Предложение, от которого...

Сказать, что всё быстро сложилось в идеальную картинку, значило сильно погрешить против истины. Секс по-прежнему был более чем восхитителен, и хоть аппетиты Брока поутихли, реванш Капитану всё равно не светил. Брок так и остался главным в тройке – как ни крути, а без него никакой триады и в помине не случилось бы, как, впрочем, и дуэта. Взаимодействие Капитана и Солдата было мало похоже на отношения. Возможно, это изменится. Когда-нибудь сильно позже. Когда Солдат окончательно сможет избавиться от последствий многолетней дегуманизации, а Капитан наконец-то выйдет из модуса «Бога», вернув себе НАСТОЯЩИЕ воспоминания, а не сказочку, которую ему вбили в голову. К примеру, вспомнит свое имя, перестав быть безличным Капитаном. Кстати, насчет последнего… Привязать к себе на законном основании неуправляемого Рамлоу, решившего вернуться в мир под новым именем, ревнивый до безумия Капитан решил самым кардинальным образом: через брак. А поскольку Брок уперся, то Капитан Гидра был вынужден вступить в тройственный брак. С Рамлоу и Солдатом. Если закон о триадах получилось продавить без особых проволочек и проблем – кто бы пикнул против решения Его Гидрейшества, то вот дальше возникли трудности. Остро встал вопрос об именах, поскольку надевать кольца безликим должностям Брок не собирался. Солдат, конечно, тут же прикрылся документом на Джеймса Барнса, а вот Капитан всерьез озадачился. Взять какое-то имя с потолка его категорически не устраивало, а собственное не вспоминалось – что его очень напрягло. Ведь косвенно это доказывало утверждения Брока о липовой истории появления Капитана Гидры. А поскольку Капитан был упертым, и не любил того, чем не мог управлять, то принялся копать. Копаться в прошлом оказалось не очень благодарным делом – всплывало всякое, что заставляло смурнеть Капитана, открывающего для себя не самые приятные вещи. Брок был уверен, оживи сейчас Пирс, то умирал бы тот долго и мучительно, поскольку вопросов у Капитана накопилось на очень вдумчивое и длительное допрашивание. Как бы то ни было, а Пирс неплохо подчистил за собой и Капитан был готов удариться в черную меланхолию, как помощь пришла с неожиданной стороны. Ну, как с неожиданной... Вездесущий и совершенно беспардонный Тони Старк не любил чего-то не знать, что там: он это просто физически не переносил! Сам Капитан Гидра собрался жениться и не подключил к этому фееричному событию ЕГО?! Тони как раз собрался обидеться, как совершенно случайно узнал о затруднениях… ну, не случайно, не зря же он создатель лучших систем наблюдения и вообще гений? Джарвис ему в помощь, и Тони совсем не постеснялся подслушать и проследить за Капитаном и его странным любовным интересом. У каждого свои недостатки, Тони решительно не понимал, что хорошего в огромном и мрачном Солдате, до которого Капитан его не допускал. Кстати очень даже зря! Хотя теперь-то Тони своего не упустит. Рамлоу выглядит вполне открытым к обсуждению, а как Старк понял, то именно этот наглый желтоглазый и чем-то похожий на самого Старка мужик играет в новообразованном трио первую скрипку. Кстати, этот момент Тони немного напрягал, поскольку даже эта условная схожесть с Рамлоу его пугала – вот уж что ему совершенно не было нужно, так это интерес Капитана в ТАКОМ ракурсе! Он даже все логи поднял, просматривая историю поисков, когда Капитан посетил всех, кто мог оказаться Рамлоу. Тот же Кулина, у кого Рамлоу с Солдатом прикупили бизнес… Тони несколько раз придирчиво сверил лицо бывшего победителя клетки со своим отражением и фото из личного дела лейтенанта Рамлоу, и облегченно выдохнул. Алви Кулина был больше похож на Рамлоу, чем он, и всё равно Капитан не повелся. Значит, дело и впрямь в запахе – Джарвис сделал анализ, который озадачивал непонятными странностями и успокаивал тем, что Тони нечего опасаться. Даже надушись он всеми этими