Убийственно-прекрасны

01.20.2014,09:35 Сквозь сон Мэир защекотал в носу аромат свежего кофе. Снизу донесся голос Брая: - Заааавтрааааак!!! Мэир наконец, урча и почесывая руки поднялась, ещё с закрытыми глазами. Альма хотела буркнуть в ответ, что уже идет, но не успела. Она споткнулась, въехала во что-то лбом, и съехала по ступенькам вниз на собственной заднице. - Я уже внизу, - договорила она,всё ещё не открывая глаз. Клавишник тут же выбежал из кухни, всё ещё держа пакет из-под кофе в руке. - Как, опять? Альми, когда ты научишься осознавать что за дверью сверху балка? Ты уже седьмой раз так падаешь! - Значит, упаду завтра в восьмой, - ответила Альма и зевнула. - Я всё время забываю. В этой квартире до нас жили карлики , а может даже и лилипуты. - Нет, просто архитектурная ошибка, - пояснил Брай. - Валяй одеваться, умываться и к столу. Я тебе уже омлет пожарил. Кости у тебя целы? - Да, да. - Альма побрела к умывальнику, ворча что-то себе под нос. Они жили в этой маленькой, «Манхэттенской» квартирке, у самой крыши, уже десять дней. Пришлось привыкать не к самой мягкой жизни. Сначала пришлось включить электричество, проверить, течет ли вода, убрать пыль, в конце концов. Потом Брай нашел инструменты и долго копался в настенном телефоне, пока у него не получилось починить его и позвонить Стейси. Она сразу поняла всю ситуацию и привезла Браю из дому его Wi-Fi роутер и ноутбук. Брай стал заказывать провиант через интернет. Так и жили, не выходя из четырех стен, и довольно сильно скучали. Из-за этого происходили короткие ссоры, но долго они не длились и всё равно ничего не значили. Одежду добыли тоже через Стейси. Её безграничное доверие не колебало ничто: она с радостью бросалась к Браю домой и привозила ему всё, что он захотел. Один раз он попросил чистую одежду; в другой укулели, причем одну для правшей, и магнитофон; третий раз капли для носа (оба с Мэир чуть переболели насморком). В этот день, двадцатое октября, они уже прожили вместе десять дней. И ничего, думал Брай. Ещё мы друг друга не поубивали. Только жаль, что Одри не хватает, всё таки она тоже талантливый музыкант, и тоже может писать афигеные песни. ( Стоит надеяться что в скором времени , она появиться вместе со всеми музыкантами в студии и будет проявлять своё мастерство). Альма, уже одетая в голубой брючный костюм , зашагала на кухню и взяла деревянной лопаткой кусок омлета. Только положила она его себе на тарелку и сразу в рот. Проснулась, поела, поспала. Чем не детство ? А квартира старая. Наверное, ещё с 50-х годов. Мне кажется, будто мне опять шестнадцать . Только меня удивляет одна вещь. Как тут вообще может работать электричество? - Да, мы, наверное, единственные в доме, кто так много расходует воду и свет, - улыбнулся Брай и тоже набрал себе омлета — только ещё и с хлебом с маслом и ветчиной. Альма тоже взяла себе такой, но лишь с маслом. - Что будем сегодня делать? - спросил Брай. - Перечитывать «Лолиту», - решила Альма после короткой паузы. - Я бы ещё почитала «Мастера и Маргариту» и « Пролетая над гнездом кукушки». Странно, но мне не хватает чувства удовлетворённости от чтения классической литературы . А ещё сегодня приедет Симмон . Брайан чуть не подавился. Он изумленно сглотнул большой кусок и переспросил: - Чего? - Твой внук приедет. Я ему позвонила. - И Альма ткнула пальцем в айфон. - Да не будь ты таким параноиком, - ответила Альма. - Я уже нуждаюсь в нём и я его долго не видела. Ты бы без Стейси тоже не выдержал бы. - Стейси здесь не при чем! - разозлился Брай . - Ты ничего не поняла! - Это ты не понял. Сядь к компьютеру и закажи нормальной еды. Рис, суши. Твои вегетарианские рецепты уже надоели . Но омлет ты умеешь делать классный, хрустящий. С этими словами она пошла набрать себе ещё хлеба с маслом и пастой из авокадо. Брайан сделал глубокий вдох, потом глубокий