Глава 1
23 октября 2020 г., 20:13
Кагеяма Тобио родился с двумя знаками души, украшающими левую руку. Для него они действительно не были чем-то особенным, знаки были просто частью его кожи. Только, когда Тобио поступил в начальную школу, и у них был первый урок о родственных душах, тогда он действительно понял. Человек, родившийся с отметкой души, был младшей родственной душой. Человек, рождённый без знака души, получит соответствующий знак в момент рождения его второй половинки.
Тобио сидел за партой и на протяжении всего урока с трепетом смотрел на учителя. Это благоговение быстро переросло в чувство вины, когда он узнал, что старший соулмейт будет чувствовать жгучую боль, во время формирования их знака души. Учитывая, что у Кагеямы было две метки души, он заставил двух разных людей пережить эту боль, когда родился. И самой старшей родственной душе пришлось дважды пережить эту боль. Тобио поклялся себе, что при встрече с ними извинится. Независимо от того, сколько времени потребуется, чтобы встретиться с ними, Тобио пообещал себе, что никогда не забудет сказать им, что сожалеет о причиненной им боли.
Все изменилось для Тобио после начала уроков про родственных душ. Он всегда был тихим ребенком, но сумел подружиться с некоторыми мальчиками из своего класса. Но после уроков про родственных душ, когда другие ученики поняли, что Тобио был уродом с мультибандом, они подвергли его остракизму. Приглашения пойти куда-нибудь после уроков, прийти на выходные или даже посидеть с ними во время обеда исчезли и сменились косыми взглядами, шепотом и насмешливым смехом. Поначалу Кагеяма был сбит с толку и не понимал, почему они вдруг стали не любить его из-за его соулметок. Не то чтобы у них не было своих. Затем он задумался, не из-за ли формы его меток? Изображение святыни было на его левом предплечье, а корона, сидящая прямо над ней, была немного… эффектной, подумал он. Но вскоре он понял истинную причину.
По словам его учителя, мульти-связи считались нестабильными и «изъянами в конструкции судьбы». Когда эти слова были сказаны, Тобио опустился на стул, и все взгляды в классе были направлены на него. Учительница, молодая женщина, которая была новичком в школе, ярко покраснела, когда поняла, что сделала. Она быстро попыталась исправиться, сказав, что в некоторых случаях такая связь создавала прочные, стабильные отношения, но ущерб был нанесен.
Любые друзья, которых завел Кагеяма, стали избегать его. Стул за столом рядом с его собственным всегда оставался пустым. Он сидел один во время обеда. И он плакал каждый день после школы, не понимая, как то, что должно было быть таким прекрасным, могло привести к этому.
Но именно из-за этого одиночества Тобио начал искать, чем бы он мог заняться, чтобы потратить свое свободное время. Тобио бродил из клуба в клуб, но только когда он ступил в спортзал, чтобы посмотреть волейбольный матч, он решил. Просто наблюдая за мячом, летящим по воздуху, как человек, который его подбросил, контролировал движения команды, как люди, которые ударили по нему, могли бросить его мимо пальцев другой команды.
Он хотел это попробовать.
Он начал тренироваться самостоятельно, прекрасно понимая, что не сможет присоединиться к команде в середине сезона. Это было нормально, он не хотел смущать себя тем, что не может делать самые простые вещи перед товарищами по команде. Его мать поняла, что он делает, когда наткнулась на него, бросающего мяч в спальне, отвела в местный центр и заставила записаться в внеклассный волейбольный клуб.
Остальную часть начальной школы он провел в школе и волейболе. Слухи о его метке распространились на другие классы, и, независимо от того, в какой класс он был помещен каждый год, он всегда встречал таких же неприветливых школьников, как и в первый год его обучения. На последнем году начальной школы Тобио нацелился на среднюю школу Китагава Даити. Он искренне сомневался, что кто-то из его нынешних одноклассников пойдет в Китагаву Даиичи, так был хороший шанс, что он сможет скрыть свои соулметки и начать все сначала. Он мог подружиться с кем-нибудь. Не говоря уже о том, что у Китагавы Даичи была потрясающая волейбольная команда.
Поэтому Кагеяма окончил начальную школу и пошел в среднюю. Он следил за тем, чтобы рукава его формы всегда были опущены и никто не увидел его соулметку, а также носил повязку на метке, чтобы её не было видно во время тренировки. Но Тобио было трудно разговаривать с окружающими его людьми. Он сказал себе, что это займет время. Что он так долго ни с кем не разговаривал из своих ровесников, что ему просто нужно заново познакомиться. Кагеяма сидел в классе и смотрел, как все вокруг него просто… складывались вместе. Никто не заметил, как он сидит один за своей партой. На самом деле никто вообще не пытался с ним разговаривать. И он чувствовал, что его попытка вмешаться в любой из разговоров только доставит им неудобства. Он не хотел этого. Он не хотел снова прославиться уродом.
Волейбол был другим. Когда он был в спортзале, Тобио чувствовал, что действительно может дышать. Что ему не нужно было беспокоиться о том, что он не может ни с кем поговорить, не споткнувшись о свои слова. Кагеяма не чувствовал себя плохо из-за того, что скрывал свои метки, потому что большинство его товарищей по команде делали то же самое, хотя была пара, которая не беспокоилась. Он просто хотел сделать все возможное, чтобы понравится команде. Особенно, впервые увидев, как Ойкава Тоору, капитан его команды, играет. Именно в этот момент Тобио решил, что хочет стать связующим. До этого дня он был не уверен, на какой позиции хочет играть. Ему нравились доигровщики, нравилось ощущение, что он может забить другой команде. Но, наблюдая за Ойкавой, Тобио наконец понял, как связующий может изменить динамику матча.
Он хотел это сделать. Он хотел научиться быть связующим. Отличным связующим. Как Ойкава Тоору.
