Печенье

Маша подошла к шкафчику на кухне и открыла его. Там были хлопья, мука, крупа, в общем, все сыпучее, что есть у каждого человека на кухне. Бесконечные запасы гречи, иногда сода, иногда рис, 50 видов макарон, панировочные сухари и все в таком духе. Но обычно у Маши в этом шкафчике лежали ещё и потрясающие овсяные печенья с шоколадной крошкой, которые она купила совсем недавно. Внимательно осмотрев весь ассортимент, девушка не нашла их, хотя точно помнила, что они там были, когда она последний раз туда заглядывала. Маша немного расстроилась. Но потом решила выяснить, кто взял ее любимое печенье да ещё и так нагло. Девушка вернулась в комнату. Там с ноутбуком на коленях и, закутавшись в одеяло, сидела Юля. Не то чтобы у них в квартире было холодно, просто Юле нравилось так сидеть. — Кто-то взял мое печенье из шкафчика, — безапелляционно заявила Маша в проходе, скрестив руки на груди. — Ну, расследуй это дело, детектив — в шутку, почти не отрываясь от экрана, сказала Юля. — Верно, Ватсон, — подхватила Маша и быстрым шагом направилась вновь на кухню. — Итак, что же мы видим, — крикнула громко Маша на всю квартиру, — в состав преступления входят неизвестный субъект, проникший в шкафчик под покровом ночи… — А может и сегодня утром, пока ты спала, — послышалось из комнаты. — А может и сегодня утром, пока я спала, — повторила Маша, — и бессовестно похитивший пол пачки объекта преступления. — А может всего два печенья, — вновь подала голос Юля. — А может и два печенья, — снова повторила Маша. — Субъект скрылся, но его поступок не остался без следа, — она провела рукой по поверхности стола. — Он оставил крошки. — Субъекту все-таки следовало бы протереть стол после преступления, — пробубнила себе под нос Юля, а потом громче добавила: — Какой непредусмотрительный преступник. — Верно, Ватсон, — победно подтвердила Маша с кухни. — Непредусмотрительность его и погубит. — Ее, — тихо добавила Юля, направляясь на кухню, не убирая одеяла. — Что? — переспросила Маша, когда увидела укутанную Юлю в коридоре. Она выглядела по-детски милой, из-за чего та не смогла сдержать улыбку. И хоть ей и хотелось затискать Юлю в объятьях прямо сейчас, она все же сдержала свой порыв. Она ведь «на работе» как никак. Потом все эти телячьи нежности, нужно раскрыть дело. — Ничего, ничего, — протараторила Юля. — Маш? — позвала робко она. — А? — А что будет с преступником, когда ты его найдешь? — Когда я его найду, он ответит по всей строгости закона, — она говорила очень торжественно, указывая указательным пальцем куда-то в потолок, — а завтрашние газеты будут пестрить заголовками «Дело пропавших печенек раскрыто» или «Любители мучных изделий могут спать спокойно». — Ясно, — коротко заметила Юля и вернулась в комнату, села на диван. — Судя по следам из крошек, мы можем судить, что субъект продвигался в направлении комнаты, — Маша с непонятно откуда откопанной лупой дошла до входа в комнату. — И, похоже, он сюда и завернул. Ватсон, боевая готовность, боевая готовность, Ватсон! — Юля повернулась к девушке лицом, ничуть не удивленная появлением лупы. От Маши и не такое можно ожидать. — В чем же дело? — решила подыграть наконец девушка. — Преступник завернул в это помещение. Нужно быть начеку. Возможно, он все ещё здесь, — она сложила пальцы двух рук, изображая пистолет, и начала медленно подходить к дивану. — Он почти всегда здесь, — буркнула Юля, но детектив пропустил это мимо ушей. — След прерывается около дивана. Мы очень близко к отгадке, Ватсон, — Маша провела рукой по мягкому пледу. — Никаких зацепок не вижу, но мне нужно кое-что проверить, — девушка села на диван рядом с Юлей. — Что проверить? Или кого? — спросила та. — Вас, — улыбнулась Маша, и ее глаза заблестели. Она приблизилась к девушке за пару мгновений и поцеловала ее. Юля немного обомлела от такого, но сделать ничего не успела, как та отстранилась и спросила, выгибая бровь: — А не хотите ли вы мне объяснить, Ватсон, почему у вас вкус шоколада на губах? — Ну, так получилось, — неуверенно ответила Юля. Маша встала с дивана. — Так что же получается, Ватсон, в нашем дуэте крыса? — она не дождалась ответа и провозгласила: — Дело раскрыто. И вы, Ватсон, — девушка сделала паузу, — тот самый преступник. — И что же теперь со мной будет? — угрюмо и негромко спросила Юля. У нее был настолько грустный и понурый вид, что Маша подумала, что перегнула палку, и почувствовала укол вины. — Э-э-э, — детектив немного растерялся, сел снова напротив своего помощника на диван. — Ну, Юль, — она подняла ее лицо за подбородок, — объективно, тебя я люблю больше, чем любые печенья на свете, поэтому ничего с тобой не будет, — мягким голосом резюмировала Маша. — То есть я могу есть твои печеньки? — спросила вмиг повеселевшая девушка. — Секундочку, я такого не гов… — но Юля быстро потянула ее на себя и заткнула поцелуем.