Restart(Перезапуск)

...Его ведут в той самой порванной одежде. Столько искаженных... Они в цепях,их приковывают к подобиям электрических стульев. Их просто разврывает на пиксели и помехи, которые остаются в воздухе. Его провели мимо одного из них. Он взорвался прямо перед ним, разлетевшись на помехи. Брейк на несколько секунд затормозил, но тут же почувствовал разряд электрического тока в спину. Руки сжались, а сам он едва сдержался, чтобы не превратится в оружие. Если бы только было можно... Но нельзя. Слишком рано. Его забросили в камеру, где свет исходил лишь от помех и небольших "прожилок" на потолке. Четверо в комнате не обратили на него почти никакого внимания. Мужчина с проседью с тёмно-серой кожей и разными глазами, женщина с почти полностью покрытым помехами телом и левитирующими конечностями, парень с словно рассченным лицом и... - Ви...- Рестарт почувствовал, как кольнуло в груди. Девушка сидела в углу. Она казалась совсем маленькой на этом стыке. Ее помехи даже почти не светились, а она не двигалась. Он казался наиболее ярким среди них. От него пока исходило больше всего света. - Ещё один ребенок... Почему они так жестоки...- Голос женщины издавал треск белого шума. В нем слышалось отчаяние.- Так рано сгинуть, не познав жизни... - Хватит причитать, Алкена.- Мужчина гневно посмотрел на нее.- Мы все в любом случае сгинем, но зачем постоянно ныть всем об этом? - Разве тебе не жаль этих детей? Они ведь не виноваты, что мы.... - Никто из нас не виноват, но умрем все.- Изрёк парень. Его голос словно расслаивался, отчего звучал как дуэт. Брейк сел рядом с Виалет. Она лишь сильнее уткнулась в собственные руки. Она была совсем не такой яркой, какой ее всегда видел Рест. Все оттенки поблекли, словно от настоящей Ви ничего и не осталось.       Их ведут на расщепление. Они даже почти не рыпались. Они уже смирились. Брейк почувствовал, как черные паучьи лапки защекотали его плечо. Голос Госпожи прозвучал в голове -"Скоро". Вот один из солдат сбил паука на пол, наступая на него своим черным тяжёлым сапогом. Брейка первого приковали к креслу, небрежно толкнув его на "стул смерти". Он сохранял зримое спокойствие, хотя в душе уже был сильно напряжен. "Скорее. Скорее же..." Заорали сирены. Солдаты ринулись врассыпную. Из окон, из стен, из теней вырывались теневые. Они создавали настоящий хаос, отчего Брейк даже на секунду забыл, что и двинуться не может. Остальные искаженные застыли. Они просто не могли понять, что происходит. Внезапно их наручники раскрылись. Оцепенение продлилось недолго. Некоторые бросились к клеткам, чтобы освободить своих, другие телепортировались на месте, третьи просто ринулись к выходу, и самая малая часть осталась на месте, растерявшись в этом хаосе. Они видели, как Брейк заметил направленный на Виалет магический гарпун. Секунда - он окружен помехами прямо перед ней. В его руке сжат тот самый гарпун. Он смотрит в глаза испуганной девочки. - Помоги остальным. Он даже не смотрит, как она бросается к клеткам. Он уже далеко от того места, где только что был - исчезает и появляется, рассекая врагов на куски. Ничто не важно сейчас так, как освободить этих искаженных. Они такие же, как и он... Глас Шинигами, черная пелена и крики страха словно лезвием врезаются в картину. Никто из троих стоящих циклопов не понял, что произошло. - Это была Алекто?- Рест смотрел на черноту, которая никуда не исчезла. - Думаю, не только была.- Сшелл сжал зубы.- Похоже, она и есть эта чернота. - Как? Просто как?- Док судорожно вздохнул, глядя на появляющиеся красные пятна в этой черноте. - У Шинигами есть истинная форма. И эта форма и есть дым.Просто...