Парень из чащи леса

Звонок на урок.       — Итак, дети…       — Мы Вам не дети, — без зазрения совести перебил преподавателя Антон, вальяжно развалившись за третьей партой.       — Хорошо, значит ребята. Так вот, летом у вас есть возможность отправиться в поход…       — Мы разве похожи на кочевников? Вроде как ученики самой престижной школы, — и весь класс загоготал.       — Антон, ты прекратишь меня перебивать?!       — Для Вас я — Вы, и да, прошу прощения, что говорю, когда вы перебиваете…       — Хватит! Летом организуется отряд, чтобы жить на опушке в лесу. Кто хочет — подходит на перемене и записывается. Шастун, тебя родители просили записать первым…       — Эй, вы что-то путаете, мы уезжаем в Штаты на всё лето сразу после экзаменов.       — Ничего не знаю. Ты едешь в поход. Всем хорошего дня! — и учительница вышла из кабинета.       — Дичь покорябанная, — процедил парень сквозь зубы.

***

      Остальные уроки прошли также как и обычно: Антон то и дело задирал учителей, оставаясь сухим, как гусь; на переменах он со своей шайкой показали какому-то храброму пацану, кто здесь главный. Его девушка Ира была просто идеальной парой для него: такая же стерва, такая же сучка.       Вся школа от учеников до директора держалась под жестким контролем этой группы. Благодаря богатым и влиятельным родителям, им все сходило с рук.       — Слышь, зубочистка, — кто-то окрикнул Антона.       — Фильтруй хрюканину, — ответил парень.       — А чё, мы даже оторваться от Иркиных фоток не можем?       — Ты откуда такой бессмертный вылез, — приподнялся русоволосый на локтях, отодвигая свою девушку и метая молнии и гнев в собеседника. — Или напомнить, где твое место?       — Себе напомни, — и в следующую секунду удар приходится на челюсть Шастуна. — Без своих дружков не можешь? Все вы такие, и эта шалава твоя, только и готова скакать на тебе ради денег.       Ой парень, лучше бы ты не лез… Они начали друг друга колотить, пока вокруг не собралась толпа из учеников, которые делали ставки. Антон и этот «уебок», как он его позже называл, повалили друг друга на пол, пытаясь не то придушить, не то посильнее приложить головой к полу. Вскоре подбежали учителя и развели парней. Драчуны еще порывались накостылять друг другу, но крепкие руки физика и географа не позволяли особо двигаться.       — Ты пожалеешь, что перешел мне дорогу, — прошипел Шастун, продолжая дергаться из рук преподавателя.       — Увидимся ещё, если кто-то другой не сломает тебя, — ухмыльнулся парень, втягивая носом вытекающую струйку алой жидкости.       Антон еще раз попытался рыпнуться, но руки физика слишком больно сдавили предплечья, и от этой попытки пришлось отказаться.       Следующий урок они благополучно провели в кабинете директора. Беседа была долгой и нудной, иногда она прерывалась ядовитыми фразочками парней, заставляя руководителя школы начать распинаться и по ним тоже.       Едва дверь закрылась они снова начали препираться, но дело не дошло до драки, так как их пути разошлись раньше.

***

      — Ну, мам! Почему я не могу поехать с вами? Зачем мне этот поход?       — Тош, не забывай, что тебе еще поступать. А для этого нужны деньги. А чтобы они были, надо где-то сэкономить.       — Охуеть, спасибо. Большое спасибо! Я сердечно благодарен вам!       Вечером, после домашки, русоволосый устроил скандал отцу. Глава семьи был непреклонен в своем решении, и на любые причины отвечал или молчанием или ультиматумом. Как только все разумные аргументы закончились, Шастун-младший хлопнул дверью и закрылся в своей комнате.       Он долго ходил туда-сюда удивляясь несправедливости этого мира и тому, как сильно его все достали. «Может они и правы. Кто в походе будет докапываться до меня, а?» — именно такие мысли пронеслись в раскалывающейся от драки голове. «Видно хорошенько он меня приложил». Из зеркала, на него смотрел молодой парень со слегка загоревшим изящным лицом, которое выражало усталость всего мира. Немного саднящие четкие губы, потускневшие зеленые глаза, бледная шея, сильные плечи, мускулистые руки с парой синяков и вздымающаяся грудь — все это он мог рассмотреть в отражении.       Безусловно Антон со своими внешними близкими к аристократическим характеристиками был мечтой всей прекрасной половины школы. Каждая ученица хотела быть его девушкой. Каждая хотела принадлежать «аристократу». Многие даже насильно пытались его соблазнять, но он лишь играл с ними. Его внимание зацепилось на Ире, и уж в чем, в чем, а в верности Антона нельзя было сомневаться. Да, он мог свободно флиртовать со всеми, но изменить — ни за что.

***

      Конец учебного года неумолимо приближался. Экзамены и поступление подкрадывались ближе и ближе. Того задиристого парня шайка больше не трогала, но и он лишний раз старался не переходить им дорогу. Учителя все больше и больше заваливали учеников пробниками, казалось, им было все равно, на состояние детей. И только уроки физ-ры или классные часы становились реальным спасением, хотя насчет классных часов это спорный вопрос. Не знаешь, что лучше: решать пробник и разбирать его, или слушать лекции классухи о ВУЗах и поступлении.       — …Именно поэтому этот ВУЗ так ценится в нашей стране и все хотят в него поступить. На этом про поступление на сегодня всё, — класс облегченно вздохнул, после чего разочарованно выдохнул. — Да, ребят, те кто едет в поход. Я вам сегодня скину список необходимых вещей, чтобы вы могли подготовиться, и список вашего отряда. Также расскажу общую информацию…       — Ондатра тоскливая, — промычал Антон Ире. — Когда она уже заткнется?       — И да, Антон, ты будешь за главного вашей группы, до встречи с вожатым.       — Но…       — Тема закрыта, идите на следующий урок.       — Мышь волосатая, — процедил парень, отталкивая руки его девушки, которая хотела его обнять.

***

      — Арсюш!       — Да, бабуль?       — Ты не опоздаешь? Уже без пятнадцати восемь.       — Я уже собираюсь, не переживай. Кстати, вернусь сегодня в четыре-полпятого.       — А чегой-то так поздно?       — Да нас там немного задержат. Ладно, я побежал, — и он напоследок поцеловал бабушку в щеку, выражая всю свою любовь и доброту.       Быстрым шагом Арсений шел по главной улице деревни к остановке. Молодые листочки деревьев, серые крыши домов и белоснежные цветы яблонь и груш тянулись вдоль дороги. Золотой крест на церкви отражал лучи восходящего солнца, а птицы щебетали свои веселые песни. Прохладный ветерок обдувал парня, играя с его темно каштановыми волосами и краем красной клетчатой рубашки.       В его небольшой деревне не было школы, поэтому приходилось добираться пешком до остановки, а оттуда на маршрутке до ближайшего ПГТ. По пути к общественному транспорту собиралась толпа примерно из 10 человек, и все вместе они ехали учиться. Арсений был одним из самых старших в компании, поэтому он считался своеобразным сопровождающим для ребят помладше. В маршрутке было весело, потому что ее водитель — дядя Вася всегда был на одной волне с этой компанией и мог спокойно поддержать разговор, выслушать и дать какой-то дельный совет. За хорошую учебу он даже предоставлял скидки или вовсе бесплатный проезд.       — Привет, ребятня. Вы уже готовы к экзаменам и выходным?       — Ну, знаете, если учесть, что сегодня в клубе рядом со школой будет дискотека, то да, — ответила какая-то девочка.       — Везет вам, а кто пойдет?       — Я, я, я — послышалось из разный концов.       — А ты, Арс?       — А я обещал бабушке помочь. Возможно как-нибудь в другой раз. Вообще, я не очень люблю этот шум…       — Ну ты зануда, Попов, — крикнул пацан с переднего сидения. — Отказываешься от такого удовольствия…       — Если захочу бухнуть, то сделаю это дома, — в глазах цвета голубого пепла загорелся азартный огонек.       — Боишься не доползешь до порога? — брал его на слабо этот паренек.       — Да запросто. Сегодня в 7 около клуба.       — Идет!       Зачем он согласился? Как он успеет помочь бабушке и попасть на дискотеку? Каким образом он вернется домой, и вернется ли вообще? Именно над этими вопросами размышлял Арсений всю дорогу до школы.

