This is my home, honey.

      Звонкая трель будильника вырывает Ди из сна. В школу он не ходит уже давно, но привычка ставить будильник у него осталась. На улице стоял поздний октябрь. Голые деревья качались от промозглого ветра, как будто сожалея о потерянных ярких осенних листьях. Очередной день, который не предвещает быть довольно интересным. Встав с постели, парень подошёл к зеркалу. Перед ним стояла не самая лучшая картина: растрёпанные волосы, опухшие глаза, свидетельствовавшие о том, что парень снова плакал во сне, и темно-фиолетовые синяки под глазами. Такое часто видел Ди после сна. Решив привести себя в порядок, блондин пошёл в душ. Там он смог чуть успокоится, ведь в его голове всплыли моменты из сна. После всех процедур, парень оделся и вышел из дома, предварительно оставив записку: ”Буду поздно”. На улице пахло гарью и сыростью. Дворники старательно подметали двор от листьев, оставшихся от деревьев. Теперь Ди снова предоставлен сам себе. Закурив сигарету, он направился к краю города. Там у него было своё место, которое он облюбовал со времён 6-го класса: заброшенная больница для туберкулёзников. Там ни старых бабок, крестившего мальчишку, ни хулиганов, ни сатанистов, ни бомжей, только он и его мысли. Правда, побыть ему дольше 4-х часов не удалось, ведь начался дождь. Ди ничего не оставалось кроме как тихо ругнуться про себя и уйти. Домой идти не было желания, поэтому он искал альтернативу. На глаза попалась какая-то столовая. Идти было больше некуда, поэтому подросток пошёл именно туда, всё равно немного хотелось есть. Взяв порцию салата и компот, блондин сел за стол. Его немного раздражала обстановка этого заведения: играющая попса типа «Вороваек», целующиеся парочки, говоря друг другу какие-то сопливые слова и старые бабки, обсуждающие Сталина в хорошем ключе. Ди хотелось оказаться в другом месте, в другом пространстве, без любых живых существ, но выбора у него не было, ведь не хватало ещё ангину подцепить. Его мысли прервал низкий мужской голос: -Какие люди! Что ты тут делаешь, малой? Как сильно вселенная ненавидит парня, что ему подкидывают старого папиного друга, который явно будет расспрашиваться его о жизни, планах на будущее и всякой старческой херне. Как же его это вывело... -я гулял, но на улице пошедший дождь и я теперь здесь. Ди хотел бы просто послать его в зад, чтобы он ушёл, оставив его одного, но из-за уважения к Чесу он, хоть и нехотя, поддержал диалог. -Да уж... Может, уйдём отсюда, пока одна моя знакомая не видит? А то только от вида этой столовой блевать хочется... -Хм... Я бы был не против, но мне всё равно где находиться, лишь бы не промокнуть и не заболеть. -ну конечно, я же знаю какой ты у нас болезненный. Не против зайти ко мне? -давай.       Квартира Чеса находилась недалеко оттуда, поэтому идти нужно было минут 10-15. Всё это время оба молчали, ведь такую тишину никто прерывать не хотел. Легкий ветер шелестел сухими листьями под деревьями, дождь падал на асфальт, крыши зданий и трубы. Отдавало приятным запахом сырости и осени. Природа как бы плавно переходила из тёплого лета в холодную зиму. Никто не хотел прекращать столь приятную тишину. Каждый думал о своём. Вот уже они и дошли до дома, в котором жил Чес. Там он снимал однушку у одной знакомой бабушки, рублей за 5*. Зайдя туда, в нос бросился резкий запах мужских духов и сигарет. Ди даже немного поморщился, хотя запах не был ему столь неприятен. Что первое заметил подросток, это была неаккуратность в уходе за квартирой. На комодах и полках лежал добротный слой пыли, обувь лежала вразброс, под диваном были и бутылки, и окурки и старые пластинки с «Машиной Времени» и «Сектором Газа». Нехватало только фразы Чеса: «Как видишь, я сегодня убрался». Хотя, чего ещё ожидать от 40-летнего неженатого мужчины? Да и к тому же хиппаря.       Подросток снял обувь и аккуратно поставил их к стене, а затем он снял куртку и повесил на крючок. -а что ты всё в чёрном ходишь? Хоронишь кого-то? – иронично подметил шатен. Парню не особо понравилась это шутка. -даже если да, то и что с того? – думаю, блондин решил устроить своеобразное соревнование по колкостям – вроде как солнца нет, так что могу ходить в чём хочу. -ну мало ли чего. Чес снял с себя лишнюю одежду и пошёл на своеобразную кухню, которая просто представляла собой пару квадратных метров с плитой, раковинной и шкафом, бережно застеленным кружевами от предыдущей хозяйки. -выпьешь чего или побережёшься? -налей воды, если есть. -так до сих пор и не отпускает? Блондина уже совсем вывела из себя бестактность Чеса. На такую щекотливую тему подростку не хотелось говорить, особенно пускать эту ситуацию на шутку. Поэтому он бросил в сторону мужчины грозный взгляд, дав ему знать, что он сказал что-то действительно глупое. -понял, больше не буду. Взяв себе «Балтику» и налив Ди воды, Чес сел за кресло возле телевизора. Кресло явно не выглядело лучше содержимого его низа. Даже в некоторых местах на нём были заплатки. Отхлебнув из бутылки пива, Чес похлопал по краю дивана, говоря, мол, не стой столбом, присядь рядом, что блоднин вскоре и сделал. Пока парень был в этой квартире с другом его отца, он слушал истории шатена, давал иногда к ним комментарии и старался поддержать разговор, хоть и не слишком активно. Ди также услышал как Чес играет ему на гитаре. В любой ситуации мужчина это делал, ведь музыка никому ещё не мешала. А юноша в то время слушал это с восхищением, как будто под трансом. Хриплый и низкий голос хиппи успокаивал его лучше чем прогулки и сигареты. Почему же он раньше не замечал такого? Даже Цой на радио не делал что-то подобное. Так хорошо блондин не чувствовал себя давно. Очень давно. Но всё равно пришлось покинуть это помещение и идти к родителям. Чес проводил парня до дома и попрощался с ним. Потом, ночью, Ди заметил, что без Чеса он чувствует себя пустым. Странное щекочущее ощущение было в животе у подростка при воспоминании событий этого дня, да и в принципе Чеса. Юноша не хотел верить в то, что происходит с ним. Он старался это объяснить тем, что ему просто не хватает внимания со стороны отца и теперь его тянет к его другу, или просто тем, что ,спустя большого перерыва ,его гормоны снова стали вести себя не лучшим образом. Но при каждом воспоминании грубых взрослых черт мужчины, его больших, добрых глаз и запаха духов с сигаретами у парня начинались трястись руки, почти как при судорогах. До самого конца Ди не хотел в это верить. Эта осенняя романтика странно влияет на него.