Черный конец злодейки

      Интересная…очень интересная собачка мне попалась, но она такая жалкая. Сначала, пугать ее и угрожать было забавно и весело. Было приятно видеть страх в этих изумрудных глазах, таких же, как и у смертников на поле боя. Она была похожа на пойманную добычу, загнанную в угол. Все ее попытки выжить казались нелепыми. Однако, этот бокал безумства, граничащей со страхом и решительностью, просто сводит с ума от одного лишь касания. Его хочется выпить до дна, оставив на губах горько-сладкий привкус. И ни с кем его не делить. Это безумие перешло в наркотическое опьянение, заставляя тело хотеть большего. Желать раствориться в этой мертвенной бледности, заполнив собой. Видеть сочетание ядовитого изумруда и пылающего рубина, из которых создался бы самый черный удушающий цвет. Это цвет нашего начала…

***

— Ваше Высочество, что вы здесь делаете? — на лице Пенелопы застыл ужас. Да, именно это лицо я жаждал увидеть все эти две недели. — Ты не приняла ни одного моего приглашения. Если моя принцесса не хочет посещать меня, я сам приеду к ней. Я приблизился к ее лицу настолько близко, что смог разглядеть аметисовые крапинки вокруг радужки ее глаз. Как мило, этот щеночек умеет смущаться. Но мне этого мало, я хочу больше. Покажи мне больше. Я приблизился еще сильнее, слегка касаясь ее руки. Пенелопа отступила назад и подняла на меня яростный взгляд. — На самом деле, я хотел отдать тебе подарок. — Подарок? Удивление лишь на секунду озарило ее лицо. Ну же, этих эмоций не достаточно. — Да, подарок. Я достал золотую коробочку с искусной гравировкой и протянул ей. — Что это? Заинтересованность. Уже лучше. — Это мой ответ на твое признание в суде. Я сократил нашу дистанцию, предугадав все ходы ее отступления. Осталось лишь пару шагов до кровати. Еще чуть-чуть. — Что… О да. именно этого я и ждал. Страх, отчаяние, безумие и… предвкушение. В коробочке лежало изысканное черное кольцо с красным рубином и золотой надписью «Моя принцесса». Пользуясь ее замешательством, я оттеснил ее к кровати. Пенелопа не удержала равновесие и распласталась на мягкой перине, ее волосы малиновым огнем разбросались по подушкам, а взгляд потерял чувство разумности и реальности, как и мой… Я навалился на нее сверху, плотно прижимая запястья к кровати. — Что ты делаешь? Отпусти меня немедленно! Пенелопа начала вырываться и пинать меня ногами. Неужели Моя принцесса уже готова выпустить свои коготки? — Я не отпущу тебя, даже в тюремной камере, в которую ты попадешь за неподобающее обращение к наследному принцу и причинение вреда члену Императорской семьи. Я медленно приблизился к ее лицу, жадно вдыхая запах ее тела, волос и эмоций. Потрясающе. Склонившись над ее шеей, я прошелся языком по месту, где когда-то оставил порез. — Ваше Высочество, прекратите. Она начала восстанавливать свое самообладание. Так не пойдет. Нужно что-то большее. Я хочу, чтобы ты полностью отдалась мне. — Что прекратить, Любимая? Я стал поглаживать ее бедра через мягкую ткань ночной рубашки. — Прекратите распускать руки. Это неприемлемо. — Неприемлемо? Я всего лишь проявляю любовь к своей невесте. Хищно улыбнувшись, я продолжил гладить ее тело, словно лаская маленького щеночка. — Кто чья невеста? Разве я соглашалась? — ярость заплескалась в изумрудных глазах. — Мой подчиненный в точности передал слова моей принцессы в суде. К тому же, разве мне нужно разрешение? Ты моя. Или есть тот, кто наложил свои лапы на твое сердце? Кто это? Я немедленно найду его и перережу глотку, а после отдам его тело диким животным. При одном лишь упоминании, что у нее есть еще кто-то, во мне просыпается ярость. — Кто это? Говори! — я сильно сжал ее запястья. — Кроме тебя, у меня никого нет. Она смело подняла на меня глаза. Я резко поддался вперед и впился в ее губы. Облегчение и страсть взорвались во мне. — Подожди… Каллисто, — еще одна попытка к сопротивлению. — Нет. Я и так слишком долго ждал… То, что происходило дальше, было началом нашего конца. Конца цвета черного безумия.