***

      Экзамен пролетел довольно быстро, а наш герой так и не придумал, что будет делать. В любом случае он сейчас вернется домой, а там уже будет видно. Солнце светило теперь не так ярко, листья как будто побледнели, а щебетание птиц превратилось в унылое пение. На крыльце на гвоздике под потолком висели ключи от дома, а это значит, что бабушка куда-то ушла.       На кухне на столе уже стояла тарелка горячего борща, еще не успевшего остыть, со сметаной и листочками петрушки. От одного только вида по телу растеклось приятное тепло «забота». Рядом лежала записка: Арсюш, суп на столе. Как пообедаешь наколи дров и принеси воды. Я уехала к тете Маше, буду часов в 8. Бабушка «Хорошо, значит я тоже смогу погулять, и никто не будет против». Поднявшись к себе в комнату, Арсений поставил рюкзак у рабочего места и переоделся в домашнее: серые шорты и футболку с каким-то мультяшным персонажем. Обед был просто идеальным, потому что бабушкин борщ не сравнится ни с каким другим. После него парень решил немного отдохнуть, чтобы суп улегся, а затем заняться дровами и водой.       Не прошло и получаса, а Попов уже брал в слегка жилистые руки топор и готовился замахнуться над первым поленом. В мгновение ока оно раскололось на две части, а затем на четыре. От работы стало жарко, и парень стянул с себя футболку. Он снова замахнулся, и солнце осветило его тело атлетического сложения: крепкую шею, широкую спину, львиную грудь и шикарный торс. На ближайшие 2-3 двора разносился хруст поленьев и лязг топора, и одна девушка подсматривала за старшеклассником через забор.       — Кто тут у нас! Батюшки, какой мужчина… Арсений Сергеевич, а вы не знаете, когда будете свободны? Может быть к нам заглянули, — начала кокетничать она.       — Ой, дел не в проворот…       — А, ну потнятно, за другими приухаживаешь, а то грешно такому красавчику и без пары быть.       — Да, вот не нашел я еще ту самую. И кстати, ты знала, что подсматривать нехорошо?       — Разве тут удержишься, когда такой идеал, — начала она уже описывать достоинства парня.       — Вам только красивых и подавай, а простых взашей гоните.       Раздался последний удар топора и Арсений вбил его в пень. Он сложил все наколотые дрова, взял ведра и пошел к колодцу. Носить воду было гораздо тяжелее, но кто тогда сделал бы это за него?

***

      Черная футболка с каким-то белым рисунком, такие же по цвету рубашка с коротким рукавом, джинсы и кроссовки делали образ дерзким, стильным, но ничуть не мрачным.*       Фиолетовый свет, громкая музыка, облако дыма под потолком, резкий запах перегара — именно таким был клуб около школы. Полупьяные и пьяные тела двигались под какую-то современную попсу, пока другие сидели и вливали в себя алкоголь и вдыхали дым кальянов.       — Слышь, Сень, чё ты такой скучный? — заплетающимся языком пробормотал парень, с которым они сегодня утром поспорили. — Фу, да ты еще и трезвый, ваще параша…       — Иди куда шел…       — Я к тебе и шел, — шатался пацан. — Пойдем в игру играть…       И он потащил Попова к барной стойке. Там уже были 7 человек, готовые участвовать в этом развлечении. Правила были до ужаса простыми: либо выполняешь действие, либо пьешь рюмку водки.       — А вот и наш новый игрок Сеня, — пьяно протянул парень, держась за нашего героя.       — Олег, заткнись или я тебе чердак снесу, — прошипел брюнет и с силой сжал запястье друга.       Дальше был дурдом. То нужно было потанцевать с кем-то, то поцеловать кого-то, то еще что-то сделать. «Шлепни вон ту девушку в блестящем платье», «А познакомься вон с тем парнем», «Сними с меня любую часть одежды» эти и другие действия выпадали нашему герою. Вечер был полон разврата и алкоголя. Сначала Арсений держался, но с каждой выпитой рюмкой знакомых, выпивал и он, поскольку выполнять непристойные задания не хотелось даже на затуманенную голову. Время было около полуночи, когда парень вышел из клуба, а за ним до самого дома тянулся перегарный шлейф…

***

      Луч яркого солнца светил точно в лицо Арсению. Он попытался зарыться в одеяло и, не найдя его, мгновенно открыл глаза. Вокруг была его комната, он лежал на заправленной кровати, а дверь была плотно закрыта. Через секунду парень почувствовал запах алкоголя, вызвавший сиюминутное желание открыть окно. Но едва он встал с кровати, голова пошла кругом, и чтобы не упасть, брюнету нужно было схватиться за что-нибудь. Этим «чем-нибудь» оказался шкаф. Придерживаясь за него, Арсений дошел до окна и раскрыл его. Свежий утренний воздух ворвался в комнату, вытесняя спертый ночной с львиной долей перегара. Дышать стало легче, и голова перестала раскалываться. Отвернувшись от окна, его взгляд задержался на зеркале, а именно его отражении.       Он спал всю ночь или все утро в той же одежде, в которой вчера был в клубе. Мятая рубашка с футболкой, взъерошенные волосы, придавали Арсению еще более неопрятный вид, который можно было представить. Слава Богу, хоть жопа не болит с улыбкой подумал брюнет, боясь вспоминать вчерашний вечер. Хоть он и не нажирался как свинья, более того сам дошел до дома, легкое похмелье не давало забыть себя, путем потрепанного внешнего вида.       — Арсюша, ты уже проснулся, — сказала бабушка, пока суетилась на кухне. — Я увидела твою записку, но когда-же ты вчера пришел?       — Да наверное к часу ночи или полвторого… Меня разве не было слышно?       — Нет, а должно было быть?       — Не не не, просто вдруг…       — Ладно, не буду пытать тебя. Ты лучше завтракай и потом зайди к Сергеичу. А я с Валькой и Анькой по делам съезжу.       — Хорошо.       Завтрак был очень вкусным и парню не хотелось его заканчивать, однако дела ждут, и их надо выполнять. Закрыв дверь, он направился к Сергеичу. По пути он встретил друзей и знакомых, которые отрабатывали свои ночные гуляния и дебоширы. Кто-то рубил дрова, носил воду или убирал дом и смотрел за хозяйством.       Сергеич был своеобразный председатель их деревни, который узнавал новости и заведовал различными местными организациями, например, устанавливал график пасения скота или уборки улиц.       — Здарова, Сергеич!       — Привет, Сень. Ты вчера что делал?       — Был в школе, а потом мы отдыхали…       — Отлично, как совпало-то. Значит сегодня ты пасешь наших девочек.       — Но…       — Ты и точка. Можешь сейчас собирать их и идти на поле.       — Хорошо, — понуро ответил брюнет, морально готовясь к самому скучному времяпровождению.       Чем можно заняться в поле? Первая мысль — сидеть в телефоне. Но мобильный интернет не вечный, поэтому этот вариант отпадает. Говорить с коровами? Да ну, бред. Просто втыкать в небо — скука смертная. Сделать что-нибудь из травы и дать съесть корове? Бесполезно и досадно. Поэтому парень решает просто полежать в тени кустика ближайшие 2-2,5 часа.       Время тянулось бесконечно долго; то там, то тут раздавалось мычание коров и равномерное пережевывание травы. Все игры на телефоне были пройдены, все видео и фото сто раз просмотрены, прежде чем прошли эти самые скучные два часа в жизни Арсения. Он почти бегом вел стадо в деревню, желая поскорее слинять куда-нибудь погулять. Последняя Буренка была загнана домой, и парень помчался к себе выполнять поручения по хозяйству. Из всего великолепия бабушка попросила лишь вымыть посуду и полить огород. И то и другое было быстро и качественно сделано, и брюнет схватив велосипед с толстовкой смылся на прогулку.       В лесу, где он и решил покататься, было прохладно и спокойно. Высокие старые сосны создавали полумрак, а запах хвои вселял умиротворение. Парень бесшумно ехал по лесу, улавливая его звуки и наслаждаясь жизнью. Педали легко крутились даже при подъеме в горку, тропинка петляла то в одну сторону, то в другую, а голубое и бесконечное небо мелькало между сосновыми кронами.       Вскоре Арсений добрался до своего тайного места. Это был небольшой выступ на холме, с которого открывался потрясающий вид на деревню, можно даже сказать, что это смотровая площадка. Несмотря на достаточно открытое место, там никогда не было сквозняков. Тень от старых деревьев дарила божественную прохладу. Рядом с этим уголком был достаточно крутой спуск вниз к реке, за которой и была деревня. Об этом месте немногие знали и это придавало ему некую таинственность до этого дня.