Но всякий раз, когда он пытался заговорить с Ойкавой, тот либо корчил ему гримасу, либо просто смотрел, не говоря ни слова, пока Тобио не почувствует себя неловко и не уйдет. Иваидзуми, вице-капитан и отличный доигровщик, обычно кричал на Ойкаву после этих разговоров, прежде чем извиняться перед Кагеямой. Тобио очень бы этого не хотел. Всякий раз, когда он это делал, Ойкава сердито смотрел на него, и Тобио просто знал, что третьегодка будет еще больше злиться на него.
***
Это было во время тренировочного матча, когда Тобио наконец-то был назначен связующим команды. Ойкава был задумчивым весь день, его игра была небрежной, а мяч неконтролируемым. Кагеяме пришлось признать, что он парень, за которым он наблюдал, определенно был не тот, которого он видел во время другой игры. Тобио был счастлив, что смог выйти на площадку и заменить семпая. Похоже, Ойкаве нужен перерыв, и он не хотел, чтобы дух команды упал еще сильнее, чем это было в тот день. В итоге они выиграли тренировочный матч, и Тобио почувствовал прилив удовлетворения, когда все члены команды поздравили его. Он это сделал. Он смог встать на место Ойкавы и помочь команде, когда они в этом нуждались. Единственное, что его действительно беспокоило, была его подача. Он понимал, что много раз во время игры его товарищи по команде полагались на подачу в прыжке Ойкавы, чтобы набрать им очки или, по крайней мере, встряхнуть другую команду. Кагеяма не мог делать подачу в прыжке. И Тоору был единственным человеком из его знакомых, который был способен подавать так. Итак, он решил обратиться к нему за помощью. И он сразу же пожалел об этом.***
Иваидзуми был единственной причиной, по которой Тобио не получил удар по лицу. Кагеяма предположил, что ему повезло из-за присутствия парня. Яростное выражение лица Тоору напугало Тобио. А появившиеся после этого совершенно мертвые глаза были еще хуже. Он вздрогнул, когда Иваидзуми затащил Ойкаву в клуб и сказал ему переодеться. Тот делал это медленно, его обычный юмор исчез. Кагеяма закусил губу и начал пить молоко, которое купил после практики. Он чувствовал, что должен что-то сказать, что это его вина. Но он не знал, что сказать. Кагеяма медленно закрыл спортивную сумку и перекинул ее через плечо. Он повернул голову, чтобы пожелать остальным спокойной ночи, когда увидел это... Тоору снял свою повязку с соулметки. Тобио всегда знал, что метки Ойкавы были в непосредственной близости от его собственных. В конце концов, они носили свои повязки в одном месте. Но он действительно не ожидал увидеть две соулметики... ...две соулметики, которые полностью совпадали с его. Мысли Тобио на мгновение померкли. Этот человек, на которого он смотрел весь год, этот человек был одним из его родственных душ. Ойкава Тоору, популярный, привлекательный, хороший волейболист, был его второй половинкой. Рот Тобио опустился, когда он продолжал смотреть на метки. Была вероятность, что он ошибался. Может быть, были небольшие различия, которые он не мог заметить из другого конца комнаты. Но чем дольше он смотрел, тем больше убеждался, что это то же самое. — Грубо смотреть, Тобио-чан, — раздраженный тон Ойкавы проник в мысли Тобио. Рукав прикрывал метки, на которые Тобио так пристально смотрел, и ему пришлось на мгновение моргнуть, чтобы его глаза приспособились. Когда он это сделал, то обнаружил, что руки Ойкавы скрещены на груди, и его глаза опасно сузились. Иваидзуми бешено качал головой позади Ойкавы, но Тобио просто смотрел на связующего третьейгодку.— Что? Есть что сказать о моих метках? — Я… нет… я просто… — он глубоко вздохнул и поклонился.— Мне жаль! — Кагеяма... — Нет, не останавливай его, Ива-чан, — сказал Ойкава обманчиво мягким голосом.— За что именно ты извиняешься, Тобио-чан? — Я пообещал себе, что извинюсь, когда… я имею в виду, что я был самым младшим, поэтому было больно… — Кагеяма снова выпрямился. Глаза Иваидзуми расширялись, чем больше Тобио говорил, но Ойкава не показывал никаких эмоций, кроме того, что его пальцы слегка сжались. — Самый младший?— холодно спросил он. Тобио не знал, что сказать. Как это сказать? Должен ли он просто выпалить это? Должен ли он сказать это медленно? От одной мысли о попытке его тошнило. Вместо этого правая рука Тобио пошевелилась, неуверенно подняла рукав на его левой руке. Затем он повернул руку, чтобы показать свои соулметки. Руки Ойкавы упали на бок. Иваидзуми выругался. Тобио нахмурился. Они просто стояли молча, все их глаза были прикованы к двум меткам, которые Тобио показывал им. А потом исчезли эти взгляды. Потому что Ойкава внезапно отвернулся от него и уперся лбом в шкафчик перед которым он стоял. — Молодец. Отлично. Конечно, это ты, — пробормотал он. Брови Тобио нахмурились. Он не ожидал такой реакции. — Ой! Трашикава... — Забудь об этом, Тобио-чан, — сказал Ойкава явным фальшивым счастьем в его голосе.