшебные палочки. Странно. Всё было как в кино или даже мультфильме о волшебниках. Волшебные палочки, остроконечные шляпы и прочая ерунда. Перед тем, как мистер Оливандер смог подобрать девочке палочку, она успела разгромить магазин. В процессе выбора палочки мистер Оливандер рассказал ей о том, как её родители пришли сюда впервые за своими палочками, ничего не упомянув об их характере, об их внешности, о том, как они познакомились. Правильно! Откуда продавец палочек мог знать что-то из этого? Час назад она ходила по Косому Переулку с её новым другом Хагридом, если можно его так назвать, и всматривалась в лица всех прохожих, гадая, знали ли они её родителей. У девочки даже не было их фотографии и она представляла родителей исходя из своей внешности. Выйдя из магазина вежливого старичка, Мишель увидела Хагрида, который стоял с клеткой, в которой была сова, и улыбался. Это был его подарок ей. Девочка так обрадовалась. У неё никогда не было домашних животных, ибо Дурсли не разрешали ей их заводить. А вот у Дадли было много животных, но все они умирали по его вине. Мужчина повёл Мишель в очередное загадочное место. Это был какой-то кабак. Когда Хагрид сказал бармену, что девочку зовут Мишель Поттер, начались такие же перешёптывания между всеми посетителями, как и в банке. Люди один за одним начали подходить к Мишель и пожимать ей руку. — Очень рад вас видеть, Мисс Поттер. — Я ваш давний поклонник. — Неужели магический мир сможет вас увидеть! — Мы давно ждали вас, Мисс Поттер. Когда все люди уже пожали руку девочке, она решила задать Хагриду вопрос: — Хагрид, кто все эти люди, и откуда они меня знают? — Мишель, хочу тебе представить твоего будущего учителя по защите от Тёмных Искусств, Профессора Квиррелла! — не слушая её, сказал Хагрид, указывая на заикающегося мужчину, у которого была обмотана голова. Мишель протянула ему руку, но он так и не пожал её. Странно. После разговора с ним она почувствовала себя как-то странно. Вроде бы обычный мужчина. Но было в нём что-то такое… Что-то странное. Это невозможно было объяснить. После разговора с учителем они с Хагридом присели за самый дальний столик, и там Хагрид ответил на её вопрос, после того, как выпил бокал некого «Сливочного Пива». — Ты так знаменита, потому что смогла противостоять самому тёмному волшебнику всех времён. Никому ещё не удавалось выжить против заклинания смерти, кроме тебя, — потом он рассказал историю о том, как этот волшебник искал себе последователей и пришёл в дом Поттеров. Поттеры отказались перейти на тёмную сторону, и за это он их убил, а потом попытался убить Мишель, но заклятие отскочило в него самого. Когда Мишель попросила озвучить имя этого волшебника, Хагрид отказывался, но потом всё-таки назвал его имя. Волан-де-Морт. Названое имя слетело с губ Хагрида очень-очень тихо. Хагрид объяснил, что волшебники боятся этого тёмного волшебника, а также боятся называть его имя. Неожиданно Хагрид встал из-за стола и вручил девочке билет на поезд. Билет гласил, что Мишель нужно отправляться на платформу девять и три четверти. Совсем сбитая с толку, Мишель попыталась отыскать это платформу, хоть и точно знала, что такой нет. Она даже спросила о ней у прохожих, но они только смотрели на неё, как на сумасшедшую, совсем как в школе! Потом небеса подали ей знак. Она увидела счастливую рыжую семью. Они разгонялись и вместе с такими же тележками, как и у Мишель, бежали в стену между платформами девять и десять и исчезали. Словно проходили сквозь неё. Мишель уговорила себя последовать их примеру и попытаться пробежать сквозь стену. Это казалось ужасным безумием, но она всё же взяла себя в руки, разогналась и побежала, закрыв глаза. Ей казалось, что она ударится о стену и потеряет сознание, но всё было совсем нет так. Через пару секунд девушка стояла на платформе девять и три четверти. Там её ждал длинный поезд, а повсюду стояли родители и дети, которые так трогательно прощались друг с другом. Неуверенно зайдя в поезд, девушка попыталась отыскать свободное купе. Это было очень трудно, так как все они были заняты. В одном она разглядела тех рыжих детей, за которыми наблюдала на вокзале, но у них было занято. Идя всё дальше и дальше, девочка кое-как смогла отыскать единственное свободное купе. Положив свои чемоданы на верхнюю полку, Мишель уселась у окна и начала обдумывать всё, что произошло за сегодня. Она — волшебница! У неё есть волшебная палочка, сова, которую она решила назвать Миранда, мантия! Как же жизнь может измениться всего лишь за один день! Это просто уму непостижимо. Девочка надеялась, что хоть в новой школе заведет друзей… — Мы присядем к тебе? А то почти все места заняты, — размышления девочки прервал белокурый мальчик, с прилизанными волосами. Его серые глаза дружелюбно посмотрели на Мишель. Следом за ним зашли его друзья. Симпатичная девочка с зелёными глазами, коричневыми волосами, заплетенными в хвостик, и слегка кривыми зубами села возле Мишель, а светловолосый парень с его другом сели напротив девочек. Было видно, что эти дети были знакомы еще до поездки в школу. — Я — Драко. Драко Малфой, — представился блондин и протянул девочке руку. Она уверенно её пожала. — Пэнси Паркинсон, — представилась рядом сидящая девушка. От неё исходила какая-то ребяческая радость, совсем как от Мишель совсем недавно. Видимо, она давно ждала этого часа: попасть в школу. — Блейз Забини, — представился черноволосый парень с карими глазами. — Мишель. Мишель Поттер, — с улыбкой сказала Мишель. У её попутчиков сразу же расширились глаза от удивления. — Ты — Мишель… Поттер? — спросил Блейз, вскинув брови. — Да. — И у тебя есть… шрам? — задал он второй вопрос. Дети в таких вопросах не умеют быть тактичными, поэтому мальчик спросил напрямую. Мишель убрала волосы с правой части лба. Все трое пооткрывали рты. Драко Малфой смотрел с явной заинтересованностью. Сначала он молчал, что-то обдумывая про себя, а потом резко заговорил. — Ну что ж, Мишель, не хотела бы ты присоединиться к нашей компании? — спросил Драко Малфой. А вот и новые друзья, о которых так мечтала Мишель. Было бы глупо отказаться от такого предложения. После того, как Мишель ответила утвердительно, атмосфера в этом купе изменилась. Было так весело ехать с этими детьми. Они шутили, рассказывали друг другу истории, смеялись. Пэнси рассказывала о своей семье. Оказывается, девочка — из очень древнего богатого рода. Она казалась дружелюбной, но было видно, что дружелюбная она только лишь со своей компанией. К другим эта маленькая леди относилась с вражебностью и недоверием, как и все рядом сидящие. Блейз рассказывал о своём недавнем путешествии с родителями на какой-то остров, где видел много редких видом животных и птиц, и его даже ужалила медуза. Лишь Драко Малфой ничего не рассказывал, а лишь живо кивал и что-то добавлял в разговоры. По его характеру девочка поняла, что он либо тоже, как и она, не имеет семьи, либо не любит о ней рассказывать. Присмотревшись к руке мальчика, Поттер увидела рубец. Мишель заметила, что в их купе заглянул рыжий мальчик, но когда увидел, что тут занято, ушёл. Ну вот, поезд прибыл в указанное место. Выйдя из него, компания пошла по направлению к большому мужчине, который ждал первокурсников. «Да это же Хагрид!» — девочка просияла улыбкой, когда увидела неуклюжего великана.