***

      — Ну вот мы и пришли, — радостно сообщил вожатый Никита, когда они добрались до полянки.       — Сколько мы сюда перлись, и почему не на машинах? — вздыхала Ира, которая не хотела отпускать Антона одного на долгое время в поход.       — Потому что мы испытываем наши силы…       — Тогда я признаю, что я слабая, — перебила Никиту девушка.       — Зайка, не расстраивайся, — промурлыкал ей на ухо Антон, который уже поставил рюкзак на землю. — Надо лишь потерпеть, и я облегчу твои страдания…       — Далеко не отходим, радиус 20 метров — самое большее, — почти прокричал вожатый.       Следующие пару часов они провели за сборкой палаток и поисках дров для костра. С палатками были небольшие проблемки, в основном из-за колышков, которых то хватало, то наоборот, или спицы разгибались и не позволяли натянуть ткань. С дровами всё легче, так как обломанных веток было достаточно много для костра.       Следом за обустройством самого лагеря, последовало приготовление ужина. Среди мешков с едой нашелся один с картошкой, и, вынув 20 штук, девочкам было дано задание почистить ее.       — Что? Чистить картошку? — начали скулить девочки. — У меня маникюр, я его испорчу…       — Хорошо, значит и ужинать вы будете своими мАнИкЮрАмИ, — усмехнулся Никита, мастерски орудуя ножом. — И кормить парней тоже.       Девушки ничего не ответили и продолжили чистить эту злосчастную картошку, слушая увлекательные истории вожатого. По окончании этого процесса, никто не порезался, что очень удивительно, ведь у всех были домохозяйки. Ужин ребята поставили вариться в котелке, а сами начали петь разные песни под гитару. Была и классика и новые исполнители: Цой, Сплин, Жуки, Баста, Гречка, Нервы, Звери…       Все это время Арсений наблюдал из своего укрытия за этим лагерем. «Сто процентов городские. Даже наверное мажоры, потому что такие неженки, что просто выворачивает. А этот Никита попроще, не такой аристократ. Может познакомиться? Да ну… Мало того, что пошлют, так еще и зачмырят.» На этом он и решил, что будет просто наблюдать.

***

      Уже через 5 песен Ира с Антоном отлучились ненадолго, под предлогом потерянного кольца. Они двинулись в сторону полянки, где как раз находился наш паренек. Он едва успел нырнуть за дерево, прежде чем эти двое завалились на лужайку.       — Ира… — русоволосый выдохнул в волосы девушки, после чего улыбнулся. — Помнишь, я говорил, что нужно подождать? Теперь не нужно…       — Антон, — это имя, как сладкий стон, вырвалось из уст выпускницы, пока его обладатель одаривал ее ключицы многократными поцелуями. — Я…       — Не говори ничего, — парень вернулся к ее лицу и увел в долгий влажный поцелуй.       Он заставил ее схватиться одной рукой за кору дерева, а другой скользнуть по его волосам, притершись пахом к ее бедрам. Язык Антона толкался внутрь, также нагло, как и его напряженный орган распирал ткань джинсов. Хотелось больше, хотелось дальше, хотелось целиком… За всем этим порно-онлайн-без-смс-и-регистрации наблюдал Арсений, и когда рука девушки потянулась к штанам своего парня, он не выдержал:       — Может ты ее еще и трахнешь сейчас?       Эта фраза заставила вздрогнуть влюбленную парочку. Они не сразу отлипли друг от друга, и первым пришел в себя Антон.       — Чё? — от отвел взгляд от смущенной девушки и встретился глазами с 2 васильками напротив.       — Для глухих повторю, может ее и трахнешь сейчас, — Арсений понимал, что это ему аукнется, но сейчас было очень смешно.       — На кого шуршишь, пакетик? Ты знаешь кто я и кто мой отец? Если я захочу, от тебя живого места не останется…       — Да ладно, брось, я же пошутил, — улыбнулся брюнет и протянул руку. — Меня кстати Арсений зовут. Я из деревни внизу. Про ваши шуры-муры никому не скажу…       Сейчас все стало запутаннее. Антон и Ира не понимали, то ли он сумасшедший, то ли смешной парень. Знакомиться при таких обстоятельствах было очень неловко и странно, но русоволосый все-таки протянул руку:       — Антон, приехал из города вместе с лагерем. А это Ира, моя девушка.       — Очень приятно, — сказала она, все еще прячась за Антоном и боясь подойти к незнакомцу.       — Взаимно, — широко улыбнулся брюнет. — Как вам у нас?       — Неплохо… если хочешь, то можешь познакомиться с отрядом, — протянул Шастун, прогоняя всю ситуацию в голове уже 10 раз подряд.       Они втроем вышли из укромного местечка, и их фигуры озарились светом от костра, вокруг которого сидели выпускники и наблюдали за языками пламени, пока Никита играл какую-то незаурядную мелодию на гитаре. Веточки звонко потрескивали, и ежесекундно от них отлетали искорки, отражаясь в глазах ребят и оставляя за собой тонкую струйку дыма. Огонь согревал всех вокруг и объединял, казалось, что настал тот момент уюта и умиротворения, когда никакая опасность не угрожает, но внезапный шорох листвы и хвороста заставил всех вздрогнуть и обернуться. Из-за густых кустов сначала вышел Антон и, придерживая ветки, выпустил Иру и… кого еще? Все взгляды были прикованы к незнакомцу в черной толстовке, темными волосами и такими голубыми глазами, что в ночи могли поспорить с океаном насчет глубины.       — Знакомьтесь, это Арсений. Парень, который помог нам найти кольцо. Он живет здесь неподалеку, и мы решили пригласить его к нашему костру, — с паузами проговорил Антон, и несмотря на свой характер, почувствовал неловкость.       — Здрасте, — сказал Арсений и широко улыбнулся.       — Здорóво! Садись к нам, мы тут как раз под гитару поем, — Никита пожал руку и подвинулся.       — На гитаре значит… а можно мне что нибудь сыграть? Я конечно не профессионал, но что-нибудь тоже могу! — брюнет взял в руки инструмент, подкрутил колки и спросил. — Признавайтесь, что вы уже пели?       Эта развязанность Арсения и пугала и восхищала Антона, потому что с одной стороны, как он простой смертный, да еще из деревни, может так себя вести с людьми из высших слоев. Шастун сидел словно завороженный и следил за парнем: его руками, телом, глазами, губами… за каждым, мать его, движением! Осознав это, русоволосый быстро отвел взгляд, так как не хотел быть пойманным с поличным. Как так, он высокомерный и дерзкий ученик престижной школы запал на деревенского мальчишку? Чушь собачья…       — Ну… были Жуки, Цой, Баста… Еще Гречка была… Да-да, Гречка была… Вы забыли Нервы и Звери, — бормотали сынки и дочки богатых родителей, пока брюнет слушал их и вспоминал более-менее подходящие мелодии.       — Ага, значит все уже украдено до меня? Ладно, тогда будет а-ля кавер на что-то современное… ну давайте…       Едва его пальцы тронули струны, как послышались переливания высоких и глубоких звуков, заставляя табун мурашек пронестись по всему тело. Костер будто бы тоже услышал эту красоту и стал гореть ярче, оставляя блики на гладкой поверхности гитары… Языки пламени играли с тенями на лице Арсения, освещали и затемняли его скулы, нос, глаза… Господи, Антон опять смотрел в эти океаны ночного неба и тонул в них, не имея сил отвести взгляд. Мгновением позже, предмет обожания «аристократа» тихим голосом запел: Только костер и тишина Руки мои греют тебя Все разбрелись по парам домой Не уходи останься со мной Я расскажу, о чем сердце стучит Пьяный пацан, он ведь неисправим У многих людей, любовь взята в кредит А моя без тебя, ой как болит…       После этого подтянулись и другие ребята и завершали песню уже дружным хором молодых голосов. Вроде обычная попса русской эстрады, но из уст деревенского парня и в этой обстановке, песня звучала так душевно, что в некоторых моментах хотелось выть.       — А можешь еще что-нибудь сыграть? Ты просто так круто это делаешь…       — Я бы с радостью, но уже довольно поздно, да и мне уже пора. Если что, то могу завтра к вам еще раз прийти и показать, что у нас тут есть.       — Да, хорошо. А сейчас тогда отбой. Арс, ты сам доберешься?       — Вполне.       Брюнет уже развернулся и пошел в укромное место за велосипедом, когда услышал тихое «до завтра» от дерзкого парня-аристократа, которого застукал сегодня с девушкой…

