Новая история

Распределяющая шляпа несколько минут думала, куда же отправить девочку. Шляпа увидела, что в девочке есть тёмная сторона, и она намного превышает светлую. Возможно, в этот момент на этом кресле сидит одна из самых опасных и могущественных волшебниц всех времён. Не сейчас, разумеется, а в будущем. Эта юная особа напомнила шляпе одного мальчика, поступившего в Школу Волшебства и Чародейства Хогвартс в далёком 1937 году. Том Реддл. Как и он, девочка с виду казалась совсем безобидной, а на самом деле была очень опасной. Нужно ли её отправлять туда, где учился Том Реддл? Или её нужно отправить на другой факультет, где её светлая сторона сможет победить тёмную. Гриффиндор бы спас девочку, но увы, место девочки на Слизерине. Взглянув на директора, шляпа увидела его ответный взгляд. Ясно, что это значит. Директор хочет, чтобы девочка отправилась на Гриффиндор. Но шляпа не может лгать и отправлять детей не на тот факультет, который им предназначен, даже несмотря на мнение самого Дамблдора о том, что она должна попасть на Гриффиндор. — Слизерин! — объявила шляпа и была полностью уверена, что поступила правильно. Ей хотелось верить, что от судьбы не уйдешь. И неважно, на каком факультете ты учишься. Сейчас одна и та же мысль промелькнула в разуме Дамблдора и Распределяющей Шляпы. «Пророчество может сбыться». В голове Альбуса Дамблдора сразу же пронеслись строки из пророчества Сивиллы Трелони, которая в этот момент поглядывала то на девочку Поттер, то на директора, то на шляпу, ничего не понимая. Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда… рожденный теми, кто трижды бросал ему вызов, рожденный на исходе седьмого месяца… и Тёмный Лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы… И один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой… тот, кто достаточно могуществен, чтобы победить Тёмного Лорда, родится на исходе седьмого месяца… Но если тот, кто может победить Тёмного Лорда, присоединится к нему, весь мир будет в опасности. Спасения не будет. Разрушатся два мира: мир волшебников и тех, кто не имеет волшебной силы. За столом Слизерина раздались такие аплодисменты, которых там никогда не было. Все хлопали, стучали ногами, свистели. Ну, еще бы, такая знаменитость попала к ним на факультет. Мишель быстро последовала к своему столу и села на свободное место рядом с какой-то кареглазой блондинкой с бледной кожей, которая преставилась как Дафна Гринграсс. Девочка была красива. Если сейчас она была так красива, то какой же она будет, когда вырастет? С виду она была похожа на маленькую аристократку. Теперь Мишель обрела новый дом. Слизерин. Новый дом, новая жизнь, новая школа, новые знакомые, новые друзья. Может, это сон? Может, сейчас её разбудит Петунья с приказом поджарить яичницу её Дадли? Можент, сейчас она проснется от ползающего по ее руке паука, которого она назвала Пит? В любом случае: сон это, плод фантази или же реальность, назад возвращаться не хотелось. Рядом сидящие ученики протягивали и пожимали руку Мишель. Столько новых лиц, новых имён… И все они не похожи друг на друга! Столько знакомых у неё в жизни не было, тем более тех, кто не называет её сумасшедшей дурой, а сами протягивают ей руки с желанием познакомиться. Такое внимание к своей персоне не могло не радовать девочку. Повернувшись к преподавательскому столу, Мишель заметила на себе изучающий взгляд профессора. Это был худой человек с нездорового цвета кожей, крючковатым носом и сальными, до плеч, волосами. Он смотрел в её зелёные глаза с удивлением. Казалось, что вот-вот из глаз саркастичного профессора слетит слезинка. Глаза у него были чёрные, как у Хагрида, только в них не было того тепла, которым светились глаза великана. Глаза профессора были холодными и пустыми и почему-то напоминали тёмные туннели. «Совсем как Лили. Та же улыбка, те же глаза, тот же счастливый взгляд… Только вот волосы Поттера… Как она попала на Слизерин?! Это милое существо, дочь Лили Эванс, никак не может быть слизеринкой», — подумал Снегг и едва сдержал улыбку. Было трудно стоять как камень с холодным взглядом, когда тут перед ним стоит воплощение той девочки, которую он любил на протяжении долгих лет и до сих пор любит. Снегг пообещал себе, что не даст её в обиду и попытается защитить её, уберечь, несмотря на «великий» план Дамблдора, который хочет заставить её сражаться с Тёмным Лордом. Она не умрёт как её мать. Он