кто ты?

— кто ты? ястреб захлопывает дверь, продолжая держать себя в руках, а перья — в крыльях. даби заливисто смеется, сползая по его плечу. — нет, правда, кто ты? ястреб тащит его на кухню, усаживает за стол и буквально приказывает прекратить ржать, голова расходится по швам. даби прекращает ржать. — так ты мне ответишь на вопрос, мм? кто ты? ястреб смотрит в потолок и мысленно молится. громко. истерично. опускается на колени, умывается сначала мертвой, потом живой водой. ныряет в стикс, забирается на олимп, спасает митгард, освобождает идзанами. лучше бы ястреб просто приказал ему заткнуться. ястреб смотрит на даби и улыбается, мысленно, по одной скобе, расшивая его рот. садится напротив, со скрипом отодвигая стул. ястреб смотри на даби, пока даби смотрит на ястреба. — а ты? *** — вы ястреб, да? у ястреба нет сил улыбаться, но он улыбается. у ястреба ноют плечи. у ястреба ноет спина. кисти. запястья. каждый палец. — вы так вовремя тут оказались, спасибо! — всегда рядом, всегда готов помочь. кожа под маской горит ожогами от суперклея. у ястреба болят плечи, спина, кисти, запястья, каждый ебаный палец. но ничего не болит так сильно, как его лицо, когда приходится улыбаться. опять. ястреб опускает на землю загулявшего не в том месте и не на тот цвет светофора парнишу, расписывается на блокноте с его изображением. он что, всю жизнь ждал, пока чуть не попадет под колеса, а ястреб успеет за секунду до того, как? больные ублюдки. они все просто больные ублюдки. а ведь считают таковыми лигу. извращенцы. вокруг ястреба собираются люди. ястреб слышит, как щелкают затворы камер. ястреб чувствует, как к нему тянутся руки-ручки. — это же ястреб, смотри! — это ястреб! — ястреб, я хочу от тебя детей! — ястреб… ястреб ястреб ястреб ястреб в такие моменты ястребу не хочется быть ястребом. *** — ты даби, верно? даби шумно отпивает из стакана кока-колу, выбрасывая ее в соседнюю со скамейкой урну. — ты испортил всю интригу, могли бы чуть подольше поиграть в незнакомцев. ястреб закатывает глаза. ясно, это будет уровень посложнее, чем он мог бы подумать. — я бы спросил у тебя, один ли ты тут отдыхаешь, ты бы помялся, но после ответил. обменялись бы номерами телефонов, сходили бы на пару свиданок, после одного из них поехали бы ко мне. — вот с последнего момента поподробнее, пожалуйста. даби смеется, доставая из плаща сигареты. — а все, пташка. момент проебан, ты все испортил. теперь придется по другому сценарию работать. ястреб откидывает голову назад, просматривая калейдоскоп звезд на небе. за городом всегда тихо. но они в центре токио, а вокруг — лишь искусственная иллюзия леса, выросшего посреди бетонного ада. весь мир — наебка. — и что у меня там по репликам, мм? даби улыбается. ястреб этого не видит, но замечает разъезжающиеся скобы. черная макушка свисает со скамейки чуть левее его собственной светлой головы. — можешь начать с рассказа о том, кто ты и как до такой жизни докатился. сизый дым растворяется в черничном джеме ночи. возможно, долетая до самого верха, он и становится звездами. — а я послушаю. *** — и кто это? то, как шигараки поочередно стучит пальцами по столу, почти завораживает. ощущение, что он учился этому если не тысячелетиями, то пару сотен на такую грацию точно пришлось потратить. томура отстукивает макабр по столу, а ястребу кажется, что по его голове. одно неловкое движение, и… — да так, петух какой-то. пустил погреться. ястреб провожает даби охуевшим взглядом, хотя, казалось бы, пора прекратить удивляться его поведению. периферическим зрением ястреб замечает, что шигараки делает то же самое. ясно. видимо, удивляться он не прекратит. никогда. — даби? — да-да, я. даби заваливается на диван, закидывая ноги на низкий столик напротив, достает сигареты, закуривает, да и в целом ведет себя так, будто бы он в этой ситуации — попаданец, а не ее зачинщик. — даби? томура перестает стучать по столу, его большой палец угрожающе зависает над барной стойкой. ястребу кажется, что этот палец зависает над его макушкой. — я не люблю повторять, но для тебя, так уж и быть, я сделаю исключение. — о, как благородно. — даби, кто это и что он тут делает? даби улыбается, от чего ястребу становится не по себе. — а ты сам у него и спроси. *** — как тебя зовут? — таками кейго. высокая женщина с туго стянутыми в хвост светлыми