— Это ничего не значит. — Я не понимаю... — Знаки ничего не значат, Тобио-чан, — продолжил Ойкава, наклоняясь и хватая свою сумку. Он направился к двери, его рука схватила запястье Иваидзуми и потянула его за собой. — Глупая отметина на моей коже не изменит моего отношения к тебе. Кроме того, есть две отметки. Это не значит, что у нас нет другого выхода. Рот Тобио открылся от шока и замешательства, когда Ойкава исчез за дверью, Иваидзуми сумел только извиняюще улыбнуться Тобио, прежде чем дверь полностью закрылась за ними. Он чувствовал себя так, словно его ударил в грудь заблудший мяч. Его зрение начало размываться, и он быстро поднял руку, чтоы утереть слезы, наполнившие глаза. Неуклюжими пальцами Тобио снова успел опустить рукав. Он не мог смотреть в сторону меток. Глядя на них, ему стало плохо. После той ночи Ойкава игнорировал его еще больше. Иваидзуми постоянно кричал на капитана команды: «Прекрати придираться к первогодке!», но Тобио был просто счастлив, что никто в команде, похоже, не знал об их метках. Было достаточно неловко знать, что Иваидзуми знал, что его отвергли. Кагеяма не был уверен, что сможет справиться, если остальная команда тоже узнает. Особенно Куними и Киндаичи. Парни постепенно начали относиться к Тобио как к другу. Как и он, они были первоклассниками, и Тобио мог видеть, как они втроем в конечном итоге повели свою команду на чемпионат. Все, что им было нужно, это немного больше практики и шанс показать, на что они способны. Куними даже пригласил Кагеяма присоединиться к нему и Киндаичи после нескольких тренировок. Тобио не хотел представлять, что произойдет, если двое его новых друзей узнают, что у него не только две метки души, но и одна из его меток души принадлежит Ойкаве Тоору. Тому кто его отверг. Оба парня по-своему смотрели на Ойкаву. Они бы бросили его, если бы узнали. Итак, он держал это в секрете. Тобио держал это в секрете от всех. Он удостоверился, что повязку для соулметки носит под одеждой, на случай, если его рукав в какой-то момент будет задран. Единственный раз, когда он снял браслет, был дома, в безопасности своей комнаты. Его мать никогда не упоминала об этом. Он предположил, что это произошло потому, что она посоветовала ему всегда носить браслет. Она никогда не говорила: «Я тебе так говорила», когда он этого не делал, а другие ученики отреагировали так, как они. Мама просто вздыхала и гладила его спину, когда он плакал каждый день. Тобио не сказал ей, почему он внезапно последовал ее совету в средней школе, и она не спросила. Ойкава и другие третьекурсники закончили школу, и Тобио стал официальным связующим команды. После нескольких тренировок и атак товарищей по команде всем стало очевидно, что Тобио лучше всего работает со своими двумя друзьями. Киндаичи и Куними были размещены в качестве стартеров рядом с ним, и они прошли весь путь до финала, прежде чем проиграли Шираторизаве. Тобио поклялся, что они выиграют в следующем году. Когда они это сделают, он сможет показать Ойкаве, что он может взять команду на чемпионат, чего Ойкава никогда не мог сделать. Но в конце второго года обучения мать Тобио попала в автомобильную аварию, и она была объявлена мертвой на месте происшествия. Кагеяма чувствовал, что весь его мир рухнул. Он и его мать были так похожи. Она была единственным человеком, который понимал его больше всего. А потом она исчезла в мгновение ока. Отец Тобио жил в десяти минутах езды на поезде, и Тобио был отдан под его опеку. Им обоим пришлось нелегко. Его отец и мать познакомились, когда они учились в старшей школе, и через несколько недель они поняли, что они родственные души. Эти двое начали встречаться сразу. Когда они закончили учебу, его отец решил поступить в университет в Токио, а мать осталась в Мияги. Они думали, что это будет хорошо для них обоих — в конце концов, они были родственными душами. Но время изменило ситуацию для них обоих, и когда они увидели друг друга, когда отец Тобио вернулся в Мияги на каникулы, у них снова возникли проблемы. Положение только ухудшилось, когда во время каникул его мама забеременела. Она связалась со своей второй половинкой, чтобы сообщить ему новости, но отец Тобио колебался. Он ходил в хороший институт, ему нравилась жизнь в тот момент, и он не был готов стать отцом. Он хотел, чтобы его вторая половинка прервала беременность. Она отказалась. Из того, что Тобио узнал, его мать разорвала отношения со своей второй половинкой, бросила университет и нашла работу. Ее родители не поддержали ее выбор, и в конце концов она нашла небольшую квартиру, которую делила со своим сыном. Она воспитывала Тобио одна до девяти лет. Именно в тот момент отец Тобио вернулся в Мияги и попросил стать частью жизни Тобио и его матери. Сначала она отказалась. В конце концов она пригласила его на обед. Это был первый раз, когда Тобио встретил своего отца. Мужчина был похож на него. По правде говоря, единственное, что отличалось между ними, — это его глаза. У Тобио были глаза его матери. Обед был неловким, и Тобио не знал, что делать или говорить. Его отец задавал ему вопросы о школе и его друзьях, вопросы, на которые Тобио не мог ответить. Он не любил школу. У него не было друзей. Только когда его мать начала говорить о волейбольней команде, Тобио начал участвовать в разговоре. Его отец признался, что ничего не знает о волейболе, но хотел бы увидеть одну из игр Тобио. Тобио точно помнит, что произошло дальше. Он был взволнован перспективой, что его отец будет смотреть одну из его игр. Он размахивал руками, объясняя разные позиции. Когда он это сделал, он опрокинул стакан на стол. Он упал на пол, и Тобио быстро спустился, чтобы поднять его. Когда он это сделал, он засучил рукава рубашки. Взгляд его отца мгновенно остановился на его метках. Он вспомнил потрясение, отразившееся на лице мужчины. Он что-то сплюнул насчет меток. Мать Тобио холодно ответила, что Тобио родился с ними. Его отец покраснел. С тех пор Тобио видел этого человека всего несколько раз. Он никогда не ходил ни на одну из игр Тобио. И теперь они собираются жить под одной крышей. Судя по всему, в этом районе жили и родители его отца. Тобио даже не знал, что у него есть бабушка и дедушка. Семья его матери покинула этот район сразу после рождения Кагеямы, не желая случайно столкнуться с их своенравной дочерью и ее ублюдком. Тобио задумался, что было хуже. Родители его матери