смиритесь. Голос Шинигами, чернота, крики, искаженные, теневые и корректоры - все смешалось в адскую какафонию. Следующий миг - и все теневые и искаженные стоят рядом со зданием. Чернота поглотила здание, дьявольский смех и вопли агонии разносились по всей округе. Брейк смотрел на черный дым, в котором творился ад. Что-то творилось в нем, в его душе. Облегчение и какая-то непонятная боль. Садн, подошедший сзади, лишь тихо сказал : - Mors pro peccatis eorum poenas. Сплинт, стоящая уже слева от Брейка, молча кивнула.       Он стоит рядом со своей Госпожой. Этот мир, эти лица, это чувство... Все верно. Он один из них. Он должен представлять для них божество, освободившее их. Он - посол Смерти. Среди них он - очерненный ее меткой избранный. Мир накрыт сетью Смерти, ее символ возвышается над ним. Он действительно должен быть здесь.       Он стоит среди поля. Кругом лишь трупы, но он смотрит не на них. Там, вдали, возвышается нечто чёрное, дымообразное. Сшелл попятился назад. - Она... Она! - Что это?- Рест смотрел, как черная субстанция медленно поворачивается. Дым, поднимающийся вверх и рассеивающийся, оказался не целостным. Медленно, градус за градусом, стала видна огромная белая маска, на которой были черные полосы и... - Mors omnipotent!- Сшелл отшатнулся и упёрся спиной в помехи, создавшие во время просмотра воспоминаний полусферу. - Сшелл!- Док нервно отдернул брата от помех, хотя по нему было видно, что и он охвачен страхом. Рестарт просто не мог отвести взгляд от белых кошачьих зрачков внутри глаз. Острые зубцы, полосы, дым, обрамляющий живую маску, как лицо... - Алекто... Шинигами посмотрела на крошечного человечка в нескольких сотнях метров от нее. Внезапно дым с одной из сторон начал отделяться и приближаться. Стало видно, что к Брейку тянется огромная охваченная дымом рука. Точнее, скелет руки. Белые кости длинных фаланг тянулись в сторону глюка. Однако Брейк не был испуган и тем более не был охвачен ужасом. Он был восхищён. Он стоял, а в внутри захватывало дух от этой силы, этого силуэта, этой ауры! Среди гробовой тишины, словно набат, стучало сердце. Рука, огромная рука легла перед ним. Он осторожно, но решительно взошел на нее. Сердце едва не замерло, когда рука подняла его в воздух. Ближе и ближе к ней, к Смерти! Весь мир мертв, весь мир окутан ее магией! Но это неважно. Для него не важно. Сшелл вскрикнул и отвернулся. Он судорожно шептал что-то, схватившись за голову. Это было на непонятном языке, где все время повторялась одна и та же фраза. Брейк же в это время стоял прямо перед ней, перёд ликом Смерти. Она прекрасна... - Рест!- Док дёрнул циклопа на себя. Тот словно очнулся. Сшелл уже стоял на коленях, а на шее светился сквозь ткань символ Шинигами. Воспоминание сменилось. Сшелл, до этого едва не находившийся в истерике, резко, словно по щелчку пальцев, успокоился. Символ перестал светится. Циклопы, отвлеченные от воспоминаний Брейка, услышали позади себя его голос: -...Это бесчеловечно. - Не забывай - я не человек. - Но я человек! И это... Это ужасно! - Ты уже убивал, ты ведь знаешь. - Но я убивал для защиты! И те корректоры... Я не могу убивать обычных людей! - Они грешники... - Но ведь все грешат! И я тоже! Но почему тогда... - Потому что.- холодный строгий голос Смерти заставил отвлеченных циклопов повернуться. Брейк стоял перед ней, почти не дыша. По его лицу было видно, в каком он отчаянии. У нее же было спокойное, но строгое лицо. Сейчас снова было холодно, словно само воспоминание замораживали все вокруг. - Ты оружие. Ты знаешь это. А оружия созданы для этого. Не для понимания, не для красоты. Для убийства. Ты - будущая Коса Смерти, а они делают то, что должны. Они приносят смерть, они служат Смерти, они - одно из ее воплощений. Ты тоже, Роб. - Но это... Это...- Брейк опустил голову. - Ты сам согласился на это. Ты назвал себя моим оружием. В таком случае, почему ты отказываешься от того, для чего предназначен? Лицо Брейка, и без того бледное, побледнело ещё сильнее. Он сжал зубы. Они чувствовали это.