Шестерка. Твой маньяк.

POV Дима И вот, наконец, я начинаю новую жизнь. Мне уже двадцать, но до этих пор я жил с семьей. Нет, естественно, я учусь и подрабатываю, помогая семье, но вот переехать все никак не удавалось. И вот, да здравствует новая квартира! Теперь я буду полностью предоставлен сам себе. Не будет ни мамы, вечно нудящей над ухом о том, сколько я времени просиживаю в интернете, ни отца, вечно выпытывающего, когда же я, наконец, приведу в дом девушку. Конечно, своих родителей я безумно люблю, но когда-нибудь все-таки нужно начинать новую жизнь. И эту новую жизнь я хотел начать как можно скорее. Эта квартирка была для меня просто раем. Двухкомнатная, с отличным евроремонтом. Меня даже не смущало то, что, по сравнению со своим домом, в котором я жил с родителями, она была очень жалкой. Для меня она была вполне просторной. Она находилась на первом этаже и как-то с друзьями мы даже попробовали залезть в квартиру через окно, что у нас вполне получилось. Но лишь в самом начале мне казалось это веселым… Через какое-то время, как я жил один, вокруг меня начали происходить какие-то странности. Раньше, когда я жил с родителями, они, конечно, происходили тоже, но я старался закрывать на них глаза, списывая это на обычную паранойю. Все чаще мне начало казаться, что кто-то следит за мной. Нет, не так, как когда вы думаете, что вот-вот - и кто-то ворвётся в вашу комнату, застукав с поличным, как вы смотрите пориво. А вполне серьезно. Когда я жил у родителей, гулять мне приходилось чаще, дабы хоть ненадолго сбежать из-под пристального присмотра родителей. Будучи в городе, друзья не раз говорили, что иногда по пятам за нами ходит странный человек. Он постоянно носит великоватую пайту с капюшоном, вечно скрывающим его лицо. С собой он всегда носит фотоаппарат, фотографируя лишь меня. Как они узнали это, для меня так и осталось неясным. Сам я этого человека ни разу не видел и списал это лишь на больной юмор моих приятелей. Как-то мне позвонила подруга, рассказывая, по ее мнению, нечто ужасное. Она была напугана до ужаса и весь разговор со мной рыдала в трубку, пытаясь связать невнятные фразы. Но даже из невнятного рассказа я понял то, что она пыталась мне рассказать. Когда она сидела в парке, к ней подошел тот самый мужчина. Не представляясь, он начал расспрашивать ее обо мне. Рассказал про мою внешность и спросил, знает ли она меня. Пребывая в шоке, подруга по глупости ответила, что знает. И тогда он спросил, как же меня зовут. Получив ответ, он лишь рассмеялся. После он поспешил удалиться, и, идя вдоль аллеи, продолжал смеяться и то шептал, то вскрикивал мое имя. Естественно, на рассказ подруги я лишь рассмеялся, а потом мне пришлось ее успокаивать. Она, как наивный человек, слишком испугалась этому, после не на шутку забеспокоившись обо мне. Ближайшие недели две все друзья не отходили от меня ни на шаг и успокоились лишь тогда, когда этот мужчина перестал появляться. Зря я еще тогда не прислушался к своим друзьям… Где-то через неделю, когда «мой маньяк», как наименовали его друзья, пропал из виду, в моем доме началось что-то странное. Моя комната, в тогдашнем, еще родительском доме, находилась на втором этаже. Над ним, естественно, был чердак. Там мои родители хранят всякий хлам, который нельзя уже держать в доме. Туда мы заходим достаточно редко, поэтому нисколько не удивляемся, когда туда забираются кошки, прерырывая весь тот хлам. Но в этот раз, туда забралось что-то побольше. "Оно" совсем не шумело, как делали это кошки, но вот его шаги я мог четко различать. Тяжелые, размеренные шаги. Словно "оно" пыталось не привлекать к себе лишнее внимание. Я, как человек скептический, не обращал на это ни малейшего внимания. Но это продолжалось лишь до тех пор, пока однажды, проснувшись утром и подняв голову, я не обнаружил в потолке дырку. Прямо над моей кроватью. При чем, я точно знаю, что раньше там ее не было. Дырка была не маленькой, в нее можно было просунуть руку и не заметить ее было бы трудно. Естественно, родителям я говорить ничего не стал. Но, вскоре, они сами пришли ко мне, рассказав о