исчезают, чтобы им не пришлось видеть, как он или родители его отца находятся здесь, наблюдают за ним и никогда не произносят ни слова. Он переехал в маленькую спальню в квартире отца. Эти двое избегали друг друга как можно чаще, хотя на самом деле это не занимало много времени. Его отец часто уезжал по работе, и его работа регулярно возила его в Токио. У Тобио была школа и волейбол. Он часто останавливался после тренировки и кушал еду по дороге домой. Он сосредоточил свое внимание на том, чтобы вывести команду на национальные чемпионаты. Он думал, что у него все в порядке, он справляется со смертью матери. Он был не прав. Он никогда не забудет момент, когда он подбросил мяч и услышал, как тот упал на пол. Когда он повернулся и то увидел, что его команда отворачивается от него. Конечно, он слышал шепот. Он знал, как его называли. «Король площадки». Он подумал, не это ли символизировала корона на его руке. Он задавался вопросом, с кем из его родственных душ это было связано. Он знал, что постепенно терял дружбу, которую он установил с Киндаичи и Куними. Он знал, что она полностью закончилась с той секунды, когда его поместили на скамейку запасных во время его последней игры. Он заставил себя поднять глаза, отвести взгляд от команды, своей команды, играющей с другим связующим. Он задавался вопросом, было ли это то, что Ойкава чувствовал в тот день, когда вместо него поместили Тобио. Неудивительно, что тот был так расстроен. Он пытался сдержать слезы, когда его взгляд остановился на паре свернувших на него светло-коричневых глаз. У него перехватило дыхание. Он знал эти глаза. И он знал этот взгляд, полный отвращения и ярости. Тобио быстро схватил полотенце и бросил его себе на лицо, зная, что сейчас он не сможет остановить слезы. Не тогда, когда Ойкава Тоору наблюдал за ним в самый жалкий момент. Игра закончилась. Его команда проиграла. И он знал, что каждый человек, будь то его товарищи по команде или на трибунах, винит его в поражении. Он заставил себя встать, сесть в автобус, вернуться в дом своего отца. Когда он наконец остался один в своей комнате, он позволил себе сломаться. Остаток учебного года стал для Тобио плохим воспоминаний. На него смотрели в коридоре. Смех и насмешливые комментарии преследовали его, куда бы он ни пошел. Он сидел один во время обеда, больше не смог сидеть с командой. Он не решился вступить в спортзал. Он вернулся в то время, где был в первый год начальной школы. Только на этот раз все было иначе. На этот раз это было не из-за его меток. Это было не из-за того, что он не мог помочь. Нет, на этот раз они его ненавидели. На этот раз было хуже. Он был благодарен, когда, наконец, закончил учебу, и смог уйти от них всех. В начале третьего года он планировал поступить в АобаДжосай вместе с Киндаичи и Куними. Именно туда ходили большинство спортсменов его школы. Тобио немного колебался, потому что это была школа, в которую поступил Ойкава, но Куними сказал ему, что он поступил глупо, отказавшись от возможности, потому что ему не нравился Ойкава. Конечно, тот не знал о… проблемах между ним и Ойкавой, но он полагал, что точка зрения все еще остается актуальной. Но он не мог представить, что будет присутствовать сейчас. Поэтому он решил попытаться попасть в Шираторизаву. Если он не мог играть с людьми, которых когда-то считал друзьями, если он не мог играть со своей второй половинкой, он мог, по крайней мере, играть против них в команде, к которой они относились серьезно. К сожалению, ему не поступило предложение от волейбольной команды, поэтому ему пришлось сдавать вступительный экзамен. И ему это не удалось. Так и был этот план. Он думал о других школах. У Датеко была хорошая команда, но они в основном сосредоточились на защите. Он однажды видел, как играет Дзёдзэндзи, и не думал, что он там хорошо впишется. Он посмотрел на другие электростанции в этом районе и начал все больше и больше разочаровываться. Его окончательным выбором была средняя школа Карасуно. Они больше не считались электростанцией, но до Тобио дошли слухи, что их предыдущий тренер, тренер Укай, собирается вернуться. Команда считалась одной из лучших под его опекой. Они даже ходили на чемпионат! Если Тобио не мог попасть в Шираторизаву и отказывался идти к Аоба Джосай, Карасуно был его лучшим вариантом. Вот как он оказался в спортзале в старшей школе Карасуно, на него орал маленький рыжий мальчик, который казался странно знакомым. — Как я могу победить тебя, если мы в одной команде? Разве ты не должен быть в какой-нибудь другой школе с сильными игроками? Почему ты не пошёл туда? — кричал парень. Тобио понятия не имел, кем был этот человек. — Самые сильные школы префектуры… отвергли меня, — пробормотал он, даже не понимая, почему он признался в этом факте перед этим человеком, которого не знал. Какое ему вообще дело? — Тебя не приняли? — спросил парень, недоуменно нахмурившись, — Даже если ты король площадки? Все в его теле, казалось, вздрогнуло, когда это имя прозвучало из уст другого мальчика. — Не… называй меня так! — прорычал он. Это место должно было быть другим! На него нельзя так смотреть! Это должно было быть как в средней школе, когда никто не знал о его метках. Он не должен был следовать за ним! — Первый связующий Китагавы в нашей команде? — сказал голос. Тобио быстро повернулся к двери.