Повести о мисс Холмс.

      Это было обычное, серое Лондонское утро. По затуманенным улицам только начинали ездить машины, пешеходов было крайне мало, никто не хотел выходить на холод, в это октябрьское утро. Девушка, лет 22, только проснулась, нельзя сказать, что она проснулась поздно, но для неё это было сравнительно рано. Проснулась она не сама, а от назойливого будильника, который продолжал орать, пока девушка не схватила его и со всей силы ударила по нему рукой. Будильник жалобно пискнул и замолчал. Поморгав с минуту и пошарив рукой по тумбочке она нашла свои чёрные квадратные очки, надев их, она привычным пристально-оценивающим взглядом осмотрела комнату и ушла одеваться. К комнате особо нельзя было придраться. Комната, как комната, большая двухместная кровать, тумбочка, шкаф, комод из красного дерева, на стене, у двери висела таблица химических элементов, и окно, вид и которого, был не таким уж и живописным, на каменную стену за один день насмотришься вдоволь. Девушка надела, то, что надевала каждый день, чёрную рубашку, домашний красный шёлковый халат и брюки. Она вышла из комнаты и столкнулась с арендатором своей квартиры. -О! Здравствуй, Женя! — это была пожилая женщина, с светлыми, немного седыми короткими волосами, она всегда ходила в юбке и блузке, на её лице было много морщин, но её живые глаза осматривали каждую частичку души, — Ты сегодня рано проснулась, не как обычно. -С добрым утром, миссис Хадсон! — улыбнулась ей Женя.- У меня сломался будильник… -Евгения Холмс! Не знала, что Вы улыбаетесь.- воскликнула арендаторша ставя на столик поднос с чаем и завтрак.- Это первый и последний раз когда я отношу Вам завтрак, леди, Я не ваша домработница! -Знаю, миссис Хадсон, знаю. Я могла и сама приготовить… -Знаю я, как Вы готовите, заранее пожарных вызывай…- ухмыльнулась арендаторша и ушла к себе. Да… Это была та самая, известная на весь Лондон девушка, Евгения Холмс, разгадывающая самые сложные загадки, дочь великого Шерлока Холмса! Но, это было не так важно, по мнению Жени они были совершенно не похожи, но это было не так. Они были копиями друг друга, Женя носила его одежду, жила в его квартире, такая же худая, она была очень бледной, сравнить её можно было только со смертью или вампиром, длинные тонкие пальцы, большие, чёрные глаза, как бездонная яма, в них не видно было зрачков, очень высокий рост и тонкие стопы, с первого взгляда нельзя было понять, что это девушка, у неё не было большой груди, как у девушек в её возрасте и короткие чёрные курчавые волосы. А это, была та самая квартира на Бейкер-стрит 221b, на втором этаже, вверх по скрипучей деревянной лестнице, белые с чёрным узором обои, на которых нарисован балончиком жёлтый смайлик, и висит картина с человеческим черепом, рядом со стеной стоял кожаный диван, в полный рост Жени, над ним висела лампочка, которая переодически моргала. У большого окна стоит ящик, с разным, старым барахлом, рядом с ящиком, пюпитр, на нём ноты, а на подоконнике скрипка и разные бумажки, Моцарт, Бах, Бетховен и Прокофьев, ручки. По правую сторону от окна в стену встроен шкаф с книгами, некоторые из них нетронуты, такие как четыре тома Черчилля, а некоторые, как Конан Дойль, Эдгар Алан По, Фёдор Достоевский, Агата Кристи и книги по анатомии, уже истрепались, слишком много их читали и перечитывали, всё полки покрыты толстым слоем пыли, без намёка на уборку. Между двумя окнами стоял стол-шкаф, на его полках стояли разные сочинения, радио и много чего ещё, а сам стол был завален бумажками, башнями из кружек, но на нём чётко стоял