твоя любовь - этих тактов сила

      Если любовь — слабость, то Рустам готов признать, что он — слабак.       Если любовь это то, ради чего стоит жить, Серёжа может с легкостью на сердце сказать то, что нашёл смысл жизни.       В карих глазах, которые теперь видит каждое утро. В улыбку, порой такую яркую, что ею можно осветить целый переулок.       В руках, а именно их разницу, которая кажется Сергею невероятно милой, но он никогда не скажет этого вслух.       В объятьях, которые никогда не лишние. Которые успокаивают, возвращают в детство, где они могли быть счастливыми просто так.       В поцелуях, которые равносильны глотку воздуха. Который так сильно нужен, что в глазах уже начинает темнеть от недостатка этого самого воздуха.       В простых мелочах, которые Детков стал замечать за Рустамом ровно в тот момент, когда они съехались.       Рустам прячет ладони под рукава толстовки. Это мило. И однажды Серёжа сказал это вслух, чем очень смутил Саидахмедова, хотя тот и попытался это скрыть.       Рустам целует его в макушку просто так. В макушку и нос, заставляя его смущаться, а самого Саидахмедова довольно улыбаться.       Рустам даёт ему свои худи и свитера. И, пожалуй, это лучший способ согреться, пока самого Рустама рядом нет.       Рустам делает кофе утром, рисуя на пенке сердечко.       Рустам бегает за цветами просто так, чтобы потом яро доказывать Деткову то, что цветы — дело рук Щербакова, который аж резко начал пить.       Рустам не умел врать. Нет, даже не так. Рустам просто ему не врал. И Серёжа это чувствовал.

***

На моём плече засыпает моё счастье. Счастье. Счастье моё — быть с тобой вдвоём. Счастье моё — возвращаться домой.

      Серёжа чуть дергается, когда посреди готовки супа обнаруживает себя прижатым к родному телу. По телу бегут толпы мурашек когда Рустам произвольно тыкается в шею. Выдыхает, ведет носом, и оставляет слабый поцелуй чуть ниже ключицы. — Люблю тебя, — хриплый голос говорит о том, что Руст только соизволил встать. Ленивая, сонная, наглая, но все равно любимая задница. Это пролетает в голове Деткова, но, конечно же, наружу не выходит. Снаружи он, до сих пор смущенный действиями своего возлюбленного, стоял и глупо улыбался. Рустам же даже сейчас берёт ситуацию в свои руки. Пока есть возможность разворачивает Серёжу к себе лицом и, уместив руки у того на талии притягивает к себе, сразу целует. Медленно, сладко, проводя по верхней линии зубов с максимальной нежностью, с точно такой же переходя на нижнюю, а после чуть прикусывает губу, хитро глядя в закрытые глаза напротив. Пускай и ловит легкий толчок в плечо, все равно ж знает, что тому нравится.

Когда вокруг бесконечный бой. В моём сердце мир. В моём сердце покой.