Перо Феникса

      Солнечный лучик небрежно пробивался в комнату через легкие занавески, неспокойно танцуя на вещах под легким ветерком. Он торопливо пробегал по стенам осторожно облизывая корешки различных книг и томиков манги на полке, гарцевал по неровно сложенным на столе тетрадям и ручкам, цеплялся за висящие на стене фотографии и старые грамоты, осторожно касался сложенной на стуле формы из белой рубашки и чулков, серого пиджака, темной юбки и яркого, красного галстука, задевал сидящие у шкафа игрушки и бесшумно стучался в светлые створки, любовно раскрашенные младшим братом несколько месяцев назад, а после прыгал по кровати, путаясь в алых переливах тугой косы, рыжевато-красных перышках крыла и кремовом пастельном белье, и вновь смущенно скрывался за занавеской.              Внезапно раздавшийся пронзительный писк будильника, заставил спящую девушку суматошно подорваться на кровати и подойти к столу торопливо выключая громкий раздражающий звук. Шесть утра. Сора, по-прежнему сонно, неторопливо качает головой и, широко зевнув и передернув плечами, заставляя крылья слегка трепетать, подтягивается с легкой улыбкой. Дома. Она дома. И от этого в груди мягкими огоньками поет счастье.              Привычные действия сегодня кажутся каким-то невероятным волшебством. Умывание, сборы и одевание, готовка легкого завтрака – все дышит позабытым за неделю уютом и чем-то умилительно нежным, неуловимым, как тонкий цветочный запах на уличном прилавке с хризантемами*. И Сора ступает тише, непроизвольно поднимаясь на носочки, стараясь не заскрипеть от неосторожного шага по дереву пола, боясь нарушить сонное спокойствие, потревожить мимолетное счастье родного дома.              Проходит совсем немного времени, а Сора уже торопливо выходит, по-прежнему мягко улыбаясь и перекидывая переплетённую косу за спину, здоровается с дружелюбной собакой бабушки Изуми, живущей напротив, и отправляет привычное «Доброе утро» Кон-куну, прекрасно зная что друг только поднялся с кровати. Так непривычно знакомо. Прошла всего неделя без привычных глазу мелочей, но только расставшись со всем, Хоноо поняла, насколько ценила это. Наверное, это всегда происходит так, однако для неё это было чем-то неуловимо новым.       

***

      И снова мерные покачивания поезда, и гул чужих разговоров, в которые просто не хочется вслушиваться. Сора устало прикоснулась лбом к стеклу рассматривая убегающий влево город, улочки, людей, и, нервно прикусив губу, крепче прижала к спине крылья, чтобы другие не задели и не выдернули нервным движением пару перьев, после чего рвано выдохнула и выпрямилась, доставая из сумки телефон. Думать о чем-то серьезном не хотелось, поэтому она привычным движением вошла в браузер, совершенно забыв про последнюю открытую вкладку и сразу цепляясь глазами за строчки сообщений от того самого «Изуку»*, что бы не значило его имя.              Изуку:       «… Школьницы?»       «Ох простите!       Это, наверное, было очень грубо.       Дело в том… Дело в том, что я сам примерно того же возраста.       Я нисколько не хотел вас обидеть!       Просто…       Просто это очень неожиданно. И я растерялся.       Прошу прощения.»       «Phoenix-сан, вы заметили столько деталей с такого короткого видео за пару просмотров, а я лишь сделал общие выводы и собрал информацию…       Спасибо вам за то, что ответили. Надеюсь, вы не держите на меня зла.»              С первых фраз губ Соры коснулась мягкая улыбка, а напряженные чуть прищуренные глаза неуловимо смягчились. Она совершенно не ждала извинений и даже не рассчитывала, что этот незнакомец напишет что-то кроме сумбурного удивления и любопытства к «таким выводам в её возрасте», однако он извинился. Искренне. Это по-своему подкупало. И лишь перечитав третью строчку девушка удивленно покачала головой понимающе прикрывая глаза.              Такой же. Но в то же время совершенно другой.              