сложносоставными феромонами, на нем они всё равно не будут так эффективны, как на том же Рамлоу, собственно и являющимся источником этого букета, и, конечно, не стоило забывать об ауре. Тони серьезно собирался когда-нибудь полностью разобраться в механизме этого эффекта. Пока его разработки остановились на неплохом сочетании инфразвука, отлично действующего на противника, но пока еще порядком уступающего природному умению Капитана. Так что Тони был готов применить все свои немалые умения и силы, чтобы обеспечить Капитану наилучшее сосуществование с Рамлоу и бедным Солдатом, лишь бы внимание того не обратилось на великолепного, потрясающего и неповторимого Старка. Тони был в курсе участи некоторых несчастных, кому не повезло заинтересовать собой Капитана. Храни Господь от такой радости – со всеми этими жуткими кровавыми метками, животными физиологическими особенностями и… гомосексуальными отношениями! Фу, это не для Тони Старка, и вообще он Пеппер любит. Серьезно. Наверное, пора окольцеваться: раз уж такие, как Капитан, не думают о детях, то придется брать дополнительную нагрузку в деле продолжения рода человеческого! Нет-нет: уж лучше подобный кошмар будет направлен на выносливого и явно очень удачливого лейтенанта, сумевшего выжить после введения опытного образца непроверенной сыворотки и при этом неплохо устроиться. И если этому Рамлоу нужно раскопать настоящую историю Капитана, а сам Капитан согласен удовлетворить этот интерес, то Тони спешит на помощь! Пришлось поднять немало архивов, буквально по крохам выискивая крупицы правды. Неприглядной. Шокирующей. Тони страдал, буянил, уходил в запой, но железная воля прекрасной Пеппер умело возвращала его в реальность, и он всё же добился успеха. Больше всего помогли давно позабытые и покрывшиеся пылью записи отца – Говарда Старка, оказавшегося ни много, ни мало, а современником того, кто в итоге стал Капитаном Гидрой. Капитан существовал и во времена отца, больше того: почти с ним приятельствовал. Только вот звался он тогда немного по-другому. Кто бы мог подумать, что когда-то Капитан Гидра был злейшим врагом Гидры? Как и… Тони совсем не был рад узнать о том, как был создан Зимний Солдат, и как однажды Капитана Америку, потопившего самолет с бомбами в Арктике, первой отыскала Гидра и… Сразу вываливать на Капитана всю правду Тони здраво опасался, но и тянуть не посчитал нужным. Ему было, что спросить с Гидры, но… не с Капитана, который оказался такой же жертвой, как и отец Тони, как и Солдат. Дотошный Джарвис сумел отыскать многое и в том числе запись от 16 декабря 1991 года, где Солдат на камеру (!) убивал Говарда и Марию Старк. В то время Тони окончательно разбежался с отцом по вопросам на свое будущее, увлекшись юношеским бунтом. Во многом Говард сам спровоцировал это отдаление: слишком много секретности и игр в политику. И нет, Тони УЖЕ не винил Солдата – тот всего лишь заводная кукла, не имеющая собственного мнения и воли, что неоспоримо доказал Джарвис. ИскИн Старка удивительно вовремя огорошил его огромным количеством неприятных подробностей, которые своей документальной жестокостью очень быстро охладили охватившие его ярость и жажду мести. Винить пистолет не было смысла: виновата рука, что направляла бездумное оружие. Свежеиспеченный Капитан Гидра к тому времени только восходил на пьедестал, сияя и оглушая мир своей верой и силой. И может именно появление Капитана Гидры толкнуло Говарда Старка на отчаянную попытку изменить всё? Сейчас ничего не переиграть. Тони Старк волей неволей, но уже по уши в Гидре, увлеченный харизмой Капитана, не видел смысла что-то менять, но окажись жив Александр Пирс, то даже Капитан бы не удержал его от мести… Но захотел бы Капитан его удерживать, после предъявления добытых Старком материалов? Вот Тони и зазвал к себе в башню триаду – время вскрывать карты. Солдат не пил, настороженно контролируя периметр