— Но этот парень совершенно дерзкий. Отлично. Очевидно, его удача закончилась. Казалось, все уже знают о его «репутации». — Не пытайся его запугать, хорошо? — мягко спросил другой голос. Брови Тобио приподнялись, и он скрестил руки на груди. Кто-то думал, что они могут его запугать? Он ходил в школу с Ойкавой Тоору. Никто не сможет напугать его больше, чем другой связующий. — Я бы не стал делать что-то подобное. Трое старшеклассников вошли в спортзал, и Тобио полностью сосредоточился на них. У того, что посередине, были темные волосы, мощное телосложение и легкая улыбка на лице. Тот, что слева, был стройным, со светлыми волосами и яркой веселой улыбкой. Потом был тот, что справа. Он был лысым и, очевидно, тот, кто собирался его запугать. Тобио склонил голову и посмотрел ему прямо в глаза. — Эй, эй, эй. Кто сказал, что вы, ребята, можете… — начал лысый парень, делая несколько резких шагов вперед, но его оборвали, когда парень в середине схватился за спинку его куртки. — Ты Кагеяма? — спросил тот, что посередине. — Да. — Рад, что ты здесь. — Ты высокий, — прокомментировал тот, у кого была яркая улыбка. — Ему нужно урок, Суга-сан! Давайте дадим ему повод для страха! — лысый снова двинулся вперед. — Какого ты роста? — спросил парень в центре. — 180 см, — ответил он. — Ты дерзкий! — громко прокомментировал лысый парень. Тобио в замешательстве нахмурился. Они задали вопрос. Он ответил. Как это сделало его дерзким? — Здравствуйте! Тобио удивленно вздрогнул от громкого голоса. Правильно. Этот ребенок все еще был здесь. — Ой! Ты! Коротышка номер один! … Коротышка номер один? Парень в центре поднял стопку бумаг и, казалось, на мгновение сосредоточился на чем-то. — Значит, другой заявитель здесь, Хината, … ты? — спросил он, — Я немного удивлен. Итак, вы оба здесь, в Карасуно. Тобио чувствовал, что ему чего-то не хватает. Он должен был знать этого человека? — Мы видели ваш матч в прошлом году, — объяснил седой. — Ты слишком низок! Но у тебя хватит смелости. — Спасибо! — крикнул ребенок. Кагеямы в замешательстве нахмурил брови, и он сосредоточился на маленьком ребенке. Он пытался вспомнитьь, где видел его раньше. Тем более, что эти трое, казалось, тоже знали его и вели себя так, как будто Тобио должен был знать, кто он такой. Его внезапно поразил образ ярко-рыжих волос и зеленой формы. Это был парень, который играл против него в их первом матче во время Весеннего турнира! Тот, у которого была команда, которая… действительно отстой. Разве он не кричал на него после матча? Тобио смутно вспомнил нечто подобное. Трое немного поговорили о том, что парень умеет хорошо прыгать. Кагеяма медленно кивнул. Да. Да, он это помнил. Но он также помнил тот факт, что он едва мог отбивать мяч, не имел абсолютно никакого мастерства, когда дело касалось приема, и едва стоял у плеч Тобио. Это были слабые места, которые необходимо было преодолеть, прежде чем парень получит право хвастаться таким, какой он есть. Особенно, когда он начал говорить о том, чтобы стать асом. Тобио почувствовал, как его тело напряглось от раздражения при этих словах. Ас должен был стать лидером в команде. Он должен был быть сильным и надежным. Этот парень не имел права претендовать на этот титул для себя. — Если ты хочешь быть асом, я надеюсь, что ты стал лучше, — прямо сказал Тобио, — Если ты будешь бездельничать, ты потратишь попросту еще три года. Парень впился взглядом, и Тобио почувствовал, как его губы дернулись. Что ж, он мог признать, что взгляд был немного устрашающим. Было бы страшнее, если бы это не выглядело так, как будто это было на лице десятилетнего ребенка. — Что ты сказал? — он повернулся к Тобио и сделал шаг вперед. Тобио склонил голову и скрестил руки на груди, — Я играл изо всех сил. Не говори мне, что всё, что я сделал — пустая трата! — Ребята, — попытался ворваться темноволосый парень, — Вы же знаете, что вы что больше не враги? Волейбол — это командная работа. — Я бросаю тебе вызов! — закричал ребенок, драматично указывая. — Эй, Даичи-сан говорит! — крикнул Лысый. Даичи? Так звали темноволосого парня? Вероятно. Он был единственным, кто говорил. — Бросашь мне вызов в чем? — спросил Тобио, даже не взглянув на лысого парня. Они говорили о волейболе. Кагеяма не мог отказаться от вызова и позволить этому… раздражающему парню победить. — Волейбол, что еще? — Как ты собираешься бросить мне вызов один на один?— Тобио не мог не закатить глаза от ответа. — П-как двигающийся конкурс! Этот парень действительно был идиотом. — Как ты соревнуешься при двигающийся? — рявкнул Тобио. Ему показалось, что он услышал крики, но он был полностью сосредоточен на парне перед ним. — Поймать мяч! Я их все верну! В прошлом году мне удалось получить только одну из твоих подач. Но я тренировался с самыми разными людьми. Я уже не тот человек, которым был в прошлом году. Тобио вспоминает прошлый год. Разве этот ребенок не получил мяч лицом? Кагеяма был почти уверен, что это не в счет. — Не то же самое, что и в прошлом году, а? — спросил Тобио. Он взял ближайший волейбольный мяч, — Я тоже не такой, как в прошлом году, — он быстро перебрался в другой конец зала и приготовился, — Вот оно! Он подбросил мяч и прыгнул, ударив по мячу изо всех сил. Он смотрел, как мяч летит через площадку, и Хината нырнул в сторону, когда мяч рухнул на землю. Он ухмыльнулся. Он работал над этим всякий раз, когда у него была возможность. Он все еще был не таким мощным, как… другие… но в нем, конечно, не было поводов для смеха. — Чем это отличается от прошлого года? — Еще! — закричал ребенок, встав и впившись взглядом в Тобио. Тобио подал еще раз, целяст в угол площадки. Пусть маленький парень попробует это принять… Он удивленно моргнул, когда Хината внезапно оказался перед мячом. Что ж, у него определенно были быстрые рефлексы. Но затем он закрыл глаза, когда увидел, как стоит мальчик. Это была неправильная позиция. В этом положении мяч должен был