Этот холод, этот ледяной ветер, этот обжигающий порыв... - Я сделаю то, что должен.- Он поднял поблескивающий взгляд. Жестокий, но отчаянный взгляд. Этот узкий зрачок, это каменное лицо... - Докажи.- Алекто не двинула ни одним мускулом.- Твоя цель на соседней улице, в красной куртке. Мужчина лет сорока, короткие седые волосы. Убей его. - Как прикажете. Он шел, чувствуя,как что-то кипит внутри него. Он идёт. Идёт убивать. Слова ничего не дали. Это седьмой раз. Он уже столько раз подвёл ее. Он должен выполнить ее приказ. - Она... Заставила его?- Док с ужасом смотрел на то, как Брейк идёт к своей жертве. - Он... Говорил мне.- Рестарт видел, как в такт сердцебиению мир то алеет, то чернеет.- Он не хотел... Крик и звук стартера бензопилы. Его руки, лицо, одежду, окрасило несмываемой, вечной меткой совершенного греха. Не во имя защиты, во имя Смерти. Он стоял и без эмоций смотрел на труп. - Отлично.- Ее голос, холодный и твердый,доносился словно из под воды.- Идём, за эту ночь нам нужно многое успеть...       И снова его родной мир. Единственное, что действительно его успокаивает. Хотя то, что этот синий кусок дерьма сделал... Рррх. Убил бы. - А что сделал Гамболл?- Рестарт словно на автомате спросил, сам не зная, у кого, эту очевидную вещь. - Я, похоже, пропустил этот момент.- Док, который придерживал брата, смотрел на измененный город, выискивая там хоть что-то знакомое. - Ты не пропустил.- Слабый голос Сшелла звучал подозрительно спокойно.- Его воспоминания повреждены. Поэтому они так обрываются. Особенно важные. Скорее всего, тот момент с Гамболлом был важен, но слишком сильно поврежден, чтобы правильно его увидеть. - С чего такая уверенность? - Вспомнил, что Сияние говорила про память орудий. Не хочу про это больше.- Сшелл замолчал и поднял взгляд на "окно". - Не-не-не, ты обьясняй давай. Каким так образом вышло? - Я не знаю. Что-то случилось с его душой, поэтому чего-то он не помнит совершенно, а что-то появляется обрывками. Лучше посмотри наверх.       Смотреть действительно было на что. В одной из наиболее сильно измененных частей города было нечто, напоминающее храм. Он был похож на Нотр-Дам своей красотой, вот только вместо изображений церкви там была метка Шинигами. Ее храм. Воспоминание снова прервалось, и теперь глюк был среди теневых. Сплинтсав становится все красивее, не правда ли? Она даже немного подросла, а вот энергия и голос все такие же. Ох уж эти тренировки, занимают столько времени! Садн все шутит, что Брейк так скоро забудет, как они выглядят. Совсем не смешно. Все эти дни с ними, их смех и колкие шутки... Нет, не забудет. Не должен забыть. Алекто учит его всему. И магии, и убийствам, и просто тренирует. Он практически не тренируется с остальными оружиями, потому что он занят. Они понимают это. Почти все. Чайнед, с которым он так и не сумел подружиться, то и дело говорит, что Брейк не умеет работать в команде. Умеет, просто ему это не нужно. Их снова отправляют в какой-то мир. В этот раз их цель - уничтожение нескольких огромных супергеройских корпораций, готовых начать с друг другом войну. Вот почему он их не любит - они считают добром все, что делают, а то, что во время их работы погибают невинные, их не смущает. Злодеи творят зло, потому что у них нет морали, принятой обществом. Они сами создают себе мораль. Он, Садн, Сплинтсав - они облачены в странные, но такие классные злодейские костюмы! Садн, наполовину черный, наполовину пурпурный, с этой двуликой маской и плащом... А Сплинтсав, это маленькое хаотичное создание в алом бронированном костюме... И он, в черном, похожем на доспех костюме с эмблемой разбитого сердца... Они злодеи. Он служит своей роли, а они выполняют приказ. - А им идёт. Кровь, крики, ошмётки тел... Супергерои сильны, всех за раз победить не возможно. Но если подойти с