Хоноо чуть приподнимает уголки губ в бледном подобии на улыбку, поддаваясь старым воспоминаниям, и, небрежно дернув крыльями, начинает неторопливо печатать ответ для этого неуверенного в себе парня, столь похожего на прежнюю Сору и в то же время не похожего совершенно.              Phoenix:       «Я принимаю ваши извинение за столь поспешную и резкую оценку. Надеюсь, это послужит вам примером важности слова.       Не стоит принижать себя на моем фоне. Я – это я. Вы – это вы. Например, мне не под силу найти столько информации из разрозненных источников связывая ее в единое целое. Так же не каждый вспомнит имя героя, который попал на это видео, чтобы начать эти поиски.       Думаю, это мне стоит восхититься вашими навыками и памятью.»              Сора писала совершенно искренне хоть и с долей официальности, чтобы вернуть их диалогу какие-то рамки и неуловимо встряхнуть собеседника, заставив собраться с мыслями. Всё же официальный стиль со своей четкой структурой очень удобен в моменты, когда мысли путаются от волнения, резко перескакивая с одной темы на другую, теряя основу повествования.              Хоноо даже не ждала ответа привычно спрятавшись от роя мыслей за наушниками и песнями радиоволн, однако раздавшийся минут через двадцать сигнал уведомления заставил её чуть удивленно приподнять бровь и медленно включить экран телефона.              Изуку:       «Я понимаю. Возможно даже лучше, чем хотел бы сам.       Вы правы. Спасибо.»       В ответ девушка лишь задумчиво отводит взгляд к окну смотря на пробегающие мимо дома и не замечая их. «…лучше, чем хотел бы сам», верно? Возможно, она догадалась, что он имел ввиду в тот момент, а может это лишь иллюзия, которую создало подсознание в погоне за правильным ответом. Сора коротко качает головой кусая губы от волнения и вздыхает, совершенно не слыша слов песни по прежнему звучащей в наушниках. Ей нужно время чтобы обдумать все это.       

***

             - Хей, Хоо! – задорный голос Кон-куна освобождает запутавшиеся в паутине вопросов мысли и невольно заставляет радостно улыбнуться в ответ, коротко махнув рукой. – Только тебя и ждем подруга!              - Я опоздала? – недоуменно выгнула бровь Сора, рассматривая маленькую компанию из одноклассников, которую другу удалось поймать в этот раз.              - Вовсе нет, Хоноо-сан. – негромко отвечает Кафун-сан с вежливым поклоном до того, как Кон с присущей ему жизнерадостностью начал считать минуты ожидания на пальцах.              - Мы просто пытались немного привести в порядок Тенга-сана. – неопределенно тянет Джукан-сан, непроизвольно отбивая лишь ей одной понятный ритм ладонью левой руки по ноге, и коротко хмыкает, глядя на растрепанное гнездо темно-синих волос, чуть мятую, не заправленную рубаху и такие же брюки, съехавший с правого плеча пиджак, пыльные туфли и аккуратно завязанный галстук. – Что ж… у нас не вышло. Снова. На нем точно какое-то проклятье. Если бы не знала, что это не так, то точно бы считала это его причудой.              - Мне будет искренне жаль его женушку. – хмыкнул Доку-сан едко улыбаясь, чуть оголяя ядовитые клычки и поправляя чуть съехавшие темные очки, ограничивающие пару возможностей его причуды.              - Эй! Я просто немного увлекся вчера. – обижено поджав губы, возмущается Тенга-сан, даже не стараясь поправить пиджак или пригладить пальцами волосы.              - А он из принципа себе парня найдет. – копирует улыбку Доку-сана Джукан-сан, картинно не заметив возмущенного восклицания.              - Ребята давайте не будем сориться. – мягко предлагает Кафун-сан, сложив ладони у груди и чуть склонив голову к плечу, от чего несколько черных прядей из высокого хвоста, закрепленного красным шнурком, ложатся на плечо.              - Мы не ссоримся. – удивительно единодушно заявляют Доку-сан и Джукан-сан, поворачиваясь к девушке.              - Вот и славно. – Кафун-сан легко хлопает в ладоши прикрывая светло-красные, почти розовые глаза.              - Мы ждем кого-то еще? – уточняет Сора подходя к Тенга-сану и поправляя пиджак аккуратно застегивая его на одну из пуговиц, на что парень лишь обреченно вздыхает, но совершенно не сопротивляется.              - Уже нет. – качает головой Кон, посмотрев на свои старенькие часы, единственную неизменную деталь в ворохе фенечек привычно охватывающих руки разноцветным узором.              - Тогда идем! – Жизнерадостно заявляет Джукан-сан, двигаясь вперед, поправляя пару крашеных, ярко-синих прядей, выгодно выделяющихся в темных волосах с легким фиолетовым отливом.              - Не знаю, чем я поражен больше: твоим стремлением к учебе или ролью мамы утки. – безразлично заявляет Доку-сан, пристраиваясь следом.              - Да-да. Мистер Ядовитая Гадина-сан. – насмешливо проговорила Джукан-сан даже не обернувшись, заставляя парня недовольно зашипеть и нервно дернуться.              - Джукан-сан нельзя же так. – слегка качая головой говорит Кафун-сан начиная двигаться вместе с резко задумавшимся Тенга-саном, ненавязчиво следя за тем, чтобы парень не отделился от группы.              - Успокойся Кафун-сан. Это просто шутка. – примирительно улыбается девушка в ответ на строгий взгляд почти розовых глаз.              - Ага. Милое прозвище, дорогая. – тихо, но едко добавляет Доку-сан с легким шипением пряча руки в карманы.              - Кстати Канджо-сан! Ты ведь тоже дал Хоноо-сан прозвище? Почему? – с любопытством уточняет Джукан-сан, резко меняя основу разговора, оборачиваясь к остальным и начиная шагать задом наперед, из-за чего Кафун-сан обеспокоенно переводит взгляд с нее на Тенга-сана, а Доку-сан тихо хмыкает и негромко заявляет, что не будет ее ловить.              - Ну да. – беспечно пожимает плечами Кон-кун, поправляя съехавшую лямку школьной сумки, и продолжает под парой заинтересованных взглядов. – Хоо. По-моему, ей подходит.              - Феникс? – заинтересованно склоняет голову Доку-сан разглядывая Сору, но небрежно фыркает, не найдя ничего примечательного. – Не подходит.              - Ну-у… - Тянет Джукан-сан так же неторопливо всматриваясь в девушку от чего Сора неловко передергивает плечами и непроизвольно ерошит перья, переводя взгляд на высокие дома и прячущееся за ними небо. – Тут я с тобой соглашусь мой ядовитый друг. На Феникса наша Хоноо-сан совсем не похожа.              - Почему это? – возмущенно вскидывается Кон-кун чуть хмуря брови.              - Хоо – «бессмертная птица», которая олицетворяет душевный покой и ведет человека к умиротворению, просветлению. – по памяти негромко произносит Кафун-сан, задумчиво касаясь рукой подбородка.              - Феникс был символом императорской семьи после революции Мэйдзи. – внезапно подключается Тенга-сан от чего Джукан-сан вздрагивает, делая пару неустойчивых шагов, но, к счастью, не теряет равновесия. – Некоторые статуи еще сохранились на вершине святынь, в парках. Правда не так много. В до причудливые времена их было больше.              - Согласись, в нашей птичке нет ни умиротворения, ни императорского благородства. – чуть щуря глаза резюмирует Джукан-сан после недолгого молчания, поглядывая на нахмурившегося Кон-куна и удивительно спокойную Сору.              - А еще Хоноо-сан цветом оперения не вышла. – беспечно добавляет Доку-сан скрепляя руки в замок за головой, задевая большими пальцами небольшой хвостик своих зеленоватых волос с проблесками желтого, руша некую серьезность момента.              - Хоо всё равно Хоо. Что бы вы не говорили. – хмуро бормочет Кон-кун, поднимая глаза к небу, опасаясь невольно использовать причуду на одноклассниках, и вздрагивает, когда Сора ненадолго касается его плеча тонкой ладонью.              - Хоноо-сан…              - Да, Джукан-сан? – Сора медленно переводит взгляд на обратившуюся девушку, успевая поймать непривычный отблеск неуверенности в ее темно-синих глазах, но она резко разворачивается спиной, сцепляя руки в легкий замок и подтягиваясь.              - …Нет. Ничего.       

