Любовь без тормозов. Глава #2

Лика. Когда мистер Барлоу сказал, что Артур очнулся, нашей с Салли радости не было предела. Мы сразу же решили поехать к нему в больницу завтра утром, ведь в запасе было еще пару дней отгулов до конца этой недели. Но все же… Из моей головы никак не выходила разгадка всей этой истории — виновница в аварии сына — Эмма. Я никак не могла предположить, что она может так поступить, пусть не со зла навредив Артуру, она хотела навредить Изабелле, и это очень тревожило и печалило, ведь я всегда знала её как умную и добрую девушку. Что ж, пожалуй, Сал прав: Артур не должен ничего об этом знать, когда-нибудь тайна сама вскроется! *** [Утром следующего дня…] Утром следующего дня мы рассказали Соне, что Артур очнулся, и, конечно же, она разделила радость с нами. Мы отправили не в школу, а сами поехали в больницу, где нас беспрепятственно пропустили к Артуру. Мы открыли двери палаты, и сразу же увидели сыночка, который лежал с распахнутыми глазами и слегка улыбался нам. -Боже, сыночек, мальчик мой любимый! — я буквально подлетела к сыну, взяв его руки в свои и поцеловав его в щеку, отчего сын улыбнулся еще шире, настолько, насколько мог, — Артур, как же ты нас напугал всех! — я начала плакать, смотря на сына, а он вздохнул. -Мама, папа, я… Я так рад вас видеть! — он посмотрел на Салли, который стоял сзади меня и обнимал за плечи, — Я как-то странно себя чувствую… Что со мной вообще произошло? — Артур облизнул засохшие губы, устремляя взгляд куда-то в потолок. -Авария. Ты попал в аварию, сынок! — ответил ему муж, — Но сейчас уже все хорошо и твоей жизни ничего не угрожает! -Я рад! — Артур улыбнулся. — Только… — сын сморщился и, видимо, попытался пошевелить ногами, — Я не чувствую ног, вообще. Будто бы их отрубили от моего тела, очень больно! — при этих словах слезы сразу же скопились в уголках глаз и не было сил, чтобы сдержать их — в голове вновь и вновь вспыхивал приговор мистера Барлоу. -Сынок, ты… — я хотела уже это сказать, но почувствовала, как сердце резко подскочило к горлу, мешая дышать и говорить, от этого я заплакала ещё сильнее и прижалась к теплой груди мужа, и он приобнял меня за талию, поняв, что я не могу. Сын все это время смотрел на нас, будто бы выжидая чего-то страшного и ужасного. Губы его вновь пересохли, а дыхание участилось. -Артур, ты… — начал Сал, и видимо, ему тоже было тяжело это сказать, — Как сказал врач, ты очень сильно повредил ноги, поэтому… Можешь остаться инвалидом навсегда. Нам очень жаль… — Сал отпустил голову, а сын начал тяжело дышать переваривая слова. -Инвалидом? — переспросил он, посмотрев на меня, — Это правда? — я лишь кивнула головой, продолжая плакать и смахивая слезы с щёк, — Нет! Нет! Нет! Нет! Нет! Нет! Вы врете! Этого не может быть! Нет! — Артур начал быстро качать головой, он не верил нам, и мы сразу же подскочили к нему, чтобы немного успокоить. -Нет, нет, нет, нет! — в бреду повторял он, — а мы гладили по рукам, пытаясь хоть немного успокоить. Сердце разрывалось на части, от ужаса хотелось кричать. -Тише, тише, тише, сынок! Все хорошо, тише, тише! У тебя есть шанс встать на ноги, нужно бороться, бороться до конца! — к сожалению, эти слова мало помогали, и это было прекрасно понятно: наш сын не может ходить, и эта мысль сводит с ума всех. Все же, через некоторое время он успокоился, тяжело дыша и устремляя пустой взгляд в потолок. *** Артур. [Спустя несколько дней…] Хах, правильно всё-таки говорят: хочешь рассмешить Бога, расскажи ему о своих планах. Это фраза просто идеально подходит для меня, когда эта чертова авария полностью сломала мою жизнь. Теперь я — жалкий, ничтожный инвалид, который до конца жизни прикован к инвалидному креслу. Боже, как же было ужасно, когда родители сказали мне об этом, сначала я просто не