Всегда ври, никому не верь

      Вампиры не должны видеть сны.       Аккуратно подняв голову, чтобы капюшон случайно не слетел с головы, молодая ведьма смотрела на своих детей. Сегодня они были подвижнее обычного, ведь тот друг Ичи принёс им подарки. Тот вампир уже много раз навещал её детей днём, поэтому Рукия могла хоть немного расслабиться, уверенная что он не даст их с обиду. И за все он попросил всего лишь семена роз. Какой странный вампир.       Вампиры не могут видеть сны.       Хомура уже который раз крутилась возле мамы, показывая со всех сторон, какое красивое платье ей подарили. И она была права. К сожалению, Рукия не может зарабатывать, и сама покупать им такие вещи, поэтому она рада, что её дети смогли получить подарки хоть от кого-то, кого уже считают своим другом. Такие вот дни всегда ей нравились: весёлые и беззаботные.       Вампиры никогда не видят сны.       Тогда почему Рукия исключение?       Нет, это не сны, а воспоминания. От этого ещё больнее. Вспомнить все пятьсот лет за раз сказались на ней и поэтому Рукии приходится туго. Например, теперь, когда она наконец добралась до поместья, обязательно в момент, когда она встретила Ичиго нужно было упасть в обморок. Нет, обморок был бы у человека, а Рукия скорее спала в короткую спячку. Тело чувствует, что ему нужно восстановить силы, хоть девушка и не согласна. Теперь, когда оболочка была разрушена, все силы стали возвращаться.       Нонсенс.       Магию дарует природа, а она ненавидит вампиров. Почему тогда её силы возвращаются? Она соврала Соске, сказав тому, что стала слабой. Даже несмотря на то, что она теперь мертва, она не потеряла и крупицы своей былой мощи. Конечно сейчас она не такая как раньше и Рукия не уверена сколько понадобится времени, чтобы она вернулась вся, но и этого хватит, чтобы осуществить план. План, который она придумала, как только увидела их.       Что же она за мать? Двести лет прошло с тех пор, как она кричала что есть силы, но тот человек все равно выкопал тела её детей. Ещё тогда ведьма знала, что Соске не станет их заново хоронить, что он придумал ещё какую-то глупую затею. Но почему именно они? Чем они провинились? Тем, что горная ведьма захотела семью? Что она хотела счастья?       Спустя двести лет Рукия успокоилась. Она думала, что уже все равно, что Айзен сделал с телами детей. Уже все было не важно. Но не это. Как он посмел превратить их в этих… монстров? Не призрак, не вампир, не человек. Какого же им было жить эти два столетия? Они были счастливы? Они страдали? Неужели, все это время они её ждали?       Весёлые улыбки детей пропали, как и оживлённый смех. Она снова вернулась в ту ночь, когда проснулась и обнаружила рядом маленькие трупы. За годы, что Кирея прожила в её теле, Ру думала, что разучилась плакать. Как же она ошибалась.       Рукия ненавидит сны.

***

      Ишшин долго всматривался в окно, дожидаясь появлению горной ведьмы. Он знал, что рано или поздно это произойдёт. Что когда-нибудь к нему в кабинет придёт эта девушка и он поплатится за все свои ошибки. Если бы он был хорошим отцом, он бы не позволил своему сыну столько страдать. Если бы он был хорошим королём, то его народ не был бы на краю исчезновения. Ишшин давно знал, что его время пришло. Он ждал, когда может отдать трон Ичиго, но это время никогда не наступало. Он не смог даже подготовить своего наследника. Разве не печально?       Отойдя от окна, король подошёл к стене и отодвинул длинную штору. За ней на него смотрела его погибшая жена, бывшая королева вампиров, мать его детей. Прошло столько лет, но портрет до сих пор хорошо сохранился, будто только вчера его нарисовали.       — Дай мне сил, Масаки… — тихо прошептал король. Они ему ещё понадобиться, если он все же решил встретиться с Рукией.