не допустит этого. Нет. Мерлин, как же было бы проще, если бы Поттер была мальчиком. Проще для Снегга. По мнению Северуса Снегга, Лили Эванс умерла из-за Джеймса, чёрт бы его побрал, Поттера. Если бы он не доставал Лили своим ежедневным выпендрёжем, она бы не обратила на него внимания, и тогда у них со Снеггом что-нибудь бы получилось… Он бы что-то придумал, защитил её от Тёмного Лорда. Он бы сделал все лучше, чем Поттер. Вспомнился тот тёплый денёк, который, вроде бы, совсем не предвещал беды. Неожиданно в окошко двадцатилетнему Северусу Снеггу постучала незнакомая сова. Лениво открыв окно, он впустил её и забрал письмо. Дорогой Северус, Мы с тобой долгое время не общались, но я хочу всё исправить. Хочу тебе сообщить, что через две недели у меня свадьба! Я бы очень хотела, чтобы ты пришёл на неё. Мне очень нужен друг рядом. С уважением Лили Эванс. Сердце будто кинжалом резануло. Письмо от неё. От Лили Эванс. У неё свадьба… Свадьба… Свадьба! Что за чушь?! Ведь ей всего двадцать лет! Этого не может быть! Мерзкий Поттер! Именно этого Снегг и боялся больше всего. Свадьба с ним. С Поттером. Сам факт того, что она прислала ему письмо, был более чем странным и глупым. Ведь они уже давно перестали общаться. Уже как четыре года. Да, раньше они общались, но это было давно. Однажды длинноволосый мальчик познакомился с соседской девочкой с прекрасным именем. Лили… Совсем как цветок Лилия. Такая же симпатичная и хрупкая, спокойная и непритязательная. Но порой Лили была очень упрямой и обидчивой. Лишь эта девочка не боялась мальчика, не смотрела на него с некой неприязнью, как остальные дети их района, которые называли его «сын этих Снеггов». Она была такой доброй, такой особенной. Девчонка с очень красивыми длинными волосами, которых Снегг любил касаться, с красивой улыбкой, которая заставляла все мёртвое оживиться, с ярко-зелёными глазами, которые смотрели в самую душу. Эти глаза Северус запомнил на всю жизнь. Северус сразу понял, что она — волшебница, и тайком восхищался её умениями. Дети могли совершать незначительную магию без помощи палочки и не бояться быть наказанными за то, что колдуют вне школы. Тем более, что эти двое ещё не поступили в школу. Через некоторое время девочка сама рассказала ему, что она может делать разные «фокусы». — Северус, смотри! — крикнула девочка, чьи рыжие волосы сейчас развевались на ветру. Своим взглядом она заставила расцвести и раскрыться нежно-красную розу. — Лили, да ты ведьма, — сказал Северус. Она тогда ещё надула свои губки и обиделась на него. — Ты просто мне завидуешь! Ты так не умеешь! — она показала ему язык. — А вот и неправда! Смотри, — Северус заставил ту самую розу поменять цвет с красного на чёрный. В конце июля им двоим пришли письма из школы Хогвартс. Северус ждал письма, а вот для Лили это было неожиданностью. Она даже и представить себе не могла, что существует школа для таких, как она и Северус. Маленькая Эванс была очень рада письму, а Снегг… Он боялся, что когда они окажутся в школе, он может потерять её. Там Лили может найти новых друзей и позабыть о Северусе. Это очень пугало. Оказавшись в поезде, который должен был отвезти их в ту самую школу, дети отыскали себе купе и сели вместе. Будь проклят тот момент, когда к ним в купе подсели дети, которые позже начали именовать себя Мародёрами! Джеймс Поттер, Сириус Блэк и Ремус Люпин. Как она улыбнулась Поттеру при знакомстве. Северус думал, что эта улыбка принадлежит лишь ему. После этой улыбки он заметил, как Джеймс Поттер смотрел на неё всю дорогу до Хогвартса, задавал ей разные вопросы, лишь бы говорить с ней. Северус и Джеймс сразу друг другу не понравились. Было видно, что между этими двоими последует вражда. Долгая дорога до Хогвартса наконец закончилась и наступило распределение. Для Северуса было ударом, когда он и Лили попали на разные факультеты. Северус стал слизеринцем, а Лили — гриффиндоркой, вместе с Поттером, Блэком и Люпином. Но его опасения были напрасными. Лили не перестала общаться с этим угрюмым пареньком. И, к счастью, недолюбливала того самого Поттера. По её словам, он слишком любил выпендриваться, и его шутки уже надоели. Недаром Джеймс сразу не понравился Северусу. Конечно, это было взаимно, но Северус не выражал своей неприязни и ненависти к этому пареньку до тех пор, пока гриффиндорец не начал задирать Снегга, который никогда не мог достойно ответить на его оскорбления. Почти