умом и задействовать все свои силы... О да, это прекрасно! Странно, как так вышло, что жестокость и убийства уже не настолько его пугают, а даже приносят удовольствие? Наверное, потому что он знает, что иначе бы это гордые идиоты уничтожили бы несколько мегаполисов, чтобы потешить себя. Он даже стал засматривается на Сплинтсав. Она просто создана, чтобы быть злодейкой! Как ей идёт эта кровь, как она восторженно смеётся, глядя на разрушения и умирающих "героев". Ее жестокость, ее прекрасный хаос и желание разрушать,- все это так восхитительно! И как же ей идёт эта броня... Они перед Алекто. Отчёт сдан, они отпущены. Брейк, что удивительно, чувствует себя так хорошо! Тот разгул явно дал ему сил. Чайнед смотрит неодобрительно на подобные развлечения. Ну вот что ему не нравится? Они же их не пытали, убили быстро, даже не поиздевались. Садн так вообще ни на чью задницу не посягнул, достижение же! Но пора и отдохнуть от этого всего, не так ли? А что лучше, чем тихая прогулка в уже практически родной Пустоте?       Брейк сразу понял, что что-то не так. Такое странное чувство, словно он здесь не один. Он идёт без направления, просто позволяя своим чувствам и интуиции вести себя. Вот только что-то не даёт покоя. Тихий звук где-то в отдалении. Глюк остановился и прислушался. Похоже на вскрик. Док, до этого просто наблюдавший за Брейком, внезапно глубоко вздохнул. Причем так, словно хотел что-то сказать, но затем передумал. Этот судорожный вздох приковал к себе взгляды. - Это ТОТ день.- Младший глюк внимательно смотрел, как Брейк шел на звук, то и дело теряя его в Пустоте. - Это когда он нас нашел? - Определенно. - Док смотрел, как парень в чёрной толстовке приближается к месту их встречи. Да, все так и было. Младшего глюка прижало к одному из кусочков реальности довольно крупным валуном, изпод которого он силился освободиться. Звук бензопилы, взмах руки и Брейк смотрит на испуганное и взволнованное лицо сидящего перед ним подростка. Каким же он был мелким несколько лет назад... Их разговор, недоверие Дока, странное чувство, кольнувшее грудь... Они вместе идут дальше. Впереди виден золотисто-голубой огонек. Растерянный и испуганныъй Сшелл... Брейк оставляет их одних, чтобы проверить Пустоту. Он слышит рык и идет на звук, понимая, что сейчас явно прольётся кровь Стража. -А вот и я. Брейк смотрел на такого слабого и беззащитного Реста, чувствуя, как что-то болезненно колет в груди. Он не помнит себя. Однако это и не важно.       Жизнь с тремя младшими братьями давалась ему с трудом. Да, он конечно приглядывал за ними, но чувствовал от них страх к своей персоне. Оно и понятно - высокий, жуткий, жестокий и строгий. Им страшно рядом с ним. А он старается совместить тренировки, личную жизнь и воспитание этих разносортных придурков. Время идет, и возникают проблемы. Они снова видят ярость Брейка, которую вызвали, влезши в его личные тайны. Он зол. Он обиженно смотрит на Садна, который так легко выдал его секрет. -Рано или поздно им всё равно придётся столкнутся с твоими скелетами в шкафу. И будет лучше, если они будут к ним готовы, Брейк. -Жалкое оправдание, Садн. Им не нужно знать мое прошлое. - Брейк мрачен и сердит, смотрит исподлобья на собственное отражение в зеркале. - Рано или поздно узнают. Ты это понимаешь, верно? - Садн подходит сзади. - Они - это ты, Брейк. Вы не сможете все скрывать друг от друга. Иначе может случится что-то плохое. -Брехня. - Брейк ухотит в ночь. Он не хочет признавать, что Садн прав. Нет, не хочет. Темный переулок. Болезненное ощущение в области затылка. Внезапное осознание - беда. Трое смотрят, как он телепортируется лишь по интуиции. Всего пара мгновений потреьовалась наэ то, чтобы разглядеть силуэт Джулиуса над хрупкой фигуркой Реста. И именно в этот момент все почернело. Резкий удар, и парень-бомба с криком