Кто такой Ким Тэхён?

Как оказалось полиция приехала только для «приличия». Ведь виновников взрыва и тех, кто держал их в заложниках поймать не удалось (даже и не пытались), и дело быстро закрыли. Чонгук мог только удивляться какие же бесполезные «защитники общества» перед истинными королями города. В школе ещё долго перешептывались о выходке людей из банды «Чёрных пантер», ведь знак, оставленный на доске, был доказательством что это сделали именно они. Почему? Зачем им было подрывать кабинет химии на верхнем этаже их школы? Кстати, учитель по этому предмету, очень долго отсутствовал после происшествия и в итоге был заменён другим. У Чонгука горела жопа от незнания и плохого предчувствия, но что он мог сделать? Тэхён опять начал его игнорировать, а последние два дня вообще пропускал занятия. Единственное что его радует, так это то, что сегодня пятница, уроки позади, а впереди только долгожданные два дня выходных. С этими мыслями, парень открыл дверь своего дома с громким «Я дома» и услышал в ответ лишь тишину. Он было уже удивился, но вспомнил как вчера за ужином родители что-то говорили о поездке с соседями куда-то в горы на три дня, и что вернутся они только в воскресение поздно ночью. Чонгук вежливо отказался поехать вместе с ними, ссылаясь на предстоящие контрольные, к которым нужно будет готовиться (ага, как же, давно в приставку в спокойствии просто не играл) и в предвкушение отличного времяпровождения с улыбкой на губах прошел в глубь дома.

***

Во время игры, Чонгук проголодался и как любой подросток, захотел пиццы и колы, а не всякой полезной, но не вкусной еды. Оформив заказ, парень никак не ожидал что постучатся в дверь спустя всего десять минут. — Так рано? А говорили, что не меньше получаса нужно будет ждать. Дать хорошие чаевые что ли, — Чон поднялся с дивана и поплёлся к тумбочке на кухне за деньгами. Опять послышался стук в дверь, но более вялый. — Иду, секундочку, — прокричал Гук и направился в сторону двери. Каково же было удивление парня, когда на пороге, вместо курьера его ожидал Тэхён, опёршись о стену, весь побитый, грязный и в крови. Он прижимал руку к своему боку, где виднелось немалое алое пятно. Подняв слипшееся от крови ресницы и расфокусировано посмотрев на Чона, тот легко улыбнулся, несмотря на рассеченную губу, и прохрипел: — Привет, крольчонок… — Не в силах больше стоять, Ким начал падать прямо на своего одноклассника, но к счастью, тот ловко подхватил его и затащил в дом со словами:  — Боже, Тэ, что случилось? — но, как и ожидалось, ответа не последовало. Осторожно положив раненого на диван, Чон осмотрел парня. Его лицо было опухшим от побоев и залито кровью. Бровь и губа были рассечены, а на скуле была огромная ссадина. Костяшки разодраны «в мясо», джинсы на коленях подраны, а кожа на ногах местами стянулась от засохший крови. Ну и самое страшное, это распоротое серое худи, которое просочилось красной жидкостью. — С-скорая… нужно вызвать скорую, — начал паниковать Гук и метаться по комнате в поисках телефона. Но найти свой гаджет ему помешали схватившиеся за рукав домашней рубашки пальцы. — Гх, не…не надо, — с тяжелым дыханием хрипел Тэ, — царапина… просто царапина. Чонгук не знал, как лучше поступить. Он понимал, что должен вызвать помощь, но в глазах Тэхёна кроме дикой боли и усталости, можно было увидеть уверенность того, что с ним всё будет в порядке. Тяжело вздохнув, Гук положил свою руку поверх чужой и легонько сжал. — Хорошо, я за аптечкой тогда. Никуда не уходи, — развернулся он и мысленно ударил себя по лбу, будто бы Ким был в таком состоянии чтобы уйти. Через пять минут копошений по дому, ему наконец удалось найти все запасы ваты, бинтов, пластырей, перекиси и других полезных, но вонючих мазей. Набрав на кухне теплой воды в небольшой тазик и прихватив полотенце, Чон вернулся к парню, который лежал с закрытыми глазами и тяжело дышал. — Я вернулся, — присев перед диваном на колени произнес Гук, — давай сначала смоем с тебя грязь. Смочив мягкую ткань в воде, Чонгук начал осторожно омывать лицо лежавшего перед ним парня, который время от времени морщился от прикосновений к свежим ранам. После того как Тэхёна наконец-то отмыли, жидкость в тазике приобрела грязно-розовый цвет. Взяв в руки ватку и промокнув в перекиси водорода, Чон коснулся брови Кима и тот сразу же зашипел, схватив парня за запястье. — Потерпи, Тэ, — не обращая внимание на протесты пострадавшего, и убрав его руку со своей, Чон продолжил своё дело. Он так и держал свою ладонь поверх руки Тэхёна на его животе, чтобы сдержать порывы одноклассника помешать ему (и нет, это не из-за того, что ему просто нравится касаться последнего). Немного наклонившись к побитому лицу, Гук начал дуть на ранки, пытаясь унять жжение. Он даже не обратил внимания, как Тэ наблюдал за всеми его действиями, изучал каждую родинку на лице, всматривался в губы. Заметив наконец изучающий взгляд, Чон смутился и опустил голову, сразу же натыкаясь взглядом на то самое пятно на кофте. — Чёрт, её же нужно было первым делом осмотреть, — растерянно подскочил Гук и посмотрел на ухмыляющегося одноклассника, — ты чё лыбишся?! Щас помрёшь от потери крови! — То просто царапинка, не кричи ты так, — успокаивающе, но всё ещё слабым голос сказал Тэ. — Боже, послал же соседушку по парте! Чонгук опять опустился на колени и как можно аккуратнее начал поднимать худи вместе с когда-то белой футболкой. Его взору престал окровавленный живот и небольшой порез. Омыв его «вонючей» жидкостью под тихое, но злобное шипение Кима, тот и правда убедился, что порез не настолько аж глубокий чтобы наложить швы, но достаточно для окрашивания вещей в красный, да еще и в таком количестве. — Тэхён, что случилось? — наконец-то спросил Гук, заканчивая обрабатывать рану и немного отстраняясь. — Крольчонок, — он взял руку Чона в свою немного сжав, — спасибо. С лёгкой, но уставшей улыбкой на губах, Тэ прикрыл глаза и выдохнул. Его грудь начала в ровном темпе подниматься и опускаться, а сам парень начал еле слышно сопеть. — Эй, кто так от ответа морозится то? — Чонгук закатил глаза и тяжело выдохнул. Он посмотрел на свою руку, которую всё ещё держал Ким, ни на секунду не ослабляя хватку. От этого жеста у него опять появилось внутри то странное тепло, что и несколько дней назад, когда тайна его одноклассника немного приоткрылась (Чон был уверен, что он знает только малую часть чего-то крупного). Парень приложил к ране вату с мазью, и как ему позволяло его положение, обмотал туловище парня бинтом. Устроившись по удобнее на коленях возле дивана, которые уже немножко начали затекать, парень положил голову возле живота Тэхёна и медленно, но уверенно начал засыпать, все так же с державшей его рукой.