Мне было хорошо

Крутится клубок размышлений, О том, как кто-то улыбается, А чужая кофта с телом сливается, Пришедшее сообщение вызывает больше ощущений. Поддаваясь эйфории минутной, Теребя цепочку у тонкой шеи, Отодвинувшись от стенки маршрутной, Лёша побледнел от собственной затеи. Телефон в руках все больше вибрирует, Сообщает о важном человеке, А парень еще пока не сформулировал, С чем помочь нервному коллеге. «Лёх, срочно нужно оказаться там», Первое, что смог увидеть в потоке, «Тут дурно стало нашим мастерам!», И вдруг от шока распахнулись синеоки. Шелковистый голос все не выйдет из головы, Кажется, сердце выпрыгнет от страха. Так еще и вешаются, недостаточно трезвы — Круглый мужичок, да странная деваха. Что могло случится с про-составом? Мария Николаевна, Петр Аркадьевич… Вова, в конце концов, пищал пищаво, О том, как нервует с колледж-собратьями. Быстро выскочил на остановке Леха, Подтягивал слинявшую с плеч сумку, Его бесила эта суматоха, Когда нужно печатать смс и держать ровно руку. Вова, сумасшедший, все пишет и пишет, Небрежно допуская глупые ошибки, А Хесус издалека уже слышит Громких разговоров обрывки. Пробежав вдаль еще немного, Благо, господи, он был не так далек, Парень дышал сбивчиво, неровно, Казалось, тотчас бы нахуй слег. Чертыхнувшись раз сто, Поправив выбившуюся из брюк рубашку, Не дав сообразить, потянул вбок кое-кто, Знакомый-незнакомец потащил беднягу. Чертов Вова матерится, усердно бубнит, Все крепче сжимает худую ладошку. Хоть бы что-то сказал… Но молчит. И кажется… Злится понарошку. — Вов, тебе жить надоело? Лёша был серьезен не на шутку, А Володя рот закрыл ему умело, В глазах утаив какую-то мутку. Идет тихий и злой друг: Один другого лицом краше, У одного в глазах недуг, Другой с улыбкой бродит даже. Вова посмеивается тихо, Но позже резко хмурится. Он упал головою сильно? Чего еще там ищет, щурится? Завел под бок куда-то, Приказал закрыть глаза, ведь: «Страшно!» Пришлось послушаться, нет-нет, За руку взял, как-будто это важно. Идя, видимо, по плитке, Нащупал Лёша слева шкаф. И запах странный — маргаритки, Стремно, нет никаких забав. «Давай уже, веди быстрее», — Смолвил уставший Хесус, А тут уже и свет включили, Заодно «привет» замесу. Огромный, светлый кабинет, Тут пахнет вкусно, очень свежó, Вова накинул встречный комплимент, Полно студентов, от свеч дурнó… «Что происходит, я не понял?» — С испугом парень произносит. Вова тихонько за спину обнял. «Праздник», — вяло ему бросит. А он забыл, стыдливо покраснел, Взаимно обнял, огляделся… Про-состав, друзей присмотрел, И кажется, запах Маргариток в кофту въелся. Вова крайне хитер и так хитрожоп, Запомнил дату день рождения. И, кажется, не так уж узколоб. Его зауважал от удивления. Часы растворились давно, Ребята собрались уходить по домам, А Вова сказал, что пойдет только с ним, Якобы просто побродить по местам. Леша ему немного не верит, Но послушно идет за врунишкой. Одногруппник совсем не знает меры. Его держит за руку этот странный Братишкин.