Мафиози и детектив

      Прошла уже одна неделя, а поиски опасного преступника так и не увенчались успехом. Видимо, почувствовав след, он временно залег на дно. А вот до какой поры — неизвестно.       Но Рампо не собирался сдаваться и продолжал искать любую полезную информацию, цепляясь за каждый кусочек. Чуя раздобыл данные обо всех одарённых, находящихся на территории Йокогамы. Но и это ничего не дало. Эдогава лишь досадно жуёт очередную конфету. Даже его дедукция подвела.       Но на этом проблемы не заканчиваются. Стали пропадать люди со способностями, причем все были как-то связаны с детективным агентством. Все сотрудники работали до поздней ночи, в попытках предотвратить преступления. Самое главное, что улик никаких и не было. Словно одарённые исчезали, растворялись в воздухе, не оставив и следа. Серии пропаж, конечно же, намекали на главного неизвестного подозреваемого, но Эдогава понимал, что в этом участвует не один человек, а целая группировка.       Детектив громко вздыхает, переводя взгляд на противоположный конец офиса. Дазай в очередной раз отлынивал от работы, тем самым, получая нагоняи от Куникиды. Рампо положил голову на ладони, внимательно наблюдая за суицидником. Что-то странное стало происходить после того случая на пляже. Эдогава стал замечать за собой, насколько он часто стал смотреть в сторону Осаму. Притом таким внимательным, нежным взглядом, слегка улыбаясь. И, конечно же, моментально возвращаться к работе, когда Дазай поворачивается. Да и в принципе Рампо стал чаще проводить время с напарником вне работы. Увлеченно что-то рассказывал, впитывая каждый взгляд, каждую эмоцию этого перебинтованного придурка. Самое главное, что сыщик даже не понимал, почему он стал вести себя таким образом, списывая все на привязанность. Сам же Дазай вел себя, как обычный суицидальный идиот. Все также подкалывая и всячески пытаясь выбешивать напарника. — Ты меня слушаешь? — цокает языком Йосано, ставя руки на стол. — Да-да, — встрепенулся Рампо, переводя взгляд на подругу. — И о чем же я говорила? — Ты хотела пройтись по магазинам, — усмехается детектив. — Да, но ты явно не о том думал, — негромко хихикает девушка, мимолетно взглянув на Дазая. — глаз с него не сводишь. — Вовсе нет, — сыщик демонстративно вздернул подбородок. — Просто слежу, чтобы он лучше выполнял свою работу.       На это Акико лишь хмыкнула и закатила глаза. Слишком дурацкие отмазки. — В общем, через час мы пойдем, — Йосано аккуратно поправила блузку. — Только потом пойдем к тебе и ты нарежешь тот вкусный бисквит, — прищуривается Эдогава. — Договорились, — улыбается девушка.

* * *

— Я устал, — Рампо распластался на довольно широкой кровати, раскинув руки в сторону. После любых походов с Акико по магазинам, можно было попрощаться с ногами, а заодно и со спиной. Парень с трудом потащил все пакеты с вещами. Странные эти девушки. Покупают себе много одежды, которая, по сути, бесполезная и они ее даже не носят. — Вечно ты тратишь всю зарплату за какие-то тряпки. — Это мне говорит тот, кто однажды спустил все деньги в автомате с игрушками, — фыркает Йосано, раскладывая одежду по нужным полкам. А Эдогава лишь в ответ что-то бурчит под нос. — Кстати, как у тебя с Дазаем? — задаёт довольно невинный вопрос девушка. — Что за провокационные вопросы? — Рампо принял сидячее положение, сложив ноги. — Ну, знаешь, в последнее время ты так и смотришь в его сторону, — усмехается девушка. — А что, нельзя и смотреть уже? — бурчит детектив. — Ты на него так смотришь, — продолжала Акико. — Как? — Эдогава с непониманием хлопает глазами. — Ну, знаешь, таким нежным, влюблённым взглядом. — Не неси чепуху! — взвился сыщик. — Ничего не правда. — Тогда почему ты отвернулся? — Ничего… — проворчал Рампо. — Ладно, зайду с другой стороны. Тебе приятно себя ощущать в