лететь в сторону трех старшеклассников в углу. Он услышал треск и осторожно открыл глаза. Затем он выругался. Когда, черт возьми, заместитель директора вошел в спортзал?! И почему на Даичи был парик? И… он смотрел на заместителя директора с зарождающимся ужасом. На его лице была отметина. От волейбольного мяча. О, у них было столько неприятностей. — На нем был парик? — Тобио не мог остановить слова. Это было похоже на то, что какой бы то ни было фильтр, который он имел, был сломан в его шоке от событий. Он просто… это был его первый день! Как такое могло случиться в его первый день?! — Ты только что заметил? — недоверчиво спросил рыжий. — Вы парни! Молчите! — сказал лысый. Он выглядел так, как будто собирался засмеяться в любой момент. — Танака, ты тоже заткнись! — седовласый парень зашипел. Тобио отметил имя. Лысая голова равна Танаке. Темноволосым мальчиком был Даичи. Он был почти уверен, что в какой-то момент кто-то тоже произнес имя рыжего. Он постарается вспомнить. Заместитель директора жестом пригласил Даичи выйти за ним, и Тобио прошипел себе под нос. Он не был уверен, что произойдет, и ему это не понравилось. Ему следовало просто проигнорировать другого парня! Почему ему пришлось соревноваться? Что ж, он никогда не мог устоять перед соревнованием… но это была вина рыжего! Если кого и нужно наказывать, так это этого парня! Через несколько минут Даичи вернулся со строгим выражением лица. Тобио нахмурился. — К счастью, он нас не наказывает, — плечи Тобио расслабились. Хорошо. Никакого наказания в первый день. Это было хорошо, — При условии, что вы все согласны, что сделаете вид что ничего не видели, — Кагеяма не думал, что он единственный, кого удивили эти слова. Он повернулся к рыжеволосому, просто чтобы посмотреть, слышал ли другой он то же самое, и судя по потрясенному взгляду, который тот бросил на него, он предположил, что слышал, — Но вы, ребята… — начал Даичи. — Все потому, что ты не мог отбить подачу! Ты полный отстой! — рявкнул Тобио, когда повернулся к маленькому ребенку, — Что такого особенного по сравнению с прошлым годом? — Ты полный отстой! —он повернулся злым. Кагеяме захотелось ударить его по голове в ответ на этот детский ответ. — Эй! — Даичи закричал, и глаза Тобио расширились, когда он снова обернулся. Дерьмо. Он действительно не хотел расстраивать старшеклассников в первый день. Или вообще, правда, — Я хочу, чтобы вы меня выслушали! Я не знаю, по каким мотивам вы пошли в Карасуно. Но я уверен, что вы пришли сюда с мыслями о победе. — Да! — Конечно, — ответил Тобио. — Еще несколько лет назад Карасуно была одной из лучших команд префектуры, — Даичи объяснил прямо, — Это случилось всего один раз, но мы даже прошли на национальные. Сейчас мы в лучшем случае попадаем в восьмерку лучших префектур. Мы не слабые, но и не сильные. Другие школы называют нас разными вещами. Такие вещи, как «падшие соперники» и «вороны, которые не умеют летать». Я хорошо помню, как Карасуно выступал на весенних национальных чемпионатах. Я проходил мимо учеников из моего района, старшеклассников, которые соревновались с лучшими командами страны в огромном спортзале в Токио. По коже пошли мурашки. Мы собираемся туда снова! Тобио не мог ни отнестись немного скептически. В конце концов, он думал то же самое годом ранее. — Многие школы мечтают о переходе на национальные, — категорично сказал он, думая о других школах в этом районе. Шираторизава. АобаДжосай. Их было бы… трудно победить, и Кагеяма совершенно не представлял, как функционирует эта команда. Он не мог поверить словам, когда даже не знал, как они играют. — Не волнуйся. Я имею в виду то, что говорю, — уверенно ответил Даичи, — Чтобы это произошло, наша команда должна быть единой. И мы не можем позволить заместителю директора присматривать за нами. Я не говорю вам, ребята, чтобы вы становились друзьями, —прокомментировал Даичи, медленно продвигаясь вперед. Напряженный Тобио почувствовал, как его тело напрягается при движении, — Даже если вы были врагами по разные стороны сети в средних классах, мне нужно, чтобы вы понимали, что теперь вы на одной стороне. Вы поняли? Тобио вздрогнул, увидев выражение лица капитана. Он не думал, что видел подобное сверкание с тех пор, как последний раз разговаривал с Ойкавой. — Неважно, насколько ты выдающийся, — начал Даичи, хлопнув Тобио рукой по плечу, — Как бы ты ни был готов выложиться на полную, — рука на плече рыжего, — Если вы не ладите и мешаете нашим товарищам по команде, — они двигались, — Тебе не рады! — рявкнул Даичи. Тобио застыл, когда ему в лицо бросили регистрационную форму. Этого не могло быть. — Пока вы не поймете, что вы оба товарищи по команде, — отрезал Даичи, — вы не будете играть в этом клубе! — дверь захлопнулась перед их лицами. Тобио в шоке уставился на закрытую дверь. Он… он пришел сюда, потому что думал, что это его последний шанс. Шанс, который, видимо, он уже уничтожил. Что он собирался делать теперь? Как он должен был проявить себя, если он даже не смог выйти на площадку? Было… его время закончилось? Была ли эта последняя игра последней, в которую он когда-либо играл? Нет, он не мог этого допустить! Но что он должен был делать? — Что значит осознавать, что мы товарищи по команде? — рядом с ним бормотал рыжий, — Как это делается? — Понятия не имею! — рявкнул Тобио, слишком сбитый с толку, чтобы попытаться понять это в данный момент. Он должен был играть. Он не мог… он не мог допустить, чтобы его волейбол так закончился. — Пожалуйста, впустите меня! Пожалуйста, позвольте мне поиграть в волейбол! Я постараюсь поладить с Кагеямой! — Я прошу прощения! Клянусь, я