Пацанка снаружи, а Паинька в душе

«Я смогу! Я все смогу!»—Твердила себе светловолосая девушка, наворачивая уже десятый круг вокруг журнального столика в гостинной. Все девочки сейчас отдыхали на улице. Там же были и преподаватели. Все вместе разговаривали о мелочах жизни. Лишь одна Белла, не смогла выйти на улицу. Ведь там была Мари Маше… Эта женщина заставила ее почувствовать боль, от одних только мыслей о ней, боль от кошмаров, где опять же в главной роли была она. Белла больше не хочет засыпать. Не хочет в очередной раз, видеть ее отказ и унижения. Ведь это все, выглядит как наяву. Как вещий сон. Надоело, просыпаться чуть ли не каждую ночь в холодном поту, со слезами на глазах и мыслями о ней. Белла думала, что делает все тихо. Думает, что никто не замечает ее изменений. Но она ошибается… И опять девушка вскакивает с кровати. промокшая от пота. И опять на глазах слезы. Она хотела бы знать, когда это закончится. В очередной раз, она уходит в ванную, что бы умыться, а мысли не покидает образ этой прекрасной преподавательницы. Поток слез усиливается от боли нахлынувшей на нее.

Она больше не может так

Выйдя в коридор, она отправилась на балкон. Войдя ее сразу же окутал приятный, прохладный ветерок. Она немного поежилась и облокотилась на бортики ограды. Она смотрела на звёздное небо, слезы не прекращали скатываться по ее щекам. Как ей хочется не чувствовать этого всего. Она никогда прежде не любила. Просто не верила в любовь. А теперь она страдает. Страдает от любви, которую так долго избегала. Она в плену. В плену у собственного сердца. Она никогда и не могла подумать, что влюбится в женщину старше нее на несколько лет. Не девочку, не девушку, а в статную, ухоженную, такую правильную женщину. Она делает все, чтобы не встречаться с ее прекрасными глазами. Это редко получается. Ведь ее тянет к учителю, как к магниту. Ей вовсе не нравится, происходящее в ее душе и сердце. Она не хочет любить ее, но любит. Она хочет возненавидеть, но не может. Сердце не позволяет. Белла смотрит на небо и утопает в тишине. Скрип. На балконе появляется Алина. Она нашла девушку. Белла услышала шаги, приближающиеся к ней. В нос ударил знакомый запах одикалона и геля для душа. —Почему ты не спишь? —Голос Кузнецовой дрожал. Она пыталась выровнять его, но никак не получалось. —Я хочу, помочь тебе—Тихо ответила Горб и встала рядом с одногрупницей. —Как, ты, мне поможешь? —Горб посмотрела на девушку. Лицо было все красное, слеза за слезой спускаются по щекам, падая на деревяное покрытие балкона. —Как ты мне помогла, так и я помогу тебе—Ответила Алина, —Выскажись. Я вижу как ты страдаешь по ней. —Я и не думала, что вообще полюблю кого-то, но полюбила. И эта любовь ещё более неправильная. Она ведь девушка, так ещё и учительница, которая старше меня на несколько лет. Она до безумия красивая, элегантная, аккуратная, добрая, да этот список можно продолжать и продолжать! —Раздался всхлип, Алина положила ладонь на плечо девушки, пытаясь хоть как-то поддержать, —А мне нужна эта любовь? Меня даже и не спрашивали, нужно ли мне это вообще. Я так хочу возненавидеть ее, но не могу. Я как будто в клетке. От чувств не избавиться и признаться не могу! Каждую ночь во сне, я вижу как она меня высмеивает и говорит, что полюбить такую как я невозможно. Я так боюсь, что все так и будет. При виде ее, мое сердце стучит, будто я два километра без остановки пробежала, ладони потеют, я не хочу испытывать такие чувства—Белла заплакала уже не скрывая, свою боль и слезы. Алина развернула к себе лицом подругу и обняла. Та заплакала ей в плечо. Руки Алины, крепко прижали к себе Беллу. —Все наладится. Все пройдет…—Шептала на ухо ей успокаивающие слова. Пацанка сломала себя. Из-под оболочки грозной, сильной и независимой пацанки показался невинный, слабый и маленький ребенок…