изо дня в день Джеймс Поттер портил жизнь Северусу Снеггу. Наверное, это было из-за того, что Лили проводила время с ним, а не с Джеймсом. Северус и Лили все также проводили время вместе: часто сидели на берегу озера, обсуждая гигантского кальмара, которого любознательная Лили так хотела увидеть. Северус лишь смеялся от такого желания рыжеволосой девочки. — Он тебя съест! — уверял Северус. — А вот и нет! У меня есть волшебная палочка, и я умею колдовать, — настаивала на своём Лили. В любом их споре Северус всегда сдавался. Сейчас ему очень не хватало этих пустых разговоров и споров с этой соседской девчонкой. Самое лучшее было то, что даже во время летних каникул они могли видеться, ибо жили по соседству. Однажды произошло то, что окончательно сломало их дружбу. В конце пятого курса, когда ученики Хогвартса сдали СОВ, многие решили выйти к озеру и насладиться тёплым июньским днём. Северус решил расположиться возле одного из деревьев вместе с книгой, которую ему дала почитать Лили. Сейчас он ждал рыжеволосую девушку, которая почему-то опаздывала. В последнее время они виделись очень редко. Лили не одобряла его связи с Люциусом Малфоем и то, что они уж очень были увлечены Тёмными Искусствами, и также не одобряла того, как он относился к другим маглорождённым, называя их грязнокровками. Посмотрев в сторону, Северус заметил, что недалеко от него расположились эти чертовы Мародёры. У Снегга сразу появилось желание уйти, пока они его не заметили. Но он подумал, что совершив попытку бегства, он ещё больше повеселит их и, решив не доставлять им такой радости, остался сидеть на своём месте. В это время Джеймс Поттер сидел и ловил снитч, который не успевал отлетать на большое расстояние, а Питер Петтигрю восхищался его умением. Ремус Люпин старательно читал какую-то книгу. — Скучно что-то… — сказал Сириус Блэк, смотря на эту идиллию. Тут Джеймс Поттер понял, что нужно как-то развлечь его, а то будет надоедать весь день и портить всем настроение. — Кажется, я знаю, как можно повеселиться, — сказал Джеймс, смотря на Снегга. — Смотрите, кто там, — сказал он всей компании, указывая на ничего не подозревающего Северуса. Через долю секунды Джеймс достал палочку, и с его уст сорвалось заклинание, которое неожиданно подняло Северуса Снегга вверх. Многие ученики услышала ругательства Северуса в сторону Поттера и прибежали на место действий. — Нехорошо ругаться такими словами, Снегг, — Джеймс поцокал языком. — Эскуро, — громко выкрикнул он заклятие. В ту же секунду изо рта Снегга полилась пена. Многие ученики стояли и смеялись над этой картиной. И тут неожиданно прибежала Лили Эванс, с криками: — Поттер, что ты делаешь?! Немедленно отпусти его! — Поттер сразу же сказал заклинание, и Снегг упал на землю, что ещё больше повеселило учеников. Расталкивая всех, Лили побежала к Северусу. — Северус, с тобой всё в порядке? — осторожно спросила она, пытаясь помочь ему подняться. — Мне не нужна помощь от паршивой грязнокровки! — неожиданно выкрикнул Снегг, да так, чтобы услышали все. Снегг и сам не понимал, зачем это сделал. Он хотел всё исправить, но было уже поздно. Лили отстранилась от него, а её ярко-зелёные глаза посмотрели на него с болью. Девушка быстро встала и со слезами на глазах убежала прочь. За ней бросился Поттер. После этого случая они перестали общаться, и Лили начала встречаться с ненавистным Северусу Поттером. Как же противно было видеть их воркования! Но он сам виноват. Сам всё испортил. Северус быстро нашёл письменные принадлежности и написал немного грубый и быстрый ответ. Дорогая Лили, Извини, но у меня много дел, и я не смогу придти на твою свадьбу. С уважением Северус. Он бы мог забыть прежние обиды и придти на её свадьбу. Но было одно «но». Свадьба была с Джеймсом Поттером. Это он знал наверняка. Интересно, позвала бы его Лили на свадьбу, если бы знала, что Северус влюблён в неё? Через полчаса прилетела сова. Северус Снегг! Ты придёшь на мою свадьбу! Это не обсуждается! Лили Снегг невольно… улыбнулся. Лили осталась всё той же упрямой девчонкой. Сейчас было нетрудно представить ей реакцию на ответ Северуса. Покраснение и забавная злость, которая всегда смешила. Взяв свежий лист пергамента, он ответил: Нет, Лили, это не обсуждается. И прошу больше не писать мне. Северус. — Кто это? — спросила Мишель у Джеммы Фарли, с которой познакомилась несколько минут назад. Мишель понравились её