Делюкс-комната

— Вот тебе не повезло, Хината-кун. Можешь спать в гостиной, но не простудись, — улыбнулся Нагито. — Эй, что насчет вас, девочки Виноградного Дома? Вы уже разделили свои комнаты? — Ага, мы немного посовещались, и все гладко уладили, — Чиаки прикладывает руку к груди. — Нам с Сонией достались делюкс комнаты... Аканэ же захотела дешевую комнату. — Таким образом, осталась лишь стандартная и дешевая комната... — Сония добродушно улыбнулась. — Хината-кун, если хочешь, пожалуйста, воспользуйся одной из них. — А? — удивленно произнес Хаджиме. — Н-нельзя! — возмущенно произносит Казуичи. — Почему нет? — Н-ну... это же опасно. Хината может быть предателем, понимаешь? — О чем ты говоришь? — блондинка хмурится. — О-о чем я? — Мы совсем не сомневаемся в Хината-куне, — влезает Чиаки. — Можешь воспользоваться одной из оставшихся комнат. — Спасибо... Тогда я возьму дешевую. — Стой, Хината-кун! — Комаэда дотрагивается до плеча парня. — Моя комната... Она делюкс. Там столько места, что двое точно уместятся. Зачем тебе мерзнуть в дешевой комнате? Хаджиме удивленно оборачивается на Нагито, видя в его глазах искорку искренности. «А что, если он захочет убить меня там?» пронеслось в голове у парня. Да, здравый смысл подсказывал ему сторониться Нагито, но сердце... Господи, хоть бы оно прекратило так быстро биться от одной только мысли о Нагито! Нет, Хината не влюбился... По крайней мере, он сам так себе говорил... Просто... Неважно. Хаджиме предпочитал не думать об этом. Что, у него помимо этого мало забот, что ли? — Выбирай, Хината, — покачала головой Аканэ. — Конечно, спать с парнем в одной кровати — это не очень, но быть на девчачьей стороне еще хуже! — поддакивает Сода, уверенно кивая головой. — Л-ладно. Я буду спать у Комаэды-куна, — с трудом выдыхает Хаджиме. Господи, как же странно это звучит. И как смущающе. Парни распрощались с девушками у лифта и отправились по своим комнатам. — Комаэда-кун... Почему ты это предложил уже тогда, когда мне присмотрели нормальную комнату? Хотел посмотреть на мои страдания? — без капли злости спрашивает Хаджиме. — Нет... Хината-кун... Я просто не хотел предлагать при всех. Я думал, что сделаю это, когда мы уже разделимся с девочками, — Нагито... Смущен? Нет... Мне просто кажется. Хаджиме замолчал, приобняв себя за плечи. Черт... Надо бы успокоиться, иначе Нагито заметит его странное поведение. Хината вновь заходит в эту странную розовую комнату. Она не понравилась Хаджиме с первого взгляда, еще когда он осматривался вместе с Некомару. Голубые стены сюда ну никак не вписывались. Да еще и эта радуга на стене... На каких людей эта комната вообще рассчитана? Либо на совсем детей, либо на извращенцев из дешевых «Любовных отелей». Но Хаджиме ничего не оставалось, кроме как смириться с тем, что это его пристанище на несколько дней. Он здесь либо умрет от голода, либо дождется очередного убийства. Да, Хината понимал, что убийство точно произойдет. Кто-то не выдержит и убьет своего друга, чтобы спастись. Это очевидно, хоть и так больно. Просто оставалось надеяться, что убьют не его. И не Нагито... Довольно эгоистично, да? Впрочем, как и вся эта убийственная игра. — Хината-кун, ты не против, если я посплю только в футболке? Просто я подумал, что это надо обговорить с тобой, — говорит Комаэда, стягивая с себя темно-зеленый плащ. — Э, конечно! Я, вообще-то, все это время спал в одежде... — Хината-кун, спать в обычной уличной одежде нельзя! Из-за этого портится качество сна! Неужели он думает, что мне кошмары снятся именно из-за этого? Ну