ноутбук, череп, настольная лампа и баночка с карандашами и ручками. На стене висел чёрный череп то, козы, то вола́, на него были надеты наушники, слева от окна стоял встроенный в стену шкаф, со стеклянными полочками, на них стояли чайники, шприцы, таблетки, пистолет, безделушки и фото отца со своим другом и его женой… Рядом с ним, угол в угол, стоял ещё один шкаф с книгами, такой же пыльный. Между шкафом и камином стоял торшер, а под ним валялась груда книг. Камин, из гранита, в котором всегда горит огонь, над ним зеркало, на камине две свечи, деревянная доска, в которой торчит нож и коллекция бабочек. Перед камином два уютных, но разных кресла. Одно, старое, как будто взято у бабушки, бордового цвета, на нём подушка с узором английского флага, а напротив него современное, квадратное, с серой обивкой и железными прутьями. Рядом с первым креслом стоит столик, на котором всегда было что-то, либо чай, либо печенька, либо газета. За креслом была раздвижная, стеклянная дверь в маленькую кухню, посередине стоял большой деревянной стол, заваленный пробирками, микроскопом, записями и рецептами. В дальнем углу стоял холодильник, в котором, как и должно быть на Бейкер-стрит 221b лежали разные части тела человека. Рядом с холодильником было окно, между шкафчиками, с посудой и столовыми приборами, напротив стола висели верёвки с разными бумажками, фотографиями и информацией. Самая обычная квартира, с самым необычным обитателем… Женя долго изучала взглядом овсянку и чай, отнеся поднос на кухню быстро пошла одеваться, есть ей точно не хотелось. -Уже два дня ничего не ем, — бурчала себе под нос Холмс, застёгивая пуговицу бежевого, тонкого плаща, который никак не подходил по погоде, надевая на плечи, заранее собранный рюкзак, Женя сбежала по лестнице вниз и выкрикнув напоследок, — До встречи, Миссис Хадсон, буду вечером! Если придёт дядя Майкрофт, пошлите его куда подальше! — и она выбежала на прохладно-морозную улицу. По улице уже во всю шла жизнь, даже не шла, а бежала, спешила, толпилась. Махнув рукой девушка поймала такси, прыгнув в тёплую машину она сказала: -Больница Святого Варфоломея, пожалуйста. -Угу.- ответил таксист и спокойно, но быстро проехал. За окном мелькали серые лондонские домики, машины, люди сновали туда сюда, как муравьи в муравейнике… Как же скучен мир, для неё, всё слишком легкомысленные, не нужные части уравнения, убрать одно, ничего не измениться. От скуки Женя начала хрустеть пальцами, как маленький ребёнок она сжимала их, оттягивала, до характерного хруста, вытягивала, получалась целая симфония, которая, связи с частыми нервными тиками, успокаивала её. Они приехали очень быстро, отдав таксисту деньги, Женя со всех ног понеслась в морг, в её убежище, там её видели только мёртвые, да и то вряд-ли, она никуда не опаздывала, просто ей очень хотелось уйти от людей, хоть она и была психологически-неуравновешенным человеком, но кого, кого, а людей она точно не жаловала, хоть и работала детективом. На ходу снимая плащ, Женя зашла в лабораторию. Это была большая комната, в ней всё очень сильно изменилось, когда Шерлок был здесь, всё было по другому, столы сдвинулись к стенам, на стенах висели пробковые доски, на другой стене висели полки с таблетками, пробирками, шприцами, пинцетами. Перед столами стоят стулья на колёсиках, Женя любила на них кататься, когда была помоложе. -О, Господи, мне двадцать два года, а я до сих пор люблю кататься на стуле.