поверил им, думая, что они врут, но… Все же пришлось поверить, и смириться со своей жалкой участью. Сейчас я уже передвигаюсь с помощью инвалидного кресла, которое стало единственным способом моего передвижения, и я уже какой день тухну в этой дурацкой больнице. Хотя… Какая разница: тухнуть здесь, или дома в четырех стенах, уже все равно! Жизнь потеряла абсолютно все краски, все рухнуло: мечты, гонки, в которых я уже не смогу поучаствовать, любовь… Все это разбилось вдребезги о суровую реальность жизни, и я ничего не могу с этим поделать. Кстати, о любви… Конечно, я был рад видеть Изабеллу — мою любимую, которая приходила ко мне каждый день, как и моя семья и Брэд. Они все жалели меня, но мне не нужна их жалость, мне вообще уже ничего не нужно! Иногда я вообще не понимаю, зачем я вообще существую, не живу, а существую на этой планете?.. *** Тишина. Она опять окружает меня, когда я нахожусь в этой палате. Эти белые стены, кровать, инвалидное кресло, моя ничтожность — все это уже до тошноты надоело мне за все это время. Все точно как в тюрьме, только намного хуже. Завтра меня выписывают, хотя мне от этого не легче — там все тоже самое что и здесь! Единственной моей отдушиной стало окно, сквозь которое я могу наблюдать за голубым небом и облаками, проплывающих мимо. Они кажутся мне так близко, что я могу дотронуться до них рукой и ощутить их мягкость. Тишину прерывает звук открывающиеся двери, но я не поворачиваю голову, продолжая смотреть в окно. Кто-то заходит, тяжело вздыхая и закрывает за собой дверь, и я вновь узнаю этот стук сердца и сбивчивое дыхание. -Ты опять пришла? — говорю громко, но мне не отвечают, — Зачем ты здесь? Снова пришла пожалеть меня? -Нет, я пришла к тебе просто так! — я медленно разворачиваюсь, скрепя колесами кресла, и снова вижу эти волосы, заплетенные в косу, веснушки и такие любимые голубые глаза. -Ты разве не рад меня видеть? — девушка вздыхает, а я сжимаю руки в замок, облизывая губы. -Рад. — отвечаю сухо, — Просто я не понимаю зачем тебе это нужно! -Нужно что? -Вот это все! Просто скажи: ты готова жить с инвалидом? — я снова заглядываю в эти глаза и вижу капли воды. Она молчит, обнимая себя за плечи, а я вздыхаю, пытаясь унять дрожь по всему телу. -Иза, послушай меня! Ты — молодая, красивая, обаятельная девушка. — я говорил это с трудом, сглатывая ком в горле, — Я — жалкий, ничтожный инвалид, который ничего не может! Ты должна просто понять: нам не по пути с тобой! Я верю, я знаю, что ты обязательно встретишь достойного человека, и я буду бесконечно рад за тебя! Поверь, ты будешь еще счастлива, но не со мной, я не хочу портить тебе жизнь! Просто прими это! — я понимал, что причиняю своей любимой боль, но другого выхода защитить и уберечь её от этого всего у меня просто нет. Ей ни к чему инвалид, я это точно знаю! — Артур, прекрати немедленно! — вскрикнула Иза, — Зачем ты все это говоришь? — она всхлипывает, — Хочешь все разрушить после всего, что было? -Я пытаюсь защитить тебя! Ты просто не понимаешь, с какими трудностями придется столкнуться! Тебе это не нужно, так будет лучше для нас обоих! -Нет, Артур! — она вытирает слезы руками, — Это только ты так решил! На самом деле ты просто не хочешь бороться, врач сказал, что ты сможешь ходить, шанс есть! -Он врет, все врачи ошибаются! — я качаю головой, — Я прошу тебя: уходи! Уходи и забудь меня! — я разворачиваюсь спиной к Изе и понимаю, что ей больно, но и мне, не легче. Между нами вновь повисла тишина, которую разбавляли только машины, проезжающие мимо больницы и моей палаты. -Хорошо, если ты так хочешь, я уйду! — девушка вновь всхлипнула, а затем развернулась и ушла, закрыв за собой дверь и снова оставляя меня в полной тишине. Прости, любимая! Я знаю, что тебе больно, но поверь и пойми: так будет лучше для нас!