отлетает в стену. Брейк с волнением проверяет состояние младшего - жив. Выдох. Рестарт видит, как старший брат заботливо поднимает его на руки, в то время как ненависть обволакивает тело Джулиуса. Месть будет жестока. Брейк возвращается домой, перепачканный в крови. О да, этот подонок ещё не скоро оправится от всех физических и психических травм, которые нанёс ему убийца. Сейчас важнее позаботится о Рестарте. Их разговор, откровения Брейка... Вина, пожирающая изнутри и осознание, что Садн был прав. Снова прав. Отношения медленно, но верно налаживаются. Тренировки все сложнее и опаснее. Задания все юолее кровопролитны. Он боится потерять всех, кто ему дорог. Ведь всего одна ошибка - и все. Ничего не останется.       Ребята видят, как Брейк отчитывает Дока. Тот нервно стоит, опустив взгляд в пол. - Это было позорно! Так облажатся, да еще и попасться! - Брейк переходит на громкий тон, держа младшего глюка за плечо. - Ты хоть понимаешь, чем это могло закончится!? - Да понимаю я. - Понимает он. - Брейк фыркает. - Это было опасно в первую очередь для тебя! Ты мог погибнуть от одной только ошибки! - Ну извини, что я не профи, как некоторые. - Док огрызается, пытаясь отойти от Брейка. - А при чем тут профи? Я - натренированный убийца, знающий методы уничтожения. Я злодей. А ты еще ребёнок! И ты мог погибнуть! - Ну я ведь не такой, как ты! - Закипает Док - А мне и не нужно, чтобы ты был как я. Иди в свою комнату. Ты наказан. - Голос тверд и холоден, как сталь.- Ты на домашнем аресте на две недели. - Что? Да это ж... - МЕСЯЦ. И точка. - Брейк уходит на кухню. - Я прослежу за этим. А сейчас иди в комнату. Живо и молча. Брейк слышал, как младший поднялся наверх и хлопнул дверью. Ох уж этот переходный возраст. Остелось дождаться еще двоих. Брейк знал, что у Рестарта начались проблемы в общении из-за него, поэтому и разрешил им с Сшеллом поэти на вечеринку. Ничего плохого же не случится, верно? -... И они теперь наказаны до рождества. Все трое. - Брейк, явно раздраженный, скрестил руки на груди. - И что мне с ними делать? - Смириться и ждать. - Кассандра поправила капюшон с изображением третьего глаза. - Дать пиздюлей. - Сплинтсав весело болтала ногами, сидя на подоконнике. - Воспитательная беседа с пиздюлями. - Торжественно произнёс Садн. -Мда. - Брейк посмотрел в окно с сереющим небом. - Хуевый из меня старший брат. - Не только старший брат. Ты вообще та ещё хуета. - Садн обадривающе похлопал Брейка по плечу. -Спасибо нахуй, без тебя не знал. Воспоминание оборвалось под тихий смех. Брейк вернулся домой с тренировки. В доме было подозрительно тихо. Он уже было обеспокоился, однако услышал бормотание телевизора. Заглянув в зал, он увидел милую картину - его братишки мирно спали на диване. Он тихо усмехнулся. Несколько секунд и над ними появились покрывала. "Замерзнут еще". Стоит подготовится к выполнению задания Алекто. Вот они видят, как он перед самым рассветом покидает дом, оставляя ту самую записку. Новый мир, новые убийства. Он все четче выполняет ее приказы. Это не повод для гордости, но все же... Вот он смотрит на обугленное тело во дворе, припорошенное снегом. Вот они стоят, невинно улыбаясь. Вот он, едва сдерживая хохот, рассказывает о их проделках Садну. Все это так мило.       А вот и праздник. Он уходит, хоть и не хочет. Таков долг Прокси - слушать Госпожу. Вот они и увидели, что именно он делал в тот день - он, на огромной высоте, в темном пузыре, наблюдает за тем, как мир охватывают нити Смерти. Вот она небрежно указывает рукой на город и он, как черная тень, стрелой мчится нести хаос и опустошение. Крики, кровь и черная, растекающаяся Ненависть, - вот то, что он привнес. А вот воспоминание уже переключилось на их маленькое торжество. Как же тогда все было хорошо... И дни потекли своей чередой. Все события их жизни теперь разбавились тренировками Брейка, теми ужасными убийствами и смехом его друзей. С его стороны они видели, как росли и становились сильнее. И он сам тоже лишь возвышался над прежним собой, но... Кошмары, вина от убийств и страхи давили на душу и омрачали существование. Вот они тренируются в Пустоте, а вот он уже гуляет со Сплинтсав по развалинам какого-то города. Вот он убивает, а вот провожает их в путь. Он все сильнее. И он это знает.       