и не понимая грандиозности происходящего здесь и сейчас. Ему было совершенно всё равно, кем он раньше был, и кем был Капитан. Всё, что его интересовало – куратор, Брок Рамлоу, которого он обожал всем своим существом и ради которого, не задумываясь, оборвал бы любые странные связи с Капитаном, убил бы любого, кто встал бы на пути и готов был прожить всю жизнь в бегах, лишь бы оставаться рядом с ним. И даже то, что он на удивление удачно сделал себе документы, практически стопроцентно угадав свое настоящее имя, его не впечатлило. Джеймс Барнс и Джеймс Бьюкенен Барнс – возможно, это слепой случай, а может, это восстанавливается память – в любом случае, Солдата это мало волновало. А вот Капитана вываленные Старком материалы заметно ошарашили. Гидра умело сплела ложь и правду, создавая легенду, в которую тот так верил: и слабое здоровье, и упертый характер, и большинство дат… вымарав некоторые «ненужные мелочи». Хитроумный и предусмотрительный Старк очень быстро оттарабанил приветствие, поднял пару шотов виски и технично свалил, оставив Капитана познавать глубину подставы в компании с непробиваемым Рамлоу и равнодушным Солдатом. Тони не собирался нарываться и мучить свою психику взбрыками давящей ауры звереющего Капитана, поэтому оставил отвечать на все вопросы Джарвиса, а сам заперся в мастерской, оптимистично предвкушая работу над протезом Солдата. Предварительные сканы он уже получил – пусть и без разрешения. Не зря же открывать глаза Капитану и его опасным любовникам он решил у себя в Башне, где каждый миллиметр пространства находился под его контролем. Когда бы он еще мог так близко подобраться к Солдату… то есть к Джеймсу Бьюкенену Барнсу, другу детства, юности и соратнику Стивена Гранта Роджерса, Капитана Америки, Капитана Гидры… Стив уже почти полчаса задумчиво сминал пальцами значок Гидры и разглаживал обратно, пялясь в пустоту и не обращая ни на что внимания. Стив. Брок и так, и этак ошарашено проговаривал про себя это имя и его вариации. У Капитана Гидры действительно имелось имя, настоящее, данное мамой в далекие двадцатые прошлого века и забытое в процессе преображения человека в суперсодата. Стив. Очень известный «малоизвестный» герой Второй Мировой. В смысле, что о подвиге все знали, но имя как таковое засекретили. Да и то, что Роджерс воевал с Гидрой, вымарали из истории начисто. Почти начисто – Старк и Джарвис всё же сумели докопаться до правды. Шокирующей. Брок перевел взгляд на Солдата… который Джей, который на САМОМ деле Джеймс, а еще детский друг Роджерса. Как так-то? Не, Брок предполагал, даже был уверен, что парни из одного теста и возможно одного временного периода, но чтобы друзья детства? Отслеживающий каждое его движение Солдат тут же подался ближе – вот уж кого прошлое не волновало от слова совсем. Броку такой расклад был по душе, и он потянул Солдата в постель. Какова бы ни была удивительная правда о прошлом, но как практик, он не видел смысла загоняться. Солдату, конечно, привалило дерьма, но сейчас тот счастлив, вон, по связи сплошное довольство и желание умыкнуть Брока в личное пользование в укромное местечко. А Кэп… ну, наебали Кэпа, но в итоге тот свое взял с процентами, подмяв под себя тех идиотов, что играли его втемную. Так что волноваться особо не о чем, жить нужно здесь и сейчас. Жить и любить, тем более что Старк предоставил им в пользование целый этаж, с роскошными спальнями и даже бассейном. Вон кровать такая огромная, что они втроем на ней могут спокойно всю ночь проспать и ни разу не столкнуться. Отличные условия, не то, что тесные каморки на базе Гидры, где всех удобств по минимуму, или те, недоброй памяти фальшь комнаты, где за каждым движением и звуком могут наблюдать чужие липкие глаза. Здесь за ними тоже присматривают, но есть колоссальная разница между уродами из Гидры и тактичным бесплотным Джарвисом, безусловно преданным Старку. Брок