- приговаривала она рассеяно улыбаясь, вешая плащ на спинку стула и ставя рюкзак на свой стол. Она огляделась, главное, чтобы никто не вошёл и не увидел, как ОНА, Евгения Холмс, катается на стуле, оттолкнувшись от стола, она быстро покатилась к противоположной стене, а потом оттолкнувшись руками полетела обратно к столу. На её лице расплылась детская улыбка. -Переодически надо быть ребёнком.- вздохнула она и прямо в этот момент вошла Молли. Милая работница морга. У неё были длинные золотистые волосы, которые она завязала в густой, толстой пучок. Белый халат, голубые брюки, белая блузка. Её зелёные глаза, были довольно большими и из них лилось столько счастья и радости. На правой руке часы, на которые она постоянно смотрела. -Здравствуй, Молли.- поздоровалась Женя. Почёсывая затылок.- Сегодня есть кто-нибудь? -Приветик, Женя, давно я тебя не видела… -Всего деееень.- устало протянула девушка, кладя ноги на стол и закатывая глаза.- Ты ждёшь кого-то? -С чего ты взяла? — брови Молли сделали маленький домик. -Я не думаю, я знаю. Уже 16 раз ты посмотрела на часы, потом на дверь, так как ты не одета в уличную одежду, значит не ты куда-то идёшь, а к тебе, это точно не молодой человек, тогда бы ты накрасилась, но это не малознакомый тебе человек, это не мужчина, так как ты не нервничаешь. -Чёрт… Ненавижу твою дедукцию! -Я знааааю! — протянула Женя улыбаясь и надевая халат, с лабораторными очками.- Где мой скальпель? -На верхней полке в шкафу в лаборанской, там маленький набор. Женя зашла за скальпелем и баночкой, отправилась в комнату, которая была когда-то частью лаборатории- морг. Там лежало тело женщины, лет 30-32, она была мертва, Женя раскрыла это дело и теперь могла делать с трупом, всё, что хотела, никто никогда не приходит в морг посмотреть на покойного друга, родственника… Зачем? Они и так насмотрелись на него при жизни… Женя начала осторожно вырязать глаз, чтобы не задеть глазное яблоко, представьте себе эту картину: стоит девушка и вырезает глаз человеку, можете себе это представить? Протерев скальпель и положив два глаза в баночку с водой, чтобы они не высохли, она сняла очки и вошла в лабораторию. -Твоя гостья задерживается. -Она должна быть… Очень скоро… Женя посмотрела на часы. Время идёт так медленно… О Господи! Почему только десять часов утра?! Ну почему только десять?! Её томительные мысли прервал стук в дверь. Молли, присевшая за стол, вскочила и побежала открывать дверь. На пороге стояла среднего роста девушка, у неё были длинные золотистые волосы, завязанные в тугой хвост, на ней были розовые, идеально выглаженные брюки, её довольно среднюю грудь скрывала белая блузка в цветочек, на ней был белый халат, на ногах туфли на невысоком каблуке, в её правой руке была кожаная, дорогая сумка, на её пухлых губах была розовая помада, у неё были пухлые щёки, проницательные голубые, как бриллиант, глаза, длинные, немного подкрашенные, чёрные ресницы, на веках были тени, под цвет помады. -Здравствуйте! — улыбнулась она. -Здравствуй, Рози, проходи, не стесняйся, это моя гостья, — Быстро пробормотала Молли. Девушка, которую по всей видимости звали, Рози, прошла в лабораторию, но споткнувшись упала, содержимое сумки рассыпалось по полу, Молли подняла девушку и отряхнула ей брюки, а Женя, которая всё это время пристально рассматривала новоприбывшую, быстро сложила вещи в сумку и протянула ей. Когда они стояли рядом, разница в росте была огромная, цела голова. -Третий или четвёртый курс? — холодно спросила Женя у Роуз. -Что простите? — не поняла вопрос девушка. -Я спрашиваю, на каком курсе вы учитесь? Третий или четвертый? — чётко, по слогам повторила Холмс. -Третий… Но как вы узнали? -Я знаю о Вас больше, например… -Женя, хватит красоваться. -Молли, люди рождены красоваться, а теперь, — она повернулась к Роуз.