смирюсь с этим парнем! Пожалуйста, позвольте мне участвовать в этом клубе! — Тобио удивленно отпрыгнул, когда дверь открылась, и через небольшую щель на него уставился глаз. Он тяжело сглотнул при виде поразительной картины. — Вы уверены, что имели в виду? А он? Мог ли он? Возможно нет. Но он хотел играть? — Если бы мне пришлось сотрудничать с этим парнем в матче, я бы предпочел получать, подбрасывать и бросать все в одиночку. — Как ты можешь такое сказать? — парень рядом с ним вскрикнул. Но Даичи смеялся. Это… это было хорошо, правда? Смех был хорош. — Не могу поверить, что ты только что рассказал мне о своих истинных чувствах. Но я считаю, что это хорошо. Тем не менее, в волейболе нельзя уронить мяч, нельзя его удерживать, и один игрок не может коснуться мяча дважды. Как ты планируешь играть в одиночку? Тобио раздраженно нахмурился, когда дверь снова закрылась. Хорошо, это было нехорошо. Это заняло некоторое время, но Тобио и Хината (раздражающий рыжий) удалось вырваться в матч три на три. Они будут играть против двух других новичков. Танака станет их третьим игроком. Если они проиграют, Кагеяма не будет выходить на корт в качестве свзующего целый год. Он не собирался проигрывать. О н практиковал каждое утро и ночь с Хинатой и, чаще всего, с Танакой. Суга, вице-капитан и официальный связующий команды, также присоединялся к ним не один раз. Поначалу Тобио не хотел взаимодействовать со старшим связующим. В прошлом ему не везло с другими связующими. Но Суга был милым человеком и старался помочь им, чем мог. Он даже убедил Тобио немного послушать Хинату. В конце концов, он и Хината выиграли игру. То, как они это сделали, стало неожиданностью для них обоих — и для всех остальных в спортзале. Его бросок. Быстрый бросок, который он столько раз пытался заставить Киндаичи ударить. Бросок сделал этот идиотский ребенок. Пока он закрывал глаза. Тобио действительно не знал, что он думает по этому поводу, и не хотел об этом думать. Это только разозлит его. Имело значение только то, что теперь он официально был в команде. Даже если ему не удавалось часто играть (в конце концов, Суга все еще был официальным связующим), у него все еще был шанс. Шанс проявить себя перед своими давними товарищами по команде. Он был готов броситься на тренировку со своей новой командой, чтобы увидеть, на что они способны. Он был счастлив. Так что, конечно, Ойкава должен был найти способ его уничтожить. АобаДжосай запросила тренировочный матч с Карасуно, и, судя по удивленным выражениям лиц старшеклассников, они никогда не делали этого раньше. Тобио знал, что это значит. Он пытался понять, во что играет Ойкава, когда следующие слова ворвались в его мысли. — Кагеяма-кун должен играть связующим всю игру. Что ему теперь нужно? Рот Тобио широко раскрылся от удивления, в то время как остальная часть команды начала обсуждать это состояние вокруг него. Почему это была просьба? Чтобы доказать Тобио, что он не так хорош, как его бывшие товарищи по команде? Чтобы Ойкава мог проанализировать свой стиль игры? Это не имело смысла! Ойкава видел последнюю игру, в которую он играл. Он знал, как играет Тобио. Может, он думал, что новая команда что-то изменить? Может, он просто хотел посмотреть, как Тобио проиграет. Тобио рассеянно начал растирать левое предплечье. Это была пустая трата времени. Но… но, может быть, они могли бы использовать это в своих интересах? Они смогут провести свой собственный анализ АобаДжосай перед Интер-Хай. Это могло сработать в их пользу. Может быть. Тобио мог признать, что был шокирован тем, что Суга согласился с условиями, и даже признал, что хотел увидеть быструю атаку Тобио с Хинатой против другой команды. Он немного волновался, что старший рассердится на него, даже если это действительно не его вина. Но Суга определенно не был злым. Он решил поговорить со старшим после тренировки. Он не хотел, чтобы между ними было что-то подобное, не тогда, когда у него наконец появился кто-то, с кем он мог бы поговорить и получить помощь, когда он в ней нуждался. Суга очень помог ему во время тренировок с Хинатой. Было бы… обидно, если бы это изменилось. — Сугавара-сан! — Суга удивленно повернулся, когда к нему подбежал Тобио. Кагеяма последовал за старшим связующим после окончания тренировки, — На этот раз я должен по умолчанию играть связующим, — сказал он ему, слегка нахмурившись, — Но с этого момента я сам добьюсь этого места. — А, — спросил Суга с легкой улыбкой, — О, я думал, ты обо мне совсем не беспокоишься. Я этого не ожидал. При этих словах его брови нахмурились. Неужели люди так думали о нем? Неужели он вырос таким… таким, каким бы ни думали люди, ему все равно, если он их расстроит? — Почему ты так думаешь? — Потому что ты превосходишь меня в атлетизме и таланте, — прямо сказал Суга, и Тобио не мог не рассердиться от этих слов. — Невозможно так легко восполнить недостаток опыта! — он зарычал, — А также… Тобио оборвался, когда три отдельных голоса назвали имя Суги. Они оба резко повернулись и увидели, что к ним идут Даичи с Хинатой и Танакой. Кагеяма нахмурился, увидев вторжение, и быстро повернулся к Суге. Он должен был это сделать, и ему действительно не нужна была публика, когда он это делал. — Я должен заслужить доверие других членов команды, — он с силой покачал головой, чтобы избавиться от образа мяча, падающего на площадку, и некого ударить по нему. Его команда отворачивается от него, — Поэтому я никогда не сдамся! Он едва двигался, когда Суга уставился на него испуганными глазами. Он надеялся, что другой понял, что он пытался сказать. Он просто… он не хотел, чтобы это повторилось. Хотя