Поле расстилалось перед ним бескрайним черным полотном. Они, Тёмные, своими легионами идут на них. Алекто отдает приказ и он теперь не сдерживает черноту внутри себя. И только тут они замечают Сияние и Сшелла рядом с ней. С каким ужасом он смотрел на то, как армия тьмы погибает от лишь одного солдата Шинигами. О да, это зрелище поистине ужасно. Однако Брейк уже привык к крови и хаосу. Нет, даже не так. Он и есть ХАОС. А дальше воспоминания показывали те дни, когда Рест находился дома. Снова праздник, отдаление Дока и Сшелла... Резкая чернота застлала "окно". Брейк, держась за грудь, медленно встает с колен. Все обошлось. Он жив, но как же все таки больно! Разрез на груди дает о себе знать. Вот и та самая ночь, в которую Рестарт впервые увидел убийства Брейка. Он так волнуется. Он знает, что вселяет страх. Но он вынужден быть сильным.       И снова тренировки и задания. Все сложнее, все ужаснее. Он уже куда спокойнее убивает. Он привык. Воспоминания были почти однообразны - убийства, дом, друзья, Сплинтсав,- однако резко они заглючили и, как вспышка, осветили полусферу с циклопами. И вот, открыв глаза, они увидели Брейка на огромном пустом поле. Сияние, исходившее от него, озаряло все вокруг. Черное, белое, кровавое освещение разносилось вокруг него. Его глаза светились чернотой, она выплывала из них дымом, Ненависть витала вокруг него. От него веяло силой. Вот он стоит среди оружий в латах перед своей Шинигами. Он отныне - ее Коса. Он добился. Он смог. И теперь она сдержит свое обещание...       Да, они увидели себя и дом в его воспоминаниях, но то, что было дальше... Он был вместе с его Госпожой под главным зданием. Она легко открыла портал движением руки, и, улыбнувшись, спросила : -Готов? Да, он был готов. Он шагнул вперед. Этот мир с файлами, похожий на куб. Так необычно. Он так рад и вдохновлен. И он нажимает на один из миров... Да, они явно не были готовы к такому. Как и он. Бить руками стекло, пытаясь выбраться и спасти, защитить, кричать, но никто не услышал... Держать на руках другого себя, понимая, что ты мертв... Хоронить в лесу, где никто не найдёт тебя под этим красивым деревом. Это было больно. Он вернулся в куб и начался Ад. Все, абсолюбно все сюжеты, повороты событий, вселенные, где он умер... Он видел! Он осозновал! Он чувствовал! И всё то, что чувтвовали они, отражалось на нем. Страх, боль, ненависть... Он поднялся, разбитый и пустой. Он пошел вперед, не обращая внимания на слезы, катившиеся по лицу. Все тело ныло от боли, душа рыдала от ненависти и пустоты, от разбитых надежд. Их с Алекто разговор, ее приказ, его отчаяние... Он вошел в комнату, замкнув дверь за собой. Он просто лежал на кровати, беззвучно рыдая. Он сломался. Все, ради чего он жил, ради чего отдал душу, - все было лишь скрытым кошмаром. Он не мог их видеть. Он не спал ночью, глядя в потолок и составляя план действий. Они слышали все его мысли. Каждую мысль. Он не хотел бросать их, но так было лучше для всех. Он слишком опасен и нестабилен, они уже смогут позаботиться о себе. Отчаяные, но правильные решения. Он правда не хотел...       