Я вольное облако, если захочу, начну жизнь заново

      Скалл ДеМорт.       Кто это, спросят однажды.       И люди ответят: невероятный человек. Величайший каскадёр. Тот, кто бросил вызов законам физики и победил. Человек без чувства самосохранения. Бесследно исчез на пике славы.       Скалл их услышит и тепло улыбнётся, вспоминая те времена.       Мафиози ответят иначе: громкий нытик. Бесполезный лакей. Человек, не способный нормально контролировать своё пламя. Бывший гражданский, которому не место в мафии. Баловень судьбы с завышенным ЧСВ. Циркач и каскадёр, по какой-то ошибке названный сильнейшим облаком.       Их ДеМорт тоже слышит, и ему хочется громко смеяться. Нытик и мямля? Ха. Не способен контролировать своё пламя? Ха-ха! Баловень судьбы? Ха-ха-ха!       Все «крутые и сильные мафиози» слишком зарвались, чтобы видеть дальше собственного носа. И его теперь-уже-бывшие-напарники аркобалено стоят у Скалла в первых рядах в списка «Самые близорукие люди мира».       Даже удивительно, он провёл с ними сорок лет. Сорок лет эти глупцы звали себя его семьёй и даже не удосужились узнать, что Скалл ДеМорт — это псевдоним. Серьёзно? Насколько отбитым надо быть чтобы назвать своего ребёнка «Череп»?       А ведь он дал им столько подсказок… Он чуть ли не на каждом шагу кричал, что является величайшим каскадёром, циркачом, а все циркачи — прежде всего актёры. Да вспомнить хотя бы битву в будущем, он унёс с собой в могилу половину передовых войск Бьякурана, а они говорят, что он слаб.       Что интересно, первым его маску заметил даже не мальчик с гиперинтуицией. С Тсуны не так давно сняли блок, небо ещё не настолько восстановилось, чтобы понимать намёки «чуйки», но, судя по задумчивому лицу, он что-то подозревает. Нет, первым его настоящее лицо увидел другое облако. Хибари просто однажды подошел к нему и задумчиво спросил, почему хищник притворяется травоядным.       Кёя — это голый комок инстинктов, обострённых пламенем, он чувствует и силу другого облака, и его филигранный контроль, искренне не понимая отношения других к этому аркобалено. Хибари хватило одного серьёзного спарринга, чтобы понять, это даже не хищник — монстр.       Именно Скалл превратил Кёю в сильнейшее облако своего поколения. Не советы Фонга, не тренировки с Дино, а именно наставничество ДеМорта. Их уроки были тайной. Скалл учил Кёю понимать своё пламя, его особенности и возможности, держать под контролем, оставляя при этом свободным. В конце концов, в этом мире не было никого, кто понимал бы пламя облака лучше, чем аркобалено этого атрибута.       Их сотрудничество закончилось так же внезапно, как и началось. Скалл знал, что битва представителей всё изменит. А потому на её кануне пришел к Хибари, дал ему последние наставления и указал направление дальнейшего развития.       Облако был абсолютно прав. Они должны были погибнуть, но Тсуна снял проклятье.       Оставался вопрос, что делать дальше? Думал бывший каскадёр недолго. Он никогда не хотел быть мафиози, это ясно! Ему и в собственном детстве всего этого дерьма насилия и крови хватило.       Но главное — это убедиться, что он действительно больше не проклят. Основная проблема в том, что из-за проклятья изменения, которые он внёс в свою внешность, стали необратимыми. Он должен вернуть себе настоящую внешность, он её, конечно, не очень любит, но нынешняя откровенно надоела.       Закупив необходимое, ДеМорт отправился на съёмную квартиру, ванна была ему в помощь. Пара специальных смесей на волосы, и нанесённая будто вчера красная краска сошла, оголяя его голубые волосы. Пламя, которым он напитал глаза, наконец покинуло их, унося с собой постоянный дискомфорт. Пирсинг-клипсы улетели в помойку. Макияж бесследно исчез с лица.       И вот в зеркале перед Скаллом отражался милый мальчик лет двух с небесно-голубыми глазами и волосами.       Найти в шкафу что-то милое, но простое и не мотоциклетный костюм было сложно, но возможно.       «Записка» для Каркасса с объяснениями, что он больше не аркобалено и уходит из мафиозного мира в целом и от них в частности, занимала одиннадцать листов, ему и правда было жалко покидать своих балбесов. Остается надеяться, что семья не развалится за пару месяцев. Письмо для аркобалено содержало два предложения: «Прощайте. Я никогда не считал вас своей семьёй», — и подпись.       Взять немного денег, остальное перечислить Каркассу вместе с письмом и передать записку бывшим напарникам по проклятью через Кёю.       Уже-не-Скалл сел на первый поезд до Токио. Приют на окраине города — отличная точка, чтобы начать жизнь с чистого листа. Осталось только определиться с именем. Раз он в Японии, значит, и имя должно быть японским. Выбор был сложен, но сделан. Ему показалось это забавным, учитывая, что большую часть жизни он провел в свете софитов.       Скоро будет светать, но жители необходимого приюта ещё спали.       Подумав, мальчик нанес себе пару травм, по сути своей они были не особо болезненными, но вид крупных синяков говорит о многом. Он лег около калитки приюта.       План прошел идеально.       Спустя час лежания около кустов, за который он успел заснуть, благо погода тёплая, его нашел дворник.       Ох, какая суета поднялась! «Ребенка» занесли в здание, обработали его «раны». Когда воспитатели немного успокоились, начались вопросы. Как сюда попал? Где родители? Откуда травмы?       Мальчик делал грустно-задумчивое личико и, чуть ли не плача, говорил, что не знает. Помнит только то, что там были какие-то страшные люди. Реборна ведь можно считать страшным, да?       Воспитательница тяжело вздохнула и сделала последнюю попытку.       — Хоть имя-то своё помнишь, чудо?       Мальчик как будто засветился и радостно закивал, после чего уверенно ответил:       — Тецуя!