***

      На часах было около четырех часов утра, когда Антон вздрогнул. Нет, его никто не испугал, просто мозг вдруг решил проверить живое ли тело или нет. Отойдя ото сна, парень почувствовал, что в палатке достаточно прохладно и, что костер уже давным-давно перестал тлеть. Их было четверо под одной крышей, и сейчас его девушка спала крепким сном, аккуратно обхватив руку «аристократа». Вскоре руки и ноги начали коченеть, и русоволосый решил пойти размяться, поскольку заснуть все равно уже не получится. Накинув спортивный костюм, он вылез из палатки и тихо прошел на ту полянку за кустами, где они встретили Арсения. С холма виднелась вся деревушка, которая сейчас утопала в туманном молоке, и где-то из-за горизонта начали появляться первые лучи раннего солнца, освещавшие золотой крест на куполе маленькой церквушки. Последние звезды блестели на светлеющем небе белыми точками и обещали вернуться к вечеру.       Все мысли Антона были сейчас заняты Арсением и Ирой. Он проживал все отношения с девушкой заново, пытался вспомнить счастливые и светлые моменты, проведенные с ней, но так и не с мог. Он рылся в закромах памяти, желая найти смысл их бытия вместе, но всё было напрасно. Она была лишь красивой и дорогой картинкой, не имеющей ничего ценного за собой. Ей нужно было лишь от него внимание и дорогие подарки, чтобы поднять статус в школе, но не более. А все ее ласки и поцелуи были лишь прикрытием… Было досадно осознавать, что Антон сам ее к себе подпустил и прикрыл глаза на всё это, однако один раз ошибившись — второй раз промашки не допустишь. А Арсений? А зачем думать об этой деревенщине…       — Что, тоже не спится? — горячая рука резко опустилась на плечо русоволосого, заставив вздоргнуть и схватить инфаркт. — Я тут решил к вам пораньше прийти. Думал вдруг вы уже встали…       — Ты чё совсем больной? Еще раз так сделаешь, и твой зубной состав тронется…       — Да хорош тебе. Я же слышал, как ты вчера сказал «до завтра», ну вот я и пришел.       — Боже, за что мне эта белка чернобыльская…       — Кто бы говорил, унитаз на лыжах, — Арсений увидел грозный взгляд, и продолжил, — Ну, а что? Ты вон какой бледный.       — Мы с тобой слишком разные, чтобы общаться на равне: я сын богатых родителей, а ты простой деревенский парень.       А дальше случилось нечто странное: брюнет дал слабый подзатыльник «аристократу» и рванул вниз по холму. Реакция Антона не дала себя долго ждать, и вот они вдвоем уже бегут вниз по склону, молясь всем богам, чтобы не споткнуться, а затем по полю. Лес остался позади и сейчас множество различных трав окружало парней. Роса быстро впитывалась в ткань, утяжеляя ее, и Антон остался где-то позади.       — Эй, стой, — Шастун пытался отдышаться и позвал брюнета к себе.       — Устал? — Арсений легко подбежал к Антону, хотя его штаны были такими же мокрыми и тяжелыми. — Слабенькие вы из города. Ладно, пойдем к вашему лагерю, а то волноваться будут.       Окей, наш «аристократ» признал, что он не самый спортивный среди знакомых. Окей, есть еще этот деревенский паренек.

***

      Они бесшумно шли под густыми кронами деревьев, сквозь которые были видны рваные кусочки розового неба. Просыпающийся лес — самое таинственное место в мире. Ветерок качал верхушки старых редких сосен и волнами пробегался по маленьким листочкам берез, а птицы начинали потихоньку возиться и наполнять лес шумом и гамом.       Арсений шел немного впереди, не нарушая личного пространства Антона, который плелся за ним, погруженный в свои мысли.       — Слушай! А вы сегодня что делаете? Может мы могли бы сгонять куда нибудь все вместе, — слова брюнета заставили парня вынырнуть из размышлений. — Например на речку, а?       — Хз, — только и ответил русоволосый, возвращаясь обратно к своим мыслям.