- Вы учитесь на третьем курсе в Медицинском, вы в отношениях, и у вас сегодня свидание- о чём свидетельствует макияж, в универ никто не краситься, но сегодня вы пришли только на одну пару, а потом ушли, занятия заканчиваются в три часа дня, а в десять вы уже тут. Вы любите розовый цвет, — цветы на блузке, брюки, помада, тени именно этого цвета, вы любите рисование, когда сумка упала, из неё выпал паспорт, в чехле на котором картина Винсента Ван Гога- «Звёздная ночь», никто бы не купил чехол с тем, что ему не нравится, вы правша, сумку держите в правой руке, сложные отношения с отцом, частые нервные тики, вы постоянно трогайте пуговицу своей блузки, отец и мать за Вас волнуются, звонили Вам пять раз, вы любите аккуратность и чистоту, литературу и музыку, Ваше имя Роуз. Вы не курите, не пьёте и не употребляет наркотики. отличница. Любите яблоки и чай. Я всё правильно сказала? Роуз огромными глазами смотрела на девушку, она не могла произнести ни слова, она была поражена, но всё-таки смогла выдавить из себя: -Абсолютно верно, но-но как?! -Вы смотрите, но не видите, меня зовут Евгения Холмс, вот мой номер, если что, звоните, — она улыбнулась и протянула бумажку с быстро написанным номером телефона, — Ваша фамилия? -Ватсон. Розамунд Ватсон.- она загадочно улыбнулась. -Молли, где мои сиги? — отвлеклась Женя от Розы. -Я знаю, что будет, если ты опять… Ну, ты поняла… -Они в левом ящике твоего стола? -Чёрт! -Спасибо.- ухмыльнулась Женя и достала из большого ящика три пачки сигарет, — Квадратик, практик гуд. Она села на стул положив ноги на письменный стол и затянулась. Изо рта вылетело облако дыма. Телефон громко завибрировал за соседним столом сидели Молли и Роуз и смешивали припараты. -ООООО, мой дядя узнал о моей нарко-зависимости. Сейчас будет весело, я на Бейкер-стрит.- она вскочила и схватив подмышку вещи вылетела из больницы, она бежала на Бейкер-стрит, в квартиру, в которой её поджидали незваные гости. Чуть ли не с ноги открывая дверь Женя вбежала в квартиру. В кресле сидел никто иной, как премьер-министр Англии- Майкрофт Холмс. У Жени он всегда, с самого детства, асоциировался с снеговиком, у которого перепутали шары. Снизу-средний, посередине-большой, а поверху-маленький. Он постоянно, даже, когда не было дождя, он был с зонтом. Он был в дорогом костюме, с красным галстуком, лаковые чёрные ботинки, начищенные до блеска, зелёные умные глаза были сосредоточены только на одной точке, на только что вошедшей племянице. -Здравствуй, дядя Майкрофт. Ты хотя бы предупредил, что в гости придёшь, я бы чай приготовила. -Привет, моя дорогая Женечка, скажи мне, где же ты, держись травку? -Так ты этих долбоносов привёл? У меня её нет! Сколько раз повторять! Вон из моего кресла! На кухне столпилось, как минимум человек пять, а может и больше, они открывали каждый шкаф, среди них были сержант Салли Донован, Грэг Лестрейд и Филлип Андерсон. -Это пальцы?! — воскликнула сержант. -Ну, не сигареты же?! Положи на место! Майкрофт, зачем это представление? -Тебя зовёт в гости один человек. Друг твоего отца… -Хм, у моего отца были друзья?! Не верю, — ухмыльнулась Женя. -Ну, ты же как-то получилась… -Дядя Майкрофт, мне 22 года, я закончила Оксворд. Давай без этого… Ты же как-то Грэга встретил… -Чшшш! Я просил не говорить… -Ну так? Во сколько? Где? -Сегодня в пять вечера, вот по этому адресу.