не сомневался, что ИскИн никогда не проболтается и не использует горячий материал в корыстных целях. А самому Тони нахер не сдался компромат на Капитана, так что пока Роджерс принимает свое прошлое, они с Солдатом… Джеем немного побалуются. Сильное мощное тело на хрустящем, идеально белом белье приглашающе выгнулось, разрешая всё и сразу. Но в этот раз Брок не стал кидаться на него, гонимый бешеным желанием. Гон или течка, как бы эта херня ни называлась, не суть, уже не управляла им, и можно было не спешить, а вдумчиво нежить. Нежность не то, чего было много в жизни Джея, давно пришла пора это восполнить. Брок вытянулся вдоль Джея, притираясь близко-близко, и принялся выцеловывать сводящие с ума яркие губы, Солдат довольно замурлыкал и расслабился, гибко подаваясь на каждое движение. Брок в унисон заурчал – горло само по себе выдавало это дурацкое хрипловатое вибрато, вызывая прямую ассоциацию с кошачьими тарахтелками. Роджерс отвлекся от своих раздумий и немигающим взглядом уставился на извивающиеся в постели тела. Так уж вышло, что Кэп оказался любителем посмотреть, и оставался наблюдателем до последнего, мазохист ненормальный. Впрочем, подобные закидоны лишь добавляли остроты их и без того нестандартным отношениям. Солдат вцепился железной рукой в надсадно затрещавшее изголовье и развел ноги, лентяй этакий, да еще намекающе повел тазом, демонстрируя полную готовность, ведь это Брок владел читерской самосмазывающейся по желанию жопой, а другим приходилось готовиться заранее, пользоваться определенными спецсредствами… такими как силиконовая пробка с рисунком, в этот раз с серебряной снежинкой. Эстет, мать его. Брок властно прокрутил пробку, умело проходясь по самому чувствительному месту, отчего Солдата перетряхнуло и тот требовательно мрыкнул, кусая Брока в давно зажившую, но так и не сошедшую с шеи метку. - Моя кусачая детка нарывается, - Брок не остался в долгу и чувствительно прикусил кадык на запрокинутом горле Солдата, чей член уже начал истекать прозрачными каплями, пачкая живот и тугие завитки темных волос. – Детка получит всё, что она хочет, моя сладкая, вкусная детка… - Солдат захныкал и Брок плавно заменил пробку своим членом, чувствуя, как в собственной заднице запекло, предвещая готовность к приему. Ну, не любитель он был всяких изысков, и трахался по-простому – разве что долго и основательно. Брок бросил взгляд на Кэпа и провокационно вильнул задом, втискиваясь в Солдата плотнее, удачно попадая по простате. Солдат взвыл, согнув ноги, прижимая колени к груди для большей открытости, сзади горячо выдохнули, и да, Кэп оказался совсем рядом, еще не касаясь, но уже нависая сверху и жадно принюхиваясь. Что ж, если Старк хочет получить горячее порно для своей коллекции, то его ждет адская жара! Брать Солдата было так сладко, что у Брока предсказуемо сносило голову, а чем меньше он себя контролировал, тем сильнее у него текло из задницы. Что тут скажешь – не самый мужественный признак, повезло еще, что такое наводнение теперь происходило лишь в постели и только при наличии обоих любовников. Брок призывно застонал и «отзывчивый» Кэп мокро лизнул покрытую испариной шею, а широкие горячие ладони так правильно ухватили его изнывающий зад, что Брок довольно затарахтел – блядские кошачьи закидоны! Слава Богу, что ни у кого из них члены не обзавелись никакими ебанатскими шипами и прочей животной херней вроде узлов. И без подобных извращений члены, что у Кэпа, что у Солдата были немаленькими, о большем и мечтать не стоило. Ловя себя на таких мыслях, Брок криво ухмылялся – кто бы сказал ему в прошлом, что он будет мечтать о членах? Член Кэпа напористо вдвинулся головкой и… замер, сука! Брок попробовал надеться целиком, но эта падла тут же синхронно сдвинулась назад, мучая этим недопроникновением, дразня, раздражая и распаляя до безумия. - Кэп! – с трудом, возмущенно подвывая, выдавил