и глупости! — Я, конечно, все это время спал почти нагим... Просто поспи в одной рубашке. И я гарантирую, твой сон улучшится, — улыбнулся он, расстегнув молнию на своих джинсах. — Х-хорошо! — Хаджиме отворачивается, чтобы не видеть этого. Он глубоко вздохнул и начал развязывать галстук. По звукам сзади можно было понять, что Нагито пошагал в сторону постели. Через мгновение кровать еле слышно скрипнула, а постельное белье зашуршало. Значит он уже накрылся. Слава богу! Чем меньше он будет видеть Комаэду голым, тем лучше. Хината быстро сложил свою одежду на отвратительного розового цвета диван и немного неуверенно пошел к кровати. Нагито повернул свой взгляд к нему, мило улыбнувшись и заставив сердце Хаджиме вновь затрепетать. — Спокойной ночи, Хината-кун. Пусть тебе приснятся хорошие сны. — Тебе того же. Парень ложится на самый краешек этой огромной кровати. Да тут четверо могли поместиться! Это правда было намного лучше, чем мерзнуть в дешевой комнате. Хаджиме прикрывает глаза, настраиваясь на сон... Но почему-то он никак не шел. Слишком многое произошло за этот день, чтобы просто так взять и спокойно уснуть. Хината ворочается. Он лежал и на боку, и на животе, и на спине... Все без толку. — Хэй, Хината-кун, — гробовую тишину нарушает шепот Комаэды. — Не ворочайся, ты мешаешь мне спать. — Ох, извини, Комаэда-кун, я... — Нет, одними извинениями тут не отделаться, — Хаджиме чувствует на своем плече теплую руку. — А? О чем ты? — Не притворяйся, что не знаешь. Нагито в мгновение ока оказывается перед Хаджиме. Одеяло слетает с его полуобнаженного тела, заставляя неловко поджать ноги к себе. — Комаэда-кун...? Нагито дотрагивается его коленей и медленно едет вниз, по бедрам, до самого заветного места. — Будто я не знаю, зачем ты согласился делить комнату со мной, — он ухмыляется. Да что с ним такое? О чем он гов... Хаджиме прогибается и сам неожиданно для себя стонет, когда чувствует прикосновения там! Нет, Хината, как и нормальный парень, конечно же мастурбировал, это ведь нормально, но... Он никогда не получал такого удовольствия от прикосновений к себе. — Н-нет, прекрати! — Говоришь «прекрати», но сам так соблазнительно выгибаешься? Где-то здесь я вижу противоречие. Нагито нависает над Хаджиме, наклоняется еще ниже и целует его шею, кусает, в порыве страсти. Одной рукой он проскользнул под рубашку Хинаты, сразу же нащупав бусинку соска, а второй стягивал белье с бедер парня. — Комаэда-кун... Не надо! — Хаджиме говорит это, пытаясь образумить не только его, но и себя. Это неправильно! Они не должны таким заниматься! Тогда почему мне хочется все больше и больше? — Ты уверен? — Нагито прикусывает губу, нежно потирая головку члена Хаджиме большим пальцем. — Мн... Ах! — Если я остановлюсь сейчас, то кто же поможет тебе? — Хаа! — он прикусывает костяшку на ладони, когда Комаэда сжимает его сосок и нежно крутит между пальцами. — Кто доведет тебя до жгучего желания и сладкой истомы, м? Почему же ты молчишь? Все еще хочешь, чтобы я прекратил? — Н-нет! Не прекращай, пожалуйста! — вскрикивает Хаджиме, не выдержав такого давления на себя. — Молодец, правильное решение, — Нагито улыбается, нежно порхая рукой над его членом. Это все так неправильно, но почему тогда так хорошо? После добровольного согласия Хинаты, Комаэда стал еще раскрепощеннее. Его рука стала намного быстрее двигаться, он, наконец, задействовал свои губы, сладко целуя шею, руки и даже оголенный местами живот. Но Нагито не позволял себе укусов, чтобы не смущать Хаджиме возможными засосами. Атмосфера накаляется