***

      Никита уже сидел около костра и орудовал ножом. Сначала он обстругал молоденькие веточки, чтобы на них можно было слегка поджарить хлеб, а после выстроил «шалашик» из хвороста, чтобы было на чем готовить.       — О, а я думал тебя волки украли, — хохотнул вожатый, вынимая из кармана коробок со спичками.       Антон ничего не ответил, лишь поднял голову и метнул на него взгляд, заставляющий мгновенно заткнуться.       — Кстати здорóво Арс, — продолжил уже чуть тише Никита и протянул руку.       — Привет.       «Аристократ» все так же не издавал ни звука и отправился в палатку, сопровождаемый гробовой тишиной, нарушаемой лишь потрескиванием уже разгорающегося костра. Внутри было не сильно теплее, однако хоть какая-то крыша над головой помогала немного уединиться.       Что, блять, происходит?! Что со мной не так? Почему я изменился? Надо мной смеются, задевают меня… Я стал… мягче? И этот Арсений… чё он ко мне прицепился? Я ему никто, и он мне тоже! И Никита со своим оптимизмом заебал уже. Сейчас я мог бы на пляже во Флориде лежать, так нет же, надо было меня в этот ебаный поход отправить… Сэкономить на учебу…       Теплая и нежная рука коснулась его колена и заставила оторваться от мыслей. Ира смотрела на него сонными глазами, что вызывало улыбку даже на лице сдержанного «аристократа», хотя они сотни раз просыпались в одной постели.       — Без тебя стало холодно и пришлось посильнее укутаться в одеяло. Это спасло, но Никита начал шуметь, — девушка закатила глаза. — Когда же это все кончится… Кстати, где ты был?       — Ну тогда могла бы и не ехать, если тебе тут так не нравится, а я бы потом вернулся, — «черт, что со мной? Я же уже все решил, что между нами все кончено! Достала ныть! Блин, я же ей не сказал… просто рука лицо».       — Тоесть ты хочешь сказать, что не рад мне? — ее бровь круто изогнулась в непонимании.       — Нет, наоборот… — «Да Господи, Шастун! Соберись, ты, тряпка, и скажи ей!»       — Ты стал странным… Природа на тебя пагубно влияет, — девушка окинула его оценивающим взглядом, после чего начала приводить себя в порядок.       — Одевайся и выходи.       У огня сидел только Никита: Арсений видно ушел домой. От этой картины стало как-то грустно. Без этого деревенского парня все вокруг было каким-то не тем. «Ну ушел и ушел, че бубнить-то… Мало ли какие у него дела? Интересно, а какие?..»       Чуть позже подтянулись и другие ребята, и все сели вокруг костра. Прохлада ночи все еще ощущалась и табуны мурашек бегали то по одной спине, то по другой. Куски хлеба румянились над свежими углями и покрывались золотистой корочкой. После этого, вожатый достал банку с вареньем, и каждый намазал себе достаточное количество этой вкуснятины. После завтрака ребята отправились за хворостом и просто погулять. Никита рассказывал что-то про животных, которых можно здесь встретить, и про растения в этом районе.       Вскоре они вернулись, и так как делать особо было нечего, то мальчики предложили поиграть во что-нибудь. Сначала это были прятки, и все пытались быть тоньше чем стволы деревьев, что получалось очень даже смешно. Потом решили в догонялки, чтобы размяться и разогнать кровь. Прыгать через кусты и поваленные старые деревья было жутко весело и легко и вызывало столько азарта, что остановиться заставила только нехватка дыхания и накаляющийся воздух. Когда была небольшая пауза из-за окружающей жары, кто-то крикнул:       — О, смотрите Арсений пришел!       Владелец этого имени, стоял облокотившись к дереву с мячом в руках. К обеду уже было очень тепло, а потому он был в шортах синего цвета и незамысловатой футболке.       — Эй, городские! Кто на речку? — хитрая ухмылка скользнула по его лицу, а затем все заголосили: «Я, я, я!»

***

      Идти было совсем недалеко, поскольку речка вилась голубой лентой у подножия холма, где был лагерь. Прибрежная полоса была песчаным пляжем, и манила скинуть верхнюю одежду и окунуться в прохладную воду.       Парни так и поступили и с разбегу залетели в речку, пока девочки искали кусты, где можно было бы раздеться без лишних глаз, после чего аккуратно разложили вещи на берегу и зашли в воду, морщась от внезапного холода. Арсений и Антон разделись и тоже разложили вещи, а затем Шастун хотел посмотреть на Попова, но заметил лишь широкую спину, скрывающуюся под водой. Все взгляды девчонок были прикованы к телу русоволосого, которое кстати казалось явным представителем греческих идеалов, так как вся прекрасная половина школы, мечтала увидеть «аристократа» хотя бы полуобнаженного, а сейчас упускать такую возможность никто не собирался. Однако среди женских глаз, русоволосый обнаружил два не женских василька, которые изучали его и будто бы ухмылялись.       Мальчишки тихо подплывали к девушкам и хватали за ноги, заставляя визжать так громко, что могли лопнуть барабанные перепонки, а затем получали либо пинок, либо им приходилось удирать по воде от разозленных девиц. Вскоре все расслабились и уже спокойно прыгали с небольшого мостика и «башен» из людей. Было весело даже нашим избалованным сынкам и дочкам.       Спустя какое-то время ребята начали выходить чтобы погреться. Последним пришел Арсений, но он отвернулся и сразу накинул футболку, не позволив «аристократу» взглянуть на себя. На берегу их ждал мяч и что с ним делать, даже не нужно говорить.       — Го в волейбол?       — Давайте, а кто на подачу?       — Пусть Антон и Арс.       Ребята поделились на две команды, и, начертив на песке полоску, встали в нужные позиции. Мяч решили отдать команде, где был деревенский парень.       Брюнет встал на краю импровизированной площадки и, почти не прицеливаясь, совершил подачу. Мяч полетел по идеальной траектории прямо в руки соперников. Игра была интересной, потому что играли не только на победу, но и на удержание мяча в воздухе без падения. После первой партии все снова пошли купаться.       — Эй, давайте устроим эстафету в воде?       — Ты что с ума сошел?       — Да брось, это же весело.       — Давайте-давайте!       Ох, что тогда было. Плеск воды, визги, солнечные блики, искры в глазах участников, счастье и безграничное веселье. Пожалуй водные «веселые старты» это лучшее что мог придумать отряд выпускников. Задания и на скорость, и на ловкость, и на силу и еще на много всего помогли сплотиться в две дружные команды.       Какой же он балдежный… темные волосы, загорелая кожа, тысячи мокрых дорожек от капель воды делают его таким сексуальным… СТОП, ЧТО?! Неужели я об этом подумал? Нет, нет, нет, так нельзя… Я натурал и точка! Или все же нет?..       — Предлагаю сыграть в игру «Я никогда не…», чур отвечать только правду. Если вы это делали, то загибаем пальцы, у кого они закончатся, тот выполняет одно желание от того человека, после которого не осталось пальцев, — предложил Арсений.       — Идет, — хором ответили ребята, сев в кружок на песке.       — Тогда я начну. Я никогда не рассказывал чужие секреты, — кто-то загнул палец, после чего приковал взгляды окружающих.       — Я никогда не была пьяной, — задумчиво протянула какая-то девушка, пока все получили штрафной бал. — Ну вы и пьяницы!       — Да успокойся ты, вот я никогда не попадал под арест.       Арсений загнул палец, потому что выпускной в 9 классе он не забудет никогда. Да как вообще такое можно забыть: после встречи рассвета на крыше дома, их повезли в отделение за незаконное проникновение и мелкое хулиганство, где они доказывали участковому, что Солнце — это космическое тело, очень почитаемое всеми народами в мире.       — Время уже склоняется к вечеру, может пойдем в лагерь? — спросил Никита.       — Я вас могу проводить, потому что мне тоже надо уже домой…       Как? Уже домой? То есть ты не сыграешь на гитаре? Не коснешься струн своими изящными пальцами? Так, Шастун, ты что втюрился в этого парнишку? Надо ему домой — ну и пускай пиздует туда. Странно, что ты вообще с ним связался…

***

      Остаток дня прошел как-то скучно. Особо делать нечего было, только Никита сидел около костра и что-то играл на семиструнной подруге. Антон был напротив, смотрел на языки пламени, изредка моргая, и не заметил как Ира присоединилась к нему.       — Антон, ты какой-то странный в последнее время, — она хотела обвить руками его тело, на что получила лишь отталкивающее движение.       — Ир, я тебя разлюбил. Мы расстаемся, — слова сами собой вырвались, отчего стало так легко и свободно, что захотелось взлететь к звездам. Вожатый перестал играть и поспешил ретироваться.       — Что? — слова так и повисли в воздухе.       — Мы расстаемся. Можем остаться друзьями, если ты не против.