странном шуме на чердаке. Тогда они и отправили меня посмотреть, что же там происходит. Увиденное произвело на меня шок. Вот тогда-то я и начал бояться. Именно тогда в моем сердце, наконец, что-то заныло, взывая прислушаться уже к друзьям. На чердаке повсюду были разбросаны мои фото. Во всех ракурсах и во всех видах. Фото, где я гуляю с друзьями, где ездил в город по делам. Фото, где я уже дома, именно в своей комнате. Где сплю, сижу перед ноутбуком, читаю книгу. Даже фото, где я голый и там, где онанирую. Последние фото были испачканы. Испачканы в чем-то липком и ужасно противным наощупь. Сначала до меня не сразу дошло, но помяв "жидкость" между пальцами пару минут, я вскрикнул и, скривившись, принялся вытирать руки об первое, что попалось под руку. И тем, что мне попалось под руку, было мое белье. Нет, не старое, которое родители так же могли вынести на чердак, как иные вещи, то, которое я совсем недавно носил. Снова сердце неприятно кольнуло. Осмотрев чердак еще немного, я нашел там еще несколько своих вещей. Там было пару футболок, шарф, так же испачканный в липкой субстанции и, что ввергло меня в еще больший шок, моя зубная щетка. После, я дошел до дырки в потолке. Оказалось, что хоть она и сделана над кроватью, с нее открывался обзор на всю комнату. Сама дырка стала немного шире, но не было похоже, что она делалась дрелью или чем-то похожим. Видимо, "оно" колупало эту дырку не один день собственными силами. Убирать на чердаке все свои вещи мне нисколько не хотелось, зная, что больше половины из них было выпачкано в дряни, от которой меня просто выворачивало. Вернувшись в дом, я рассказал об этом родителям, которые перепугались за меня похлеще, чем все мои друзья, и попросил убрать это все. Мама решила взяться за уборку лишь через пару дней, но, поднявшись на чердак, уже ничего там не обнаружила... По прошествии месяца, уже и никто не вспомнил о случившийся истории. "Мой маньяк" не объявлялся. Видимо, моя жизнь была настолько скучна, что даже маньяку стало неинтересно на меня охотиться. О нем теперь напоминали лишь редкие шутки моих друзей. И вот, наконец, я переехал в свою квартиру. Было только начало июля, но на дворе стояла такая жара, что на улице находиться было просто невыносимо. Лишь ночью можно было хоть немного расслабиться, открыв нараспашку окна. Но я был бы не я, если бы был как и все. Я никогда не спал с открытыми окнами. Меня было трудно поднять каким-либо способом, но вот шум машин за окном раздражал меня больше всего. Поэтому я спал исключительно под кондиционером. В одну такую ночь, уже пребывая в глубоком сне, меня разбудил резкий хлопок на кухне. После того самого хлопка послышалось, как по плитке рассыпалось стекло. Не знаю почему, но мне показалось, что это сон, и, вместо того, чтобы сорваться с кровати и рвануть на кухню, я лишь перевернулся на бок и мирно засопел. Утром, на удивление, я проснулся рано. Первым делом, все еще потирая слипшиеся глаза и сонно зевая, я побрел на кухню. Зайдя в комнату, я тут же наступил на что-то мокрое, а под ногами что-то загремело. Опустив голову, я сонно начал рассматривать пол, пытаясь сфокусировать взгляд. Уже через мгновение сон как рукой сняло. На плитке, прямо под моими ногами, валялись окровавленные осколки. Подняв голову, я застыл. Окно было разбито, а остатки стекла в нем также были испачканы в крови. На подоконнике виднелся кровавый след от руки. В голове тут же закружилось, и, не устояв на ногах, я шлепнулся на стул, хватаясь руками за стол. Под руку мне тут же попал какой-то конверт. Немного отойдя, я начал внимательно разглядывать конверт. Ничего. Никаких надписей. Ни кому, ни от кого. Выдохнув, я все же открыл конверт. Руки дрожали. Мне становилось страшно. Страшно больше от того, что я увидел.

«Ты безумно мил, когда спишь. Рад, что ты не проснулся. Нам еще рано встречаться лицом к лицу. Мы должны лучше узнать друг друга. Точнее, ты должен. Я знаю о тебе все. Но ты не волнуйся. Я обещаю, что буду навещать тебя каждую ночь. И ты умрешь. Ровно через шесть месяцев. Начиная с этого дня.

Шестерка. Твой маньяк. 06.06.06»