компании Дазая? — Конечно!.. Ну, то есть, да, это весьма…здорово? — сыщик пытается сформировать нужные слова. — Это странно. — Что странно? — Ну, он такой, знаешь…ну… — Эдогава слегка мнётся. — Красивый… И…и от него вкусно пахнет горьким шоколадом и утренним кофе… А еще, — Рампо смотрит на руки. — У него такие красивые руки. Изящные длинные пальцы, слегка обветренная кожа… А глаза! Какие у него глаза… Такие…такие… — сыщик переводит взгляд на удивленную подругу. — Ааргх! Я же говорю, что это странно. Эдогава откидывается спиной на кровать и прижимает к лицу подушку, подавляя разочарованный стон. — Мне сейчас кажется, что вся моя жизнь разобрана на куски, как на мелкие клочки бумаги, и кто-то к тому же включил вентилятор, но когда я рядом с ним, — немного приглушенно говорит сыщик. — кажется, что вентилятор на время выключают, и что все наконец, может сложиться, с ним я прихожу в порядок, и я так благодарен ему за это… Й-Йосано! — смущённо отворачивается, кинув в нее подушку. — Что? — лукаво смеётся Акико. — В этом нет ничего необычного. Просто ты, балбес, влюбился. — Бред! Бред! Бред! Бред! — Рампо закрыл лицо ладонями, мотав головой в разные стороны. — Все слишком нелогично и глупо. Мы даже не так давно знакомы! — А ты слышал, что для того, чтобы влюбиться достаточно одного лишь взгляда? — Сло-о-о-жно, — возмущённо тянет Эдогава. — Но я все равно продолжаю ощущать это непонятное чувство, — Парень кладёт руки на живот. — Вот здесь. Каждый раз, когда этот придурок меня касается, внутри все будто переворачивается.....Может я болен? Может быть, дашь таблеток каких-то? — Ты болен Дазаем, — громко усмехается девушка. — Да у тебя самые обычные бабочки в животе. — Чего? — подозрительно прищурился детектив — Это так утрируют. Признак твоих чувств и трепетного волнения. — Мне нравится Дазай, — задумчиво рассуждает Рампо, смакуя данную фразу на вкус. — Симпатизирует… Привлекает… — Ну тебе не только его внешность нравится, верно? — улыбается Йосано. — Конечно же нет! Любить только за внешность — идиотизм! — То есть, тебя устраивают все его недостатки? — Да, — тихо отвечает Эдогава, прокручивая в голове воспоминания. Осаму прижимает его за горло, сверля злобным взглядом, буквально пожирая. Но сам Рампо не стал относиться к напарнику хуже, а наоборот- пытается понять его. — И правда, влюбился. — Н-ну да, и что с того?! — восклицает сыщик, опять чувствуя, как щеки неимоверно жжёт. — Да ты весь раскраснелся, — негромко смеётся Акико. — А?.. — парень бегом подлетает к зеркалу, рассматривая свое отражение. Действительно, щеки буквально полыхали в красноватом оттенке, а кончики ушей были и вовсе красными. Эдогава приложил ладони к щекам, медленно поворачиваясь к подруге с выпученными глазами. — П-почему? Подожди…я…я д-даже стал заикаться… — Да ладно расслабся, все нормально. — Нормально?! — вскинул брови парень. —  Я похож на не пойми что! И вообще, сейчас не время для влюблённых историй, когда всему городу угрожает опасность. — Я знаю, — просто кивает Йосано. — Поэтому тебе нужно не поддаваться панике. — И что же мне делать? — Рампо беспомощным взглядом окинул девушку. — Ну, во-первых, даже не пытайся как-то ограничить общение с Дазаем. Себе же хуже этим сделаешь. Ведь ты не сможешь убежать от чувств. Или…ты можешь признаться, но, я так думаю, что сейчас тебе еще рано. Слова из себя не выдавишь, с учётом твоей гордости. Просто сосредоточься на своей главной задаче. — И на этом спасибо, — пробурчал Эдогава, умеряя вспыхнувший жар в теле. — Сначала поймать того гада, а потом признание. — Только ты смотри, а то и другие особы могут покоситься на Осаму, с его-то темпераментом и внешностью, — хитрая, лукавая улыбочка медленно растянулась на лице Акико. — Да понял я, — сыщик снова потупил взгляд, чувствуя вновь накатившую волну смущения.