***

      Ночь была темной и холодной, и вовсе не из-за того, что температура была ниже обычного, нет. Холодно было из-за разбитого сердца Иры. После такого разрыва отношений она была непривычно тихой и ни разу не посмотрела в сторону причины отсутствия своего настроения. Это не ускользнуло от Антона, однако все, через что смогла переступить его гордость, была лишь мысль, что возможно он слишком прямолинейно и грубо сообщил ей эту новость.       Ночная тишина окружала небольшой лагерь, а темнота скрывала его от звезд. Парень лежал в своем мешке и никак не мог заснуть — все его мысли опять были о брюнете из деревни внизу.       Шастун, прекрати думать об этом пацане. Ты же не семиклассница, чтобы бегать за ним, ну в самом деле! Он тебе жизнь рушит, его красота, хотя какая красота, так, одно название, заставили тебя бросить свою девушку! Одумайся! Вы слишком с ним разные, чтобы быть вместе. Да и тем более как вы можете быть вместе? Ты же не гей, » — мысли кружились ураганом в голове, плавно унося русоволосого в сонное царство. Последнее о чем подумал наш герой, перед тем как забыться «И все-таки этот Арсений — пиздоглазый мудила…

***

      Лязг железа о дерево и небольшие пинки заставили Антона недовольно замычать что-то на подобии «отъебись, иначе когда проснусь, то убью прям здесь». Но это никак не повлияло на раздражителя. Тогда парень разлепил глаза и увидел Никиту.       — Тох, просыпайся. Уже полпервого, и мы сейчас пойдем на исследование леса, ты с нами?       На немом лице «аристократа» читался самый красноречивый вопрос «Чувак, ты ща серьезно? Ты только что разбудил меня и предлагаешь идти в поход? Иди нахуй…» Никита все понял, и когда парень прикрыл глаза, чтобы продолжить спать, сказал:       — Ну, ты тогда за главного тут, ок? Если придет Арс, то…       Тут его потянули за руку, потому что все и так уже долго ждали. Соня ничего не ответил и даже не промычал, пока приходящий в себя мозг не устроил мини-тревогу «Арсений не приходил! Арсений не приходил!»       Эта мысль мгновенно заставила парня проснуться и забыть о сне в считанные секунды. Идти вместе со всеми не было смысла, да и ждать его бы никто не стал, поэтому Антон начал потихоньку приводить себя в порядок, пока в голове набатом стучала одна лишь фраза: «Арсений не приходил!»

***

      — Ну ебанный в рот, он же бесючий тип… Вот нахуя я к нему иду, сам же сказал вчера себе, что к этому пидорасу ни ногой! — разговаривал он сам с собой.       Ноги Шастуна сами спускались по уже знакомому с пробежки холму и несли его в деревню у подножия, пока мозг яростно протестовал.       — Ну, вот прийду я туда и че? Я же вообще не ебу, где живет этот мудила! А спрашивать дорогу — нахуй надо…       Тем временем парень прошел уже крайние дома. Чуть углубившись, он уже различал гоготание, хрюканье и кудахтанье животных, отчего возникло странное, но приятное чувство. Тут русоволосый заметил маленькую девочку лет восьми, что бегала по лужайке у дома и ловила бабочек.       — Девочка, а девочка, ты не знаешь где тут живет Арсений? — облокотившись на заборчик спросил он. Черт, я даже не знаю его фамилии! Вдруг он тут не один с таким именем?       — У них участок 38. Это прямо по улице и дом будет справа. Он такой деревянный бежевый и с красной крышей.       — Спасибо. Удачи в ловле бабочек.       — Спасибо, и тебе!       Антон дальше двигался по улице и смотрел по стронам пока его взгляд не остановился на бежевом деревянном доме с красной крышей, к корому была прибита синяя табличка с белыми цифрами 3 и 8 на ней.       Заборчик здесь был тоже невысокий, а калитка держалась на шнурочке. Вокруг дома росли аккуратно посаженные круглые кустики с редкими белыми цветочками; вдоль забора тянулись малина, ежевика, смородина; в глубине участка, где была лужайка, ближе к углу стояла беседка, вокруг которой росли яблони и груши. На самой же лужайке сейчас был пень и он.       Жилистые руки, накачанная грудь, четкий торс, где все мышцы отчетливо видны (да, Арс опять без футболки) и просто идеальные ноги — все это блестело от пота в лучах летнего солнца и ослепляло Антона, в переносном смысле. Арсений замахнулся с топором в руках, когда увидел мыски чьих-то серых кроссовок.       — Да что ж это такое! Как только мне надо наколоть дрова, так всем надо посмотреть! — начал возмущаться он, закатывая глаза, но когда открыл их, то увидел не какую-то девчонку, а… Антона. — Оу, это ты? Ээээ, ну…       — Почему ты не пришел сегодня? — без прелюдий спросил русоволосый и посмотрел на брюнета взглядом кота из Шрека. Этим он сейчас сильно ударил по тому, что выстраивал целый вечер и ночь.       — Что? А, ну как видишь у меня дела небольшие…       — Арсюш, а кто это? — бабушка вышла на крылечко и вопросительно посмотрела на внука.       — Бабуль, это мой друг Антон, — за этой фразой последовал пинок, заставивший Шастуна выдавить из себя «здравствуйте» и сдержать поток цензурных слов, за причиненную боль.       — Так, а чего вы стоите? Идите в дом, тут попрохладнее и я сейчас чай поставлю.       Спорить Арсений не стал, и когда увидел квадратные глаза парня сказал:       — Попова Анастасия Александровна, моя бабушка по батиной линии, — но, увидев все еще квадратные глаза, продолжил. — Мы живем здесь круглый год. Она в основном занимается цветами и готовкой, а я всем остальным.       — А-ааа, ну это, как его, ясно… тебе может помочь?       — Нет, спасибо.