тёмно-красные волосы. Они ассоциировались у неё с кровью… — Это профессор Снегг. Декан нашего факультета, — ответила староста, закончив жевать что-то. Перед тем, как Мишель успела открыть рот и попытаться задать ещё один вопрос, встал директор, и все затихли. Мужчина с сальными волосами медленно отвёл свой холодный взгляд от девочки. Директор был высоким, худым и очень старым человеком с длинными серебристыми волосами и бородой. Голубые глаза светились ярким светом из-под очков со стёклами в форме полумесяца, сидевших на длинном носу, крючковатом настолько, что казалось, будто бы этот нос переломили по крайней мере в двух местах. — Добро пожаловать в Хогвартс. Хочу пожелать удачи пятому и седьмому курсу в сдаче СОВ и ЖАБА. Первокурсники, запомните. Ходить в запретный лес всем ученикам строго запрещено. А ещё наш смотритель, Мистер Филч, — директор указал на старца с бледными глазами и русыми волосами чуть ниже плеч, — просил меня напомнить вам, что коридор на третьем этаже, на правой стороне, является запретным для всех тех, кто не хочет умереть самой страшной смертью. А теперь, да начнётся пир, — директор провёл рукой по воздуху, и на всех столах в Большом Зале появилось еда. Различные деликатесы, сладости. Чего там только не было. Мишель начала уплетать какой-то салат. Сегодня она могла наесться, а не пойти голодной спать, как у Дурслей. Она всегда страдала недоеданием, поэтому была тощей. Вдруг ниоткуда взялось привидение. Оно было с пустыми глазницами и в мантии, с ног до головы запятнанной серебристой кровью. При виде этого незнакомца другие привидения старались вести себя тише. — Мисс Поттер, это большая честь для нас, что вы учитесь на нашем факультете! — сказало Мишель привидение. — Я — Кровавый Барон — привидение дома Слизерин, — представилось привидение. — Очень приятно, — неуверенно сказала Мишель, и привидение последовало своей дорогой. Обернувшись на стол Гриффиндора, Мишель увидела возле их стола привидение, которое может снимать свою голову. Она услышала, что его зовут Почти Безголовый Ник. Вот это да! Пиршество закончилось, а Мишель успела познакомиться почти со всеми учениками своего факультета. Краем глаза она заметила, что профессор Снегг часто поглядывает на неё, будто они знакомы. Что отражал его взгляд, она не понимала. В голове разок промелькнула мысль: «Может ему язык показать?» От такой мысли Мишель ухмыльнулась, совсем как её новый друг Драко, который в данный момент смотрел ей прямо в глаза. Девочка ответила на его взгляд, и он тут же отвернулся. В детстве Драко Малфой не раз слышал истории о девочке-которая-выжила. Сейчас он смотрел на эту улыбающуюся девочку и не понимал, как такое хрупкое создание может отразить смертельное заклятие, а тем более в возрасте одного года! Может, она тёмная волшебница? Такие догадки всегда строил его отец Люциус Малфой. Директор объявил, что первокурсники должны дождаться старост своих факультетов и отправиться по своим спальням. — Поздравляем, первокурсники! Добро пожаловать на Слизерин! — сказала староста. — Я — староста Джемма Фарли, и я рада приветствовать вас на факультете Слизерина. Во-первых, давайте развеем некоторые мифы. Возможно, вы слышали слухи о факультете Слизерина — будто все мы темные маги и будем общаться с вами, только если ваш прадед был великим волшебником, и все в таком духе. Вот малоизвестный факт, который другие три факультета не очень и учитывают: Мерлин учился на Слизерине. Да, сам Мерлин, самый известный в мире волшебник! Он научился всему, что знал, на нашем факультете! Вы знаете, что Салазар Слизерин искал в своих учениках? Семена величия. Вы были выбраны на этот факультет, потому что у вас есть потенциал стать великим в прямом смысле этого слова, — закончила свою речь Джемма. После этого она отвела всех первокурсников в подземелье, в гостиную Слизерина. Гостиная была в изумрудно-зелёных и серебряных цветах. Ещё там красовался герб Слизерина — змея. Любимое животное Мишель. Сразу вспомнился случай в зоопарке. Тогда она поехала туда вместе с Дурслями на день рождения Дадли. Там была змея, и Мишель разговаривала с ней. Тогда она сознательно натравила змею на своего кузена. Было так смешно, когда она укусила его. Дадли в тот день ужасно тошнило, знобило, и болел живот. Он две недели провёл в больнице. Мишель ничуть не жалела о содеянном. Дадли получил по заслугам, а она две недели наслаждалась его отсутствием.