* * *

      Дазай, направлявшийся в неизвестном направлении, свернул в сторону довольно большой высотки. Поднявшись на нужный этаж, парень стучит в дверь, пока недовольное лицо не показывается в дверном проёме. — Ты что, уже свою квартиру от чужой отличаешь? — процедил Накахара. — сейчас двенадцать, сука, часов ночи. — Ах, Чу-Чу, ну я же знаю, что еще не спишь, ибо ты только пришел со смены и уснешь только под утро. — Но сам факт того, что ты пришел ко мне в такое время, — рыжий широко зевнул, переводя сонный взгляд на бутылку в руках бывшего напарника. — Зачем пришел? — Да так, поговорить, — невзначай пожимает плечами суицидник. — В двенадцать часов ночи?! — взрывается Чуя. — И вообще, после твоих поступков, я мог просто тебя вышвырнуть с пятнадцатого этажа. — Как грубо! — театрально вскидывает руку Осаму. — Просто есть мысли, котрые меня весьма беспокоят. Ну что? — состроил щенячьи глазки Дазай. — Черт с тобой, — вздохнул Чуя. — Проходи. — Ну так что? — Накахара выжидал, когда суицидник откроет бутылку мартини и начнёт свои объяснения. — Вот скажи, — начал Осаму, разливая алкоголь по бокалам. — Ты и Рампо стали довольно хорошо общаться, верно? — К чему этот вопрос? — Ну, просто хотел поинтересоваться, из чистого любопытства. Он в твоем вкусе?   — Чт…?! — Чуя аж поперхнулся алкоголем, стуча по грудкой клетке. — Я не ослышался? — Нет, все верно. — Он, конечно, симпатичный, извини уж, но не в моем вкусе, — фыркнул Накахара, а потом уставился на суицидника. — А тебе зачем это? Не уж то ты на него запал? — Ну-с, я бы это назвал, скорее, временным увлечением, — задумчиво отпивает из бокала Осаму. — А я и не удивлен, — скривился Чуя. — Ты всегда умело пользовался наивными девушками, разбирая их сердца вдребезги. Теперь на детектива переключился? — Ну что ты, — тягуче улыбается суицидник. — Просто интересно. — Знаешь, даже несмотря на то, что ты полный говнюк, ушел из мафии, жёстко меня подставив, а теперь вытворяешь такую аферу, я удивлен, что все еще общаюсь с тобой. — Но ты не подумай, — наливает мартини в уже пустой бокал Осаму. И как он успел так быстро выцедить? — Рампо довольно интересный, и, в отличие от тех пустышек, он не нудный. — А ты сам-то что к нему чувствуешь? — Ну, — повертел содержимое напитка суицидник. — Привязанность. Да, точно, привязанность. Я удивлен, как он принимает мои пороки. — И это еще с тем учётом, что это не все, — прыснул Чуя. — Знаешь, это твоё дело, но зачем. Ну разобьешь ему сердце и что дальше? Ты только представь, единственный человек, которому ты не безразличен, который принимает тебя абсолютно любым, возненавидит тебя. — Единственный? Чу, а ты что? — Ну я-то понятно, — махнул рукой мафиози. — Я имею в виду, кхм, твою судьбу, скажем так. Тот человек, который является твоим потенциальным возлюбленным. Сам посуди, Рампо всегда двумя руками за справедливость. В отличие от тебя, подонка, он не скрывает и говорит все в лоб, что бы это не было. Он не станет прятаться за маской лжи, — Накахара отпивает алкоголь. — Поговори с ним. — Пхах, как же это наивно, — осклабился Дазай. — Меня и вполне устраивает оставить все как есть — Какой же ты кретин, — тяжело вздыхает Накахара. — Но все же, — Осаму переводит взгляд на друга. — Ты изменился, с тех пор, как ушел из мафии. И больше в хорошую сторону, — Чуя слегка улыбается. — Ты места себе не находил после смерти Одасаку, но вдруг ты встречаешь занозу в заднице, которую, как ни крути, ты ценишь. — Пожалуй, ты прав, — клюёт носом в бокал Дазай. Накахара окинул взглядом почти пустую бутылку, которую, между прочим, этот