***

      Прошло уже три года с тех пор, как Скалл-который-теперь-Тецуя затесался в приют.       Воспитатели и полицейские пытались найти в районе, откуда взялся ребенок. Но у них, естественно, ничего не вышло. Тогда его записали как полноценного жителя приюта и стали искать опекунов. На удивление родители для его симпатичной мордашки нашлись уже через месяц.       Мистер и миссис Куроко были милой парой средних лет, которая не могла иметь детей. Изначально они планировали взять совсем маленького ребёнка, но Куро покорил их своей кавайностью и умными глазками. Попробуй не быть умным, когда тебе за семьдесят.       Итак, он уже три года наслаждался тихой мирной гражданской жизнью в среднестатистической японской семье.       Но сегодня знаменательный день! Малыш Куроко Тецуя решил, кем он хочет быть в жизни! Прошло много времени с тех пор, как он действительно хотел чем-то заниматься. Баскетбол был как глоток свежего воздуха. Решено: он станет баскетболистом. Бесячим неумело-умелым, но баскетболистом! А пламя облака ему в этом поможет! Хотя нет. С пламенем читерно и неинтересно. Он добьется всего сам! Начиная с сего дня, будет тренироваться, тренироваться и тренироваться!       Вот так и решилась его судьба на ближайшие несколько лет.       Он даже не подозревал, что в тот же день в далёкой Италии Савада Тсунаёши официально вступил в права Дечимо Вонголы и сел на кровавый трон. На церемонии присутствовали все самые важные союзники: Мельфиоре, Шимон, Вария и почти полный состав аркобалено. Почему почти? Да потому, что облако свалило три года назад.       Реборн пришел в ярость, когда в прощании каскадёр сказал, что они ему, по сути, никто. На что Хибари заметил, а что они, собственно, сделали, чтобы ДеМорт считал иначе?       Уже-не-проклятые корили себя за то, что столь пренебрежительно относились к облаку. Солнце до сих пор пыталось найти бывшего напарника. Скалл оказался куда умней, чем они думали. Ни одной зацепки, ни одной чертовой зацепки! Дурацкое облако, где ты?!       А в небольшом японском домике в очередной раз за день чихнул мальчик. Простыл, что ли?       Пересекутся ли их судьбы вновь или нет? Было точно ясно одно: это далеко не конец. Нет, это начало двух не менее интересных и захватывающих историй…