Итальянец и Медведь

Витторио с силой нажал на кнопку, из-за чего магазин мягко упал ему в руку. Итальянец отложил его в сторону, скосив свой взгляд на брата и не мешая тому ходить кругами по комнате. Новость, что ему только что сообщили сильно его, побеспокоила и теперь он не очень понимал, что с ней делать. Тарвер вместе с Флориэной вышли в магазин, позволяя родственникам все обсудить. — Ты в этом уверен? Ты понимаешь, как это обвинение звучит из твоих уст? — Ануар на какое-то время остановился, схватился за голову, потом подошел к итальянцу. Тот как ни в чем не бывало продолжал разбирать беретту. Нажать на кнопку рычага затвора и вуаля — затвор так же откладывается в сторону. Витторио успокаивало это действие. Он всегда начинал заниматься своим оружием, когда ему необходимо было подумать. Это было его своеобразной странностью, привычкой, о которой знали многие. Даже сотрудники банка ни раз наблюдали за ним. — Понимаю и у меня были доказательства, — рука нежно провела по рамке пистолета, ощупывая каждый его миллиметр. На ручке появился небольшой скол. Проверил шайбу, что будет держать затвор, если его разнесет к чертовой матери. Никаких повреждений на ней заметно не было, что не могло не радовать. — И что нам теперь делать? — Ануар обессиленно упал на стул подле Витто. Тот не обращая внимания на страдания брата продолжил свою работу. В голове лениво бродили мысли и все они по большей части были заняты именно крысой. — Не нам, а тебе. Вряд ли он захочет, чтобы я лез в это дело. Я должен буду доложить, — рамку он отложил, вернув в руки затвор. Пружина с управляющей осью так же легко покинула свое место, и итальянец стал придирчиво ее изучать. Не должно быть никаких изъянов, его верная спутница должна работать как надо. — Он и твой отец тоже… — Витторио прикрыл не на долго глаза, погасив возникшее в душе раздражение. Да, отец, но он не просил его предавать дона. Тем более, было непонятно, как давно он этим занимается. — Я подозревал не только его. Еще и Титуса. И тебя, — на лице Ануара промелькнула усмешка, — но ты слишком влюбился в Фло, а Титус обязан мне жизнью. Он не стал бы подвергать меня опасности, а ты не стал бы ее. По началу я пришел в тупик, но потом… потом нашел письмо, написанное его рукой, — ствол покинул затвор и так же подвергся тщательному осмотру. Наблюдался небольшой дефект, его следовало исправить. Витторио взял в руки салфетку и принялся его очищать. Ануар все это время молчал. — Подчерк можно подделать, — но с отцовским все было сложнее. Была у него одна черта при письме, которую было сложно воспроизвести, — все знают, какие у вас отношения, поэтому могли подстроить все, — Ануару правда хотелось в это верить. Глубоко в душе Витторио тоже надеялся на это. Но факт оставался фактом. И с этим что-то надо было решать. — Только потому что он мой отец и потому что у нас сложные отношения — я еще не доложил, и ты единственный, кто знает об этом, — легче от этого не становилось. Братья почти синхронно вздохнули и каждый вернулся к своему делу. Ануар принялся ходить по комнате, а Витторио продолжал разбирать пистолет. В голове было пусто. Наверное, он должен был бы быть рад, что если его отец и правда крыса — то он получит по заслугам. Только в итальянце не было природной злорадности. Если он и мечтал о мести, то исключительно собственными руками. — Ты должен забрать его. Куда угодно подальше от дона и семьи, — тихо произнес Витторио. Пружина затвора звонко щелкнула, вставая на место. Ануар же смотрел на брата с легким непониманием, — Когда я буду докладывать — он должен быть как можно дальше отсюда. За тебя, как за его наследника, я заступлюсь, Флориэна тоже вряд ли сможет устоять в стороне, — Ануар усмехнулся, снова вернувшись к столу и забирая из рук итальянца пистолет. Он какое-то время изучал его в руке, а потом навел дуло на Витто. — Предлагаешь мне его убить? — в голове звучала горечь. Витторио скривился, легко выхватывая оружие из рук брата. — Если бы я этого хотел, то сделал бы это сам, — невольно огрызнулся итальянец и поставил магазин на место. В комнате раздался звонкий щелчок. — Дон добрый, но предательства не любит. Если отец останется, поблажек ему не будет. В комнате повисла тишина. Оба брата молчали, смотря друг на друга и на пистолет, что лежал между ними. — Мне нужна неделя, — коротко сказал Ануар, вставая с места и явно собираясь начать исполнять какой-то план прямо сейчас. Витторио смотрел на него не отрываясь. — Будь осторожен, скрытие информации делает тебя соучастником. Поговорим уж вместе, — он невесело усмехнулся, а итальянец лишь снисходительно ему улыбнулся. — Будем считать это моей слабостью. Выведи его из игры и постараемся не утонуть. И не забудь рассказать обо всем Фло. Из твоих уст эта история будет звучать приятнее, — Ануар на какое-то время замер, смотря на брата как на идиота. Все же Флориэна дочь дона и ему не хотелось бы ставить ее в затруднительное положение. Чтобы она выбирала на чьей стороне. Словно прочитав мысль брата, Витто добавил, — она давно выбрала свою сторону. — Ты ей сказал? — голос невольно дрогнул, а глаза раздраженно сощурились. — Нет, она сама догадалась и лишь уточнила у меня кое-что, — итальянец невинно улыбнулся, схватив пистолет быстрее, чем это сделал Ануар. Тот, конечно, был не заряжен, но ударить им можно больно, — но-но! Это моя странность, найти себе другую. Моя малышка может быть только в моих руках, — он прижал к себе оружие, как ребенок прижимает к себе игрушку. Смотря на эту картину гнев куда-то улетучился. — Надо сказать Тарверу, что у него появилась соперница, — Витторио лишь усмехнулся, продолжая прижимать к себе пистолет. Где-то на душе все еще скребли кошки. Он никак не мог понять, правильно ли поступил, предупреждая брата или он только что скинул их всех в яму, из которой будет выбраться не так-то просто.