***

      - … Неправильно Шико. – обреченно покачал головой учитель от чего желто-пепельные волосы пришли в состояние некого хаоса и стали навязчиво прикрывать льдисто-голубые глаза с маленькой точкой зрачка, словно выгоревшие на ярком солнце,не скрывающиеся в обрамлении тонкой, только намечающейся сеточки морщин и цепко смотрящие на невозмутимую, даже отрешенную ученицу. – Вы слишком полагаетесь на стандартные схемы и не проявляете никакой фантазии в подходе.Да, вы хорошо играете на известных вам моментах и фактах, но вашим словесным оппонентом может оказаться совершенно незнакомый человек, что разрушит выстроенную структуру разговора еще на начальном этапе. Да Тсуушин?              - Ханей-сенсэй этот порядок ведения делового разговора считается стандартным. Почему он не подходит в данном случае? – с места уточняет девушка, задумчиво хмуря светлые брови и переводя взгляд разноцветных глаз с учителя на Шико-сан и Таитараку-сана, которому не повезло стать напарником для их ленивого гения в этот раз.              - Стандартным? – сенсэй удивленно переспрашивает, бросив короткий взгляд на часы на запястье, жестом разрешив вызванным к доске ученикам занять свои места, после чего рассматривает класс замечая пару любопытствующих взглядов и усмехается, обнажая в этой усмешке несколько кривых морщин. – Вы снова воспользовались причудой Тсуушин, верно? – и дождавшись короткого кивка ученицы продолжает. – Да для многих это стандарт ведения бесед, однако он совершенно не подойдет вам.              - Но почему сенсэй? Это очень удобный образец и его легко перестраивать в соответствии с ходом беседы. – недоуменно уточняет Ирабу-сан, недоверчиво оглядывая собственные записи.              - Все достаточно просто… - чуть улыбается учитель и подумав предлагает. – Шико Дарадара, не хотите ли попробовать улучшить оценку объяснениями?              - Да, сенсэй. – нехотя вновь поднимается девушка, отводя взгляд темно-красных глаз от окна. – Сложность в том, что это именно стандартная схема. Общеизвестная. И хорошо она сработает только на тех, кто с ней не знаком. Мы просто можем потерять инициативу в переговорах, а вместе с этим и выгоду.              - Ход мыслей правильный. Что посоветуете предпринять в таких обстоятельствах? – наталкивает на продолжение ответа мужчина, прекрасно зная, что данная ученица любит ограничиваться кратким ответом.              - Вы обычно советуете использовать фантазию и учите не терять контроля над ходом беседы даже после потери инициативы. – медленно проговаривает Шико-сан, слегка прикрывая глаза и касаясь кончиками пальцев парты. – Думаю нам нужно удивить, отвлечь или ошеломить собеседника в нужный момент, чтобы самостоятельно выставлять условия.              - В целом верно, садитесь. Вам необходимо не столько знать шаблоны, сколько уметь импровизировать, подавать информацию в необходимом именно вам свете. – одобрительно кивнул учитель и вновь посмотрел на время. – На этом наш урок окончен. К следующему занятию жду ваши эссе и напоминаю, что к пятнице вас ждет срезовая работа, так что прошу просмотреть материалы по прошедшим темам. – с последними словами сенсэя прозвучала трель звонка, подводя негласную черту и оповещая о обеденном перерыве, и мужчина, сделав пару записей в журнале неторопливо покинул класс под медленно разгорающиеся разговоры.              Сору всегда удивлял стиль ведения урока данного преподавателя – мужчина умел не только организовать время урока так, чтобы в процессе ответить на все возникающие вопросы, но и постоянно заставлял думать над привычными вещами, выставляя их в совершенно незнакомом свете. Даже то что сейчас они проходили темы деловой беседы совершенно не уменьшало количество возникающих вопросов, которые им стоило обдумывать самостоятельно. Правда в последнее время в ее жизни вопросов было слишком много.              - Заметил, Коден-кун? – неожиданно уточняет Сайтеку-сан нетерпеливо перебирая пальцами и кусая в задумчивости бледные губы.              - Заметил что, Ю-чан? – беспечно уточняет Фуруй-сан, откинувшись на стуле и щуря карие глаза, спасаясь от яркого света ламп с высокого потолка.              - Ханей-сенсэй сказал о подаче информации в необходимом нам свете. Не выгодном для нас, а необходимом. – девушка неторопливо произносит собственные мысли вслух, блуждая взглядом по парте.              - И? – безынициативно уточняет парень со стуком садясь ровно.              - Нет, я, конечно, знала, что у тебя с логикой проблемы, но меня не оставляла искра надежды! – возмутилась Сайтеку-сан, вскидываясь и судорожно вдыхая, ударяя по столу тонкими светлыми ладонями.              - Я рад, что ты в душе всегда на моей стороне Ю-чан. Однако это не объясняет мне ничего. – вздохнул Фуруй-сан, ложась на парту.              - Коден-кун! Ты!..              - Сайтеку-сан хочет сказать, что нам не обязательно постоянно побеждать и превосходить противника. Вместо этого можно устроить ловушку и мягко подтолкнуть туда соперника, дезинформируя его шпионов. Это чем-то походит на войну или сёги. – вмешался сидящий в соседнем ряду черноволосый парень со странной прической, не отвлекаясь от пересчета мелочи для покупки содовой в столовой.              - О. Так яснее. Спасибо Ирабу-сан.Я лучше разбираюсь в истории, чем в этом подобии современного этикета. – улыбнулся Фуруй-сан выпрямляясь и неловко взъерошив рыжий беспорядок на голове, на что Сайтеку-сан обижено фыркнула и резко встала, молча отправляясь в столовую.              - Пожалуйста. – слегка кивнул Ирабу прикрыв темно-вишневые глаза на мгновение и печально покачал головой, от чего черная коса со спины перекочевала на грудь, а пара коротких прядей, обрамляющих скулы, решила пощекотать глаза.              - Хоноо-чан! – вывел Сору из созерцательной задумчивости яркий голос Хины-сан, и она неторопливо перевела взгляд на девушку, цепляясь глазами за яркую, но однотонную заколку на каштановых волосах. – Я… - заместитель старосты замялась и слегка нервно улыбнулась, не зная, как задать вопрос, что для нее было совершенно несвойственно. – Я…              - Хоо, идешь? – негромко уточнил Кон-кун подходя ближе. – А то наш привычный столик снова займут интроверты.              - А можно с вами пообедать? – неожиданно решительно спрашивает Хина, от чего Сора удивленно приподнимает брови и, на пару секунд переглянувшись со столь же удивленным Кон-куном, все же кивает. – Ох. Спасибо, Хоноо-чан.              Обычно друзья обедали за одним из небольших столиков, расставленных вдоль стен и окон, по-своему отдыхая от уроков, разговоров и просто размышляя о чем-то вслух, зная, что в суматошном гуле никто не станет вслушиваться или задавать вопросы. На самом деле многие из их класса предпочитали проводить обед в маленькой компании или совсем в одиночестве, и остальные прекрасно понимали, что товарищам по учебе нужно время, чтобы переварить новые знания, побыть наедине с собой, да и просто посидеть в тишине. Это было маленькой традицией, немым обещанием, закрепившимся в привычку за полтора месяца совместной учебы. И такая просьба… Наверное только это заставило их согласиться.              Однако ни Сора, ни Кон не ожидали что их неожиданно увеличившаяся на одного человека обеденная беседа, привлечет еще несколько человек.              - Я, конечно, понимаю, что мир, дружба, связи, но что у вас всех случилось. – обеспокоено склоняет Кон-кун голову к плечу, после того как они устроились за одним из столиков на 6-8 человек и утолили первый голод.              - Ну… - Хина неловко переводит взгляд молочных глаз в сторону, нервно скрепляя пальцы в замок, так что Сора, тяжело вздохнув, обхватывает руками чашку с зеленым чаем и вопросительно смотрит на старосту, сидящего рядом с волнующейся девушкой.              - Я в основном наблюдатель. – спокойно говорит Шизукеса-сан, отпивая немного сока из прозрачного стакана, и, неторопливо распаковывая булочку с дыней, уточняет. – Боялся, что вас вопросами завалят.              - Вопросами? – уточняет Сора удивленно посмотрев на остальных.              - Да. – уверенно кивает Сейсору-сан, цепко всматриваясь в детали своими карими, почти черными глазами от чего девушке становится немного не по себе, но она твердо встречает этот взгляд, лишь чуть прикусив щеку изнутри для храбрости. – Вчерашний вопрос о беспричудных… он…              - Поразил, ошарашил, заинтриговал, – нетерпеливо добавляет Ирабу-сан, прерывая мгновения образовавшейся тишины. – называйте как хотите. Просто услышав об этом, я… мы захотели узнать больше.              - Я-я тоже. – твердо отвечает Хина-сан после глубокого вздоха, серьезно смотря на севшего ровнее Кона-куна и сосредоточенно вслушивающуюся Сору. – Мои родители никогда не поднимали и не освещали эту тему, и я долгое время считала, что знаю довольно много аспектов, деталей и подводных камней профессии, но… этого я не знала. Не обращала внимания, не хотела видеть.              - А они всё время были рядом. Верно? – чуть иронично добавляет Кон-кун и успокаивающе кивает Соре, мягко улыбнувшись.              - Да. – негромко отвечает за всех Сейсору-сан после короткой переглядки.              - Они похожи на тени. Ускользающее и исчезающее прошлое. То, что кто-то хочет стереть из памяти, забыть. – неторопливо начинает Ирабу-сан после недолгого молчания. – О них не говорят. Не вспоминают без серьезной причины. На словах защищают, но… мы не знаем, что там глубже. Потому что не пытались смотреть, интересоваться…              - Я попыталась что-то найти вчера. – рассеяно продолжает Хина-сан, проводя пальцем по краю тарелки. – Пыталась узнать у семьи… но не смогла. Родные сказали, что мне рано об этом говорить. Другие источники не выдали ничего конкретного. Только общие, сухие цифры. Мне нужно было другое. Единственное, что точно ясно - обществу не известно ни одного имени беспричудного, который бы занимал хоть сколько-нибудь значимую должность в последние двадцать лет.              - Так что мы решили обратиться к тебе. – кивает Сайтеку-сан переводя взгляд на переплетенные пальцы и непривычно неуверенно, почти равнодушно спрашивает. – Что скажешь Хоноо-сан?              Сора помолчала и, слегка подняв чашку с чаем, с легким стуком отставила её подальше, медленно разгибая напряженные пальцы. Все эти откровения, сомнения, тягучие вопросы. Она прекрасно понимала их состояние, потерянность, зудящий в голове навязчивый голос, легким шепотом манящий узнать ответ, разгадать эту тайну, найти ту единственную истину, что никогда не будет ложью, потому что будет неоспоримым фактом, константой, от которой можно оттолкнуться в суждениях, за которую можно зацепиться в дальнейших поисках. Это было так знакомо. Пряталось в оттенке глаз, движении пальцев, громкости и интонации голоса, скорости шага и некой не покидающей задумчивости, вновь и вновь возвращающей к вопросу. И тем непривычнее было замечать это в ком-то еще кроме себя.              - Я не думаю, что знаю больше вас. – медленно проговаривает Сора по-прежнему подмечая скупые, почти сухие детали, нервно переплетая пальцы и расплетая чтобы короткой дробью ударить по столу. – И скорее всего мне не ответить на тот вопрос. Но, возможно, если мы попробуем немного порассуждать над тем, что уже известно… получим новые детали, зацепки, вопросы.              - Ну я… мы с самого начала не рассчитывали быстро найти ответ. – усмехается Ирабу-сан, неторопливо доставая из внутреннего кармана пиджака карты в неприметно серых рубашках и медленно их перетасовывая, перебирая, вытаскивая несколько в произвольно порядке и пряча куда-то в середину. – Однако это больше чем ничего. – он не видит, но остальные согласно кивают, заворожено следя за отточенным движением пальцев и танцем старых карт.              - Тогда думаю нам стоит начать с прошлого. С того что послужило поводом к такому пренебрежению. – Сора задумчиво качает головой и торопливо достает блокнот из взятой в столовую сумки с тетрадями, быстро пролистывая записи, даже не задерживая взгляд на рукописных строчках. – Эктоплазм-сенсэй говорил, что раньше причуд боялись, возможно стоит взять это за отправную точку.              - Если идут разговоры о времени, то я с вами. – внезапно весело заявил Фуруй-сан, неожиданно появляясь между Хиной-сан и спокойным как удав Шизукесой-саном, резко уворачиваясь от запущенных причудой тарелок, чашки и нескольких палочек и игнорируя пару резких взглядов.              - Не стоит меня пугать. – резковато заявил Сейсору-сан, медленно успокаиваясь, чтобы вернуть себе контроль над причудой.              - И не пытался. – беспечно пожимает плечами Фуруй-сан и нетерпеливо уточняет – Так что у вас за вопросы к прошлому?              - Нам нужно обратиться ко времени появления причуд… - уточняет Хина-сан, неодобрительно прищурившись на такую бесцеремонность, но ничего не говоря в слух.              - По всему миру или в Японии? – деловито уточнил Фуруй, занимая предпоследнее свободное место и не прекращая пребывать в хорошем расположении духа.              - А в мировой истории есть какие-то важные детали? – недоуменно поднимает бровь Кон-кун.              - Ну… Не думаю. – Ерошит рыжие волосы Фуруй-сан, спуская любимые очки в стиле стимпанка, держащие в неких рамках этот беспорядок, на шею. – Япония была четвертой страной, в которой стали появляться причуды, так что от общемировой истории там только пара уточнений и чисто территориальные аспекты некоторых причуд.              - Территориальные? – склоняет голову к плечу Ирабу-сан, неторопливо вытащив из колоды бубнового туза и мягко положив на стол рубашкой вверх.              - Да. Есть несколько подтипов причуд которые запрещены к применению на определенных территориях, чтобы не вызвать природную катастрофу. – негромко уточняет Шизукеса-сан шурша пустой упаковкой от булочки.              - Спасибо староста. – вежливо кивает Фуруй-сан и уточняет. – Так мы поговорим о зарождении первых причуд, верно?              - Немного не так. – Сора слегка качает головой негромко щелкая ручкой. – Нам нужно знать о событиях, происходящих в то время и участии в них людей со способностями.              - Хм… вы хотите понять почему их боялись? – спокойно уточняет Фуруй-сан и, получив согласные кивки, прикрывает карие глаза. – На это было много причин. Мнимая вседозволенность, чувство собственной особенности и силы, порочные желания - у владельцев причуд, и опаска с осторожностью у всех остальных. Вначале были лишь единичные случаи нарушения закона и причинения вреда гражданам, с которыми с трудом, но справлялись власти. Все изменилось после убийства с использованием способностей.              - Убийства? – непередаваемой интонацией уточняет Хина-сан, нахмурив каштановые брови. – Почему именно оно?              - Все дело в личности жертвы. – складывает руки на столе Шизукеса-сан, подаваясь назад и опираясь на спинку стула. – Правильно? Тем более ты не говорил о том, что оно было первым.              - Верно. Это был один из тех чью смерть замять не выйдет ни в коем случае, и власти заволновались, а вмести с ними взволновалось телевиденье. Те, кто еще вчера были странными чудиками с непонятными способностями постепенно становились потенциальными убийцами, опасностью в глазах общества. И в людях просыпался страх, опаска, неприязнь.              - И через какое-то время те, кто владел причудой разозлились. – хмыкает Сейсору-сан, качая головой с зафиксированными лаком темно-синими волосами в состоянии «дыбом». – Не все конечно, но думаю треть точно.              - Следует учесть, что некоторые из них могли искренне упиваться собственным положением и вседозволенностью. На фоне таких людей те, кто искренне старался быть «обычным», казались жуткими лицемерами и явно не пользовались любовью общества. – пожимает Кон-кун плечами, краем глаза следя за тем, как подруга записывает основные пункты разговора, успевая делать краткие пометки, подчеркивать важные детали и обводить заинтересовавшие ее моменты, ставя рядом знак вопроса.              - Если долгое время делать из человека злодея, то злодеем он и станет. Да у них был выбор, но, судя по всему, большинство пошло по самым простым путям из всех возможных. – в слух размышляет Ирабу-сан, вытаскивая из середины колоды червового короля.              - Ага. Владеющие причудой стали показывать превосходство, начали постепенно управлять обычными людьми через страх, но они не были единой организацией и сражались даже между собой, что только увеличивало опасения обычных людей, у которых просто не было достаточно сил или смелости, чтобы поднять волну протеста. – продолжает Фуруй-сан, слегка склонив голову к плечу. – Но появляются герои.              - Герои? – хмуриться Сейсору-сан. – А почему армия не продолжила восстанавливать порядки?              - Не думаю, что кто-то ответит нам на этот вопрос. Правдиво ответит. – спокойно заявляет Шизукеса-сан после того, как Фуруй-сан лишь пожимает плечами. – Армия единица, которая действует по приказу. Додумать можете сами.              - Тем более герои первое время отличались от того образа героя, который нам известен сейчас. – добавляет Сора, после небольшой паузы, поднимая взгляд от блокнота. – Это были Линчеватели. Как понимаете они сами выбирали способ наказания руководствуясь только собственными понятиями о том, что является правильным и не правильным, и они не всегда следили за сопутствующим ущербом. И я не думаю, что они сотрудничали с властями для реализации собственных стремлений. Так что не все первые герои действительно были Героями.              - Возвращаясь к общим событиям, можно сказать, что появление этой третьей стороны, привело к тому, что причудливые начали становиться более радикальными, отчаянными, но вместе с этим в некоторых просыпалась осторожность и логика. Это было для них своего рода предательством. – вернулся к повествованию Фуруй-сан, бессистемно подчеркивая короткими жестами собственные слова. – И что-то случилось… что-то заставило причудливых людей, которых сейчас бы с легкостью окрестили злодеями, объединиться.              - Что-то? – уточняет Шизукеса-сан, выразительно поднимая левую бровь и чуть склонив вперед голову.              - Не смотри так староста! – чуть нервно улыбается кончиками губ Фуруй-сан и качает головой, на мгновения путаясь пальцами в коротком хаосе рыжих волос. – Я действительно не знаю, что тогда произошло. В книгах этот момент описывается, как объединение под влиянием общества, но они просто не смогли бы так быстро собраться, не имея сильного лидера. Но я не могу найти ни одного упоминания, словно его имя, сама личность была неаккуратно стерта. Пока не могу. Просто не хватает зацепок и деталей, но кое-какие догадки… - он замолкает, кусая губы и торопливо мотая головой. – Если что, я вам этого не говорил.              - Почему? – недоуменно уточняет Хина с легким беспокойством смотря за реакцией одноклассника.              - Не думаю, что руководство или наши родители одобрят такой интерес, особенно к подобной личности. Раз это скрыли от общественности, то… – Ирабу-сан чуть хмуриться, доставая из колоды пиковый валет и откладывая к вытащенному ранее королю.              - Думаешь он жив? – интересуется Кон-кун следя за ловкими пальцами, вновь тасующими колоду.              - Возможно? – и лишь после неуверенных слов Ирабу-сан отрицательно качает головой. – Слишком яркая личность чтобы столько времени оставаться в тени. Лидер просто не может быть тусклым. А сейчас… у преступлений нет многоступенчатой структуры, нет вдохновителя, нет глобальных целей. – карты в руках замирают на игривой бубновой даме. – Правит балом эгоизм. – Ирабу-сан еще несколько секунд всматривался в карту и слегка кивнул, вновь спрятал в колоду, неуловимо доставая даму треф и оставляя ее на столе. – Но я не стану исключать данную возможность в мире, где существуют причуды. – он медленно переводит взгляд темно-вишневых глаз на Сору и слегка склоняет голову к правому плечу.              - С этой стороны я на это еще не смотрел. – задумчиво обхватывает подбородок пальцами Фуруй-сан и быстро кивает пару раз барабаня пальцами второй руки по столику.              - То есть беспричудные сами виноваты в том, как к ним относятся? – недоумевает Сейсору-сан, возвращаясь к основной теме беседы.              - Отчасти ты прав, но лишь отчасти. – Сора медленно перелистывает пару страниц блокнота. – Те времена прошли, а некоторые просто так и не смогли их отпустить, перенося собственные обиды на беспомощных детей, на беспричудных в общем, и передавали эти чувства потомкам. Жестоко, неправда ли?              - Ты так просто об этом говоришь, что страшно становиться. – нервно улыбается Хина, на что Сора лишь пожимает плечами ставя на поднос тарелку и собирая мусор.              - Ага. А еще мы сами загоняем беспричудных людей в рамки беспомощности, просто не воспринимая всерьез их возможности и таланты. – сминает салфетку Кон-кун и легко бросает в собственную тарелку, без особого интереса смотря, как она бьется о края и скатывается в середину. – И что будет дальше?              - Поживем увидим, Канджо-сан. – спокойно отвечает Шизукеса-сан, пока остальные задумчиво замолкают. – На такие вопросы отвечает только время.