суицидник вылакал в одну морду, практически. — Рампо такой хороший, — глупо улыбается Осаму, смотря в потолок. Довольно крепкий алкоголь, видимо, ударил в голову как следует. — А ты прав, Чу. Я должен ему об этом сказать! Вот прямо сейчас пойду и скажу, — суцидник пошатнулся на прямых ногах, опервшись рукой на стену. — Ого, уже три часа, — вскинул брови мафиози. — Я даже не заметил. — Чуя, не мог бы ты подать мне мое…пальто? Да, пальто. — Никуда ты не пойдешь в таком виде, — бробурчал Чуя. — Пошли, на диване постелю. — Не-е-ет, — растягивает слово суицидник. — Мне нужно идти. Надо сказать Рампо, какой он красивый и милый. — Потом скажешь, — мафиози оттаскивает друга от прихожей. — Тем более, ты на пол пути в каких-нибудь ебенях уснешь. — Ла-адно-ладно…погоди, — Осаму ставит руки перед собой. — То есть, я никуда не пойду? — мямлит Дазай. — Да у тебя глаза уже стеклянные, — ворчит Накахара. — Давай пошли, — но суицидник просто наваливается тяжёлой тушкой, что-то бурчав себе под нос. — Где же мой Рампо-о-о, — хнычет суицидник. — Ну ты и кабан, — шипит рыжий, активируя способность. Осаму парит в воздухе, болтая ногами. — А я ведь могу с лёгкостью деактивировать твою скучную гравитацию, — бормочет суицидник, когда Чуя его мягко толкает в сторону другой комнаты. — Боже, дай мне терпения, — ворчит Накахара, толкая друга на мягкую обивку и накрывая пледом, в который он сразу же заворачивается. На секунду мафиози почувствовал прилив приятной ностальгии, когда после очередного успешного задания они заваливались на квартиру рыжего и пили под душевные разговоры… Все равно, за столько лет он не смог до конца понять этого перебинтованного чудака. Хотя, может один детектив сможет раскрыть эту загадку?

* * *

— Резче! — кричит Чуя, когда Рампо наносит очередной удар. Накахара с лёгкостью блокирует противника, опрокидывая на пол. — Такими темпами ты ни за что не победишь Дазая. — Да, точно. — Эдогава переводит взгляд на вход, где должен появиться Осаму. — Опять весь потерянный, боже, — фыркнул мафиози. — Опять работа? — Хуже, — повертел головой сыщик. — Дазай. — Вот как, — хмурится Чуя. — Ну и вкусы у тебя, конечно. — А что в этом такого? — возмущённо надувается Эдогава. — Ну, как тут сказать, — задумчиво вздыхает Накахара. — Будь с ним начеку, — Чуя хотел было добавить пояснительную бригаду, но решил сохранять молчание, поджав нижнюю губу. — В смысле? — переспрашивает Эдогава. — А в чем… — Чего чирикаете? — откуда ни возьмись пришел суицидник, сверкая улыбкой во все тридцать два. — Ты опоздал, — процедил Чуя, пропустив слова бывшего напарника мимо ушей. — Всего лишь на полчаса, — закатил глаза Дазай, а затем превел взгляд на Эдогаву. Парень аж взволнованно выпрямился. — Приготовься исполнять мое желание, — промурчал парень. — Разбежался, — самодовольно усмехнулся детектив. — Это ты приготовься быть поверженным мной. — Ого! А наш детектив настроен серьезно. Мне нравится! — сразу же воодушевился Осаму. — Раз все в сборе, — прервал словесную перепалку мафиози. — То начинаем. Итак, — Чуя встал между парнями. — Во-первых, никакого оружия. Во-вторых, чтобы сдаться нужно вытянуть руку. Ну, и в-третьих, не наносим тяжёлых увечий, — Накахара из-под лобья взглянул на Дазая. — А заломы можно использовать? — интересуется детектив. — Если, конечно, у тебя силёнок хватит, — хмыкнул Осаму. — Тогда сразу же тебя возьму в захват, — вздернул нос Рампо. — Ну вы поняли, — буркнул Чуя. — И да, если я посчитаю нужным, то могу остановить поединок. Можете начинать, — рыжий устроился поодаль, усевшись на деревянный ящик. — Знаешь, еще