Они видели всё. Все убийства, всю его месть. Но если на экране в лаборатории были лишь однобокие отрезки убийств, то тут было абсолютно всё. Его сожаление, его отчаяние, его раскаяние, его слезы и воля, взятая в кулак. Так было нужно. Он все сильнее чувствовал, как болит душа, но шел вперед, зная, что вся его жизнь разрушится. Он покинул тот мир, и его Госпожа оценила его старания. Его друзья оказались на его стороне. Он был этому рад, он почти не верил в то, что они все еще рядом с ним. Но он знал, что есть и те, кто уйдёт, узнав о содеяном. И он пришел домой, чтобы рассказать об этом, но дома не было никого. И снова та ссора, и снова Брейк рыдает на коленях, обнимая Рестарта... И снова полупустой дом, дни, когда он пытался справиться с болью и осознанием того, кто он теперь. И вот он направился снова в параллельный мир, но уже другой...       Кровь на лезвии, его кровь. Роб, заслонивший Гамбола, умирает. Он перемотал время назад, но они все помнят, что случилось... Он дома. Его лихорадит. Он убил себя, он почти убил другого себя! Его трясет. Трещины Пустоты и Ненависть окружают его. Да, это сделка поможет другому ему, но все же... Он монстр. Он чудовище. И он услышал шаги Рестарта... Да, все обошлось, но больше он так не будет рисковать. Нет, он найдёт способ больше не совершать подобное... Ночи, проведенные в библиотеке, не прошли даром - нашел. Создание браслета заняло много времени, но это ведь ничего, верно? Совсем ничего, если это будет того стоить. Он встал в станок. Оковы, держащие его запястья, воткнули острые иглы в вены. И магия начала свою работу. Да, это было больно. Да, он мог не пережить этого, но... Браслет на левой руке завораживал своим блеском. Он ведь сделал это. Да, он молодец.       Сплинтсав так идут пятна крови на лице. Она так прекрасна, так хаотична. Ему все не хватает духу сказать ей все, что так хочется. Но она и не требует говорить. Она все знает. Двое убийц стоят под закатным солнцем. Его неловкие слова, снова появившийся румянец, ее искорки в глазах... Она рада. И он рад. Он обнимает эту буйную девушку, ближе которой нет. Она действительно похожа на яркий огонь. Она правда сейчас рядом с ним. Он знает, что нужно сказать брату, и он хочет сказать, но... Но не сейчас. Рестарт еще не готов. Тем не менее он узнал. Этот взгляд просто убийственен. Эта обида и ревность так цепляют. Но он смирился. И Брейк не знает, что делать.       Брейк часто видит Сшелла, когда они рядом со своими Шинигами. Они никогда не говорят. Сшелл никогда его не простит. И сам Брейк тоже. Да, то, что его простили почти все, не означает, что он сам простил себя за содеяное. Нет, он не простил. Он так хочет сказать что нибудь "брату", но видит страх в его глазах. Нет, такое чудовище он не сможет закрыть простой беседой. Все слишком сложно. Брейк почти всегда рядом с Рестом. Он знает, что это нужно им обоим. А вот и тот день, когда Брейк потерял память. Он все прекрасно понимал, когда заслонил Дока собой. Тем не менее, он не хочет, чтобы все вышло иначе. Лучше забыть все самому, чем смерть одного из близких...       "Окошко" засветилось белым светом, а помехи втянулись в "экран". Миг - и все помех, окошко и магия вокруг превратились в голубое сияние, что окутало Брейка, как кокон. И из этого кокона оно словно влилось в грудь, замерцав напоследок золотым блеском. Брейк опустился на пол спиной к ним.Он стоял на коленях. В один момент он словно проснулся. Он поднялся и приложил руку к лицу. И обернулся. В глазу стояли слезы. Чуть приоткрытые зубки были сомкнуты, бровь виновато опущена. Он смотрел на них, и очень тихий, такой хриплый, голос прошептал в тишину : - Мне... Правда жаль... Он повернулся. Округлый зрачок, почти неподвижные помехи и этот виноватый шепот. - Вы не должны были видеть этот кошмар. Я.... Он не успел договорить. Рестарт, бросившийся к нему, крайне сильно его обнял, уткнувшись в грудь. Глюк застыл, он неуверенно смотрел на младшего, сомневаясь, заслуживает ли эти обьятия. Сшелл и Док почти одновременно обняли его, и давно сдерживаемые чувства нашли выход. - Прости... Конец второй главы