Слабо?

***

— Не хочешь мне помочь? — спина уже затекла, а желание убираться так и не появилось. Хану осталось всего лишь домыть пол, но усталость после долгой тренировки даёт о себе знать и не даёт нормально закончить начатое. Сегодня его очередь убираться в аудитории, но он слишком устал и не выспался. К тому же ему ещё нужно сегодня на подработку в круглосуточное кафе, где он пробудет до самого утра. Смена Чанбин-хёна закончится через два часа, а это значит, что нужно ускоряться, потому что перед работой хотелось хоть часок вздремнуть. Радует только то что завтра выходной, и парень наконец-то сможет выспаться и отдохнуть. — Зачем? Ты и без меня прекрасно справляешься, — ответил Хёнджин присаживаясь на край парты. Ему было куда приятнее смотреть, как Хан убирается, чем помогать ему. — Ну-ну… Тогда сам будешь делать доклад на философию, — пробормотал парень, с удовольствием наблюдая, как вытягивается лицо старшего. Молча спрыгнув с парты, он пошёл в сторону маленькой кладовой в конце комнаты, где находилась вторая швабра и, всё так же не проронив ни слова, начал мыть пол. Смотря на всё это, Хан еле сдерживал рвущийся наружу смех. Когда рядом Хван Хёнджин, Джисону вообще очень сложно сдерживать улыбку. Смотря на него просто постоянно хочется улыбаться. А ещё сгрести парня в охапку, закутать в одеяло и никому никогда не показывать. Но к сожалению, по мнению Джисона, старший вряд ли разделит его желание. — Когда ты уже найдешь себе девушку, Хан Джисон? — неожиданно пробормотал Хёнджин, разрывая тишину. — Хён, у тебя температура? Ты заболел? С каких пор ты стал переживать и интересоваться моей личной жизнью? — заканчивая уборку и подходя ближе сказал Джисон. Не услышав ответ, он положил руку на лоб стоящего перед ним парня, чтобы проверить своё предположение. — Странно, температуры вроде нет. Но если тебе действительно интересно, то если я хотел бы начать встречаться с кем-то, вряд ли ждал бы твоего царского разрешения. Расслабься, выдохни. — Ах да, я же забыл… — грустно вздохнув Хван замолчал и сложил руки на груди. И, замечая абсолютно ничего не понимающий взгляд младшего, ответил — Ты же трусливая белка. Не сможешь признаться девушке, что она тебе нравится. Белка… Блядская кличка которую Хёнджин дал Джисону ещё в начале их знакомства. Хан конечно в долгу не остался, но когда старший его так называет постоянно он жутко бесится. Спустя некоторое время об этом прозвище прознал Минхо и Чан с Чанбином, но с их уст звучит не так раздражающе и язвительно. Когда его так называл Крис это вообще звучало почти как комплимент. Впрочем, от Чана вообще всё звучит как чёртов комплимент. — Я?! Забываешься, принцесса, — сощурив глаза, Хан отошёл на несколько шагов от парня и начал собирать свои вещи. — Да-а-а? Поспорим? — У тебя такой задорный огонек в глазах появился. Уж не опилки ли в голове тлеть начали? Или у тебя в голове и опилок нет? — Ха-ха. Очень смешно. Можно отвечать на вопросы без своего привычного недо-сарказма? — А можно задавать вопросы без своей привычной тупости? — но уже спустя несколько секунд заинтересовано спросил. — На что спорим? — Если ты не трус, то точно сможешь признаться кому-то в любви или поцеловать, верно? — начал Хван и дождавшись утвердительного кивка продолжил. — Условия таковы — ты прямо сейчас идёшь и целуешь девушку, которая тебе хоть немного нравится. Если ты не трусливая белка, как утверждаешь, то у тебя всё выйдет, так? — А тебе то, что с того? Встречаюсь я с кем-то или нет — это моё дело. Да и вообще, что с тобой не так, а Хван? — А тебе что, слабо? Или уже струсил? «Парень, ты даже не представляешь, во что ввязываешься» — А может ты это подстроил? — В каком смысле? — В здравом. Хотя нет, здравого смысла у тебя и в помине нет. Может вы вместе с Минхо подстроили мне какую-то гадость, — на ходу придумывал Хан. И ежу понятно что Минхо не станет на право и налево трещать о том, кто кому нравится. Минхо просто не станет ни с кем разговаривать. — Это не так. Но у меня нет доказательств. Да я вообще не знаю, как это можно доказать. Так что тебе придётся мне поверить на слово. — Ладно, я согласен, — с притворным недоверием Джисон посмотрел на парня и протянул руку. А уже после, не отпуская чужую ладонь рванул её на себя. И пока Хёнджин не опомнился — поцеловал, запуская пальцы в длинные светлые волосы. Нежно, бережно, пресекая все пути к отступлению. Губы у Хвана прохладные и чуть сладковатые на вкус. Желанные. Но спустя несколько секунд отстранился и со смешинками в глазах посмотрел на немного потерянное, но счастливое лицо напротив. — Мне нравишься ты. Теперь это твоя проблема, — сказал Хан, отстраняясь парня. — Целиком и полностью с тобой согласен. Ты — моя проблема. Только моя, — пробормотал Хёнджин, прижимаясь к чужим губам.