волосами треплет его по волосам. в этом жесте нет материнской ласки или отеческого одобрения. в ее руках — холодный расчет и скрипящие кипы бумаг с планами по контролю всех и вся. — с сегодняшнего дня, таками кейго, ты должен забыть это имя. высокая женщина с туго стянутыми в хвост светлыми волосами пропускает сквозь пальцы и волосы кейго высоковольтные провода. кейго чувствует, как они проникают прямо ему в мозг, но не понимает. она улыбается, и ее улыбка бьет током. — с сегодняшнего дня тебя зовут ястреб. *** первое свое убийство тойя совершает в четырнадцать. забавно, что последним оно не становится, что, в целом, было бы логично, учитывая, что убивает он себя. когда тойя сгорает, он чувствует, как внутри него, помимо пламени и обожженной кожи, живет кто-то еще. тойя тодороки умирает в четырнадцать. *** — эй. эй, пс. тойя с трудом отрывает взгляд от подноса с едой. что угодно сейчас интереснее вареной брокколи в его тарелке. светловолосый мальчик смотрит на него лучами летнего солнца. — чего тебе? тойя не настроен на разговор. тойя вообще ни на что не настроен. сегодня тойя — ненастроенное фортепиано. мальчик кладет голову на согнутые в локтях руки и продолжает согревать его лучами солнца в глазах. — у тебя красивое пламя. я видел, как ты тренировался. мальчик улыбается, а тойя уже почти жалеет, что оторвался от брокколи. — а у тебя надоедливый голос и слишком яркая улыбка. мальчик надувает губы и наклоняет голову. видимо, от птицы у него не только крылья. — а ты грубый. — не вижу причин быть вежливым с незнакомцами. — так давай познакомимся. это, вроде, не так сложно. тойя закатывает глаза и фыркает на протянутую через стол ладонь. — я ястреб. а ты? *** — это дурацкая игра. шигараки складывает руки на груди крестом, закидывая ногу на ногу. максимально защитная поза. видимо, правда злится. — да ладно, босс, прекрати. ты дуешься, что хотел быть эдвардом-руки-ножницы, а стал эдвардом калленом? шигираки демонстративно разворачивается спиной, даби смеется и пишет на стикеры новое имя. — твайс, не подглядывай! это нечестно! тога бьет твайса в плечо и закрывает ладонями свой стикер. ястреб смотрит на них и улыбается. они все — просто дети. просто сломанные дети, которым чего-то в детстве не хватило. они — выброшенные за борт, забытые на полках в магазинах, потерянные в лесу. они — кто угодно, но не злодеи. они — побочный продукт системы, которого, тем не менее, не миновать. если бы ястреб знал, что такое жалость, возможно, ему было бы их жаль. но ястребу не жаль, потому что он такой же забытый на сидении в метро зонтик. только почему-то выбравший другой путь. — чего залип, пернатый? даби почти шлепком клеит к его лбу новый стикер с именем. — вообще-то больно. — как-то не замечал, что ты любишь понежнее, милый. о боже. ну какой же он мудак. и улыбается он как мудак. и разговаривает он как мудак. вот кого ястребу точно не жаль ни в одной из возможных вселенных — это даби. вот он — точно не забытая в компьютерном классе флешка. он — тот самый ребенок, который сам вырвался из рук родителей и побежал в лес, чтоб потеряться. бесит. ястреб смотрит на даби, на ядовито-улыбающегося даби, и не может оторвать взгляд. он так хочет злиться, он так хочет его ненавидеть, но он просто смотрит. и не чувствует того, чего бы хотел. единственное, что остается — отомстить даби таким же шлепком в лоб, чтоб приклеить стикер. — какой же ты мстительный индюк. — от мстительного индюка слышу. — а еще глупый ребенок. зуб даю, он загадал мне какого-то злобного и мерзкого гоблина или гнома. — долго вы еще любезностями обмениваться будете? спиннер, видимо, решил подменить курогири и в этот раз побыть голосом разума. даже лучшим из нас нужна передышка. а курогири с этим детсадом убийц — особенно сильно. — окей-окей, погнали. последний раунд. даби смотрит на ястреба и улыбается так, что хочется вскрыть ему глотку. ястреб пытается не смотреть, но просто не может. — итак, кто я? *** — слушай, я давно хотел у тебя спросить. о нет. только не это. только не серьезные разговоры на крыше. это же так клишированно и тупо, господи, даби, ну какого хуя? — только не начинай. даби поворачивается на ястреба и пару секунд пытается сквозь зрачки считать его мысли. интересно, как много он в итоге видит? иногда ястребу кажется, что он буквально видит все, но