до невозможности. Хинате было очень жарко, даже несмотря на то, что он был только в одной рубашке. Дышать было нечем, будто кто-то выкачал весь кислород в комнате. — К-комаэда-кун! Осторожнее, я же се... Мм-ах! — комната перед его глазами вся завертелась. Хината уже с трудом различал лицо Комаэды перед собой. Тот только улыбнулся. И пока Хаджиме весь дрожал, от нахлынувшего волной оргазма, Нагито собрал всю вышедшую сперму в ладонь одной руки, ближе к пальцам, а другой рукой раздвинул поджатые ноги парня. — Извини, Хината-кун. Если бы мы сделали это хотя бы на денек раньше, то у меня была бы смазка, а так... — Кх! Что ты..? — испуганно спрашивает он. — А ты как думал? Я покажу тебе все прелести секса, раз уж ты так хочешь, — Нагито доверительно смотрит на Хаджиме и вставляет первый палец. — Расслабься, я же не сделаю тебе больно. Как тут расслабиться, когда в меня вставляют пальцы?! Это очень необычно, но пока что не больно. Может, он не врет? — Ахх! — Хаджиме сам раздвигает ноги шире, под тихий чужой смешок. — М-м... Когда в парня вошел третий палец, он уже совсем не мог сдерживать своих стонов. Благо, можно было и не сдерживаться, ведь делюкс комнаты были хорошо звукоизолированы. Но недолго Хаджиме наслаждался длинными пальцами внутри себя. Через пару мгновений, они с хлюпом покинули дырочку Хинаты. Он выдыхает и инстинктивно чуть приподнимает свой таз над кроватью, как бы призывая Нагито не останавливаться. — Я знаю, чего ты очень хочешь, развратный Хината-кун, — Комаэда ухмыляется, поглаживая внутреннюю сторону его бедра. — Настолько сильно, что готов даже умолять меня? — Н-не издевайся надо мной... — Почему? Пока ты не попросишь, я не продолжу ласкать тебя. Хаджиме весь зудит от желания и возбуждения, но краснеет лишь от одной мысли, что ему придется умолять... — Пожа-алуйста, Комаэда-кун, пожалуйста... — он прячет свое красное лицо в руках. — В-войди в меня! — Конечно, Хината-кун. Если ты так хочешь, как я могу отказать тебе? Хаджиме вскрикнул, почувствовав, что Нагито вошел в него сразу во всю длину. Член снова наливается кровью и поднимается, а Хината понимает, что сходит с ума. Сходит с ума от умелой руки, вновь накрывший его орган, и от медленных, мучительных движений внутри. Голова шла кругом. С каждым движением, Комаэда становился грубее и настойчивее, а рука ускорялась. Хаджиме растворился в таких жестких ритмичных движениях и ласковых руках. Все это, вкупе с атмосферой в комнате, заставило Хинату через довольно непродолжительное время выгнуться и кончить вновь. Он был выжат как лимон, сразу же прикрыл глаза и совсем не заметил, как Нагито кончил следом. Явно почувствовал он лишь мокрый поцелуй на лбу, последовавший после, и это было последнее, что он помнил.

***

Хаджиме вырывается из цепких лап сна с трудом. Он разлепляет глаза и вновь видит этот отвратительный розовый потолок. Сколько сейчас времени, понять, конечно же, невозможно. Но, видимо, было утро. Это он понял, по отсутствию Нагито в постели. Стоп... Вчера ночью... Что происходило? Он садится на кровати и кладет свою голову на сложенные руки. В комнате было намного свежее, чем он помнил ее. Может быть, где-то здесь был кондиционер? Я... И Комаэда... Это все было взаправду? Или мне приснилось? Ничего не понимаю... И где он сам? Этот вопрос только предстояло задать... Нужно было одеться и выйти, чтобы поискать Нагито. По его поведению и разговору можно будет сразу все узнать. Хаджиме быстро одевается и пулей вылетает из этой отвратительной делюкс комнаты, в надежде отыскать правду...