- Майкрофт протянул племяннице бумажку с адресом. -Знакомое место… Ты там будешь? -Нет, у меня заседание, насчёт выборов в Росси. Но я прошу тебя, не опаздывать. -Хорошо, хорошо. Майкрофт махнул рукой и полицейские двинулись к выходу. Холмс старший встал и хотел было попрощаться, но Женя перебила его: -Не забывай подстраховываться перед заседанием, а то бедный Грэг ходить нормально не может, — подмигнула ему Женя, — Ты понимаешь, в мире, где даже ты мне кажешься идиотом, какого мне с остальными. Я живу в мире полных людей движущихся в обратном направлении по ступеням эволюции. Удачи, Майкрофт Холмс… Майкрофт не смог проронить даже слово, он просто вышел. Женя лежала в комнате, она выкуривал уже третью пачку сигарет за три четыре часа. Волосы смялись в комок, вся перельница забита пеплом. Она перевела взгляд на часы. -Чёрт! Чёрт! Чёрт! Пора выходить. Она вскочила с кровати, расчесалась и схватив плащ выбежала по адресу, в такси прыгать не хотелось, зачем лишние деньги тратить? И так добежит. Не впервой… Женя бежала очень быстро, сравниваясь с адресом. И наконец… Тот самый дом, не большой, белый, двухэтажный. Она успела во время, у неё остаётся целых три минуты и сорок две секунды. Женя встала у двери и посмотрела на часы на запястье. Считая секунды до встречи. Десять… А вдруг это не тот друг? Девять… А что если он её не узнает? Восемь… А это точно этот адрес? Семь… А она так одета? Шесть… Ватсон… Что-то знакомое… Пять… Скорее бы… Четыре… Интересно, сколько они дружили? Три… Надо произвести впечатление? Два… Не нервничай, Женя, всё в норме… Один… Женя нажала на дверной звонок. Внутри раздался топот ног и женский голос сказал: -Кто там? -Я Евгения Холмс… Дверь открылась и из щёлки высунулось приятное, морщинистое, женское лицо. Светлое каре, зелёные глаза, светлая улыбка, голубая майка, брюки и пиджак, всё одного цвета… --Вы Мэри Морстен? — спросила Женя. -Да, — улыбнулась Мэри, открывая двери для гостьи, — Проходи, ты пришла первая. Такой большой дом… Два этажа, просторная гостиная, с телевизором, белыми стенами, светлая кухня-столовая, много окон. -У вас очень красиво, — Женя слишком была поражена красотой дома, что её голос немного изменился, — Миссис, Морстен… -Можно просто Мэри. -Хорошо, тогда меня можно просто Женя… -Присаживайся, — Мэри указала ей на диван, — Милый! Женя пришла! Женя Холмс! Из кухни вышел мужчина с платиновыми волосами, усталым взглядом голубых глаз, с морщинами на лице, в клетчатой, мятой в нескольких местах рубашке. -Велосипед не поможет…- сказала Женя, — Советую зал. -Джон Ватсон…- он не закончил. -Пятый Нортумберлендский, три года в Авганистане, военный врач. Приятно познакомиться. Евгения Холмс, дочь Шерлока Холмса, с ним вы должны быть знакомым. Они сели на диван, и начали в тишине пить чай, потом пришла Молли, атмосфера была очень натянутой, Женя чувствовала себя крайне неудобно… Ситуацию спасла Роуз, которая спустилась из своей комнаты со второго этажа и увидела Женю. -О, здравствуй! -Привет, Роуз. -Рози, милая, когда вы познакомились? -Она… Она…- замялась Роуз. -Я встретила её, когда она выходила из института, у неё сумка упала, я помогла., — спасла положение Женя. А ведь врать она умела очень хорошо. Телефон в её кармане завибрировал, оповещая о звонке. -О, это Грэг. Алло. -Женя, тут такое дело…- ответила трубка. -А по короче можно? -Убийство на улиц… -Все подробности в смс, скоро буду. Роуз, ты со мной? Отказ не принимается, под мою ответственность, — она ответила одним предложение на все вопросы, которые так хотели задать остальные. -Лааадно…- протянул вздыхая Джон Ватсон. -Надеюсь ещё увидимся, — таинственно улыбнулась Женя и вышла из дома на тёмную улицу.