из себя Брок, и дернулся, пытаясь тогда слезть с говнюка, что решил поиграть в дурацкие игры. Соответственно этим движением Брок выбил воздух из Солдата, сладко охнувшего от такого резкого и глубокого проникновения. Гадский Кэп словно нарочно пустил в ход зубы, бесцеремонно кусая метку, поставленную Солдатом, отчего Брок еще сильнее вдавился в Солдата, тот протяжно застонал, до боли сжимая его в себе и кончая. Брока затопило ответной волной, но оргазм тут же разбавился раздражающим, но таким восхитительным и мучительным удовольствием, потому что именно сейчас Кэп, наконец, начал двигаться в нем с полной отдачей. Окружающий мир исчез, трое не совсем людей дышали друг другом и не могли надышаться, любили друг друга и не могли насытиться, чем дальше, тем тоньше и прочнее настраиваясь друг на друга: теперь они больше ни в ком не нуждались, став якорями друг для друга, силой и уязвимостью одновременно... Выбей одного из них и их мир обрушится, но помилуй Господи того несчастного, кто решится на такое безумие! Благослови Господи ИскИн и щедрого Старка, что предоставил им комфорт и уединенность, обеспечив полную защиту от жаждущих новостей и сенсаций папарацци и иже с ними. Ведь Капитан Гидра слишком одиозная фигура, которым интересуются 24 на 7, даже если сам Капитан не желает выставлять свою личную жизнь на всеобщее обозрение. Никакая цензура и жесткий контроль не могли справиться с человеческим любопытством, и было проще дать, чем объяснять, почему нет, или еще хуже – запрещать, скатываясь в открытую диктатуру и порождая бунт. Политика – такое дело, неоднозначное и совсем не черно-белое. А тем более после решения Капитана о внесении на первый взгляд небольших, но изменений в политику правительства. Обладающие поистине пугающим нюхом на изюминку журналюги мгновенно просекли изменение курса. И как всегда на помощь с медиа вампирами пришел Старк, с которым в качестве союзника Капитану сказочно повезло. Легализовать беглецов Гидры и продавить в конституции с подачи эпатажного гения тройственные союзы удалось быстро. Старку дольше пришлось выкуривать из спальни забывшихся в постельных утехах любовников. И еще дольше убеждать эту троицу позволить сменить протез у Солдата. Брок с Кэпом согласно кивали на доводы Старка, ведь предлагаемая им замена легче, функциональнее и не будет вызывать постоянного разрыва мышц в местах крепления. Но Солдат, вдоволь нахлебавшийся боли от техников и прочих умников Гидры, отчаянно не хотел ничего менять. Старка искренне возмутило такое недоверие к нему, но вспомнив выкладки Джарвиса, проявил несвойственное ему терпение и смог таки воззвать к здравому смыслу… Брока, который как оказалось, рулил во всем, что касалось Солдата и вообще всего, кроме политики, на которую Рамлоу было совершенно бессовестно плевать. Да уж, Рамлоу, тьфу, конечно же, Лео Барнс, на взгляд Старка оказался тем еще типом. Отличным собутыльником, зубастым, наглым и жутковатым. Естественно, что в последнем Тони никому никогда не признается, но после наблюдения за триадой (ну не мог он не присматривать за ними!) продолжал удивляться тому, что главным в тройке действительно был не Кэп. Старк не любил чего-то не понимать, и только разложив для себя всё по полочкам, успокоился и больше не лез не в свое дело. Подумаешь, Кэп оказался вредным подкаблучником, Рамлоу – своеобразным тираном, а Солдат – неявным манипулятором. Кэп – внешний периметр. Рамлоу – ось триады. Солдат – стальной кулак в мягкой перчатке. Убери из уравнения Рамлоу и триада рухнет. Только вот Старк не завидовал тому, кто попробовал бы убрать… ЭТО. Джарвис без особого желания, но всё же предоставил Тони краткое резюме о том, кто кого и как. Вот тогда Тони окончательно решил не лезть в это – слава Богу, что не к нему Кэп воспылал чувствами. Стать таким… Слава Богу, миновала его эта чаша нетрадиционной любви, круто замешанной