***

      Открыв глаза, девушка зажмурилась от яркого света впереди. Рукия хотела прикрыть глаза, но поняла, что не может этого сделать, ведь её руки что-то сдерживало. Немного пошевелившись, до неё быстро дошло, что именно мешает её движениям — цепи. Как же давно это было. Давно её не приковывали. Но почему её вообще приковали? Она е ничего не сделала. Неужели её любимый ей не доверяет?       И правильно делает.       — Ты смотрела на небо.       Услышав голос Ичиго, девушка напряглась. Уже полностью открыв глаза, Рукия увидела перед собой рыжеволосого мужчину, что все ещё выглядел так молодо, несмотря на прошедшие годы. А ведь она была в первом ряду. Почти каждый день он приходил к дереву, где была пленена её душа. Почти всегда он раздражал ведьму своим присутствием. Даже после смерти она вынуждена была смотреть на того, кого ненавидит всей душой.       — Ты всегда смотрела на небо, — повторил Ичиго. — У Киреи не было такой привычки. За весь день она могла всего разок на него глянуть и то для того, чтобы понять, когда пора уходить. Но ты же всегда любовалась им.       — Поздравляю с открытием, — прыснула девушка. — И что?       — Я только сейчас понял, что кода я нашёл Кирею, окружённую трупами моих друзей, она вглядывалась в небо, что ей совершенно не характерно.       Рукия ничего не ответила. Она ждала. Ждала пока Ичиго приготовится сказать то, что собирается, но не решается. Неужели он понял?       — Это ведь ты была, так? Не Кирея. Её время — это солнце. А война проходила при полной луне. И только на рассвете я нашёл её… тебя. Ты же это имела ввиду, когда говорила, что я не узнаю тебя?       — Ты правда всё понял? — немного с сомнением спросила Рукия. Может ему и было много лет, и по меркам людей он уже давно должен был стать седым стариком и уйти в мир иной, но ума кажется до сих пор не набрался.       — Мне подсказали, — признался Ичиго.       Понятно. И Рукия может догадаться даже кто именно это был. Если конечно не Ишшин, который заключил с ней сделку. Нет, он не мог. Иначе… Ичиго бы интересовало совершенно другое.       — Что именно тебя интересует? — скучающе спросила девушка.       — Зачем ты это сделала? Зачем ты начала войну? Зачем наговорила все те слова? Они были правдой? Кого я убил? Когда именно появилась Кирея?       — Столько вопросов за раз…       Опустив голову, Рукия задумалась. Ей нужно было время. Может быть, отдохнув, она сможет быстро набраться сил и сделать то что планировала. Но желание сделать больно этому вампиру было сильнее. Почему бы не убить двоих зайцев одновременно?       — Хочешь расскажу тебе одну старую историю? — начала свой рассказ Рукия, пристально посмотрев в глаза Ичиго. — Жила была прекрасная вампирша. Она служила во дворце и была вполне счастлива. И вот однажды влюбилась женщина в человека, и не простого, а мага. И — Вау, — она забеременела от него. Только вот незадача: как вампирша смогла забеременеть от человека? Кто знает. Главное это то, что родились у неё две девочки — близнецы. И снова незадача: старшая была вампиром, как и мать, а вторая родилась человеком. Их вражда началась ещё в утробе, когда маленький вампиреныш хотел убить сестру. Поэтому было принято решение оставить старшую с матерью, а человеческую девочку отдать отцу. Старшая сестра жила в любви и заботе матери, в то время пока младшая училась использовать магию днями и ночами. Отец передавал ей все свои знания. Времени не хватало даже на то, чтобы придумать дочери имя. И вот спустя шесть лет отец девочки погиб, и ей пришлось вернуться к матери. Бедная женщина не знала, что ей делать. Она любила их обеих, но старшая дочь на дух не переносила свою сестру. Время шло, а неприязнь сестры становилась все больше, сколько бы девочка не старалась ей угодить. Даже в день, когда её сестра погибла… она приняла в себя её дух, дав волю. Впервые девочка узнала, как это, когда ты умираешь с каждым рассветом, а также после заката возрождаешься. Ты знаешь, как больно, когда твоё сердце не билось целый день, а потом, когда ты просыпаешься оно начинает биться? Нет? А вот она узнала. В то время как её сестра просто засыпала и просыпалась в полном порядке, — последние слова Рукия произнесла с такой ненависть, что даже Ичиго смог почувствовать все её чувства без своих сил вампира. — Для девочки её же решение и поступок стали проклятием: вампир днём и человек ночью. Ночью, понимаешь? Улавливаешь иронию? Её время — это вся ночь! Ха-ха! Ночь!       