по какой-то абсолютно невменяемой причине позволяет водить себе за нос. или это ястреб позволяет ему водить его за нос? — ты серьезно что ли? о, кажется, даби распознал сигнал. стоит отметить красным маркером в календаре, историческое событие. — я не собирался с тобой говорить об этом. думаешь, я бы выбрал настолько клишированный голливудский прием, как разговор на крыше? действительно. в том-то и прикол, даби, ты именно такой бы и выбрал. — фу, ястреб. это почти оскорбительно. даби отворачивается от ястреба, ложась на нагретый бетон крыши и смотрит в небо. сегодня оно правда достойно внимания. красивое. — вообще-то я хотел спросить о другом? — и о чем же? даби достает из кармана смятую пачку сигарет, в которой осталась последняя. и когда он успевает их выкуривать? у него точно обычные человеческие легкие? — как ты думаешь, кто я? — ты придурок, а зачем спрашиваешь? даби закатывает глаза, выпуская дым в небо. где-то такое ястреб уже видел. дежа вю. все их разговоры — это дежа вю. зажеванная пленка кассеты, заевшая пластинка. все эти вопросы они уже когда-то звучали. фишка в том, что ответ на них всегда оставался где-то за рамками их разговора. все их разговоры — просто рамка для молчания, для того, что никто из них не скажет. — я тоже тебя люблю, золотце. ястреб ложится на теплый бетон рядом с даби и смотрит в небо. интересно, как долго они еще смогут проводить время вот так? — я не знаю, кто ты. даби выбрасывает окурок с крыши, закрывая глаза. ястреб поворачивается в его сторону и смотрит. он ведь должен его ненавидеть. так почему же?.. — в том-то и проблема. я тоже не знаю, кто я. ястреб молчит и смотрит на даби, пытаясь провернуть тот же фокус со считыванием информации, но выходит, мягко говоря, хуево: глаза даби закрыты, и он не знает, что творится внутри них. — тебе не кажется, что это очень странный разговор? — кажется. но, с другой стороны, когда у нас были другие? всего лишь рамки для молчания. всего лишь вопросы без ответов. — почему ты спросил об этом? даби открывает глаза и поворачивается в сторону ястреба. между их носами — пара сантиметров воздуха и пропасти из черных зрачков, внутри которых пусто, гулко и холодно. — возможно, узнав, кто я, я смогу узнать, кто ты. даби протягивает руку к волосами ястреба и перебирает его пряди. интересно, как долго они еще смогут молчать? — а зачем тебе знать, кто я? — чтобы понять, кто мы. *** даби в абсолютный хлам. кажется, последняя дорога была лишней. или последние пять? даби не знает. даби не считал уже после десятой. ястреб куда-то тащит его. а это точно ястреб? а кто такой ястреб? даби не помнит. но что-то внутри даби говорит ему, что это ястреб. плечо у ястреба — сухое и острое. пальцы — цепкие и сильные. ястреб тащит его по лестнице вверх. мимо чужих пустых (или все же полных? как это определить?) квартир, мимо перил, мимо подъездных окон. — слушай, а кто ты? даби смеется и говорит ястребу (ястребу?) что он красивый. что он бы отдал за него весь мир. может быть два. да даже три. сколько ястребу надо? даби готов отдать ему их все. где-то на уровне лба скрипит замок, а после — распахивающаяся дверь. даби смеется, а ястреб просит его заткнуться. даби не может. слова лезут наружу, скребутся в глотке острыми камнями. даби нужно сбросить балласт. даби нужно узнать, кто это. кто он. — нет, правда, кто ты? ястреб затаскивает его в квартиру. картинка, смазавшись, плывет в темноте. даби нужно знать. даби не выживет, если не узнает. ястреб молчит, и эта тишина съезжающего пальто, расшнуровываемых ботинок скоро его задавит. почему он молчит? ястреб тащит его на кухню и усаживает за стол. ястреб-ястреб-ястреб. кто-кто-кто-кто он? — так ты мне ответишь на вопрос, мм? кто ты? ястреб садится напротив и смотрит на него своими блядски красивыми глазами. его губы размыкаются в ответном вопросе. — а ты? даби смотрит на ястреба и не знает, кто он. даби никого здесь не знает. даби не знает, кто они. даби никогда их не видел. даби никогда их не знал. — кто мы, ястреб? они смотрят друг на друга, срываясь с двадцать пятого, где был общий зал для тренировок. с летней крыши. они срываются в озеро, которое случайно выросло внутри каменного токио, обрастая вокруг зелеными джунглями в камне. они смотрят друг на друга и ищут тех, кого когда-то потеряли и так и не смогли найти.