он действительно не был уверен, сколько раздражения, которое он получал от своего предыдущего старшеклассника, было связано с игрой или с… чем-то еще. — Ага, — наконец сказал Суга с улыбкой на лице, — Я тоже не сдамся, — улыбка медленно сошла с его лица, пока его глаза не отрывались от Тобио, несмотря на то, что остальные трое бежали к ним и кричали что-то о свиных булочках, — Аоба Джосай — это то место, куда переходит большинство спортсменов из Китагава Дайити, верно?, — наконец он спросил, и Тобио почувствовал, как все его тело напряглось. Он не хотел об этом говорить. — Можно так сказать, — все равно подтвердил Тобио. — Итак… — продолжил Суга, сам выглядел немного смущенным, — Мне просто интересно, может, тебе это не нравится. Он сделал паузу и подумал над своим ответом. Ему действительно было неудобно? Или он просто расстроился из-за того, что было в прошлом? — Мне было бы неловко, если бы они были со мной в одной команде, — медленно ответил он, — Но если они мои противники, я буду сражаться изо всех сил. — Понятно. Я полагаю, ты бы стал. … Это был комплимент? Именно тогда Танака решил, что пора вмешаться в разговор. — Но вы согласны с этим, Суга-сан? Я… я просто не могу этого принять! — Конечно, я немного расстроен, — сказал он, и Тобио вздрогнул, — Но, — Тобио в шоке подскочил, когда третий год двинулся и положил руку ему на плечо. Что сейчас происходило? Стоит ли ему волноваться?, — Я также хочу показать им, что Кагеяма полностью отличается от своих школьных дней. … Он действительно изменился? Мог ли он вообще быть совсем не таким, как в средней школе? Тобио не был уверен, возможно ли это. — Это правда, — прокомментировал Даичи, и Тобио закусил губу. Как будто два мальчика пытались противодействовать всему, что он думал о себе, — Кроме того, мы покажем им, что Кагеяма не единственный, о ком им нужно беспокоиться. Верно, Хината? Хината что-то сказал, и Тобио заметил, что тот быстро ест одну из предложенных свиных булочек. Танака и Хината кричали о том, кто первым ест, но ему было все равно. Он был голоден, и поэтому ему не нужно было где-то останавливаться перед возвращением домой. Он был удивлен, когда Дайчи и Суга попросили поговорить с ним после того, как двое других парней ушли домой. Он согласно кивнул и последовал за ними в магазин на углу. Оказалось, что Даити хотел поговорить с ним о положении Хинаты в команде. Тобио о том, что Хината будет хорошей приманкой, и что его следует поставить центральным блокирующим. Третьегодки переглянулись и попросили объяснений, которые Тобио быстро дал. В конце концов, они приняли его доводы, и место Хинаты в команде было определено. Семпаи собирали свои вещи, чтобы уйти, когда Тобио глубоко вздохнул. Он думал о чем-то с тех пор, как был объявлен матч, и теперь, когда эти двое, казалось, не ненавидели его, он подумал, что ему, вероятно, следует поднять этот вопрос. — Савамура-сан, Сугавара-сан, вы не возражаете, если я поговорю с вами о чем-то? Двое обменялись взглядами еще раз, но быстро поставили свои сумки и вернулись на свои стулья. Тобио нервно заерзал на стуле. — Что случилось, Кагеяма-кун? — мягко спросил Суга, озадаченно нахмурив брови. У Даичи было похожее выражение лица. Тобио быстро отвернулся от них. — Я, э, подумал, что вам следует знать, что Ойкава-сан… вы знаете Ойкаву-сан? — Да, — быстро ответил Суга, — Невозможно играть в старшей школе и не знать Ойкаву. Он был твоим старшеклассником, верно? Челюсть Тобио сжалась. — Да уж. Он… ну, понимаете… — Тобио глубоко вздохнул и быстро закрыл глаза, произнося следующие слова, — Он моя вторая половинка, и я ему не нравлюсь, так что мне очень жаль! Клянусь, я постараюсь изо всех сил и не… — Подожди, — прервал его Даичи низким рычанием. Глаза Тобио резко открылись при звуке. Почему Даичи рассердился? Потому что Тобио был причиной того, что они оказались в этой неразберихе? — Ойкава-сан — твоя вторая половинка. И все же ты пришёл в Карасуно. Потому что ты ему не нравишься. — Да. — Кагеяма-кун, — мягко сказал Суга, нахмурившись, — Что заставляет тебя думать, что ты не нравишься Ойкаве-сану? — Потому что он сказал мне? Он сказал забыть об этом, — Тобио в замешательстве нахмурился. Рот Суги приоткрылся, а глаза Даичи опасно сузились. — Да неужели? — прорычал Даичи. Тобио быстро откинулся на спинку стула. Этот тон был слишком близок к тому, который использовал семпай перед тем, как выгнать его из спортзала. — Ага. Я просто хотел сообщить вам, если Ойкава-сан что-то скажет… он умеет влезать в головы людей и может попытаться использовать это или что-то в этом роде… — неловко пробормотал Тобио. — Не беспокойся об этом, Кагеяма-кун, — просто сказал Суга, его глаза были яркими и несколько опасными. Кагеяма вздрогнул, — Ты будешь хорошо играть против них? Ты хочешь, чтобы мы- — Нет! — быстро сказал Тобио, качая головой, — Нет, я просто хотел, чтобы ты знал. Потому что ты мой… мой капитан, и я не знаю, почему он решил… — Спасибо, что рассказал нам, Кагеяма-кун, — ответил Даичи, — Спасибо, что доверил нам это. Тобио тяжело сглотнул и посмотрел в сторону. Он не доверял им всё. Он не упомянул другой знак и не планировал этого делать. Но он не думал, что Ойкава что-нибудь скажет по этому поводу, так что это действительно не имело значения. — Хорошо, — весело сказал Суга, — Становится поздно. Полагаю, тебе пора домой, Кагеяма-кун.
Примечания:
Я люблю работы, которые связаны с прямым аниме :) И первая глава была очень длинная, руки очень устали. Но, тем не менее я готова работать и дальше. АтсуКагеОй в сердечке>*< Публичная бета открыта, можете исправить ошибки, если увидите их¿