на либидо, сыворотке и поехавших мозгах!.. *** В принципе Старк был прав. Осью триады являлся Брок. Кэп – защитником, тем, кто жестко рулил внешним миром и никого не пускал в личное. А вот Солдат… Солдат был сердцем Брока, его спасением, тем, благодаря кому Рамлоу не превратился в бесправное животное, благодаря кому у Старка появился повод копнуть глубже и изменить историю мира. Солдат был тем, благодаря кому Капитан Гидра потихоньку очеловечивался, избавляясь от дубленой шкуры монстра, пусть для начала только в кругу близких. Солдат, у которого появилось имя, был настолько искалечен, что сам себя продолжал ассоциировать только с оружием с одним предназначением – служить и защищать Куратора, ну и... любить, пока Куратор это позволяет. Брока и бесила эта беззаветная преданность и, в то же время, его приводила в ужас даже мысль о том, что однажды это может измениться и Солдату он окажется не нужен. Потому что без Солдата он больше не представлял свое будущее. Без сладкого и отзывчивого Солдата… Отзывчивость Солдата… Джея, или как в бумагах Говарда мелькало, Баки, была за пределами понимания. Идеальный партнер, о каком только можно мечтать, но в то же время… такая безусловная преданность и готовность угождать Брока неслабо напрягали. Жутко представить, чем это могло обернуться, окажись на месте Брока кто другой, менее щепетильный и более корыстный. Так что, спасибо связи, которая помимо собственно самой связи, способности чувствовать друг друга с изнанки, постепенно восстанавливала всё искореженное и поломанное за долгие годы «службы» Гидре. Гидра… После вываленного Старком эпичного дерьма о том, как создавали Солдата и самого Кэпа, сознание последнего перевернулось. Хотя для большинства окружающих, тем более далеких от властных структур, ничего особо не изменилось. Афишировать причины корректировки курса и выпиливание некоторых причастных из картины мира было не в характере Кэпа. Старк идеально пудрил мозги, отвлекая внимание, а Капитан, во избежание лишних пустых споров и волнений, и пользуясь своей безусловной властью, всё решил сам, ни на кого не оглядываясь. Так что у кое-кого полетели головы, в циркулярах появились на первый взгляд вроде бы незначительные поправки. Не сразу, не особо заметно, но общий курс Гидры постепенно начал обретать человеческий лик. Нет, никакого слюнтяйства: повсеместный контроль и жестокие наказания за преступления никуда не делись. Даже девиз Гидры хоть и сменился, но не сказать, чтобы кардинально: с «Порядок через боль» на «Контроль и Порядок». Это раньше Капитан был прекраснодушным идеалистом, отчаянно боровшимся против Гидры, готовым на самопожертвование во имя свободы, а в этом времени он ее возглавлял и, пусть некоторые моменты пересмотрел, переоценил, только вот, какими бы ни были обстоятельства, отпускать власть из рук ему и в голову не приходило. Тем более что глобальная цель, по сути, оставалась прежней: защищенный мир и порядок, безопасность и процветание. Впрочем, особо Брок в это не вникал. Политика не являлась тем, к чему его тянуло, разве что он был кровно заинтересован в безопасности того, кто эту политику проводил. И зубасто скалился, когда у некоторых, слишком наглых особ при виде двойной тени за спиной Капитана смертельно бледнели лица. Тройная аура оказалась еще более мощным парализующим и дезориентирующим средством подавления. Брок так и остался по документам Лео Барнсом. Теперь с пропавшим в застенках Гидры лейтенантом Броком Рамлоу новоиспеченного супруга Капитана Гидры Лео Барнса роднила разве что некоторая внешняя схожесть. Во втором супруге Кэпа и одновременно брате Лео, Джеймсе Барнсе, Солдата признать тоже было сложно – разве что по шикарной походке... Даже Страйковцы, не раз выполнявшие миссии с Зимним Солдатом, получали его из недр лабораторий полностью упакованным в сбрую, маску и очки, под которым параноики Гидры, следуя