не поздно сдаться, — суицидник все еще держит руки в карманах пальто. — Тогда вперед, — надменно выдаёт Эдогава, скидывая на пол головной убор и пончо. — Вот как, — скалится Осаму, аккуратно снимая предмет верхней одежды. — Но учти, даже будучи хорошим другом, я не собираюсь поддаваться. — И не надо, — Рампо первый делает выпад вперед. Он не раз видел напарника в ближнем бою, но тем не менее нужно быть предельно осторожным. — Ми~мо, — улыбается Дазай, молниеносно уворачиваясь от удара. Но Эдогава и ухом не повел, продолжая ускорять свои удары. Парень мерно вздохнул, полностью концентрируясь на движениях. Он не проиграет.       Суицидник даже не пытается сражаться, сложив руки в карманы светлых брюк. Да он даже не воспринимает его всерьёз! Но детектив продолжает загонять напарника к стене, угрожая довольно сильными ударами с ноги. — Похоже, я в ловушке, — скучающе тянет Осаму, прижавшись спиной в бетонной стенке. — Ну раз не хочешь сдаваться, то мне придётся лично закончить этот бой, — теперь вести поединок начинает Дазай, резко бросившись на парня. Но Рампо лишь усмехается и делает резкую подсечку, на что суицидник отпрыгивает назад. В карих глазах постепенно начинает вспыхивать искра. Но у Осаму был свой план — просто измотать Эдогаву, а затем нанести резкий удар. Ведь суицидник прекрасно знал, что выносливость детектива оставляла желать лучшего. Сам же Рампо это прекрасно понимал, поэтому старался действовать быстрее, блокируя множество ударов. Но в один момент парень сбивается, чем, конечно же, пользуется Дазай, схватив чужие руки и цепляя за спину. Парень зашипел от резкой боли, пытаясь вырваться из крепкой хватки, но Дазай только сильнее заломил руки, заставив Эдогаву невольно издать болезненные хрипы. — Сдавайся, — промурлыкал Дазай над ухом детектива. — Не дождёшься, — шипит Рампо, сгибая ноги в коленях. Он сильно сомневался, но хотел перекинуть противника через себя. Чуя хоть и был тяжелее сыщика, но его рост позволял это сделать, а с таким высоким и тяжёлым суицидником это сделать весьма проблемно. Главное нужен резкий толчок. Парень сначала расслабляет свое тело, а затем резким движением перекидывает Осаму через плечо. На удивление, Дазай не успел отреагировать и плюхнулся на пол, удивлённо таращив глаза на напарника. Сейчас! Эдогава нападает на парня, придавливая к полу. Вот теперь точно не встанет. Но Осаму почему-то перестал бороться, а лишь смотрел в прищуренные глаза напротив. — А ты не плох, — усмехается Дазай, но затем суицидник слегка приподнимается на локтях, хватаясь за галстук детектива. — Что ты… — растерянно моргает Рампо, когда чужое лицо придвинулось ближе. — Уж извини, но я не собираюсь сдаваться, — выдыхает практически в самые губы Осаму, пронизывая темным взглядом насквозь. И тут Эдогава резко теряет контроль над ситуацией, давая волю эмоциям. Боже, ну не сейчас же!       Детектив неожиданно теряется и расслабляет хватку. Дазай ловко выбирается из цепких рук, а затем подхватывает сыщика под бедра, меняя местами. — Ну что? — победно сверкнул глазами Осаму, навалившись сверху на Рампо. Парень пытался выкарабкаться, но все его попытки были бесполезными.       У Эдогавы сердце в пятки ушло. Настолько суицидник сейчас близко, прижимая руки к полу, смотря прямо в глаза. Дыхание стало более частым и детектив отвел взгляд в сторону. Но запястья стали до хруста сжимать, заставляя парня забиться в мёртвой хватке. Рампо изо всех сил пытался пинать противника ногами, но Осаму и это продумал. Быстрым движением завел одной рукой чужие запястье за голову, а другой прижимая бедро к полу, а на другое навалившись ногой. От восприятия того, что Дазай сейчас сжимает его бедро, Эдогава вспыхнул нахлынувшим смущением. Если это все продолжиться, то суицидник отчётливо увидит, как сильно начнёт краснеть детектив под ним. — Сдаюсь, — прохрипел Эдогава. — Все, отпусти меня.       