Рукия смеялась, дёргая цепи, сковывающие её. Безумными глазами она смотрела на Ичиго у двери её камеры в единственном источнике света, что до сих пор её ослеплял. Голос Рукии, как и смех становились все тише, пока и вовсе не прекратились. Пока не скрылась в привычной ей темноте.       — А что… стало с девочкой после? — тихо спросил Ичиго уже зная ответ.       Рукия продолжила свой рассказ, все ещё стараясь скрыться в темноте.       — Она выросла. Годы шли, сестра стала её ненавидеть. Хотя… она всегда её ненавидела. Скрывая своё лицо под капюшоном по приказу сестры, она искала место, где могла быть одна. Где никто её не побеспокоит. Но каждую ночь её руки омывались в крови тех, кто приходил за ними, кто хоть немного мог узнал их секрет. Старшая сестра была ещё тем параноиком. Позже девочка встретила друга, нашла семью и была впервые счастлива за всю свою проклятую жизнь. Но и это у неё отняла сестра. Она обнаружила, что девочка не одна, что кто-то узнал их секрет и все ещё жив. В тот же день она убила её семью! — вытянувшись, скрепя цепями, Рукия подставила своё лицо к свету. Её глаза были печальными и в слезах, но девушка все равно улыбалась, хоть и получалось у неё это криво. Воспоминания все ещё были свежи в её голове. — Она выпила их кровь всю до капли! — кричала девушка безумным голосом. — Всю кровь. Она её выпила. Выпила… Как должна себя чувствовать мать, зная, что её дети были убиты её же руками? Что их кровь течёт по её венам!       Резко вздохнув, Рукия сжала челюсть с такой силой, что та аж заболела, но она не обратила на это внимание. Сердце сейчас болело гораздо сильнее, хоть оно и не билось. Опустив голову, она спряталась в тени.       — Даже друг предал её. Все это время был с её сестрой. Приходил каждую ночь поиздеваться, рассказать, как счастливо они живут с ней… Пригласил на свадьбу.        Ичиго стоял в проёме слушая плачь девушки, который она старалась заглушить. По его виду она могла точно сказать, что у неё получилось ранить Куросаки. Даже если она снова лишь задела свои чувства, это ничто, если этот вампир не будет чувствовать вину за содеянное. Он долго говорил ей, что не знает, в чём именно провинился. Зато теперь должен знать.       Развернувшись, парень уже собрался выходить, но остановился, когда услышал последние слова рассказа.       — Так почему же девочка не должна была мстить?       Он получил свои ответы? Этого должно хватить, чтобы он понял, почему Рукия решилась на такой грандиозный спектакль. Она подсуетилась, попросила Соске одолжить ей свою армию, а сама же, надев платье, которое шили для свадьбы Киреи с принцем, отправилась на передовую. Убивать вампиров было легко, когда ты могущественная ведьма. Все равно никто бы уже не смог рассказать Ичиго, как именно они умерли. Воссоздать меч сестры было ещё проще. Они ведь делили одно тело довольно долгое время. Единственной трудной задачей было, это оставаться в сознании, когда солнце стало подниматься. Рукия не могла допустить, чтобы Кирея проснулась в ненужный момент. К тому времени как пришёл Ичиго, сердце Рукии уже остановилось. Только с помощью магии она могла стоять и говорить. Но двигаться было сложно, даже невозможно. Жаль, а ведь ей хотелось скрестить с ним клинки. Ру наговорила многого, и это подействовало. Правда, она все равно была удивлена, когда увидела его чёрный меч в своём животе. Почему именно живот? Он ведь мог просто отрубить ей голову или ещё что.       «- А ведь я… люблю тебя…»       Это слова вырвались сами собой. Рукия не планировала признаваться ему. Но разницы уже не было. Все равно она успела умереть, прежде чем должна была появиться Кирея. А когда она проснулась… Интересно, какое у неё было лицо, когда та поняла, в какой ситуации находится? Ведь её и правда оклеветали. Кирея умерла от меча Ичиго. Рукия умерла на следующий день в темнице замка. Это всё.