Инструкции, наносили ему макияж, максимально затруднявший опознание. Впрочем, трогать свою бывшую команду Брок Капитану ультимативно запретил – достаточно того, что отныне его пути с тщательно подобранной под себя стаей расходятся окончательно. И Кэп, и Солдат оказались ревнивцами, и делить его ни с кем не собирались. Так что Страйком отныне на постоянной основе командовал Роллинз, с мрачной подозрительностью зыркающий на рослого Лео Барнса за спиной Капитана, так сильно напоминающего канувшего в Лету командира. Особенно кривым оскалом и наглостью... Вот и вышло, что опознать Брока, не имеющего кроме команды никого близкого, оказалось просто некому. Как, впрочем, и Солдата: из тех, кто видел его без маски в бытность Оружием Гидры в живых никого не осталось. Даже вспомнив, кем он был, Стив Роджерс и не подумал страдать особой щепетильностью, да кто бы его остановил? Рамлоу было откровенно наплевать на лабораторных мышей, которых он и сам любил гнобить за их гадскую натуру. Солдат тем более за всеми стараниями обезопасить его наблюдал с удовольствием – отсутствие обнулений, безнаказанность и попустительское покровительство Брока позволило во всей красе проявиться не самым лучшим чертам его характера: наглости, сибаритству и мстительности. Рамлоу это забавляло, Роджерса временами бесило, а Солдат продолжал наглеть. Но факт оставался фактом – Солдат стал самым балуемым деткой в их безумной троице. И сколько бы ни проходило времени, но распределение ролей больше не менялось: Брок остался основой, стержнем, связывающим всех, а Капитан флагманом и возмутителем спокойствия. И хотя для всего мира первый тройственный союз был заключен между Стивом Роджерсом, Лео и Джеймсом Барнсами, в постели и повседневной жизни именами, особенно теми, что значились в документах, они практически не пользовались. Капитан так и не избыл привычки порыкивая произносить: «Бр-рок» и «Р-рамлоу», а Солдат по-прежнему сбивался на «Куратора», и только Брок ловко обходился «детками», «сладкими» и прочими мимишками, лишь изредка дергая «Кэпом» и «Солдатом». Но спалиться им не грозило – на людях они вообще обходились мыслеречью, подарком от образовавшейся и окончательно окрепшей связи. Тони временами позволял себе подтрунивать над ними, с осторожностью, и очень гордясь тем, что именно он открыл им глаза и весьма своевременно оказал помощь. Подобное нахальство добавляло перчинки в жизнь гения, щекотало нервы и добавляло адреналина, но границ он не переходил – не дурак же: эти саблезубые монстры могут откусить ему голову на раз и никакой даже самый продвинутый Костюм Тони не спасет… даже новый, на основе наноботов. Поэтому Старк проходил по кромке, лавировал и завел привычку пить лучший алкоголь в компании желтоглазого монстра, который с его подачи обзавелся не только новейшими доспехами, но и звучным погонялом. Угу, троица монстров. Капитан Гидра, Зимний Солдат и Кроссбоунз – любовники, партнеры, а также соратники и практически друзья Железного Человека. И такое положение дел устраивало всех, а кого не устраивало – это их проблемы. Да, так вот всё и сложилось. Худо ли, бедно ли, но однажды Кэп сделал свое предложение и не принял отказа. Взял то, в чем нуждался и в чем ему отказали. Против воли, принудив и воспользовавшись силой и властью. Насилие? Да. Нарушение прав? Да. Неправильно? Да. Только вот кое-что он не рассчитал, не всё учел, и предложение могло обернуться самым неприятным образом для всех причастных, что, кстати, почти и произошло. Однако Капитану словно сама судьба ворожила, потому что, в конце концов, всё сложилось как нельзя лучше и… необратимо. Кому как, а миру повезло – Рамлоу был в этом уверен, как и в том, что за все его страдания его одарило более чем весомым вознаграждением. Да уж, Брок и вообразить себе не мог такое вот невероятное будущее в тот момент, когда услышал ТО самое предложение...