выдох. И ещё раз. Приказал себе вспомнить, как распались Reprise. Всё начиналось точно так же. Поэтому он лишь убрал тарелки со стола и сел в своё любимое кресло у окна. - Ты уже не будешь есть? - спросила Альма. - Нет, не буду. Забирай себе, что хочешь. Мэир ещё чуть промолчала, но что-то не давало ей покоя. - Я иногда думаю про Лео Вайсберга . И знаешь что? Меня не покидает ощущение, что он ещё жив. Что он на отдыхе в Испании или с Одри во Флоренции или где угодно. Но он не умер. Это всего лишь миф. - Ну, это очень легко объяснить, - молвил Брай . Он встал, налил себе в чашку какао, чтобы успокоиться, но всё ещё злился. - Ты не видела , как он умирает. Ты не сидела у его кровати и не рыдала в платочек в синию клетку, пока он тебя гладил по плечу и говорил, чтобы ты не печалилась. Вот так. Тебе по разуму всё ещё 40. Код старения можно поменять, но мозги у тебя останутся те же, новые вещи в них невозможно записать. Я даже не понимаю, как ты вообще всё помнишь. Альма его тихо перебила: - Тебе его не хватает. Ты боишься, что он мог обидеться на тебя и не простить тебе чего-нибудь. И поэтому ты играешь «Выпускной» на этом маленьком синтезаторе почти на каждом концерте. Ты всё ещё думаешь, что он тебя слышит и что он тебе всё простил. Но ты никогда не уверен в этом... - Заткнись! - рявкнул Брайни и бросил чашку в умывальник, где она разбилась. - Ты мне не психологиня! И вообще, это страшно! Страшно, что ты меня так хорошо знаешь!!! - Ты такой же, как всегда, даже тридцать четыре года спустя, - покачала Альма головой. - Как бы мне тебя не знать, если я твой лучший друг, а? Она сняла с крючка свою светло-джинсовую куртку и заявила: - Пошли на улицу. Тебе нужно проветриться. Мне уже надоело сидеть дни напролет здесь. И не бойся ты, никому до нас нет дела. Вздохнув, Брай поплелся за ней. Они просто гуляли по округе, любуясь то холмами величественных небоскрёбов то красивыми, но пустыми улочками Нью-Йорка, а потом стали снова разговаривать. Они сели на старую,деревянную,лавочку ещё с девятнадцатого века и кидали камушки в воду искусственного пруда. Они соперничали, кто кинет дальше, а кто сделает «бултых» громче. И вдруг Альиа произнесла какой-то анекдот, и Брай рассмеялся. Первый раз за все десять дней он беззаботно, весело рассмеялся. И им было хорошо. Им никто не мешал. У воды дул холодный ветер, но он не мешал Браю. Далеко от цивилизации, далеко от стресса, лишь он и его друг. Так можно жить вечно. Потом Альма что-то спросила про Нину Симон и повернула разговор на тему, которая долго не поднималась: джаз. Несколько минут они просто болтали о разных песнях. Потом Брайан сбегал за укулелями. Они сели напротив друг друга, как зеркальные отражения, прямо на том же месте , и стали потихоньку играть старые, знакомые песни. «Призвание». «Свекла». «Blue Lemon». И вдруг Альма взвизгнула и принялась за любимую во всех временах « Вино и сигареты », а Брай лишь подхватил. В скором времени старая песня превратилась во что-то новое, быстрое, пока ещё без слов. Мы написали новую песню, пронеслось в голове у Мак.Луренса . Новая песня Брая и Альмы. Блин, лишь бы не забыть! Разом они закончили, глядя друг другу в глаза. - Брай ? Объясни мне, что только что случилось? - Мы снова что-то написали вместе? - Тебе понравилось? - Конечно, а тебе? Мэир зажмурилась и широко-широко улыбнулась . - Дорогуш, мне тебя так не хватало!!! Брайан заулыбался. - Я отнесу укулели назад. Холод их может повредить. - Жаль, что не получится сделать сингл. - Не получится... Брай промолчал. - Для тебя хуже, а не для меня, - снова показала Альма на отличия между ними. Сегодняшний день совсем не удался. Похоже, она и дальше будет лишь о ссорах. Вдруг Альма встала и посмотрела вдаль. Рукой она прикрыла глаза от солнца, и вдруг стала махать. - Брайни, смотри, это Хнатич. Он всё таки приехал.