Дышать сразу становится легче, когда довольно тяжёлая тушка встала с грудной клетки, оттряхивая светлые брюки от пыли. — Что и требовалось доказать, — вздернул подбородок Осаму. А Рампо поймал взгляд Чуи, выражающий недопонимание. Хотя Накахара прекрасно знал, что сыщик смог бы выбраться из своего положения, если бы преодолел тот эмоциональный барьер. — Ну и что же за желание? — фыркнул Эдогава, не выражая ярого интереса. Все равно он не собирался проявлять слабость перед Дазаем. — А это подождёт до подходящего момента, — растянулся в хитрой улыбке Осаму. — Я могу использовать его в любое время! — затем Дазай улыбнулся более устрашающе. — Я могу загадать любое желание и ты его обязан выполнить, как собака… Ха-а…ты даже не представляешь, сколько у меня идей. — Псих, — в один голос отозвались Эдогава и Накахара. — Н-да, ну ты, конечно, даешь, — протянул Чуя. — Спорить на желание с Дазаем, особенно, если победу одержит он, молись и плачь. — Ну, проиграл и проиграл, — просто пожимает плечами Рампо. — Чего бубнить. — Черт, — выругался Накахара, взглянув на часы. — Ладно, мне пора, а вы по-быстрому сваливайте, — с этими словами мафиози направился к выходу. — Ита-а-к, — сладостно тянет Осаму, наворачивая круги возле напарника. — Какие дальнейшие действия проигравшего? — В агентство. Не забывай про нашу главную задачу, — Эдогава повернулся к выходу, но Дазай подметил еле заметную хромоту. — Почему хромаешь? — резко меняется в лице шатен. — А, это, — Рампо разворачивается лицом к суициднику, засунув руки в карманы. — Коленом ушибся. — Надо обработать, — бросил Дазай, глядя на почти незаметное красное пятнышко, что просочилось сквозь ткань брюк в области коленной чашечки. — Всего лишь царапина, — махнул рукой сыщик. — Пошли. — Ну-ка, садись, — Осаму указал на невысокий деревянный ящик. — Сейчас найду чего-нибудь, — парень стал рыться в пыльных полках, пытаясь найти бинты или банальную перекись. К большой удаче, Дазай нашел нераспакованную пачку марлевых повязок и даже откопал странную перекись. — Вот это я понимаю, джентельменский набор, — не сдержался от комментария Эдогава. — Подожди, — Осаму снял чужую туфлю, слегка удивившись довольно миниатюрной стопе. Детектив лишь приподнял одну штанину, натянув чуть выше колена. — А я думал чулки только чёрными бывают, — усмехнулся Дазай. — Это гетры, идиот, — пробурчал Эдогава. Суицидник провёл пальцем вдоль чужого колена. — Болит? — Немного, — парень прикусил нижнюю губу. А можно еще раз? — Ничего себе, «ушибся», — присвистнул суицидник, опустив белую ткань, что уже успела пропитаться кровью. Кожа была собрана в мясо. — И как ты так умудрился? — Упал, — просто ответил сыщик. — Сейчас будет больно, потерпи, — Осаму небрежно вскрыл колпачок зубами и сразу же вылил на рану. Послышался лишь томный вздох и шипение. Затем Дазай стал обматывать колено толстым слоем бинтов, явно не жалея. После, суицидник натягивает ткань, как это Рампо назвал, гетры? И одергивает штанину брюк. — Аккуратнее в следующий раз, — фыркнул Осаму. — Не хочу потом тратить на это время. — Тебя никто и не просил, — высокомерно ответил сыщик обуваясь. — И вообще, это из-за тебя.       Суицидник лишь развел руками, мол он не при делах. — Ладно, пошли, — вздохнул детектив. — У нас полно работы.

* * *