***

      Через 10 минут они уже сидели втроем на прохладной кухне и пили чай с вишневым вареньем. Антон сидел на обычном деревянном стуле, в простой кухне с бревенчатыми стенами и незамысловатым убранством и поражался легкости внутри себя, потому что ему здесь… нравилось! Обычный домик в деревне без всяких современных устройств казался ему лучше всяких дорогих отелей с улыбающимся персоналом или огромных квартир с высочайшими потолками и мебелью из дорогого дерева. Здесь все было пропитано уютом и теплом, простотой и свободой. Тут не было роскоши, баснословно дорогих вещей, чего-то необычного. Наоборот, всего хватало и большего не требовалось.       Кухня плавно перетекала в гостиную, где вдоль одной стены были книжные шкафы с ровными рядами томиков различных авторов, рядом стоял диван и кресло, напротив висел телевизор, а слева расположился камин.       Они сидели на кухоньке и слушали истории из жизни Анастасии Александровны, и Антон напрочь забыл о том, что говорил себе утром.       — Завтра мы уже уезжаем, — протянул русоволосый с долей печали.       — Антош, хочешь еще чаю?       — Нет, спасибо, я уже объелся и напился так, что до утра хватит…       — Ну хорошо, — сказала женщина и поднялась, чтобы убрать посуду. — Ух ты. Время уже за пять часов перевалило. Арсюш, ты пойди проводи Антошу до лагеря…       И, попрощавшись с бабушкой, парни вышли. Температура заметно спала и дышать было легче. Первые сумерки подернули небо, и теперь оно было не таким светлым. Жизнь кругом еще кипела, хоть и понемногу успокаивалась после бурного дня. Первые сверчки уже завели свою песню, когда парни дошли до края деревни. Постепенно все взрослые возвращались домой, где их ждали семьи. Некоторые соседи переговаривались через низкие заборчики и обсуждали последние события и новости. Все это было настолько живым и умиротворяющим, что русоволосый всю дорогу дивился и не представлял как люди живут в городе, добираясь до «пыльной коробки» чуть ли не 3 часа и почти ни с кем не разговаривают. Он шел и наблюдал за всем этим, как маленький ребенок, пока не услышал знакомый немного мрачный голос:       — Возвращайся с небес на землю. Ща вверх пойдем. И смотри под ноги.       Подъем занял не больше 5 минут и вот они уже почти дошли до полянки брюнета, а затем до лагеря. Со склона открывался вид на низину и заходящее огненно-рыжее солнце.       — Шаст, — позвал парень. — Я должен кое-что сказать тебе напоследок… Вряд ли мы еще увидимся в этой жизни, но…       Эта фраза заставила русоволосого вынырнуть из мыслей и подойти к вооброжаемой стене «не общаться с Арсением», от которой он куда-то отошел на весь день.       — Что?       После этого короткого вопроса, лопатки «аристократа» были вжаты в ствол того самого дерева, где их с Ирой застукали. Арсений смотрел прямо в зеленые глаза полные не то испуга, не то… желания?       Рваное дыхание, томный (?) взгляд, руки, нервно ощупывающие кору от накатившего возбуждения выдали Антона с поличным. Брюнет подошел так близко, что между телами едва ли поместилась бы ладонь. Мгновением позже он прижался к Шастуну, накрыл его слегка пухлые красивого малинового цвета губы своими бархатными и увел его в прощальный поцелуй. Русоволосый стоял истуканом, пах деревенского парня чувствовал возбужденный орган «аристократа», и язык брюнета не решался нарушить границу чужого рта. Резкий толчок, и Шастун оттолкнул Арсения с такой силой, что тот чуть ли не упал.       — Попов, ты ахуел? Ты чё совсем? Не знал, что ты педик, хотя и догадывался… Проваливай! Не хочу тебя видеть! Я никогда не отмоюсь от того позора, которым испачкал меня ты! Скройся с моих глаз! Я не хочу ни слышать тебя, ни думать о тебе! — Антон почти сорвался на крик. Когда первая волна эмоций отступила, он добавил, но уже совсем тихо, — Уходи…       И брюнету ничего не осталось сделать как уйти, под возгласы Никиты, заметившего русоволосого в кустах «Антон, где ты был? Мы тебя целый час искали!» Арсений поклялся себе никогда не искать этого парня и старался выкинуть его из головы.

***

      Но он же не пытался меня оттолкнуть с самого начала. У него даже встал на меня. Хотя он мог испугаться своих чувств… Но я же видел, как загорались его глаза, когда я приходил к ним, как он улыбался, как на лице играли огоньки. А с другой стороны, на что я рассчитывал? Это же все равно, что курортный роман: за неделю привязываешься к человеку, а потом должен оторвать его от себя… В любом случае, Антона я больше никогда не увижу…

***

      Конец лета непозволительно быстро приближался, и двери университетов готовы были распахнуться перед первокурсниками. Много воды утекло с того переломного момента в жизнях выпускников, а время то ли и вправду лечило, то ли просто затуманивало память новыми заботами. Безусловно они оба помнили тот вечер вплоть до секунды, и, признаться честно, жалели о содеянном. Они хотели встретиться и поговорить, как взрослые люди, «разложить все по полочкам», но страх и некоторое чувство вины были еще двумя причинами к уже существующей, из-за которой это было невозможно. Основная же заключалась в том, что они даже не обменялись номерами.

***

      — Арсюш, ты готов?       — Ну, бабуль, не начинай, — он обнял ее и начал поглаживать по серым седым волосам. — Я же буду приезжать. Иногда. Но я буду стараться как можно чаще!       — Нет-нет-нет, ты лучше учись хорошо, а я тут как нибудь сама справлюсь… А ты у родителей будешь жить?       — Скорее всего нет. Наверное в общежитии поселюсь. Или устроюсь на работу в вечернюю смену и сниму квартирку рядом с университетом.       В небесно голубых глазах бабушки блеснули слезинки и она крепче обняла внука. Брюнет понимал, как ей тяжело, ведь он почти всю свою жизнь прожил с этим человеком, пока его родители гнались за деньгами мира, стремясь обеспечить себя и потомков наследством.       — Не плачь, бабуль, я буду часто приезжать к тебе и помогать, — он так тепло улыбнулся, что слезы перестали течь по морщинистым щекам, а в глазах заблестела не вода, а лучи радости.       — Ну, с Богом. Ступай, Арсюш, ступай, милый…       И он пошел. В руках была одна сумка и на плечах висел рюкзак. Парень не спешил и оглядывался по сторонам, запоминая каждую мелочь, потому что кто знает, когда он сюда вернется? Остановка приближалась, дядя Вася уже сидел за баранкой и, едва Арсений зашел, спросил:       — На станцию?       — На станцию.       С платформы в ПГТ на поезде он должен будет доехать до города, а там уже на метро до университета и общежития.

***

      Две металлических полоски бесконечно тянулись в обе стороны, а родной край уплывал все дальше и дальше. За окном мелькали желтеющие леса, поля, пруды, маленькие деревушки, из которых такие же молодые ребята, как Арсений, отправлялись в столицу. Поезд стал отчасти похожим на Хогвартс Экспресс, правда вез он только старшеклассников.

***

      Прибыв на вокзал, легкая паника одолела парня, но когда он вышел на улицу, она накрыла его с головой. Огромная площадь, множество машин, постоянно снующие туда-сюда люди с чемоданами, тележками, тюками, таксисты, готовые подвезти в тридорого — именно так встретила Москва Арсения. Водоворот событий, звуков, изображений, людей, машин, улиц — все это поглотило брюнета и заставило сжаться. Нет, это не было ему в новинку, потому что отдавленная в 5 лет тележкой нога на площади Трех Вокзалов до сих пор помнила ту боль. Именно в тот день родители провожали сына к бабушке, где он прожил следующие 12 лет своей жизни. Кстати о бабушке: каким-то образом он ей набрал и сказал, что добрался без приключений.       Оглянувшись по сторонам, брюнет заметил большую красную букву «М», которая обозначала вход в подземное царство Москвы. За это время оно сильно изменилось: появились новые ветки, продлились старые, по ним стали ездить новые поезда, уже менее шумные, чем их предшественники. Сейчас Арсений ехал «вниз» по красной ветке на станцию «Университет», где находился сам ВУЗ и общежития. Поскольку он сумел поступить на бюджет, то ему отвели комнатку в главном здании.       Главное здание — одна из тех знаменитых Сталинских высоток, и часть которой являлась жилыми помещениями. Ступив на порог, в легкие ударил запах старины и нотки (хотя это странно называть нотками) гниющего паркета. Парень, конечно был наслышан об общежитиях, но представлял их немного иначе.       Вахтерша Зоя Никифоровна уже получила список первокурсников, и по паспортам пропускала новичков, и выдавала им ключи. Когда очередь дошла до Арсения, она подняла взгляд от листочка с фамилиями, осмотрела парня и его паспорт и, улыбнувшись, сказала:       — Значит Попов Арсений Сергеевич?       — Верно. А что-то не так?       — Нет, все хорошо, просто редко сейчас такое имя встретишь, — сказала она и не глядя сняла ключи с крючка и протянула ему. — Располагайся.

***

      Указатели с номерами комнат вели все выше и выше к последним этажам жилых секторов. Добравшись до 18 этажа и обойдя его весь, парень не нашел комнату с нужным номером. Тогда он решил поискать старшекурсников и узнать дорогу у них. В конце коридора отворилась дверь, и он поспешил туда.       — Извините, вы не подскажете, где…       — О, еще один новичок забрел к нам. Давай сюда ключ, ща найдем твои хоромы… воу, чувак, тебе нереально повезло!       — Что такое?       — Тебе досталась комната в одной из башен, они считаются самыми престижными. Их всего 4, и только восьми счастливчикам выпадает там жить. Это тебе надо вернуться в большой холл и там будет отдельная лестница в твою башню. Удачи! Меня кстати Серега зовут, а мою соседку Оксанка, такая заучка, что кошмар…       — А меня Арсений. Спасибо!       И он отправился в указанное место. «Чтож, уже есть какие никакие знакомые. Это радует.» Добравшись наконец до заветной комнаты он был поражен ее относительным порядком. Да, это не идеальная чистота, однако по сравнению с тем, что он видел — это просто мечта. Из окон открывался потрясающий вид на окрестности, и именно из окна этой комнаты будут видны все закаты ближайший год.       Разложив вещи на своей половине в не самой аккуратной манере, брюнет решил прибраться до конца и навести какую никакую чистоту до прибытия неизвестного сожителя.

***

      Он лежал на своей кровати и залипал в телефон, напрочь забив на уборку, когда дверь отворилась. Арсений оторвался от экрана и взглянул на вошедшего. В проеме стоял хоть и долговязый, но накаченный парень с русыми волосами, острым носом с родинкой и аристократичной осанкой. Два синих василька сразу потерялись в диких зарослях зелени его глаз и уже не смогли выбраться из них.       — Арс?       — Антон?       — Что ты тут де…       — А ты?       — Ты же скотина этакая! Пидорас деревенский! — Антон налетел на Арсения, но не с ударами, а с возмущением. — Что это тогда было в чаще леса на опушке?       — Мои прощальные слова, однако кто-же знал, что мы увидимся…       — Слушай сюда, я сейчас беру тебя, обнимаю потому что на самом деле безумно скучал, и ты мне все рассказываешь, а потом посмотрим.       И Попов поведал ему о своих чувствах, переживаниях и мыслях.       — Хех, а тебе говорили, что ты умеешь читать мысли и предугадывать события? — прошептал «аристократ», все еще сгребя парня в охапку и крепко его обнимая.       — Что?..       И не успел брюнет что-либо сказать, как в его макушку уперся чужой нос и повел вниз и за ухом, обжигая кожу горячим дыханием, а затем губы легко поцеловали щеку и куда-то пропали.       — Прости, мне наверное не следовало этого делать… Просто я очень скучал и…       — Все хорошо, это я был тогда не прав; поторопился, поспешил. Продолжай — мне нравится.       В окна, сквозь пятнистые от придавленных жучков занавески, стучались золотистые лучи постепенно заходящего солнца, освещая кучи разного хлама, разбросанного по столу, полу, на полках, который кто-то собирался убрать, а Антон медленно покрывал каждый сантиметр тела Арсения нежными поцелуями, пока второй зарывался рукой в русые волосы или рисовал на спине «аристократа» различные узоры. В тот момент парень раскрылся брюнету с другой стороны: да, он был высокомерен и заносчив, но для избранных людей он становился источником бесконечной любви, ласки и страсти. Это не значит, что Шастуну сносило крышу, вовсе нет. Он всегда и все брал под свой контроль, и даже сейчас решил не отказываться от своей позиции.       Арсению было до дрожи приятно быть любимым, и он ластился к парню, открывая шею и ключицы, усыпанные множеством родинок, чтобы тому было проще. Вскоре всего этого стало мало, и брюнет поерзал бедрами, давая понять, что хочет чего-то большего.       — Ты правда хочешь сейчас?       — Да. Я хочу, чтобы это был ты и прямо сейчас.       — Тогда…       Парень увел Антона в долгий и нежный поцелуй, пока расстегивал ширинку чужих черных джинс, через плотную ткань которых виднелся твердый бугорок. Футболки полетели в кучу неубранного хлама на полу как и джинсы, чтобы составить им компанию. Русоволосый второй раз в жизни увидел это прекрасное тело перед собой, лежащее теперь на диване и ожидающее дальнейших действий, и внизу живота приятно стянулся узел. Казалось, карта звездного неба родинками расположилась на его ключицах и уходила наверняка дальше вниз по спине.       Арсений приподнялся и пропустил Антона под себя, поскольку теперь пришло время брюнета сделать приятно своему избраннику. Отодвинув резинку боксеров, он поласкал кончиками пальцев головку, где уже красовалась бусинка предэякулята. Метнув хитрый взгляд на обладателя члена, парень провел кончиком языка по всей длине, заставляя и так уже твердую плоть стать еще тверже, а после обхватил головку ртом и начал двигать головой туда-сюда, плотнее сжимая губы. Сперва Антон запустил руку в темные густые волосы голубоглазого приятеля, но когда Арсений стал брать глубже, блаженные стоны начали вырываться, а желание кончить росло в геометрической прогрессии. Но, брюнет не довел дело до пика, потому что хотелось оставить хоть что-нибудь себе.       — Попов, ты сволочь…       — Но-но!       — Сейчас ты за это поплатишься…       «Аристократ» быстро разогрел парня, и уже выдавливал смазку для основного события «банкета». Арсений стоял на коленях, опираясь на локти, и охнул, когда почувствовал, как в него вошли, пускай и наполовину, но все же. Плавные движения вперед-назад медленно сводили с ума и заставляли прогибаться все ниже и ниже. Антон придерживал его за бедра и поглаживал брюнета по ягодицам, когда заметил две ямочки на пояснице и просто влюбился в них. Постепенно он ускорялся и входил все глубже, пока не услышал выпущенный в подушку стон, отличавшийся от предыдущих — та самая точка найдена. С каждым следующим толчком вздохи становились все слаще и громче, а руки сжимали простынь сильнее.       — Арс, — промурлыкал парень, над самым ухом, поглаживая обалденные формы, заставив приятный холодок пробежать по всему телу.       — Я больше не могу, Антон, — рвано прошептал брюнет, а имя слетело с бархатных губ и потерялось в водовороте чувств и эмоций, нахлынувших сразу после того, как оба кончили с разницей в секунду.       Расслабленное тело с все еще бешено стучащим сердцем деревенского парня рухнуло на диван и смотрело на мир прикрытыми небесно-голубыми глазами, а рядом с влюбленным взглядом полного зелени летнего леса устроился русоволосый, который так собственнически обнял, уже засыпающего парня и прижал его к себе, уткнувшись в макушку и вдыхая теперь такой любимый запах, будто показывая всему миру, что эта прелесть только его.       — Отдохни, мой зайка… Ты это заслужил. Это моя благодарность за проведенное вместе с тобой время там, в лесу, в этом чертовом захолустье.       Он нежно поцеловал своего «зайца» в висок и вскоре тоже заснул.

***

      На следующий день в общей гостиной физфака декан собрал вокруг себя первокурсников и попросил рассказать историю знакомства с лучшим другом. Антон сидел вальяжно развалившись в кресле, а рядом, облокотившись на которое, стоял Арсений.       — Ну, я могу, — начал русоволосый, оглядываясь на брюнета.       — Давай, Антон. Нам всем будет интересно.       — Что ж, тогда слушайте историю о парне из чащи леса…